Брат за брата

— Ну и сволочь же ты, — пытаясь заправить постель, охал от боли Чуя, пока искалеченный любовник преспокойно пил утренний кофе, наслаждаясь видом на разукрашенную метками и укусами кожу. — Ладно тебе, солнце, зато ночью ты был бесподобен, а твои стоны... — в него полетела подушка. — Осаму, прекращай! Иначе пса натравлю на тебя! В подтверждении его слов зарычал щенок, агрессивно скалясь на Дазая. — Всё-всё, молчу, — опасливо поглядывая на него, милиционер обнял подушку, выставив перед собой, как щит. — И как у тебя сил хватает? — бормотал Накахара, складывая диван и плюхаясь туда. Ойкнув, он вызвал тихое хихиканье у шатена. — Фас! Пёсик зарычал и принялся громко тявкать. Дазай забрался на стул с ногами, тут же переставая смеяться. — Умница, мой хороший мальчик, — взяв щенка на руки, Чуя гладил его и нахваливал, злобно глядя на мента. — А я?! Подлетел к нему парень, вставая на колени и жалобно глядя в голубые глаза. Накахара сначала поджал губы и пафосно отвернулся, но вскоре расстаял и невзначай принялся ворошить мягкие тёмно-каштановые локоны. — Гад, — шёпот раздался над ухом. — Твой~, — рубинами сверкнули карие глаза в ответ, а длинные шаловливые пальчики нежно оглаживали чистую бледную кожу под футболкой. — Нам на работу к девяти. — Нам? — удивился Чуя, однако потом догнал мысль. — Точно! А на кого я собаку оставлю? — его охватила лёгкая паника. — У тебя есть друг, насколько я помню, может, попросишь посидеть с ним? — кивнув в сторону притихшего щенка, сжал чужие руки Дазай. — У нас мало времени. Надо тогда сейчас позвонить, — ища телефон глазами, взбудоражился он. Спустя несколько гудков на том конце послышался заспанный голос.

— Да?

— Ацуши, нужна твоя помощь! — резко выпалил рыжеволосый.

— М? Что-то случилось? — зевок перекрыла обеспокоенность.

— Ага. Тут такое дело, мне некуда девать щенка, а сегодня надо уйти из дома. К сожалению, хозяев ещё не нашёл, — смотря в карие глаза, Чуя поправил выбившуюся из тёмной чёлки прядь у любимого. — Можешь взять к себе на денёчек?

— А... Ладно, — заторможенно ответил пепельноволосый. — Кхм, давай возле моего дома встретимся через час?

