Перо Лунной Совы

Янар, как настоящий маг, ничего не боялся. Кроме деда. И отцовского ремня. А ещё редкой грозности мамы и странного холода сестры. Но, помимо этого, точно ничего: ни демонов, ни учителей с противными школьниками. Однако сейчас, прячась в каком-то переулке между домов, пытаясь хоть что-то рассмотреть из-за замкнутых ворот, он чувствовал нечто схожее с настоящим ужасом. Был ли то азарт, болезненно яркий, или настоящий страх перед шалостью — Йоко не знал. Узнавать не хотелось, а подавить чувства не получалось: они тушили внутреннее пламя. Злость не помогала, таяла, как исчезает маленький беспомощный костерок под ливнем. Маги огня подпитывались своими эмоциями, черпали силу в ярости и восторге. Тревога, неуверенность, вина, отвращение, десятки прочих — ослабляли. Волшебник, управляющий пламенем, должен использовать чувства как дрова, усиливать ими внутренний факел, при этом не позволить себе сгореть и утратить голос разума. Настоящий маг обязан остановиться, когда душа близка к настоящему пожару. «Держи огонь в узде, иначе он тебя сожрёт» — постоянно говорил дед и на тренировках, и в обыденной жизни. Тыкал пальцем в лоб, когда мана вокруг Янара концентрировалась слишком плотно — мальчишка потом долго возмущался: на дворе Третья Эра, можно обойтись без рукоприкладства! Пальцеприкладства. Но и такая тактика, если поблизости не было чего-нибудь холодного, помогала. Самоконтроль — целая наука. Благодаря ему стихия огня считалась мощнейшей. По крайней мере, Янаром. Сильнейшая или нет, а колдовать в городе всё равно не получалось — повсюду висели блокираторы маны, наблюдали своими круглыми дисками-поглощателями с каждого дома. Вне школы они были более громоздкими, крупными, забирали частицы быстрее, иногда казалось, будто высасывали их прямо из каналов. Мелкие после этого побаливали и чесались. Вот во времена Первой Эры такого безобразия не было, и никто волшебников не ограничивал на своих же улицах! Это сейчас бесталанные, не познавшие магию, возомнили, что могут диктовать правила и заставлять всех опускаться на их уровень! Да если бы не маги, жития остальным не было — их душами сразу полакомились бы сектанты. Или вновь появились демоны, для тех же целей. Несмотря на годы, прожитые бок о бок, волшебники и люди до конца друг друга не понимали. Магов, когда те снова стали рождаться, сторонились, районы для них строили отдельные, школы создавали особенные, где ко всем базовым предметам добавлялась практика. С тех пор мало что поменялось: в городах все ещё оставались кварталы, состоящие, в основном, из волшебников, школы магические (в Лосане такая была вообще одна!) стали контролироваться гильдиями и готовить гильдийцев... И магия вне разрешённых мест по-прежнему была запрещена. Хотя магов, наверное, не так мало — каждый пятый точно с источниками рождался. А нормально контролировал энергию — каждый двадцатый, потому что тем, кому не повезло попасть в особую школу, приходилось учиться в обычной, губить талант и становиться таким же, какими были люди. Где выпустишь энергию помимо спецаильного спортзала? Когда сможешь потащиться к Дьяволу на куличики и встать в гигантскую очередь ради получасовой тренировки? Проще не делать ничего и забыть про магию в принципе. Нет, миру нужны врачи и инженеры, есть куча профессий, где волшебство не требуется, но... Но Янара всё это не привлекало. Даже думать о том, что он мог родиться человеком без источников и каналов, не хотелось. Кто бы иначе противостоял сектантам? Процент гильдийцев, несмотря на общее количество магов, оставался низким, во многих секторах их было не больше двух сотен. Они рисковали жизнями, бросались на миссии ради всеобщей безопасности, а против них же повсюду ставили блокираторы, как против врагов каких-то! Беспредел. На улице, без ощущения своего огня, было странно. Притупились какие-то особенные органы чувств, и мир воспринимался как нечто опасное и непредсказуемое. Клубок неизвестности, страшный лабиринт. Вместе с магией не уходили навыки, драться Янар всё ещё мог, но без пламени тухла уверенность в победе. Поэтому стычки с местными хулиганами всегда происходили в дальних переулках или на заброшенных участках — там блокираторы почти не работали. Идея сходить на задание вместо Надора уже не казалась такой гениальной, как минут пятнадцать назад — пришла она внезапно, и была такой резкой, что Янар, разбиравшийся со шнурками, опешил, случайно запутался в узлах и привязал пальцы к кроссовке. Выдать себя за слабака не получится — у гильдийцев точно был список с краткой информацией об участниках, но выставить себя заменой, о которой не успели сообщить, можно попробовать. Главное — не нарваться на Канари. Он, как главный правдоруб, точно захочет историю испортить. Несмотря на недавний разговор, не стоило надеяться, что они уладили все вопросы и вновь стали приятелями, готовыми поддерживать друг друга. Поэтому Янар впервые сбежал с практических занятий и теперь шатался по ближайшим к школе улицам, высматривая группы детей, ведомых уже знакомыми магами. Только случилось непредвиденное — даже с блокираторами вокруг, Йоко всё равно ощутил знакомую магию совсем рядом. Поняв, кому она принадлежала, волосы встали дыбом, и учащенно забилось сердце. Где-то рядом ходил дед. Что, Дьявола ради, главный затворник семьи делал на улице, ещё и возле школы? Янар верил и знал — Агний уже забыл о своём желании посетить директора, но, кажется, всё пошло не так. Вспомнил. Важность вопроса перевесила его лень и нежелание общаться с кем-либо. Вот Янар и зашёл в какой-то