Бар «Пьяный алхимик»

– Я хочу выбрать что-то из особого меню! – крикнул Савад на весь бар, размахивая своей вычурной шляпой с павлиньим пером. Он вскочил ногами на стул, отчего все сидящие рядом пригнули головы. Йен занервничал. Вот сейчас приятель привлечет к себе излишнее внимание и не видать им не то что особого меню, но и вообще расслабленного отдыха в этом заведении. Однако ни один гость даже не обернулся. Персонал также отнесся с пониманием, словно эти пляски им доводилось видеть не впервые. Не успел Йен опомниться, а Савад опуститься со стула, как перед компанией возникло глянцевое меню. Такое идеальное и безупречное, словно раньше его никто не трогал. – Только одно? – нахмурилась Мосси. – От вас поступила только одна заявка, – раздался прямо над ухом бархатный голос. Но обернувшись, ребята увидели лишь очертания бармена. Как же здесь все-таки было темно. Сгустки мглы в баре тут и там разрывали крохотные огоньки свечей и настольных ламп. И все же обстановка выглядела весьма таинственно, даже интимно. «Могла бы быть интимной, не соберись здесь так много безбашенных студентов.» – Йена всё ещё напрягала охмелевшая толпа. Тем более, что он был старше 70% всех собравшихся. – Не волнуйся, Мосси, я закажу каждому что-нибудь необычное! – кричал между тем Савад. – Спасибо всем, кто пришел сегодня на мой день рождения! Я клянусь, эта ночь станет для вас особенной! – и, посмотрев на девушку, добавил. – О! Я знаю! Загадай желание. Вы все загадайте желание! И я его исполню! Савад взмахнул руками над книжечкой с меню, точно профессиональный фокусник, и принялся листать страницы, прячась за кожаным переплетом. – Мосси, для тебя я возьму «Королеву ночи»! Один бокал чистого раскрепощения, ну как? – Я вообще-то свидание загадывала, – начала было она. – Да ты чего! Станешь смелой девчонкой, тут же подцепишь какого-нибудь красавчика. Ты посмотри, их тут целый бар. Йен и без того посматривал на дверь, подумывая, в какой момент было бы уместнее слинять… А уж когда именинник, не меняя тона, принялся обсуждать собравшихся, и вовсе захотел скатиться под стол. – Так, Рейвен, тебе – «Арктический оргазм»! – Савад тараторил, показывая то на одного, то на другого гостя. Темнокожий, с карими глазами он почти сливался с уютной темнотой. – Йен! – наконец окликнул своего самого тихого гостя. – Йен-Йен… – его голос стал тише, а сквозь тембр проступали совсем уж сладкие нотки. – Что же придумать для тебя? – все заинтриговано хлопали глазами. – Расскажешь нам, что загадал? – Думаю, не стоит, – брюнет поднял над столом бутылку, которую заказал несколькими минутами ранее и демонстративно сделал глоток. – Я помню правила: я сам заплачу за свою выпивку. И пока мне этого вполне достаточно. – Как же, – парень выхватил бутылку прямо из его рук, коснулся губами горлышка, глядя Йену прямо в глаза. Кадык дернулся от большого глотка, а по шее потекла прохладная капля. Савад отставил бутылку на дальний край стола, чтобы, чтобы приятель точно не дотянулся и произнес. – Сегодня я имею право поменять правила, и никто не скажет ничего против. – Савад, я все-таки… – Ты не наш преподаватель. Сам пока еще в универе на правах студента. Ну подумаешь, ведешь одну пару. И вообще, ты же смог позволить себе выпить с нами бутылочку? Значит, и один коктейль позволителен. Ты верно не знал, куда шел, не так ли? Заявиться в «Пьяного алхимика» и не вкусить их сумасшедшей мешанины все равно, что потрахаться и не кончить. Он самодовольно смотрел на брюнета, что сидел напротив, а тот лишь думал о том, что действительно ничего не знает об этом месте. Его недельное пребывание в корпусе Ксенского медицинского университета было той ещё нудятиной. Черт знает где, полностью отрезанный от большого города, в районе, предназначенном для студгородка, который так и не разросся. И вот между Йеном и привычной цивилизацией километры леса, а за территорией – лишь один бар, за репутацию которого никто не отвечает. «Для городских «Пьяный алхимик» – таинственное загородное заведение, а для нас – единственный способ развлечься, – говорил Савад, когда впервые упомянул, где именно собирается отмечать день рождения. – Ты видел все эти местные клубы по интересам? Смахивает на десять поводов для суицида.» И да, Йен заглядывал после пар в одну из аудиторий, где играли на гитаре будущие медики. И его оттуда как ветром сдуло. А про кружок, где вслух читали Гомера, вообще упоминать не стоит. Развлечений не предусматривалось. Университет позиционировался как элитный, предлагал море научной работы, но финансирования на все не хватало. Так что здесь собрались амбициозные, но не пробившиеся в заведения поэлитнее, люди. Поток абитуриентов не оправдал ожиданий, и строительство городка, а вместе с ним и развлекательного комплекса, было прекращено. Только этот бар и оставался метрах в двухстах от границы территории. Непонятно, что появилось раньше: корпуса или «Алхимик», который, с первого взгляда, был словно дьяволом ниспослан местным студентам. – Я выбрал! – окликнул бармена Савад. – Йену, нашему новенькому, пожалуйста, «Мощь вервольфа». Это должно быть интересно, – и он коварно хихикнул. А Йен подумал: «Только бы без водки… И градус поменьше, завтра ведь еще преподавать.» Вообще у здешних аспирантов не так много часов преподавательской деятельности. В его расписании и вовсе свободно два дня, помимо выходных. Но, по стечению обстоятельств, именно завтра парень должен был быть на ногах уже с семи утра. – Ладно, к черту, – все же согласился он. – Что бы там ни было, я выпью. Вот только может придется свернуть наше мероприятие пораньше, чтобы хоть немного проспаться после этого вашего «Вервольфа». Именинник и еще несколько ребят расхохотались, чуть животы не надорвали. – Прости, что не предупредил, – Савад утирал выступившие слезы. – Территория университета закрывается ровно в полночь и открывается после рассвета. Если появишься перед воротами ночью, придется пройти все круги ада и написать несколько объяснительных. А на пьяную голову такого приключения тебе точно не надо. Они ведь там все понимают, куда народ по ночам ходит. Вот и пытаются всячески это пресекать. Так что отмечать будем до утра, – Савад подмигнул, и Йен похолодел от ужаса. Как назло, именно в этот момент вспомнились лица Нулары и Мирула, единственных преподавателей, которые не задирали нос и разговаривали с Йеном на равных. И черт его дернул обмолвиться перед ними про сегодняшний поход в «Пьяный алхимик». – Не стоит, Йен, в этом месте собирается тот еще сброд, – их лица тут же изменились. – Разве оно не предназначено для студентов? – тогда парень еще не знал, что это очень деликатная тема. – Конечно, нет, – Мирул помрачнел, – Для студентов предназначено несколько программ отдыха, которые проходят внутри корпусов. Не говоря уже о том, что алкоголь им не светит, пока они живут на территории. – Но, если ты хочешь выпить, у нас есть бутылка коньяка, – добавила Нулара, поддерживая коллегу. – Полгода назад у ректора был юбилей, так и остался. Йен тогда малость удивился, но понял, что в этой компании точно пить не будет. Еще, чего доброго, добьёт их несчастный коньяк. И что тогда? Прослывёт алкоголиком? Хорошо еще, что за ребят не успел проболтаться. Однако сейчас, осознав, что покинуть бар сможет лишь с рассветом, желание их защищать резко поубавилось. – Да не дрейфь, чувак, – словно почувствовал его настроение сидящий рядом Рейвен. – Если понадобится, отстоим тебя перед ректором. Но, уверен, до такого не дойдет… О, смотри, а вот и наш заказ! Поднос больше напоминал фаер-шоу в фужерах. Разнообразные коктейли сверкали и бурлили. В одних плавали сочные дольки чего-то красного, похожего на ананас. А другие, точно лава-лампа, перемещали разные части содержимого то вверх, то вниз. Но ярче всех блистала «Королева ночи». И без того рубиновое содержимое пылало на поверхности настоящим огнем. – Какая прелесть! Можно я попробую? – тут же загорелись глаза у Рейвена и он подскочил к Мосси. – Нельзя! – рявкнул на него Савад. – У коктейлей ювелирная дозировка. Если пить, то весь