Глава 22
17 октября 2023 г., 16:22
Была уже почти ночь, когда Ева позвонила Фейт.
Девушка бездельничала дома в один из своих выходных после того, как проработала семь дней подряд. Эта неделя показалась ей мучительно долгой. Находиться рядом с Евой, сохраняя при этом строго профессиональные отношения, сейчас было труднее, чем когда-либо. И все же, быть вдали от Евы было еще хуже.
Похоже Фейт не на шутку увлеклась.
Она подняла трубку, горя желанием услышать голос Евы.
— Мне нужно, чтобы ты приехала ко мне, — сказала Ева. — Сейчас.
— Л-ладно. — Фейт нахмурилась. В голосе Евы прозвучали жесткие нотки. — Все в порядке? Что-то с детьми? — Они должны были быть у своего отца.
— Я всё объясню, когда ты будешь здесь.
— Мне нужно минут десять, чтобы собраться, и я сразу приеду.
— Постарайся сделать это как можно быстрее. — Ева повесила трубку.
Страх прокатился по спине Фейт. Что-то было не так. Совсем не так. Она слышала это в голосе Евы.
Девушка натянула джинсы и куртку, схватила ключи и направилась к Еве домой. Было поздно, и пробок на дорогах не было, так что она добралась довольно быстро.
Она отперла дверь и вошла внутрь.
В доме было пугающе тихо.
— Ева?
— Я здесь, — позвала Ева.
Фейт последовала на голос Евы в ее кабинет. Ева стояла у своего стола спиной к двери.
— Ева? — тихо позвала Фейт. — Ты в порядке?
Ева обернулась. Ее лицо было мертвенно-бледным, а губы сжаты в тонкую линию. Она смотрела на телефон, который держала в руке.
Фейт подошла к ней.
— Что происходит? — спросил она.
— Харрисон. Он… — Ева сглотнула. — Будет проще, если я просто покажу тебе.
Ева передала свой телефон девушке. На экране появилось видео, но было слишком темно, чтобы что-либо разглядеть. Фейт нажала кнопку воспроизведения. Видео выглядело так, словно было снято в баре или клубе. По мере того как запись продолжалась, в поле зрения попала толпа. Большинство людей были одеты в откровенную, вызывающую одежду. На заднем плане виднелись всевозможные необычные приспособления и оборудование.
Фейт мгновенно поняла, где было снято видео.
— Это ‘Логово Лилит', так ведь?
Ева не ответила. Да это было и не нужно.
На видео были видны некоторые места по углам, скрытые от основного зала клуба. Несмотря на тусклое освещение, две фигуры за столиком были видны отчетливо. Фейт с ошейником на шее и Ева, одетая в обтягивающий корсет, обнимающая Фейт одной рукой.
У Фейт скрутило живот. Это было в тот последний раз, когда они с Евой ходили в Логово.
На экране Ева толкнула Фейт спиной к стулу, прежде чем схватить ее за воротник и запечатлеть страстный поцелуй на ее губах, ее рука скользнула вниз по груди девушки. Секунду спустя Фейт покачала головой и, съежившись, отвернулась, что-то сердито высказывая Еве. На видео не было звука, но жесты и выражение лица Фейт ясно давали понять, что ситуация накаляется. Через несколько секунд Ева схватила Фейт за руку и потащила ее за пределы кадра. Запись оборвалась.
Фейт выругалась себе под нос. Это было не очень хорошо. Камера запечатлела именно тот момент, когда Фейт была расстроена. Хотя на самом деле это была всего лишь незначительная размолвка, расстояние и угол наклона камеры передавали совсем иной смысл. Это выглядело так, будто Ева агрессивно навязывалась девушке, которая не хотела этого, в каком-то темном, извращенном секс-клубе. На посторонний взгляд, представшая сцена была скандальной. А Ева выглядела определенно хищницей.
Фейт подняла глаза на Еву.
— Что это? — спросил она.
— Харрисон прислал это мне, — сказала Ева.
— Я не понимаю. Откуда это у него?
— Он сам снял. В ту ночь он был там. Очевидно, его друг, который является членом клуба, проболтался, что я тоже туда хожу. Харрисон хотел увидеть это своими глазами, поэтому убедил своего друга взять его с собой в качестве гостя. Я не знаю, пытался ли он поймать меня на месте преступления или это было просто совпадение, но ему посчастливилось застать меня с тобой. С няней моих детей.
Осознание молнией пронзило Фейт. Харрисон видел её. Он знал, кто такая Фейт. И теперь он знал, что у Евы были какие-то извращенные отношения с няней.