переулок, перекрытый с другой стороны воротами, чтобы попытаться просканировать территорию и убедиться, что он точно почувствовал деда. А ещё успокоить загнавшееся сердце — без магии в самом деле чересчур беспокойно. Алгоритм обнаружения прост, как дыхание: закрываешь глаза, ощущаешь слабую пульсацию чужой маны со всех сторон и по ниточке начинаешь распутывать клубок, стараясь найти ту энергию, которая тебе нужна. В теории просто, на практике тоже, но не когда на каждой улице висит блокиратор! Они не просто заглушают ауру, а полностью скрывают и оставляют мага в глухой пустоте, будто бы в замкнутом пространстве, где тяжело даже дышать. Преодолеть густую трясину не получается, как бы ты ни старался, а если попытаешься использовать ману, чтобы разорвать её, то впустую потеряешь силы — бреши затянутся, будто их никогда не было. Изобрели эти дьявольские устройства в четырнадцатом году Третьей Эры и использовали для удержания преступников в тюрьмах — при помощи магии те могли спокойно сбежать и натворить кучу дел, однако без сил не представляли угрозы большей, что исходила от простого человека. С обычными людьми им подобные научились справляться — в эпоху индустриализации только такие и жили. Янар в очередной раз глубоко вздохнул, прикусив щеку с внутренней стороны. Ничего. Абсолютно ничего не почувствовал, как будто не существовало мира за оградой. Или в самом деле показалось — чисто физически до него не смогла бы дойти мана деда, только если бы тот не стоял прямо за спиной. А не увидеть поблизости столь запоминающуюся фигуру трудно. Проблемы стоило решать по мере их поступления, и с дедом он будет разбираться уже вечером. Сейчас в приоритете найти магов и убедить взять с собой на задание. Только где их искать? Янар повернулся к выходу из переулка, раздумывая, куда можно было отправиться. Взгляд зацепился за торчащий из стены кирпич, и мысли уплыли не в том направлении. А если вскарабкаться по стене, залезть на крышу и осмотреть город с высоты? Очередная идея, не лишённая гениальности. Стоило рискнуть. Острые камни процарапали подушечки пальцев, стоило повиснуть в паре сантиметров над землёй. Мышцы сразу заныли, кисти свела судорога — это не удобный дворовый турник, на котором подтягиваться удавалось не один раз, а какое-то издевательство! Йоко спрыгнул, ударившись коленками, шмыгнул носом, рассматривая стену. Сжал кулаки, зачем-то расслабил, снова сжал, будто проверяя, достаточно ли слушаются руки. Подцепил ногтями один из кирпичей, который показался гуляющим, а потому не нужным структуре, постарался вытащить, но то ли брусочек оказался увесистым, а мальчик слабым, то ли держался он прилично. Дома в старом квартале возвели ещё до рождения деда, может, за несколько сотен лет до. Лосан изначально был маленьким городком, что разросся вокруг новейшего в то время металлургического завода, представлял из себя поселение механиков и работников тяжёлой промышленности. Вряд ли люди прошлого могли представить, что в их домах будут жить маги, а заводы навсегда забросят по неизвестным причинам. Строили в те времена на совесть — неоспоримый факт. Большая часть зданий сохранилась со времён Второй Эры и стояла крепко, редкие дома нуждались в капитальном ремонте. Даже древние храмы остались в первозданном виде и не осыпались, несмотря на более почтенный возраст, а новейшие многоэтажки в крутых секторах, высокие, с широкими окнами, по слухам, качались от малейшего ветра. Сейчас качество сыграло не на руку — Янар надеялся, что сможет выковырять парочку кирпичей и создать удобные ступеньки, но всё опять не так, как планировалось! Йоко обессиленно опустился на корточки. Мысли тянулись неторопливо, сонно, двигаться становилось всё ленивее и ленивее. Припекало майское послеобеденное солнце, даже в тени стоял зной. Для мага огня он не был невыносимым, но от порыва свежего ветерка мальчик бы не отказался. Ему срочно нужно взбодриться, иначе уснёт прямо здесь, на груде мусора! «Бойся своих желаний» — частенько мурлыкал под нос дед, когда что-то обиженно бурчала причина его постоянной головной боли. Может, стоило прислушиваться к старику? Ведь буквально через пару секунд Янар услышал детские голоса со стороны, отделённой коваными воротами, и потерял всякий сон. Волнение и предвкушение охватили тело, даже тревога отошла на задний план — впереди точно была Нил! Встала очередная проблема: ворота, покрытые облезшей краской и рыжими пятнами, заперли на замок десятилетия назад и ни разу не открывали. Механизм весь проржавел и покрылся мхом, петли давно забились и склеились. Как ему выбраться, не огибая весь комплекс домов, рискуя потерять группу из виду? Копна пшеничных волос мелькнула между прутьев. В самом деле, Нил. В форме для практики, но какой-то тёмной и детализированной, с ярко-голубым гербом гильдии на левом плече. Её густые волосы были убраны в косичку, несколько прядей выбивались подобно чёлке, и в них были заботливо вплетены красно-розовые ленточки. Невероятно красивая и взрослая. Йоко засмотрелся и чуть не пропустил момент. — Нил! — позвал он, привалившись к ограде, чтобы лицо хоть немного вышло из тени, а затем глупо помахал рукой, — привет! Волшебница резко затормозила, чем напугала детей, зависла, рассматривая мальчика за решёткой. В течение следующих нескольких секунд её светлые брови взлетели вверх, а на губах расцвела неловкая улыбка. — И снова здравствуй? — она взяла себя в руки и вид сделала уверенней, — так и знала, что увижу тебя здесь. Пусть он предсказуемый, зато его ждали! Эта мысль, что Нил догадалась об их обязательной