бокал. Ты ведь не хочешь неожиданных последствий? Йен как-то с беспокойством покосился на туалет и приготовился выпить свой сразу залпом. Так, на всякий случай. Вдруг организм решит, что он не соблюдает эти точные дозировки. – Твой коктейль, – над ухом снова навис бармен. – Постарайся сегодня не разнести здесь всё, – и ловкие пальцы преподнесли ему пузатый бокал на хрупкой ножке. Йен аж задохнулся от возмущения. Но, обернувшись, вновь не увидел лица. Только оранжевые круги плясали перед глазами, хотя на лампу он почти не смотрел. Глянул на коктейль. Красивый. Все уже начали прихлебывать свои, а он все любовался на таинственное пойло и наслаждался неожиданной тишиной со стороны приятелей. Где-то вдалеке даже стала слышна музыка. Какая-то баллада из 90-х. Очень вязалась с этим местом и, в частности, с именинником в его старомодной шляпе. Йен ухватился за трубочку, чуть размешивая пенку похожую на шапочку капучино. Растворяясь в сочном оттенке коктейля, она обретала ярко-оранжевый цвет. Он ожидал привкус кофе и фруктов, но за секунду до того, как янтарная жидкость коснулась языка, уловил хвойные нотки в сочетании с мятой. На вкус тоже мята со сливками. На дне оказался небольшой осадок, похожий на клубничные семечки. Они застревали в трубочке и придавали коктейлю совершенно новый вкус. К последнему глотку мята словно полностью испарилась, ее заменил привкус сливочно-карамельного ликера. «Необычно! Вот только почему в каком-то тайном меню?» – пронеслась блаженная мысль. – Савад, в составе этих напитков наркотик? – пронзила Йена внезапная догадка. – Совсем что ли? За наркотой здесь ходят совсем в другое место… Да шучу я! Какой ты впечатлительный. – поспешил успокоить Савад. – Тогда почему?.. – А что у нас музыка играет так тихо? – Мосси отбросила две тугие белёсые косы за спину. Те так хлестко ударили, что звук этот оказался громче ее голоса. – И еще это… Есть что помелодичнее? Всех накрывало очень быстро. По мере того как очередной приглашенный Савадом гость выдавал что-то этакое, Йен вновь и вновь возвращался к мыслям о наркоте. Однако во всей этой ситуации было одно «но»: сам Йен чувствовал себя просто прекрасно, не хотел лезть на стену и идти к кому-то знакомиться. В тот момент, когда многие уже забрались на крышку стола, балансируя и пытаясь изобразить танец, он выскользнул на улицу. Конечно же, идти было некуда, поэтому потоптавшись на пороге заведения, Йен подумал, хорошей ли идеей будет нырнуть в темноту и сделать пару кругов вокруг бара. Навскидку, место-то тихое и безлюдное, но кто его знает. И прежде, чем он успел сделать шаг, к нему обратился очень грубый бас: – Курить будешь? – голос из тени заставил вздрогнуть всем телом, парень почти был готов в два прыжка добежать до двери, но единственный путь преградила огромная лапа, что протягивала пачку сигарет. – Я не курю, – проблеял Йен, пока адреналин не схлынул и все еще бешено стучал где-то в районе голосовых связок. – Вот как. А я-то думаю, чего ты такой потерянный тут торчишь. Наши гости разве что покурить выбегают. Ну или на такси. Хотя и это редкость. Таксисты почему-то не любят брать заказы из такой глуши. Мужчина поднялся из тени, и Йен отступил, таким он был огромным. Многодневная щетина лишь добавляла шарма загородного насильника. И как он мог не заметить его сразу? Эта тень у самых порожек слишком жидкая, чтобы скрыть такого амбала. Видимо глаза совсем замылились. Мужик между тем протянул руку: – Вепрь. – Йен, – протягивать потную ладонь не хотелось, но его рука была такой огромной, что ей несколько раз можно было обернуть ладонь Йена. Он сомневался, что мужик вообще почувствовал это рукопожатие. – Не видел тебя тут раньше, Йен. Истинные слова местного серийника. А может всего лишь завсегдатая. – Я новенький. – Первокурсник? – он с сомнением обвел юношу взглядом. На первокурсника и впрямь не тянул. – Ну, тогда добро пожаловать. Смотри не попадайся, раз решил бегать за территорию. – Я аспирант, – поправил он Вепря, отчего-то находиться с ним рядом стало