божественный приговор

Дариус танцует. Впервые за такой долгий промежуток времени у него есть силы улыбаться и плавно двигаться по комнате с невидимым партнером, вальсируя под красивую, тихую мелодию лиры его друга. Вообще и сам Дариус неплохо на ней играл, но сейчас ему хотелось отпустить все и просто двигаться. Он слегка наклоняется и кружится по комнате с новым энтузиазмом, держа одну свою руку на невидимом плече, а вторую вроде как в невидимой руке. Постепенно все приходило в прежнее русло. Вот они снова проводят время с музами, иногда спускаясь на землю чтобы вдохновить очередного творца на какую-то изумительную идею. Они смеются и обсуждают все на свете в рассветных лучах, смакуя виноградные плоды, что своей сладостью окутывали рецепторы. И все вроде стало снова так хорошо, что о верховном боге Дариус и вовсе думать перестал. Единственное, что его продолжало напрягать, так это повышенное внимание от Лилит, что так пристально на него смотрела, когда они изредка сталкивались в коридорах. А этот ее взгляд. Брр. ну что за женщина. А еще эти ее слова все не выходили из головы. Вот буквально недавно! Они случайно пересеклись в садике, куда Дариус теперь волей не волей приходил, чтобы полюбоваться закатом. А потом может и рассветом, практикуя свою игру на лире. В один из подобных дней, богиня любви решила составить ему компанию, бесшумно подойдя сзади и обогнув скамейку, села рядом, сложив тонкие руки на коленях. Она молча наслаждалась музыкой, думая о чем-то своем. Дариус тогда еще никак не отнесся к такой компании, радуясь спасительной тишине. И вот, когда мелодия заканчивается, оставляя за собой лишь призрачное эхо, богиня обратила на музыканта свой проницательный взор и чуть подумав произнесла: «поставив точку здесь, ты не думал, что начнешь что-то новое?» - никакого пояснения не следует. Она лишь, кажется, ждет ответа. А Дариус и сам не понимает про что именно она говорит. Спустя пару минут неловкого молчания, Лилит лишь улыбается. - «Не бойся. Я на твоей стороне. И думаю, она тоже.» - после чего она уходит, так ничего не объяснив. Обе же фразы, казалось, не были связаны между собой. Но вторую, в отличие от первой, Дариус понял со временем. Кажется, Лилит знала все, что происходило в грозовых покоях верховного бога, но ничего не сделала. Не рассказала своей подруге, не сдала его с потрохами. Но тогда вопрос, кто же вторая? За такими мыслями, он даже не замечает, как солнце начинает выкатываться из-за горизонта. А после, буквально через пару дней, происходит то, что будоражит его божественную душу и не дает уснуть. В очередной раз он спускается со своими музами на землю, принимая обличие птиц. Это было самым любимым его обличаем, так как он всегда хотел чувствовать себя таким же свободным. А прелесть полета, по-моему, и вовсе объяснять нет нужды. И вот, он пролетал над лесом, обратившись голубкой, засматриваясь красивыми видами. Под ним мелькали верхушки деревьев, медленно переходившие в маленькие домики. Сюда и лежал его путь. Здесь жил поэт, которого он должен был самолично вдохновить. Вооон тот маленький несуразный домик и был его пристанищем. Приземлившись на ограду, он с интересом оглядывается вокруг. Все как обычно, люди снуют то тут, то там словно муравьи и каждый занят своим важным делом. Кто-то пас овец, кто-то стругал из дерева, а кто-то ковал. Но вон, какой-то силуэт выбивался и всего этого многообразия. В глаза сразу бросились блондинистые волосы, с тонкой нитью седины. Голубь тут же встрепенулся и сам не понял, как, вспорхнул и сел прямиком на плечо этому странному человеку. Хотя человеку ли? Мужчина поворачивает голову. Дариус не ошибся. На него сейчас воззрились прекрасные океаны глаз, что, к сожалению, сейчас имели немного другой оттенок, и волны в них не плескались, а были тихи и бездвижны. Но оно и понятно, богам нельзя было представать перед людьми в их истинном обличае. Но то, что Бэлос выбрал такое похожее...