сегодняшней встрече, грела душу. — Да, здравствуй... Надор решил остаться в школе, а мне разрешили присоединиться вместо него, — глазом не моргнув, выпалил мальчик, — я отстал от остальных групп, поэтому, пожалуйста, можно пойти с вами? Самое главное — не забыть волшебное слово, оно всегда работает. — Надор? — Нил нахмурилась, будто пыталась что-то вспомнить, но через секунду просияла, — а, тот милый мальчик, у которого постоянно капли воды лопались? Он ещё про устройство двигателей на мане говорил. Надор и милый мальчик? Кто вообще мог сопоставить две настолько противоположные характеристики! Этот балбес ни разу не милый, а слабый тугодум со странными увлечениями и ненормальной любовью к математике. Не мог свою же воду контролировать больше, чем на двадцать процентов — позор для любого мага, даже школьника. Одноклассники и ребята из параллели начали перешёптываться, пока Нил обдумывала предложение, но Янар даже не вспылил— был слишком увлечён негодованием в сторону Эфдала, не достойного, по его мнению, даже малейшей крупицы внимания гильдийца. — Ладно, пойдём, — согласилась девочка, — все равно Надор должен был быть в моей группе. Только вот, — она с сомнением взглянула на металлические ворота, разделявшие их, — как ты оттуда выберешься? Изначально Йоко хотел смутиться и попросить подождать, пока он оббежит несколько зданий, но его вновь посетила мысль, гениальнее, чем все предыдущие. Мальчик повис на прутьях, а когда ничего не отвалилось, лишь печально пошатнулось, подтянулся наверх. Подошва кроссовок заскользила по столбу — сейчас грохнется! — но руки успели дать спасительный толчок. Янар резко вытянулся и присел на самом верху ворот, теперь смотря на ребят с высоты почти двух метров. Всё это заняло не более минуты и вышло так грациозно и легко, что Йоко сам себе удивился. Он много времени тратил на физическую подготовку, но никогда не мог назвать себя достаточно умелым, чтобы преодолевать подобные преграды на раз-два. Он себя недооценил! Как недооценил и свою невезучесть. Кроссовка соскользнула с тонкой перекладины и провалилась в щель между двумя балками, а Янар повис вниз головой, чудом не впечатавшись лицом в те же ворота, которые перелез. Почти перелез. А так хотелось покрасоваться перед этими неудачниками, чтобы Нил восхитилась его ловкостью... Вышло всё наоборот. — Ты не ударился? — обеспокоенно спросила перевёрнутая Нил, чью голову он теперь не видел, лишь ноги. Янар почувствовал, как кровь приливает к щекам и кончикам ушей, даже неловкая поза тут ни при чем. Стало стыдно. — Всё отлично. Представление не продолжилось — Йоко смог дотянуться до земли и высвободить ботинок, вполне мягко опустившись из странной стойки. Никто из школьников не посмел смеяться, даже волшебница осталась серьёзной, смотрящей на нового члена группы с тревогой. Теперь Янару было не досадно, а очень неловко. Он подумывал, чтобы перевести все в шутку, но, глядя на хмурые лица вокруг, передумал. Какой-то цирк, опять происходящий по вине гильдии... Если бы не аура этих магов, что заставляла нервничать одним присутствием, Янар бы не вёл себя как идиот. Наверное. — Главное — ты не пострадал, — Нил кашлянула в кулак и переключила внимание толпы на себя, — на чём мы остановилиись? — На стажировке, — откликнулся какой-то парнишка, будто ждал вопроса всю жизнь. Янар внезапно испытал изучающий знакомый взгляд, направленный на себя. На этот раз волшебница не использовала ауру и не прощупывала источник, просто смотрела. Словно о чем-то раздумывала. — Ладно, раз у нас пополнение, давайте с самого начала, — наконец-то сказала Нил, когда группа двинулась вперёд, — в гильдии существует четыре основных вида заданий, сверху вниз по сложности: «А», «В», «С» и «D». Класс задания соответствует рангу мага, однако возможны исключения, которые сейчас для нас не важны. Есть ещё спецзадания: «S»-класса для мастеров и «M»-класса для магов-медиков, и выполнять их могут, соответственно, только мастера и медики. Однако, — она повысила голос, заметив, что Йоко хочет вставить свои пять бронзовых, — во времена Первой Эры существовали ещё два официальных класса: «E» и «F», и ввели их для детей или слишком плохих магов, непонятно что забывших в гильдии. Вроде мотивации в виде монетки за выполненную непыльную работёнку. На такое не проживёшь, но, когда ты неопытный, бонус приятный, не правда ли? — ребята согласно загалдели, — сейчас дети не могут вступать в гильдии, но все ещё могут посещать задания «Е» класса благодаря мероприятиям, как эта неделя обмена опытом. На них особо не поколдуешь, зато в личном деле себе лишнюю строчку с опытом запишешь. Нил местами говорила грубовато, будто бы от души, не по предписанным терминам, но слушать её живую речь было приятно. Она рассказывала спокойно и без запинок, умело подбирала слова, будто уже сотни раз выступала на публике, то, что пугало в учебниках своей кашей, объясняла на пальцах. Янар заслушался и даже не заострил внимание на том, что вокруг него школьники организовали пустое пространство — не хотели случайно с ним столкнуться. — Почему два ранга объединили в один? — задал вопрос кто-то из толпы. — Потому что между ними особой разницы не было, — девочка пожала плечами, — или я её не заметила. Лишняя морока с этими «F»-классами — как бы состояли в гильдии, но при этом колдовать могли еле-еле. Какой от них прок? Йоко довольно кивнул — поддерживал мысль целиком и полностью. Зачем принимать в гильдию всех подряд, если эти слабаки не смогут защитить даже себя, что говорить о других людях? Как будто герб и звание они