поспокойнее. Может виной был этот его заботливый тон. – Аспирант, – неопределённо хмыкнул мужчина, но кажется даже улыбнулся куда-то в усы. – Заходи давай, – и почти стал подталкивать мощной грудью к двери, словно понял, что Йена можно сдвинуть с места лишь заходя с противоположной стороны. Как грозная пастушья собака. – Да не стой ты столбом. Пойдем, накормлю тебя сочной свининкой. Она сегодня особенно хороша. После того как паренька почти впихнули обратно в царство алкоголя, Вепрь деловитой походкой, разведя плечи пошире, двинулся к барной стойке и, перекинувшись парой слов с барменом, указал на Йена. Наконец он увидел его лицо. Хитрая полуухмылка и любопытный взгляд. Даже монокль, поблескивающий на одном глазу, не смог скрыть его от Йена. Бармен лениво вытер руки и отложил тряпку. Смотрел. До сих пор смотрел. Уголки губ спрятались в усы. Смотрел прямо в душу, а сам что-то говорил Вепрю. Наконец он поманил Йена пальцем, а у того странные смешанные мысли. Что он ему там сказал, подавая бокал? Йен уже и не помнил, но чувства остались противоречивые. – Да иди ты сюда, че ты мнешься! – пробасил Вепрь, с легкостью перекрывая тот балаган, что устроили студенты. Они в этот момент пели импровизированное караоке и орали невпопад. За барной стойкой было пусто, отнекиваться не получится. «Одна компания лучше другой,» – Он плюхнулся на ближайший стул, который так кстати оказался скрыт в полумраке. Теперь его очередь прятать лицо, а эти странные местные… Черт знает, что им надо. – Как тебе «Вервольф»? – ненавязчиво поинтересовался бармен. Его голос словно обладал какой-то магией. Был тихим и вкрадчивым и, несмотря на окружающий шум, проникал в самую душу. – Неплохо, можно было бы повторить, – ответил Йен, ловя себя на мысли, что ведь действительно ни в одном глазу. Даже приятное алкогольное тепло по пищеводу не пробежало. Словно водички попил. Странное это их «особое» меню. Если верить пылким речам Савада, которые он провозглашал по дороге в бар: напитки оттуда стоят в разы дороже. Вот только из чего исходит такая цена? Ни опьянения, ни космического вкуса. – Повторить? – хищный взгляд, отраженный моноклем, просвистел где-то в паре сантиметров над ухом. – Обычно одного бокала оказывается вполне достаточно. Впрочем, ладно. Я повторю. Но если позволишь, слегка изменю состав. – Сколько это будет стоить? – сразу решил уточнить парень, нащупывая в кармане последнюю купюру. – Скажем так, подарок за счет заведения. Йену показалось, или он подмигнул? – Тогда не надо, – вздохнув, он подпер кулаком подбородок. – Ты не подумай. Это скорее комплимент от шеф-повара или акция: «Осилишь три бутылки, четвертая в подарок». Йен слышал о подобной щедрости, но сейчас это казалось более чем неуместным. Тем более, что трех бутылок он не пил. – Соглашайся, Йен. Один «Вервольф» действительно дает по шарам. Тут обычно не до второго. А ты выпил и глазом не моргнул, – дверь с маленьким иллюминатором в стороне от барной стойки распахнулась, и Вепрь вынес целого поросенка, поставив перед гостем это чудо. В поварском колпаке он выглядел куда дружелюбнее. – Соглашайся, Йен, – протянул бармен, чуть растягивая слова. Тот уже начинал ненавидеть его медовый голос, который был способен искусить на что угодно. Почему они оба хотят услышать от него это «да»? Йен посмотрел на бармена в упор. Самый обычный мужчина. Ничего особенного. Такого в толпе встретишь и не запомнишь, как он выглядит. Однако этот прищур и еще потертый временем монокль сделали свое дело. И вот он уже самая обворожительная фигура в баре, которая прячется в тени, подавая гостям коктейль за коктейлем. – Хорошо, я согласен, – любопытство победило в этой схватке. Ну а кроме того, он действительно был здесь самым трезвым. И это было уныло. Змеиная улыбка расползлась и стала шире: – Прекрасно. И раз уж я угощаю, позволь мне самому угадать твои желания и выбрать тебе коктейль. Кажется, у твоего друга это хреново получается, – он прихватил пару знакомых бутылок алкоголя и отвернулся. Что именно бармен делал, Йен