Накахара глянул на время. — Да, спасибо огромное! Облегченно выдохнув, студент помчался одеваться, предварительно вытолкав за дверь шатена, чтобы тот оделся у себя. Дазай был, естественно, не рад такому. Хмурый из-за того, что не сможет в очередной раз поглазеть на обнажённую фигурку своего симпатичного мальчика, он смиренно стоял в рубашке и брюках, поправляя галстук, и ждал его. Как только рыжая макушка промелькнула рядом с ним, Осаму просиял. — Давай, бежим, у нас есть двадцать минут, чтобы дойти до дома Ацуши, — закрывая на ключ дверь, торопился Накахара. Торопился так, что его официальная форма, состоящая из белой рубашки с коротким рукавом была не до конца застегнута, а серый галстук просто висел на шее, вызывала лёгкую улыбку, но и чувство гордости. Всю дорогу шатен пялился на зад паренька, вспоминая о прошлой ночи с трепетом в груди и диким желанием повторить сей успех. На горизонте уже появился Накаджима с каким-то парнем в кожанке. Незнакомец и Дазай как-то странно посмотрели друг на друга и одновременно прижали к себе студентов. — Ацуши, огромное спасибо, очень выручил! — аккуратно отдавая в чужие руки пёсика, рыжеволосый благодарно улыбнулся, пока питомец обнюхивал нового для него человека. — Не за что. Кстати, вы же не знакомы! Это мой брат — Акутагава Рюноскэ. А это мой одногруппник и друг — Накахара Чуя и его брат Осаму, — парни пожали друг другу руки в знак приветствия. — Брат, значит... — пробормотали Дазай и Акутагава. — Ещё раз извини за беспокойство, — положив руку на сердце, чуть кивнул рыжеволосый. — Осаму, идём? — Да, я сейчас, можешь идти вперёд, — потрепал его по голове тот. — Ацуши, ты пока тоже ступай, я догоню, — Акутагава дал понять недоуменному сейчас братишке, что ему следует оставить их наедине. Накаджима пожал плечами и скрылся за углом, рассматривая мило тявкающий пушистый комочек. Когда в округе не осталось посторонних, Дазай начал диалог. — Блатуешь? Мори нужны новые шестёрки? — он говорил жёстко и холодно, глядя сверху вниз своими рубиновыми глазами. — Не рановато Ацуши с вами водиться? — Слышь, я хотя бы его не обманываю. Нет у тебя никаких братьев, так кем этот мальчишка тебе приходится? — нахмурился Рюноскэ. — На ментовскую сторону перетягиваешь? — Не перегибай палку. Ты не ответил на мой вопрос. — Тц, он мне действительно брат по крови. И я не собираюсь его впутывать в наши дела. Его это не касается, — убирая руки в карманы, надменно смотрел он на Дазая. — Твоя очередь. — Он под моей личной опекой. И его я тоже не собираюсь подвергать опасности. То, что я с Мори давно знаком, еще не значит моё полное безразличие к вашим подпольным делам, имей в виду, я напоминаю на всякий случай. Будьте осторожны, в последнее время органы заинтересованы в искоренении преступности больше, чем когда-либо. Передавай привет боссу, — усмехнулся шатен и ушёл. Акутагава хмыкнул и завернул за угол, где ранее скрылся пепельноволосый студент. Он сидел на скамейке под деревом и играл с весёлым щенком, задорно смеясь. — Я закончил. Топаем к тебе, — сторонясь пса, заявил парень. — А чего ты оставался там? — любопытство взяло верх. — Да так, осматривал территорию. Слова милиционера крутились быстрой каруселью в голове. На улице последние пять лет неспокойно. Да какой там! Во всей стране! И не поймёшь, кто кого имеет: правительство подпольников и криминалов или наоборот. Но спасибо этому нахальному шатену, он действительно выручал, когда надо. Правда, неизвестно, почему он помогает и как вообще познакомился с Мори. Ну и черт с ним! Сейчас стоит сосредоточиться на младшем брате, который вот уже как пять минут тупо пялится себе под ноги, будто ещё и уменьшившись в размере. Провинившийся котёнок, милый и беззащитный. Так думал Акутагава в первую встречу, так думает и сейчас. Накаджима очень неуверенно зашагал в подъезд, после отдавая в холодные руки теплого щеночка, что тоже притих, прижав ушки к голове и не спуская глаз-бусинок с мальчишки. Дверь со скрипом открылась, впуская гостей в узкий коридор, где по-прежнему стояли женские туфли и мужские ботинки. Для Ацуши странно, что не другие. Прогнав поганые мысли, он ужаснулся с того, насколько плохо думает о родной маме. Осторожно пройдя в зал, пепельноволосый заметил двух взрослых, сидящих на диване. И только женщина выглядела обеспокоенно. — Сын? — она подошла к нему, словно стараясь не спугнуть, очень медленно и немного накренившись. — А, заявился? А ты мне все уши