носили для галочки и выпендрежа. Ничтожества. — Если, за время старшего звена, у вас собирается много выполненных заданий «Е» класса, а контроль над магией составляет больше семидесяти процентов, гильдия может предложить вам стажировку. То есть доступ к заданиям «D» класса, а в некоторых случаях и «С», и почти всегда это означает стопроцентное трудоустройство в будущем. Короче говоря, учитесь хорошо, и станете волшебниками, — Нил развернулась, в её глазах мелькнуло что-то озорное, лисье. Она насмешливо посмотрела на Янара, без слов говоря: «только так магами и становятся, не пытайся выведать что-то ещё». — Старшие классы — это лет шестнадцать, — озвучил кто-то мысли Янара, — а ты нашего возраста, но уже состоишь в гильдии. Как так? — Секрет корпорации, — девочка приложила палец к губам, будто замалчивая страшную тайну, — так просто своими козырями не делюсь, уж извините. — А Гера или та девочка, Каррин, — Йоко вспыхнул от негодования. Он так долго ждал ответа на самый главный вопрос, и в итоге остался ни с чем, — у них тоже по своему секрету, или он у вас один на всех? — Какой ты неугомонный, — Нил вздохнула будто бы устало, но издевательская искорка в её глазах, где отражалось чистейшее весеннее небо, зажглась ярче, — это правда секрет. Когда прибудем на место и выполним задание, я могу дать подсказку, но большего не жди. Этот ответ посвящался лишь ему, Янару, словно не существовало семи человек вокруг, недовольно оглядывающих мальчишку. И никому больше не дано разгадать эту тайну. Никому кроме него. *** Нил рассказывала про ману, про быт гильдийца, и голос её настолько пленял и окутывал чарами, что Янар не заметил, как они преодолели путь и остановились перед зданием местной гильдии. Офис Воздушного Грифона контрастировал с потрёпанными постройками города, выделялся своей новизной и необычным современным стилем: обилием светлого бетона и тонированных стёкол. Вместо привычных пяти этажей здание занимало всего два, но каждый был, наверное, метра в три! Над крыльцом, отделанном небольшой металлической оградой и скрытым навесом, от слабого ветра едва покачивался огромный гобелен с вышитым гербом тёмно-голубого цвета. Очертания грифона гордо смотрели вверх, крыло с острыми перьями так и кричали о силе. Величественное зрелище, заставляющее гордиться своим городом и его местным объединением. Маги по-настоящему круты. — Ваша первая миссия «Е» класса — тестирование контроля магии, — объявила Нил, первой взобравшись на самые верхние ступеньки, — мастер союзной гильдии согласился предоставить для этого необходимую аппаратуру. Для магов Лунной Совы — союзная магия, а для Янара — почти его собственная. Осталось блестяще показать себя на этом испытании, и приглашение у него в кармане! От нетерпения начало потряхивать, противная нервозность скользнула к плечам — лишь бы не налажать, лишь бы не начать творить глупости из-за взрослых магов, лишь бы Нил не смотрела на него взглядом, под которым сердце билось чаще и всякие слова вылетали из головы... Нужно взять себя в руки. Кто-то из школьников с опаской отшатнулся от мальчика, когда секундный всплеск энергии брызнул во все стороны— слегка не удержал эмоции, магия вырвалась наружу. Всего на долю секунды, не больше. Надо постараться больше не вспыхивать. — Хороший настрой, — рассмеялась Нил и скрылась за дверью. Холл гильдии больше напоминал пятизвездочный отель с картинок: давило обилие пустого пространства, узора из мраморной плитки на стенах и полу. С потолка свисали хрустальные люстры, дорогие кожаные диваны и кресла в центре помещения образовывали своеобразную зону отдыха. Рядом с ними, у самой стены, стояла на низеньком столике кофемашина странной формы — наверняка последняя модель! Единственный человек посреди неживого холла — девушка в форменном пиджаке с гербом на груди, еле выглядывала из-за гигантской стойки, напоминавшей ресепшен — натянула на себя такую недовольную гримасу, будто её только что разбудили. Нил подошла к ней и что-то начала обсуждать. Как показалось Янару, всё шло не слишком гладко, ведь администратор в отрицании вертела головой, хмурилась и даже после предоставленного удостоверения осталась недовольна. — Небольшие технические шоколадки произошли, но не страшно. Нам туда, — спустя пять долгих минут яростных разборок, девочка всё-таки вышла победителем из словесной баталии и уверенно направилась в сторону одной из дверей. Йоко шагал последним, так как всё ещё осматривался, потому единственный ощутил странный взгляд, направленный на себя. На него пялилась администратор. Лицо было искажено от ужаса, в глазах плескался искренний страх. Она будто бы молча просила мальчика о помощи, но, стоило ему замереть на месте, соображая, что стоило сделать, тут же отвернулась. Очередная галлюцинация за день? Сначала дед, теперь это. — Янар, не отставай! — раздался голос Нил из коридора, — тебя одного ждём! Мальчику ничего не оставалось, как подозрительно посмотреть на девушку за стойкой, а потом и самому скрыться за дверью. Если он в самом деле ощутил страх, что могло напугать взрослого мага? Вокруг не происходило ничего особенного, в помещении, кроме них, никто не появлялся, а к стойке никто, кроме Нил, не подходил. Ребёнок не способен воздействовать на взрослого так, что у того задрожат коленки и навернут слезы на глаза... Или способен? Йоко прищурился, разглядывая светлый затылок и забавную косичку, к виду которых успел привыкнуть. Девчонка как девчонка, симпатичная, забавная. Слегка сама себе на уме, но это не мешало ей быть приятным собеседником и хорошим