не видел. Однако, когда тот повернулся, в своих руках он держал чистую магию. Кажется, Йен даже ахнул. Ничего подобного он прежде не видел. Бокал превратился в «песочные часы». У поверхности насыщенного синего коктейля плавали темные пузыри жидкости. Их облепляли совсем крошечные пузырьки воздуха. Словно в «Блю кюрасао» добавили воды из самого глубокого подводного кратера. В таких пучинах, как те, что были воспроизведены в его бокале, водятся морские гады, или кто похуже. Вот только на этом странности не закончились. Темные шарики с тихим шипением поочередно опускались на самое дно, а пузыри воздуха поднимались все выше, к поверхности, отрывались от нее и взлетали на несколько сантиметров над алкогольной гладью. – Что это такое? – спросил Йен, не в силах оторваться от удивительного зрелища. – «Голубой сапфир». Напиток страсти, – последовал незамедлительный ответ. Тихий, как шипение пузырьков. – Я думал, страсть изображают красной. – Может быть. А еще кровь, боль и много чего еще. Уверяю тебя, моя голубая страсть ничуть не хуже той, которой приписывают красный оттенок. Но более мощная. Попробуй. – Подожди, Абба, – неожиданно остановил его Вепрь. – Что-то не дает мне покоя этот «Вервольф». Может, он все-таки действует, а? Давай проверим, – и прежде, чем Йен успел сделать глоток, поставил руку на локоть перед парнем. Хочет побороться? Но… Йен сжался, представляя, как местный повар размажет его по стойке, а потом сделает из его мяса барбекю. – Он не хочет, Вепрь. Это значит, что состав не сработал. – Этого не может быть… – Не знаю, в чем дело, но это так, – тоном, не терпящим возражений, повторил бармен. Или теперь его стоит звать «Абба»? – Да что такого должно было произойти? – как ни старался, Йен не мог понять суть их недоумений. – Сейчас покажу, – Абба жестом подманил к себе женщину, одетую в строгий костюм. Она была похожа на управляющую и бухгалтера одновременно. И Йен был уверен, что в зале ее до этого не было. – Что там сейчас по заказам? – деловито спросил у нее бармен. – Третий столик не может определиться с коктейлем из основного меню. – Нам подходит. Снова загремели бутылки алкоголя, сок. И вот за широкой спиной снова ничего не рассмотреть. На выходе получился напиток точь-в-точь как тот, что Йен уже успел выпить. – Разве они это заказывали? – задал он очевидный вопрос. – Разве ты меня сдашь? – резонно заметил Абба. – Нет, – и в самом деле, пойло вроде безобидное. – Отнесешь? – Абба передал пару бокалов с идентичным содержимым женщине, а сам подвинул сапфировый коктейль ближе к брюнету. Пузырьки до сих пор опускались и поднимались. Йен хлопнул трубочкой несколько из них, и маленькие капельки над поверхностью коктейля рассыпались крошечным дождем. На вкус напиток напоминал домашний лимонад. Кислинка приятно перекатывалась на языке, а вместе с ней темно-синие шарики. Они оказались не просто соком, отделившимся от всей массы, а полноценными мармеладными фигурками. Йен пил и пузырьки воздуха попадали в нос. В какой-то момент он закашлялся, когда вдохнул их особенно много. Словно уменьшился и сам нырнул в коктейль, а заодно и наглотался. – Эй ты! – крикнул один из тех парней кому еще минуту назад принесли «Вервольфа». Он обращался к Вепрю. – Поборемся? – и выпятил бицепс так, словно на узкой кости действительно было мясо, а не сплошная тонкая кожа, из-под которой проглядывались синеватые сплетения вен. Это выглядело так комично, что Йен бы посмотрел, чем закончится эта сцена, если бы не новый приступ кашля. Коктейль ощутимо жег нос, словно его заспиртовали в абсенте. Надо было срочно бежать в туалет и хорошенько умыться. Вот только к глазам подкатили слезы, и пришлось идти почти наощупь. Где-то справа от себя он услышал Мосси, которая необычно дерзким тоном спрашивала: – Сколько девушек побывало в твоей постели? – Этой ночью ни одной, – ответил ей грубоватый прокуренный голос. – Спорим, так и останешься сегодня ни с чем? Наверное, следующим утром этот диалог покажется Йену сном или выдумкой. В конце концов, он так