Брат за брата

— Дазай, ты его знаешь? — Чуя, перевязывая рыжий хвост, удивлённо пялился на хмурого парня. Они не опаздывали, но поторопиться стоило. — А что? — После разговора с ним ты сам не свой, что-то случилось? — Накахара попытался дотронуться до шатена, однако тот неосознанно или по своей воле дёрнулся. Голубые глаза удивлённо смотрели на него, а после виновато опустили ресницы. Напряжённость между ними усиливалась с каждым проделанным шагом. Было неловко, неприятно и даже в какой-то степени страшно находиться рядом с мрачным милиционером. Студент волновался с утра, волнуется сейчас и волноваться будет в ментуре. И не столько из-за работы, сколько из-за Дазая, ни слова не сказавшего за весь их пройденный путь от дома Ацуши до заветного здания. — Фукудзава Юкичи, — постучал блондин в очках. Как только из-за двери послышалось "Войдите!", он кивнул мальчику. Тот робко сделал шаг вперёд и окинул взглядом возлюбленного. — Не переживай, — потрепал он его по рыжей макушке и легонько улыбнулся. Парни зашли к полковнику. В кабинете было темновато: полуприкрытые жалюзи не пропускали солнечный свет, а тёмных тонов мебель устрашала. По середине, за широким дубовым столом, восседал мужчина лет сорока пяти с уже седыми волосами. Усталый вид прибавлял ему возраста, а мешки под серыми глазами вызывали палитру эмоций: от жалости до восхищения. — Дазай? Что-то хотел? — мягкий, но строгий голос напомнил чем-то Чуе отца. Так обращалая он к мальчику после работы. Обычно потом следовали незамысловатые игры под ласковую улыбку матери, наблюдающей за своими мужчинами из коридора. — Товарищ полковник, у нас, как я помню, есть свободные вакансии, — начал милиционер. — И ты привёл с собой потенциального работника? — Верно, — хмыкнул он. — Тебе восемнадцать хоть есть? — скептично выгнув бровь, Фукудзава встал с места, оценивая рост мальчишки. — Есть, — непоколебимо ответил студент. — Покажи паспорт. Накахара спокойно вытащил из сумки документ и вручил полковнику. Тот кивнул. — Хорошо, можешь рассказать о себе, — ожидая начала, мужчина сложил руки на груди. — Что Вы конкретно хотите услышать? У Вас много дел, а рассказ о моей жизни займёт больше положенных десяти минут, — Дазай уставился на мальчишку с широко распахнутыми глазами, пытаясь не улыбаться. Юкичи усмехнулся. — Ценишь время? Это правильно. Начни с простого: где учишься, на кого. — Университет ***, инженер, перехожу на второй курс. — Неплохо, — мужчина был крайне заинтересован в мальчишке. Не каждый день к тебе приходит сотрудник с потенциальным работником. Почему бы не попытать удачу? — Какие достоинства, недостатки? — Было бы замечательно, если бы Вы увидели всё на практике, — хитро улыбнулся Чуя. Дазай поджал губы, отворачиваясь от полковника. — Смельчак, ты мне уже нравишься, — лицо Фукудзавы освежилось. — К сожалению, был случай, когда из-за моей смелости я попадал сюда, — оглядывая помещение, непохожее на допросную, пробормотал он. — Хех, честный. Без специальной подготовки на задания мы брать тебя не можем, да и нет у тебя юридического образования, — как бы невзначай, но по делу упомянул Юкичи. — Понимаю. Но мне нужна подработка. Недавно я остался без родителей, — судорожно выдохнул он. — Возник финансовый вопрос. Пусть ещё проблем нет, но за многие вещи скоро надо будет платить. Именно поэтому я здесь. — Вот как, — задумчиво почесал щетинистую щеку полковник. Отвернувшись к окну, он долго и внимательно изучал сначала пылинки, отчётливо видневшиеся из-за яркого света, потом узкий пейзаж просыпающегося города. — С данными работать умеешь? — Умею, — появился лучик надежды, озаривший потускневшее лицо, мучимое молчанием и неизвестностью. — Дазай, — полковник повернулся к ним. — Отведи его в архив. На столе лежат дела и документы, их нужно отсортировать по датам. Справишься? — Будет сделано, — уверенно кивнул мальчик. — В конце дня окончательно решу: брать тебя или нет. Так что считай это своим вступительным экзаменом. А теперь ступайте, — проводив их к выходу, полковник на секунду задержал подчинённого и прошептал. — Ты