учителем. По ощущениям — обычный человек, а не волшебник, ведь никакая аура от неё не исходила. Мана от Нил не ощущалась, а она маг «С» класса! Да ещё какой — путешествует с самим мастером за пределы родного города, самостоятельно возглавляет группу детей, хотя едва старше самого взрослого среди них. Она точно не так проста. Может, Нил — Божество в маскировке? Отсюда и элемент, редкий для местного региона, и сила, и могущество во взгляде. А ощутить подвох могут только взрослые или те, кто не признаёт её авторитет. Администратор посмела спорить, вот и поплатилась... Нет, даже в мыслях такой вариант звучал бредово. Боги существовали тысячелетия назад, если вообще существовали, не могли они дожить до нынешних лет, оставшись детьми. Хотя, это же Боги — им все под силу. Но всё-таки слишком нелогично и глупо. Зачем тихо существовать ребёнком, если можно покорить весь мир, объявив о своём пришествии к смертным, и вновь воцариться над всем живым? Тогда и сектанты исчезли бы как миленькие — уж Божественная сила им точно не по зубам. Янар, если бы был Богом, точно подмял Службу Контроля под себя и спас человечество от всех сектантов или «новых демонов». А потом... потом нашлись бы дела: уничтожение гигантского астероида, битва со злым роботом? Янар бы сражался и отмечал победы, не стал бы скрываться. И, тем более, никогда не согласился возиться с детьми и занимать такую низкую должность в гильдии! Группа тем временем спустилась в подвал, прошла несколько коридоров и оказалась в огромном светлом помещении, отделанном белыми панелями. Пахло свежестью и чистотой. Этот зал не сравнится с тем крохотным школьным, стены в котором ходили ходуном при малейшем ветерке. От магических барьеров, расположенных по периметру, мурашки пробежали по спине — мощные штуки, да ещё всегда активны! Выдержат силу какого-нибудь А ранга и не позволят зданию обрушиться. Всё же в деньгах счастье. Как без средств построить такой огромный подземный комплекс, защищённый всеми возможными способами? Лосан — маленький и относительно бедный городок, который держался на плаву благодаря гильдии, и потому офис Воздушного Грифона был слишком вычурным и необычным для тех, кто всю жизнь провёл среди серых пятиэтажных домов, возведённых сотни лет назад. Удивление и шок в глазах детей, когда они попали в место, где каждый сантиметр кричал о достатке и современности, можно понять. — Как вы могли заметить, — голос Нил эхом отразился от дальних стен, — этот зал для магических поединков чуть крупнее и совершеннее вашего, но принцип работы в нём такой же. Поля для дуэлей больше, так как предназначены для взрослых волшебников, но они нам и не нужны для дуэли. — Мы не будем драться? — разочарованно протянул Янар, но лишь для имиджа. О сражениях он до этого не думал — увлёкся разглядыванием высокого потолка и линий на полу. — Не друг с другом, — девочка достала из сумки, что все это время висела на её плече, небольшую чёрную коробочку размером с книгу, — а вот с этой штукой. Восемь человек озадаченно уставились на прибор. На гладких стенках были нанесены едва различимые светлые узоры, уголки дополнительно закрывались металлическими заклёпками, а с одной стороны выступала небольшая прямоугольная штука. — Последнее слово техники, — волшебница поставила коробочку в центр поля для дуэлей, — кладёте руку на верхнюю грань, осторожно направляете свою энергию внутрь, совсем немного, отходите и ждёте. Кто первый? — она ослепительно улыбнулась, будто предлагала просто прогуляться. Янар не чувствовал никакой опасности от прибора и никак не мог сообразить, для чего тому энергия. Мана не хранится вне источников дольше пары минут (или секунд с блокираторами), если её не подпитывать, а такое маленькое устройство вряд ли служило полноценным хранилищем. Наверное. — Ни одного желающего? — протянула Нил, — не ожидала. Янар, покажи пример. Она запомнила его как храбреца! Сердце в груди сделало кульбит. Он бесстрашный, ничего не боится, какая-то чёрная коробочка великого мага не напугает! И всем это ясно. Когда Йоко зашёл в поле, границы засветились знакомым тёплым сиянием. — Всего лишь дополнительная защита, — развела руками Нил на его немой вопрос, — на всякий случай. — На случай чего? — осторожно поинтересовался один из школьников. — На случай, если вы перестараетесь с количеством энергии, — сказала как отрезала. Значит, нужно не перестараться. Янар опустил ладонь на прибор. Коробочка на ощупь оказалась гладкой и едва тёплой, будто на ней остался след чьей-то маны. Мальчик закрыл глаза и сконцентрировался. Лава разлилась по венам, закололо кончики пальцев. Каждая клеточка правой руки загорелась изнутри, посылая пламя дальше, наружу, жар стал совсем невыносим в ладонях... Больше. Огню нужно больше. — Слишком много! — раздалось позади, — остановись! Йоко отшатнулся от прибора, и коробочка, тем самым странным отростком сбоку, выплюнула огненный вал. Лицо обдало волной тепла. — Теперь попытайся этот огонь подчинить и засунуть обратно в перенаправитель! — скомандовала Нил, — быстрее, каждая секунда на счету! Подчинить огонь? Природные явления не содержат ману, ими невозможно управлять! Что она, Дьявола ради, предлагала сделать? Янар снова закрыл глаза, чтобы собраться — нельзя паниковать. Да, обычное пламя не услышит, но это содержало его же энергию — так и фонило ей. К родной мане примешалась какая-то странная, будто бы пустая и никому не принадлежащая, но, в целом, этот огонь все ещё его. А огонь всегда слышит волю хозяина. Гореть...! Малейшее движение рукой, лёгкая мысленная просьба, даже не