божественный приговор

Лёгкий вечерний ветерок ласкал мягкую траву, то прижимая её к самой земле, то распрямляя и слегка колыша. Тёмные волосы сплетены в хвост и украшены полевыми цветами. Музы сегодня были особенно нежными и активными. Дариус не мог на них взглянуть без улыбки, ощущая какое-то особое спокойствие и радость. Они часами проводили время в полях, лесах, на берегу озер, рек и морей, играя на музыкальных инструментах и танцуя. А после, собираясь вместе, садясь в кружок и опьяненные вином, болтали на самые разные темы. Возможно кому-то покажется такое времяпровождение чересчур инфантильным для Бога, но почему он не может позволить себе такую вольность как счастье? В конце концов он тоже не вечен, и всему итак когда нибудь придёт конец. Вот и сегодня, как только с севера задул ветерок, музы смеясь помахали Дариусу, испаряясь белесым облачком, возвращаясь таким образом на олимп, в их личные покои. А Дариус остался. Остался, чтобы запечатлеть рассвет, с бокалом вина, что стоял сейчас рядом с ним в траве, а сам он изящными, тонкими пальцами перебирал струны покоящейся на его коленях лиры. Была в этом какая-то романтика, которую хотелось растянуть подольше. Ветер одним своим неспешным порывом колышет волосы Бога, проходится колючими руками по коже, заставляя на пару секунд закрыть глаза. Тело покрывается лёгкими мурашками. Это всегда так будоражило, когда он находился в человеческом мире, все ощущения выкручивались на максимум и он совсем уж не ощущал себя Богом, высшим существом, ведь на него всё так же влияли силы природы, а он чувствовал себя таким маленьким по сравнению с настоящим могуществом стихии... На плечи ложится что то мягкое и струится, закрывая не только плечи, но и спину, и руки от ветра и внешнего мира. Становится ощутимо теплее. От ткани исходит необычный аромат, таких Дариус ещё не ощущал. Где то рядом раздаётся знакомый, глубокий голос. — Вроде бог, а такой беспечный. Не думал что мы так скоро встретимся. — произносит Бэлос, присаживаясь рядом с юным богом в траву, из интереса беря бокал, что стоял рядом с Богом виноделия и отпевает немного, смакуя терпкий вкус на языке и чуть подумав, одобрительно кивает, делая ещё один небольшой глоток. Никто лучше Дариуса не делал вино. Почему? Потому что он его и изобрёл. А потому такая оценка конечно была сама собой разумеещееся, но Бог почему-то всё равно внутренне радуется, довольно хмыкая в ответ на это. Повисает недолгое молчание, в процессе которого Дариус забирает у Верховного (Вообще-то свой) бокал и немного отпив, отдаёт обратно. Вино же, только убыв, сразу же божественным образом восполняется. И вот бокал уже снова полон до краёв. На что Бог подземного царства одобрительно хмыкает. Кажется вот такая магия ему нравится, и ещё как. А вот и солнце окончательно скрылось за алеющим горизонтом. Греция начала медленно проваливаться под тёмную дымку ночи. В такой компании богу виноделия было на удивление спокойно. Вино дополнительно расслабляло и сподвигало к разговору. — и не одиноко тебе? — неожиданно спрашивает Дариус. Почему-то эта мысль его особенно заботила. — Я бы не сказал... Иногда бывает. Но цербер спасает меня от такого понятия как одиночество. Цербер... По всем записям это был трехголовый пёс что охранял главный проход в царство мёртвых, не давая им вернуться. Трудно было немного представить разумного трехголового пса, даже при всем разнообразии магических существ. Бэлос кажется ловит волну непонимания и пытается объяснить. — если ты читал истории, то знай, это всё не правда. Это придумано лишь для устрашения. — поучительным тоном говорит мужчина, отпивая немного из бокала. Дариус заинтересованно косится на Бэлоса, который обращает свой взор на тёмное небо на котором медленно начинают мерцать маленькие огонечки разных цветов и размеров. — кажется, что ты меня заманиваешь в своё царство. Слишком уж интригуешь. — бухтит Дариус, ловя себя на мысли что и вправду был бы не прочь посмотреть на подземное царство. Но как и все боги, он немного побаивался этого места, ведь одно неловкое движение и выйти оттуда ты уже не сможешь. А Дариус был Богом достаточно свободолюбивым и в такой клетке оказаться... Это была бы трагедия. — может и так. — честно отвечает Бог, невольно улыбаясь от мысли что в его царстве может случится пополнение. Хотя данная мысль была для него так странна, он же тысячилетиями жил один, и справлялся же как-то, создав себе Цербера, написав правила и законы и построив новый мир из руин старого. Зачем ему кто-то ещё, когда у него есть он сам? Но почему-то мысль о компании, грела сердце, всколыхивая лучики надежды где-то глубоко-глубоко. Дариус рассматривает профиль Бога внимательно, стараясь запомнить каждую черту. Ведь кто знал когда они ещё встретятся? Он переводит взгляд на небо, подумав что так долго пялится было уже просто некрасиво. А вот вместе смотреть на расписанное будто красками небо, было даже как-то... Романтично..?