за него и его поступки в ответе, учти. — Знаю. — Дазай~, — Накахара развалился на стуле, потягивая спину под громкий хруст, — так много информации! — Да-да, Чуя, не думай, что это легко, — усмехнулся шатен. Присев на стол под замученный взгляд, где пробежали искорки недовольства, он взял одну папку в руки и принялся её листать. — О, твой знакомый. Задиров Константин, семдесят восьмого года рождения, задержан за драку возле Дома Культуры с одногруппником. Накахара выхватил папку и бегло прошёлся по строчкам дела. — Эм, а почему не указано, с кем он дрался? — Ну так, этот кто-то рассказал правду, да и тот мальчик был слишком красив, чтобы заводить такое низкое дело. Я бы ему дал что-нибудь посерьёзнее, — наклонившись к рыжеволосому, он ухмыльнулся и продолжил. — Кража моего сердца, например~. — Ой, иди лучше, работай, — прыснул студент, откидывая голову назад. Дазай спокойно подошёл к нему и легонько коснулся лба губами, довольно улыбаясь. — Мой вор меня прогоняет~. — И правильно делает. — Бедная жертва не может рассчитывать на одну поблажку от жестокого преступника? — этот игривый тон... Чуя закатил глаза и тяжело вздохнул. Резко очутившись возле парня, он потянул его за галстук так, что их губы находились на одном уровне. Осаму попытался поддаться вперёд, однако эти соблазнительные уста всё время сбегали, но держали расстояние близко-близко, растягивались в ухмылке, кусались зубами. Спустя минуты две милиционеру надоела эта игра. Он притянул за талию мальчика и нагло слился с ним в поцелуе. Нежный, тянущийся, головокружительный, а самое главное, зараза, прерываемый! И не просто потому, что закончился воздух, а из-за сильного стука в дверь. Парни оторвались друг от друга: один с довольной лыбой шире стола, а другой обеспокоенный и слегка покрасневший. — Дазай! — Куникида вошёл внутрь, заставая своего коллегу возле мальчика, так старательно изучавшего документы. Кивнув самому себе, он продолжил. — Сколько можно валять дурака?! Вон, новенький, сидит, работает, даже на обеденный перерыв забил, а ты?! — Меня к нему приставили, я должен за ним смотреть, — делая вид, что ему абсолютно плевать на блондина, он не удосужился даже поднять взгляд. — Ах ты паршивец... А дальше звуки криков и мольба о помощи. И вот, разукрашенный, потрёпанный милиционер сидит за своим столом и, дуя губы и хмурясь, заполняет ежедневный отчёт, изредка подглядывая в приоткрытую дверь архива, где мальчишка продолжал сортировку. В какой-то момент их взгляды пересеклись. Чуя улыбнулся и стеснительно заправил прядь за ухо. Шатен покрылся румянцем, тут же утыкаясь в свои бумаги. Не думал он, что рыженький мальчик полностью захватит его мысли. От одного воспоминания о недавнем поцелуе трепетало в груди. Насколько эти юные губы были нежны, движения аккуратны и изящны, горящие голубые глаза кричали о желании. Прикусив губу, Дазай нервно стукал ручкой по столу, исподлобья глядя на объект обожания, как зверь на добычу. Накахара заметил на себе его внимание и специально сел так, что бы его было не видно за бумагами и дверью. Осаму цыкнул, скрестил руки на груди, отложив работу. Хотя, там и откладывать нечего: отчёт то дописан, а больше заданий не было. Маленькая стрелка дошла до восьми. Милиционеры потянули спины, кто-то сразу стал собирать вещи, кто-то — переодеваться, ну а шатен — помчался к Чуе. Тот тоже закончил и устало разминал ноги, вытягивая то одну, то другую. Заметив возлюбленного в дверях, он тут же закрыл какую-то папку и убрал всё на места. Схватив сумку, он хотел уже выйти из кабинета, но путь ему преградили неожиданным вопросом. — Даже не обнимешь? Грустный тон давил на чувство вины. Поджав губы, рыжеволосый оттащил мента в сторону, подальше от посторонних глаз. Его осторожность порой бесила первого, однако он тоже понимал: если прознают — в лучшем случае забудут через какое-то время. И хотя в соседнем кабинете уже никого не было, через объятия можно было ощутить волнение студента. Его бегающий взгляд не давал покоя, а руки не сжимали, только едва касались крепкого тела. Такое поведение не устроило старшего, поэтому он закрыл дверь и крепче обнял мальчишку. Тот хмыкнул и, пристав на носочках, скромно поцеловал бритый подбородок. Дазай уже потянулся к нему, но его губы прикрыли ладонью. Даже через неё можно было увидеть широкую улыбку. Накахара покраснел, когда ему стали зацеловывать сначала подушечки пальцев, потом линии сердца и жизни, запястья, всё притягивая и притягивая ближе и ближе, пока между ними совсем не осталось пустого пространства. — Почему остановился?