приказ, и пламя шевельнулось. Нехотя, тяжело, будто сотню раз прибавило в весе, но двинулось, уменьшилось вдвое, всасываясь обратно в прибор. Радость от выполненного задания не успела прийти, ведь внезапно оно опять рвануло вверх, вырвавшись из-под контроля, и проигнорировало команду успокоиться. Мальчик стиснул зубы и позволил ярости ещё немного уйти в ладони — рискованно, но необходимо. Сначала нужно разобраться с этой непонятной штукой, а потом уже думать о своём успокоении! Руки по своей воле сделали мах вниз, усиливая мысленный посыл. Огонь дёрнулся, пытаясь выбраться из-под контроля, но его воля оказалась слишком слабой перед лицом мага. Столб дрогнул и опал рыжим цунами вниз, с каждой секундой становясь все меньше и меньше, пока совсем не исчез. Гореть... Янар тяжело выдохнул и рукавом вытер пот со лба. Это оказалось труднее, чем он представлял. Стихия игнорировала половину команд и будто бы противилась приказам, так и норовила выйти из-под контроля и устремиться к потолку. Как будто он вернулся на пару лет назад и стал ребёнком, впервые колдующим что-то серьёзное. Нил сняла барьер и подошла к прибору, на чьей поверхности выступили цифры. — Шестьдесят четыре процента контроля, — протянула она без особого энтузиазма, — неплохо. Неплохо. И это всё? Вся похвала самому лучшему магу школы, обладающему такой мощью, о которой думать не смели другие? А ведь ему не хватило каких-то шести процентов до порога, с которого детям разрешено полноценно участвовать в заданиях... Не может быть результат таким низким. Аппарат ошибся, неправильно посчитал, Йоко способен на большее! — Я попробую ещё раз! — в груди закололо от несправедливости и разочарования, — я плохо собрался и могу лучше! Правда может... Или нет? — Конечно можешь, эта штука довольно неточная и зависит от времени выполнения. А времени у нас нет, — Нил покачала головой, — давайте, кто следующий? Нет, он не может остаться без второго шанса, не может не явить свою настоящую мощь! Острое чувство несправедливости резануло по сердцу ножом, так и не потухший гнев окутал каналы, заставил судорожно вцепиться в карманы штанов. Опять отталкивали. Школьники, разговаривавшие в стороне и косо смотревшие, Нил, потерявшая к нему всякий интерес. Все его опять отталкивали. Не признавали. Ну и Дьявол с ними! Пусть не верят! Сам-то Янар знает, насколько талантлив на самом деле. Если прибор действительно неточный. А если... — Янар, ты куда? — Нил на секунду отвлеклась от ученика в центре поля, когда Янар направился к двери, — подожди нас, я вас всех вместе отведу обратно в школу. — Я в туалет, — буркнул мальчик и вышел в коридор. Дышать было тяжело от пожара, разгоревшегося внутри, из ноздрей готовился валить дым, как у настоящего дракона. Обида и досада скрутились в тугой комок в горле. Он планировал покрасоваться, показать себя с лучшей стороны, чтобы Нил по секрету поделилась, как вступила в гильдию. Но по её разочарованному тону стало ясно — ничего не расскажет. Не такому слабаку. Но он ведь не слабак. Это маги предоставили неправильную аппаратуру, не объяснили, как с ней работать, ещё и ограничение по времени выставили! Все в этом мире настроены против Янара. Возмущение взвыло с утроенной силой, и ладони вспыхнули лучше горелки на уроке химии — блокираторов поблизости не оказалось. Нельзя выходить из себя, только не в гильдии. Не в своей будущей гильдии. — Погасни, — прошептал Йоко, вкладывая в приказ остатки злости— обычной воли оказалось недостаточно. Огонь дрогнул и исчез. Мальчик сжал кулаки, медленно вбирая в себя в воздух с лёгким запахом дыма. Нужно найти умывальник и привести себя в порядок. В этом лабиринте легко потеряться, стоит вернуться к стойке администрации и попросить помощи у той девушки. Пустые коридоры давили своей одинаковой и стерильной чистотой. Ни пылинки, на идеально белой плитке даже не оставался след от ботинок, хотя Янар точно знал, что утром прошёлся по глине и земле. Он впервые настолько сильно чувствовал себя не в своей тарелке. Это странное ощущение не щекотало нервишки, когда они спускались в зал с другими детьми, но блуждать по гильдии в одиночку было жутко. Администратора на месте не оказалось. В фойе царила полная тишина. — Прекрасно! — Янар в сердцах шаркнул ногой по полу. Все шло через одно место. Он точно не любим Богами. — Надо же, — протянул кто-то со стороны, — ребёнок. Йоко чуть не подпрыгнул на месте и резко обернулся. На ближайшем диване в своеобразной зоне ожидания расположился мастер Крик, всё такой же, как пару дней назад, и он больше полулежал, нежели сидел — вальяжно, будто был настоящим хозяином здания и гильдии. — И давно вы детей в гильдию принимаете, Роланда? — продолжил юноша, проигнорировав дикий взгляд мальчугана, — я думал, это моя фишка. Его спутница, загорелая женщина лет сорока с густой гнедой шевелюрой, спускающейся по плечам, точно так же рассевшись на соседнем диване, расхохоталась, и её смех был подобен грому. Очередной сильный маг с ужасающей аурой, да сколько их тут развелось! — Нет, не люблю плагиатить уникальные черты своих коллег, — низким бархатистым голосом произнесла Роланда, с интересом рассматривая мальца, — неужели не твой? — Мои меньше похожи на балбесов, — Крик хмыкнул, — я их специально по городу раскидал, в библиотеки отправил и на стандартную практику, чтобы тут под ногами не мешались. Но кто-то решил, будто знает лучше, как проводить время. — Ты совсем мелюзгу избаловал, они слишком самостоятельные. Янар снова разозлился — его напрочь игнорировали! Может, он не такой сильный и страшный, слишком