прожужжала! "Где же Ацуши? Что с моим сыночком?" Ишь, поганец! Ни стыда, ни совести! Как только посмел припереться с таким наглым видом?! А?! — мужчина кричал на обоих, пытаясь запугать совершенно спокойного студента, который даже не отвернулся, хотя между их лицами оставалось всего сантиметров восемь. — Ты погляди, ещё и с каким-то утырком! — обратив внимание на Рюноскэ, усмехнулся мужик. — Кого попало в дом приводит! — Хах, ну да, весь в маму, — самодовольно ухмыльнувшись, пепельноволосый оскорбил и мать, и её хахаля, готового сейчас ему оторвать бошку. — Ах, ты мразь! — звонкая пощёчина оставила на гладкой щеке горящий отпечаток широкой грубой ладони. — Сука, я научу тебя уважать старших! — он схватил студента за волосы и хотел хорошенько долбануть его о шкаф, но резкая боль в правой части живота заставила согнуться пополам. Акутагава презренно смотрел на корчащегося мужика и медленно стекающую кровь. Женщина закрыла лицо руками и упала на пол, громко всхлипывая. — Никто не смеет так разговаривать с моим братишкой, ясно? Тут она непонимающе посмотрела на парня и открыла рот в удивлении. В этих серых глазах она узнала её возлюбленного, отца её сына. Этот мальчик?.. — Мам, — студент обратился к трясущейся матери, — я соберу вещи и уйду тихо. Я надеялся, что ты образумилась после нашего разговора, после того, как я начал пропадать на улице, после моей ночёвки вне дома... Но, видимо, нет. Я больше не буду мешать тебе и... Твоему ухажёру. Я уйду. Схватив рюкзак с вещами первой необходимости, незаметно стоящий до этого в углу комнаты, он последний раз осмотрел помещение, маму и мужчину, чьи глаза, полные ненависти, сверлили Акутагаву, непоколебимо нависающего огромной скалой над ним. Громко хлопнув дверью, парни в неловком молчании присели на скамейку. Щенок понимающе скулил рядом с ними, положив лапку на колено Ацуши. — Ты долго планировал это, не так ли? — Как ты догадался? — мёртвый взгляд с искрой недопонимания устремился на собеседника. — Ну, знаешь ли, вещи за пять минут не собираются, а ты взял уже готовый портфель. И куда ты собирался идти жить, не встреть ты тогда меня? — подперев щеку рукой, спросил брюнет. — Попросился бы пожить у Чуи, он бы не отказал, — очень стыдно было о таком говорить; на самом деле, Ацуши не совсем представлял себе, как бы он взвалил свои проблемы на одногруппника. — Ну-ну, уже вижу твое тоскливое лицо и нерешительность во взгляде! Хах, повезло тебе, пошли, — Акутагава потрепал его по голове, усмехаясь и вставая с места. — Мне уходить скоро, надо тебя до дома проводить. Накаджима, состроив брови домиком, исподлобья, как на чудо, посмотрел на старшего брата. Взяв на руки щенка, он улыбнулся куда-то под ноги и тихо ответил "пошли". Легкость от того, что его впервые поддержали спустя долгое время, благодарность за то, что за него первый раз заступились, и глупая улыбка на лице — коктейль "Счастье" в душе опьянил мальчишку, заставляя весь день прокручивать в голове фразу Акутагавы, сказанную мужчине. Уже вечером, отдав собачку "хозяину", он домывал пол после шерсти, пыли и накопившейся между досок грязи. Очень хотелось порадовать брата снова! Тем более заслужил. " Интересно, мама поняла, с кем увиделась? Судя по её виду, определённо." Замерев на минуту он медленно осел на пушистый коврик, сверля пустым взглядом невидимую точку в стене. Запрокинув голову назад, положив её на кровать, он глубоко дышал, пытаясь утихомирить быстрое сердцебиение. И что дальше? Ну ушёл он из дома на какой-то неопределённый срок. Ну нагрубил матери и её хахалю. А потом? Суп с котом! Только возле мусорки в грязной одежде под проливным дождём в попытках согреться, вытянув руки над костерком! Акутагава не будет его содержать до конца жизни. Он тоже человек: когда-нибудь он обзаведётся семьёй, дети будут громко смеяться и бегать босыми ножками по голому полу, на котором мальчик сейчас сидит; с женой будет спать на кровати, на которую гость сейчас запрокинул свою голову; в облагороженном студентом саду будет бродить, поедая спелые вишни... От этих мыслей стало грустно. А уже темнело. В дом вошёл сам хозяин дома, в немом шоке рассматривая опустошенного брата. — Эй, ты чего тут... — присев на корточки перед ним, брюнет искал в потускневших глазах причину такого бесстрастия ко всему. Медленно посмотрев на брата, Ацуши шмыгнул носом и нервно сглотнул, а после крепко обнял его, грудью чувствуя, как чужое сердце буйной птицей затрепетало быстрее.