~ — Потому что мы на работе, — зачарованно наблюдал за тем, как развратные губы касаются голубых вен. — Хм~. Осаму отстранился от мальчика. — Пошли к полковнику, — открывая дверь, шатен, мягко улыбаясь, ожидал возлюбленного, поправлявшего одежду. Поворот за угол, конечная, вторая дверь слева, стук, тихое "Войдите". — А, Чуя, — мужчина кивнул обоим. — Ну как работа? — Выполнил, — студент подошёл ближе. — Это хорошо, я проверю? — Сами? — усмехаясь, спросил он. — А почему нет? Мне не трудно, — выходя за пределы кабинета, парировал седоволосый полковник. И ведь не нашёл, до чего можно было бы докопаться. Безупречная работа! Все папки отсортированы, прилежно сложены на полках. — Хах, Накахара, — он повернулся к нему. — Добро пожаловать в наш коллектив, — протянув руку, улыбнулся по-дружески. — Благодарю, — парнишка с удовольствием её пожал. — Документы оформляем? — Да. Удачный день. И работу получил, и щенка целого и здорового вечером. Пришлось долго играть с питомцем, чтобы тот наконец улёгся на коврике от усталости. Оставалось найти хозяина. Чуя не сомневался, что он чей-то. Слишком ухоженно выглядел, да и мясо сырое не ел. Развалившись на диване, мальчишка ждал звонка от любимого. Теперь он знает, почему Дазай был хмурым утром. Наткнувшись на работе на одну интересную папку, он пригляделся и увидел на фотографии брата Накаджимы. Не зная, что делать, он на мгновение растерялся. У Ацуши есть брат? У которого условка? А если с другом что-то случится по его вине?! Рыжеволосый часто-часто задышал. Все звуки проходили фоном. Казалось, ещё секунда и он потеряет сознание. Вдруг блеснули карие глаза среди цветных пятен. Картинка стала чётче. В обществе других милиционеров мальчишка разглядел своего возлюбленного, который наверняка пялился на него достаточно долгое время. Улыбнувшись, он сосредоточился на работе. Если это брат Ацуши, то он ему не должен навредить, так? Он его защитит, всё будет хорошо. Успокоив себя этим, Накахара продолжил листать бумажки. Из раздумий студента вывел звонок в домофон. Радостный лай, быстрый топот заполнили квартиру. Мальчишка поправил майку, затянул потуже высокий хвост, неприкрывающий раскусанную шею. Дверь открылась, Дазай поставил пакет на пол и стал раздеваться. Молча всучив какой-то листок в руки мальчику, он, улыбаясь, чмокнул его в щеку и погладил тявкающего щенка. На белом фоне красовалась чёрно-белая фотография пса, ниже указаны данные питомца и способы связи. — Где висело? — На столбе во дворе, — причесывая медовую шерстку за ушком, шатен достал бутылку вина из пакета и игриво подмигнул. — Отпразднуем?~ — Конечно, только позвоню хозяину и уточню место и время встречи. — Хм~, ну я буду ждать тебя в спальне, — ласково проведя указательным пальцем по узкой спинке, парень ушёл в зал. — Смело предполагать, что после вчерашнего я тебе дам, — усмехнулся рыжеволосый, кликая по кнопкам телефона, параллельно следя за лицом Осаму, что возмущенно поникло. — Дашь как миленький, — неслышно для него пробубнил Дазай. Прожигая его взглядом, шатен коварно ухмыльнулся, пропуская мимо ушей разговор по телефону. Ему это и не надо, перед ним стоит его объект желания и обожания, он не хочет думать ни о ком, ни о чем, кроме студента с бездонными лазурными глазами, сейчас романтично устремлёнными в окно. — Пошли, хозяин готов забрать пса сейчас. — Куда? — В парк, — натягивая поверх майки свитер, он как-то грустно глянул на щенка. Тот вилял хвостиком, не понимая, что это их последние минуты вместе. Милиционер ничего не сказал, только обулся и подбадривающе погладил мальчика по спине.