юный... Но это не означало, что можно не обращать на него внимание. — Возможно, — Миуру что-то развеселило — он фыркнул, — у меня две таких избалованных, одна заслуженно, вторая случайно. Но что-то подсказывает — тут инициативу проявила Нил. Гере было бы слишком лень делать крюк. — М-мастер Миура! — раздался писклявый зов, и Янар только через пару секунд с ужасом понял: голос принадлежал ему. Оба мага повернулись в его сторону, смерив одинаковыми недовольными взглядами. Страх моментально затушил внутреннее пламя. Смотрели взрослые пристально и выжидающие, две пары глаз чуть светились от большого количества магии в телах: чёрным и рыжим. Цветами их душ. Йоко сглотнул, но сделал несколько шагов вперед. — Мастер Миура, — повторил он, опустив взгляд в пол, чтобы побороть дрожь — маг пугал темнотой своей души и странным выражением лица, будто бы насмешливым, — вы п-правда принимаете детей в гильдию? — Нет, не п-правда, — передразнил Крик, — я всё придумал и подкупил местных школьников, чтобы они погуляли с другими школьниками по городу, а что? — Ты с годами не меняешься, — вновь рассмеялась Роланда, — всё так же любишь язвить. Навечно застрял в четырнадцатилетнем возрасте? Крик театрально закатил глаза. Атмосфера чуть растаяла. — Как я могу попасть в гильдию? — собрался с духом Янар, напоследок выдохнув, как перед погружением в ледяной прорубь, — я правда очень хочу, это мечта всей моей жизни, я хорошо контролирую ману... — И зачем тебе нужно вступать в гильдию, малец? — на этот раз заговорила Роланда всё таким же несерьёзным тоном, будто общалась с несмышлёным младенцем, — наслаждайся детством, пока оно не кончилось, не спеши окунаться во взрослую жизнь. Набегаться по поручениям всегда успеешь. — Я хочу... Он всегда знал, что стать настоящим магом — его цель. Без обещаний кому-то или трагичной истории, сам с юных лет тянулся за этой мечтой как за работой всей жизни, своим призванием. Может, потому что ничего другого не умел, кроме как воспламеняться с пустого места, а может, просто хотел повторить путь родителей. А ещё... А ещё хотел наконец-то получить долгожданное признание от людей, хоть раз услышать искреннюю похвалу от деда, увидеть благодарность в чужих глазах, а не презрение. Это самоё потаённое. Самое желанное. — Я хочу доказать всем, что могу стать настоящим героем и спасти всех от сектантов. Перед глазами появился образ Канари. Янар вспомнил их сегодняшний разговор. «Папу тоже вызвали на зачистку, мама боится, что...» Йоко впервые услышал, как голос Канари дрожал. Он тогда не договорил слово «погибнет». Уйдёт навсегда, не вернётся, сгинет, будет убит. Синонимов много, но смысл один — покинет семью и оставит своих детей без отца. А всё из-за сектантов и их бессмысленных попыток возродить Дьявола, или чего они там хотели. Дьявольские отродья должны заплатить за боль, что они принесли людям. И волшебникам. — А ещё хочу покарать секты за души всех убитых магов, — откровение вылетело само по себе, но было таким искренним, что Янар решил больше ничего не говорить. Это цель, не мечта. Мечта — что-то недостижимое, всего лишь грёза, не имеющая никакого отношения к реальности. А цель — миссия, чёткая и определённая задача, которой он может достигнуть.Он станет героем. Он уничтожит секты и напомнит последователям Дьявола о каждой павшей душе, что они сожрали. Никому не уйти от наказания. Это цель. Призвание. Он сможет. Время замерло в ожидании вердикта. Быстро-быстро стучало сердечко, не то мана, не то кровь бегала под кожей потоком лавы. — И всё? — холодный металл в голосе Крика заставил замереть от ужаса, — всё, чего ты желаешь — следовать пути мести, который ничем не отличается от пути сектанта? От него не ощущалась аура, но через мгновение тёмная мана с такой силой надавила на плечи, что Янар не удержался на ногах и упал на колени, не смея оторваться от ярости, заклубившейся в глазах цвета ночи. Впервые он ощутил жажду крови, о которой до этого лишь слышал в фильмах, и она заставила забиться в дрожи. Детское тело заколотило, дыхание спёрло. — Ты хоть можешь представить, сколько подобных тебе, эгоистичных и самоуверенных, я вижу каждый день? Вы так хотите повысить самооценку гильдейской меткой на плече? Похвастаться перед друзьями? — Миура говорил громко и с отвращением, — и думаете, что готовы выдержать жизнь мага, полную лишений и боли. Знаешь, через что проходит каждая невинная душа, чтобы захотеть вступить в гильдию? — Крик, — тихо позвала Роланда, — ты перегибаешь палку. Это всего лишь ребёнок. — Нет, не перегибаю. Хоть кто-то должен воспитывать подобных отбросов, — мастер медленно поднялся с дивана и стал похож на настоящего Бога, величественного, недостижимого, — мне надоело выслушивать это из раза в раз. Для вас, глупых детей, задания — шутки и развлечения, весёлое времяпрепровождение, а бремя мага — очередное приключение. Аура надавила сильнее. Тьма и холод коснулись каждого канала, сжали источник в предупреждении — ещё хоть слово, и чужая магия его уничтожит. Как будто это не сосуд, вырабатывающий ману, который могут прощупывать лишь сильные волшебники, а всего лишь хрустальная ваза. Янар до крови вцепился в нижнюю губу, боясь лишний раз вздохнуть. Страх убивал. Страх не за источник, а за жизнь. — Все вы, наивные упрямцы, смотрите на моих подчинённых и кусаете локти, уверенные, будто недостаточно хорошо подлизывались, — ещё одна порция жёлчи, — никто даже не задумывается, что на самом деле чувствуют эти дети с меткой Лунной Совы на плече. Ты хоть можешь себе представить, — он обратился к Янару