— Как ты думаешь, что он собирается с этим делать? — спросила Фейт.
— Тут и думать не надо, — сказала Ева. — Он точно сказал мне, что собирается делать. Он намеревается использовать это видео в качестве доказательства того, что я отвратительная мать в деле об опеке и забрать у меня детей. Если я не выполню его требования.
— Он тебя шантажирует?
— Он хочет, чтобы я отозвала свое ходатайство об опеке. Позволила детям жить с ним. Если я это сделаю, он разрешит мне навещать их. Если я не буду сотрудничать, он и его адвокаты позаботятся о том, чтобы я никогда больше не увидела их.
— Но это же бред! Что даст ему это видео? Оно не доказывает, что ты делаешь что-то неправильное или противозаконное.
— Само собой. — Ева скрестила руки на груди, крепко прижимая их к себе. — Но имидж имеет значение в глазах суда по семейным делам. Хорошие матери не ходят в БДСМ-клубы и не заводят романов с няней. Он собирается использовать это, чтобы выставить меня психопаткой.
— Но это ведь неправда, — воскликнула Фейт. — И это всего лишь одно видео. Это ничего не значит.
— У него есть и другие доказательства. Ещё с тех пор, когда двойняшки были маленькими. Отчеты врачей о моем психическом состоянии. — Голос Евы дрогнул. — Когда я обратилась к врачу, я была не в лучшей форме. Он может и это использовать.
— И это все, что есть у Харрисона против тебя? — Так вот почему все это время Ева была полна решимости вести себя наилучшим образом?
Ева кивнула.
— В этом нет ничего предосудительного, но его адвокаты, они все исказят, сделают так, чтобы это выглядело серьезнее, чем было на самом деле. Выставят меня плохой матерью.
— Но это было много лет назад. И все те проблемы, которые у тебя были, были из-за него и его ублюдской семейки!
— Я не могу винить во всем его семью. Я сама несу ответственность за свое психическое состояние. Я несу ответственность за то, что я чувствовала.
— Нет, это не так. Многие женщины чувствуют то же, что и ты. Нет ничего необычного в том, чтобы впасть в депрессию после рождения детей. Это не делает тебя плохой матерью.
— Не все это понимают, — возразила Ева. — Все, что увидит судья, это мать, чьи дети довели ее до отчаяния. Адвокаты Харрисона позаботятся об этом. Они лучшие в своем деле. Заплати им достаточно, и они могут посадить за убийство кого угодно. Все, что им нужно сделать, это представить меня психически больной извращенкой, и все. Я потеряю детей.
— Но у тебя тоже есть хорошие юристы, — сказала Фейт. — Ты можешь бороться с ним.
— Риск слишком велик. Если я буду бороться и проиграю, я никогда больше не увижу детей. Я не могу потерять их, Фейт.
— И что ты собираешься делать? Ты не можешь просто взять и сдаться.
— У меня нет выбора! Харрисон, он влиятельный человек. И у него неиссякаемый запас денег. Я не могу пойти против него, подвергая себя такому большому риску. Я не смогу одолеть его.
— Сможешь! Ты должна хотя бы попытаться.
— Ты не понимаешь. — Ева всплеснула руками. — Да и как ты можешь понять? Ты не мать. Тебе не понять, чем я рискую. Ты, наверное, не в состоянии увидеть, каково это.
Это было правдой. Фейт этого не знала. Она не могла представить себе глубину страданий Евы.
— Ты права, — сказала Фейт. — Прости. Мне жаль, что так вышло. Если я могу что-нибудь сделать, чтобы…
— Нет, — оборвала ее Ева. — Я позвала тебя, просто чтобы сообщить, что происходит, и что мне действительно сейчас нужно, так это время, чтобы разобраться с этим. Двойняшки останутся с Харрисоном, пока все не уладится, так что няня им не понадобится. И я не хочу и дальше втягивать тебя в этот дурдом.
— Ох. — Неудивительно, что Ева хотела, чтобы Фейт ушла. В конце концов, именно отношения с ней стали причиной всего этого. — Ты права. Так будет лучше.
Ева не ответила. Она просто продолжала смотреть в никуда.
— Что ж, я больше тебя не побеспокою. — Фейт колебалась. — Мне правда жаль. Я надеюсь, ты сможешь со всем разобраться.
Девушка быстрым шагом вышла из комнаты. Ева даже не взглянула на нее. Она не попрощалась. И когда Фейт возвращалась домой, все, что стояло у нее перед глазами, это измученное лицо Евы.