и не видел дерзкой Мосси. А голос... Лишь череда звуков, которые могут послышаться. Дверь в туалет хлопнула о стену, маленький звонкий хлопок, который тут же заглушила музыка. Здесь она была куда громче. Доходила до аккордов, которые почти оглушали, и снова шла чуть на спад. Йен почти привык к жжению в носу, пелена спала, когда прямо напротив развернулась совершенно умопомрачительная картина. Незнакомый парнишка стоял на коленях перед распахнутой кабинкой. Он закрыл глаза и самозабвенно облизывал тонкое белое эскимо, то гуляя языком по всей длине, то погружая сладость на пол длины в рот. Странное, полное похоти зрелище. Йен даже сделал шаг в сторону, заглядывая в кабинку, чтобы убедиться, что парень не сошел с ума. И убедился. Тусклый свет поменял свое направление, и Йен увидел, как в щеку парнишки почти упирается налитая кровью головка члена. Так вот почему эти игры с десертом так напоминали минет. Парень со всей страстью впечатывался губами в холодную консистенцию, чтобы потом не менее страстно скользить замерзшим ртом по раскаленной плоти. Чтобы выбивать стоны из своего партнера. В какой момент Рейвен отбился от общей группы, Йен не знал. В любом случае, сам он сделал то же самое куда раньше. Вот только он времени зря не терял. Разве можно за несколько минут сойти с ума по незнакомому человеку? Разве можно загореться настолько сильно, чтобы с удовольствием двигаться вперед, утыкаясь в чьи-то губы и щеки. Рейвен смотрел сверху вниз, чуть раскрывая ресницы и словно специально промахивался, чтобы лишний раз ощутить тепло щеки, а потом вновь погрузиться в ледяные недра Арктики. «А Рейвену – Арктический оргазм!» - крикнул тогда Савад. И что-то подсказывало, что он его сейчас получит. – Красиво, не правда ли? – шелковый шепот в очередной раз подкрался самым неожиданным образом. – Абба? – как давно он стоял за его спиной? – Да-да, не успел представиться. Меня зовут Аббадон, но многие зовут меня Абба. Я – хозяин этого заведения и дизайнер всех наших авторских напитков. «Арктический оргазм» – мое новое творение. Красиво вышло, не думаешь? Йен все же добрался до крана, чтобы плеснуть на себя прохладной воды. – Это не совпадение? – Уверен, что нет, – ухмыльнулся он. – И как такое возможно? – Йен смотрел на парней, которые были уже где-то между пиком экстаза и небесами. Им было плевать на зрителей, а музыка неплохо заглушала голоса и тех, и других. «Может, и эти громкие песни здесь неспроста…» – Немного волшебства, – улыбнулся Абба, и разочарование от того, что он юлит слишком быстро перекрыло неоднозначные ощущения внизу живота. – Смотри, смотри, – он заставил поднять глаза, словно именно в этот момент Йен пропускал что-то важное. – Как все-таки гармонично «Арктика» слилась с «Сапфиром». – Этот парень выпил то же, что и я? – указал Йен на незнакомца на полу. – Не только этот, но и вон тот, – Абба бесцеремонно схватил парня за плечи, словно знал уже сто лет, и развернул в сторону открытой двери ведущей в зал. Где-то вдалеке, около барной стойки хлипкий мальчишка без бицепсов одной рукой уложил Вепря и глазом не моргнул. – Что это? – Действие «Вервольфа», которого мы от тебя так и не дождались. – Это бред, – сказал Йен, но понимал, что эти совпадения не были случайностью. И Савад, и Мосси, и остальные ребята из группы были под действием выбранных именинником коктейлей. – Значит, я мог бы быть на месте этого парня? - спросил Йен, снова оборачиваясь к любовничкам. Рейвен уже кончил, и его приятель легкими поцелуями покрывал бедра и живот. – Может быть. Или у нас бы образовалась новая парочка. Вполне возможно, что ты подцепил бы кого-то ещё, и вы могли бы самозабвенно трахаться все вчетвером в разных кабинках. – Этого зрелища ты хотел? – Йен скривился и отстранился от этого странного типа. – Можно подумать, ты бы предпочел хлебнуть носом коктейль вместо тягучего секса. – Я не... Не важно, – пришлось лишь махнуть рукой, все равно не поверит. – Но почему на меня твои составчики не повлияли? – А вот этим вопросом я задаюсь весь вечер.