было даже удивительно. Дариус наклоняет голову на бок, изучающе рассматривая бога, которого он не видел с самого праздника богов. А тот, кажется, и вовсе не удивлен, хмыкая и гладя птицу по голове, от чего тот довольно подергивает крыльями, не особо понимая причину такой нежности со стороны верховного, но кажется, в данный момент не придавая этому особого значения. - Какая же неожиданная встреча, солнцеликий. – хмыкает бог, отворачивая голову и говоря полушепотом, зная, что Дариус все равно услышит. А собеседник полностью согласен. Встреча и вправду неожиданная, ведь увидеть бога подземного царства на поверхности, было с родни чуду. Голубь кивает, устраиваясь на плече поудобнее и кажется, совершенно забывая об обязанностях, из-за горящего внутри любопытства. Куда же идет верховный? И что же заставило его покинуть царство. Как только темная фигура бога отходит от оживленной деревни, голубь слетает с плеча, чтобы обернутся юношей, что внешне очень походил на Дариуса, правда красивые фиолетовые волосы, что раньше струились по плечам, сменились самыми обычными, темными. Бог поправляет свои довольно простые одежды и с интересом косится на собеседника, что с таким же неподдельным интересом смотрел на его перевоплощение. - Зачем ты здесь? Не думал, что ты вообще покидаешь свое царство, —спрашивает бог виноделия, подходя к верховному, который продолжает наконец свой ход, скрестив руки за спиной. - с чего же это? Покидаю. Если бы не покидал, то давно бы уже зачах в четырёх стенах. – спокойно отвечает он, в своей уже привычной манере. А Дариус даже радуется такому ответу. Хотя сам не может себе ответить почему. - ну, мне казалось, что вам нельзя покидать свое царство кроме как на праздник, что раз в году. - задумчиво отвечает бог, ожидая ответ, что звучит сразу следом. - ахах. Нет-нет. Покидать царство я могу. Это на олимпе я не могу появляться чаще одного раза. А вот мир людей мне всегда доступен. – отвечает он, глянув на собеседника, о чем то, задумавшись. И вскоре задав уже свой вопрос. - а ты разве не по делам здесь? Мне казалось, что ты в последнее время очень занят со своими музами. – подмечает он, тут же ловя удивленный взгляд собеседника, настолько комичный, что не может сдержать приглушенного ладонью смеха. - Ты не подумай ничего такого, я не следил. Просто так выходило что мои прогулки иногда совпадали с местом вашей работы. – отговаривается он, пока Дариус все еще слегка недоверчиво смотрит на него. - Да-а-а? А то мне уже как-то не по себе. А вдруг, как только я расслаблюсь, ты меня к себе в царство утащишь? – шутливо спрашивает он, показательно скрещивая руки на груди и тихонько пфыкая. С чего Бэлос только громче посмеивается. Смех его был таким...глубоким и слегка хрипловатым, что Дариусу подсознательно хотелось рассмешить его еще, лишь бы подольше послушать эту странную музыку. - А что, тебе так не нравится даже мысль о моем царстве? Там, между прочим, не так плохо, как об этом пишут. В конце концов зачем мне создавать мрачное и ужасное место, если это и мой дом тоже? – улыбаясь говорит он, от чего Дариус задумывается. А ведь и вправду. Зачем? Теперь было еще интереснее увидеть его царство. - правда? Ну тогда я подумаю и может потом дам свое согласие – все так же шутливо произносит Дариус, улыбаясь в ответ. Все же улыбка верховного бога обладала странной силой – заразностью. - Подумайте, о бог красоты, вина и вдохновения. – слишком уж вежливо произносит Бэлос, неожиданно останавливаясь и под удивленным взглядом более юного бога, беря его руку в свою и целуя тыльную сторону ладони. - ну что ж. благодарю вас за столь приятную компанию, но мне, кажется, пора. Цербер зовет. – произносит он, исчезая в темном облаке. Оставляя Дариуса одного, на небольшой лесной полянке. Щеки медленно алеют. А сам Дариус стоит как вкопанный еще с минуту, со странным взглядом рассматривая место недавнего поцелуя. Было как-то необычайно приятно. А осадок после встречи был такой мимолетно-окрыляющий…что же с ним?