божественный приговор

Дариус задыхается. От чувств что бушуют бурей внутри него, так и норовя вырваться. Он буквально вылетает из покоев Блайтов, поправляя тунику, которую случайно надел задом наперед. Но это все в спешке, да и неважно было. Его резко, огромной холодной волной захлестнула обида. Он пытался просто поговорить, это все чего он хотел. Но все всегда заканчивалось одинаково. И кажется розовые очки медленно лопались, осколки роняя ему в глаза. Он влетает в комнату. Он не выйдет из нее еще пару дней. Но есть кое-что большее чем его чувства, большее чем он сам. Это долг и божественные обязанности.

***

Хмурым бога виноделия и красоты еще никто не видел. И не увидит, ведь Дариус очень хороший актер. Общение с музами дает свои плоды? Он закрашивает синяки под глазами и надевает самое нарядное одеяние из возможных. Почти полупрозрачная сиреневая ткань ложится на плечи и подчеркивает их хрупкость, несвойственную для богов. В волосах нет привычной виноградной лозы. Ее сегодня заменяет лавровый серебряный венок, который всегда надевался на такие официальные мероприятия. Наверное, это было показателем статуса? Ведь у Аладора и Одалии всегда они были золотыми. Сегодня был день, когда все боги собирались на олимпе и обменивались сплетнями, веселились и вообще делали все что вздумается. Это единственный день в году, когда они хотя бы чуточку походили на семью. Вот и сегодня все должно было повториться. Дариус разливает вино по красивым бокалам. Пальцами обхватывает ножку и скучающим взглядом обводит зал. Все дотошно приветливо улыбались, обсуждая шепотом какую-то новую сплетню. Рейн пару минут назад покинул Дариуса, как только заметил в толпе копну рыжих, непослушных волос. Это была его лань, которую он стремился поймать уже долгие годы. И все эти же годы она не поддавалась, ускользая в последний момент. И имя ей Идалин, богиня охоты. Она была непостоянной словно ветер, неуловимой как лань и такой же непокорной. И сколько бы Рейн не пытался, он из-за стеснения даже подойти к ней не мог. В конце концов он – всего лишь муза, так, слуга высших. А она и есть высшая. Она богиня. Дариус хмыкает. Это до боли напоминало ему его ситуацию. Пусть в его случае все и было немного иначе, да и труднее чуточку. Он кидает мимолетный взгляд на трон, что стоял на возвышении рядом с фонтаном. На нем восседал Аладор. Рядом сидела его жена, а у подножья стояли дети, о чем-то разговаривая. Бог виноделия тут же отводит взгляд. В последние дни он все больше задумывался над своей ролью в этом «спектакле». Старался всячески переосмыслить то, что он делал и то, чего хотел. И пока что это приводило его лишь к новым вопросам, на которые он сам не знал ответа. Между Ионических колонн мелькает темное пятно и снова за ними же скрывается, выплывая уже совсем в другом месте. Один лишь оттенок черного и все уже точно знали, что на празднество прибыл правитель подземного царства – сам Бэлос. Издавна его здесь не любили, пусть открыто об этом и не заявляли. Дариусу всегда говорили, что Бэлос уж очень мрачен и агрессивен, а значит его надо сторониться и лучше не говорить с ним, а то вдруг подумают, что ты с ним заодно? Юный бог никогда не спрашивал почему так, он просто верил и делал так, как было велено. Бог загробного царства не жил на олимпе, он был низвергнут под землю, где и располагалось его царство, в котором он был единоличным правителем. Пусть Дариус и не знал причины, он всегда относился к нему с опаской, предпочитая находится в отдалении, как и остальные боги. Но что-то уже успело поменяться. Так почему бы… Тонкая фигура вырастает неподалеку из черных клубов, совсем не похожих на дым. Дариус невольно поворачивает голову. Интерес, смешанный с страхом льется через край. Чистые, травянистые глаза встречаются с океаном чужих, замирая. Глаза необычайно чистые и красивые для того, кого все боятся. Это подмечает для себя мужчина, отвлекаясь на бокал, что успел опустеть за время его самокопаний. И не успевает он повернуться к столу, как рядом появляются тонкие, бледные руки, что поддерживают кувшин и в минуту наполняют его бокал доверху. Бог поднимает глаза, на секунду подумав о черном силуэте и море, что так размеренно плескалось в солнечных лучах. Но нет Обладательница мятных глаз и длинных ресниц поднимает на него свой взор и вздергивает одну бровь, читая его будто открытую книгу. Но что же еще от нее было ожидать...? - Твое сердце пылает. Как же необычно для бога. «Так трагично и так захватывающе», —туманно говорит девушка, ухмыляясь уголками губ и покидая его так же неожиданно, как и появилась. Лишь синие одежды шлейфом развиваются за ней, оставляя за собой аромат роз. Так пахнет любовь..? Богиня красоты и любви всегда была загадочной и той еще темной лошадкой для Дариуса. Пересекались они с ней редко, но каждый раз он запоминал надолго. Что же могли значить ее слова?... А морская гладь замирает, останавливаясь на Дариусе, незаметно наблюдая. Кто же сделает первый ход?