напрямую, лениво шевельнув пальцами, мана сжала сильнее, — каково это — жить без родителей, просыпаться каждое утро в одиночестве? Своими глазами видеть гибель близких людей и понимать, что ничего не можешь сделать? Слова рождали образы, яркие, несравнимые со снами, которые теперь казались блёклыми картинками. Сколько живёт таких сирот, одних против целого мира из-за сект? А Нил тоже...? — Можешь ли ты хоть немного понять чужую горечь и искреннее желание остановить кровопролитие? А не мечтать самоутвердиться, — Крик наконец-то одумался и перестал давить так сильно, лицо его расслабилось, — не можешь. Никто не может. Желание остановить кровопролитие, а не нести месть. Нил тоже просто хотела мира, потому что потеряла все? Почему же тогда он, Янар, у которого была живая и такая хорошая семья, так желал проливать кровь, возомнив себя судьёй и палачом? В чем дело? Почему. Йоко обхватил руками голову, уже не стараясь сопротивляться чужой мане — она обхватила со всех сторон. Даже свои слезы он сдержать не смог и теперь лишь тихо всхлипывал, всё ещё дрожа. — Если ты так хочешь стать настоящим магом, я могу убить всю твою семью, — предложил Миура, шевельнув рукой и призвав тёмный туман, — может быть, тогда ты поймёшь, что испытывают волшебники, и почему быть волшебником — тяжёлая ноша. Эта сила, принадлежащая настоящему божеству, не оставила ни капли сомнений — он может выполнить предложение. Добраться до деда, до мамы с папой, не пожалеть даже Тайю. Прикончить самого Янара щелчком пальцев. — Крик, — позвала Роланда, — сейчас точно перегибаешь. Убьёт. — Я не преподаватель, чтобы знать, как правильно воспитывать детей, — мастер вдруг передумал убивать людей, развеял своё волшебство и наконец-то перестал давить аурой, — делаю как знаю. И как научили. Янар так и остался сидеть, даже когда тёмная мана отступила от тела — его всё ещё потряхивало от ужаса. Мысли крутились в голове с невиданной скоростью, плач так и рвался наружу. — Простите, — тихо прошептал он, — я правда больше не буду... не буду даже думать о таком. Я не знал, что это так тяжело. Каким он был глупцом, раз надеялся на одобрение от мастера. Его цели не принимали другие люди, его самого не принимали и сравнивали с серой массой идиотов... А может, он на самом деле такой же как все — болван с высоким самомнением. Просто ребёнок, а не избранный. Такой же жалкий мусор, как все остальные, просто чуточку более сильный. Дрожали руки, сердце внутри колотилось в бешеном ритме, от привкуса крови и слез тошнило. Он правда эгоист, возомнивший себя сильнейшим. На деле ему так далеко от Нил и её подруг, несчастных, но таких отважных, далеко от умения думать как взрослый и чётко понимать, чего он хочет. Далеко от мамы, между семьёй и спокойствием мира выбравшей второй вариант, далеко даже от Канари, жившего в страхе за отца. Далеко от Надора, который боялся магию и понимал, что контроль над маной ему не по зубам. Янар — всего лишь лягушка на дне колодца, и только сейчас осознал, как наивен был все это время. Чтобы открылись глаза всего-то нужно было поговорить с мастером гильдии, одним из сильнейший людей на свете, тет-а-тет. Всего лишь... — Извините за беспокойство, — остатки гордости вспыхнули внутри, когда поняли, что Йоко ревел на глазах у двух взрослых волшебников, — д-до свидания. Он пулей вылетел из офиса, размазывая слезы по лицу, но почему-то никак не мог остановить свою истерику. Настоящий идиот. — Мастер Миура, оказывается, страшен в гневе, — невесело произнесла Роланда, — не ожидала от тебя такого. Это всего лишь ребёнок. — Меня так и воспитывали, — Крик пожал плечами, — сурово, но действенно. Может, хоть что-то дойдёт. — В жизни не поверю, что Казэ, да сохранят его душу Боги, был способен на такие приёмы. Это самый мягкий человек, которого я только знала, и со стороны он казался идеальным отцом и наставником! Я бы мечтала о таком, — с тоской вздохнула женщина. Ни единая мышца не дрогнула на лице Миуры, но взгляд на долю секунды переменился. — С чего ты взяла, что Казэ был таким идеальным? — Он был моим другом, Крик. Братом, — в её голосе мелькнула сталь, — я знала его дольше и лучше тебя. И я уверена, что твой отец никогда бы не стал... — Он не мне отец, — тихо, но отчётливо перебил юноша, — да, ты права, он был слишком мягок для таких методов. Давай закроем тему. Скоро прибудет мой друг, я не хочу, чтобы он услышал, как ты восхваляешь бывшего мастера. — Какой ты всё ещё мальчишка, — покачала головой Роланда, но больше ничего не сказала. Возникший вопрос она так и не озвучила. Через несколько минут в фойе появился долгожданный посетитель. *** Внутреннее пламя дрогнуло, будто само заливалось слезами, и не смогло разгореться. Это всего лишь маленькая искорка, ручной костерок, а не пожар, способный сжечь всё на своём пути. Не такой, каким виделся все эти годы. Как же хотелось сейчас оказаться в объятиях мамы, чтобы она утешила и мягко поцеловала в лоб, как обычно делала, чтобы Тайка начала дразнить глупого старшего брата и отвлекла от пульсирующей непонятной ненависти, засевшей в голове. Чтобы что-то саркастичное произнёс дед или чтобы ловко перевела тему бабушка... Запас воды в организме кончился — выплакал всё, что мог, лицо высохло. Рана на губе покрылась тонкой засохшей корочкой. Испарились силы, теперь Йоко едва передвигал ногами. Широкая улица вывела к школе. К месту, где всю жизнь Янар провёл с ощущением собственного превосходства, не считал одноклассников за людей и искренне был уверен в своей особенности. Эти несколько лет жил как придурок. Канари прав, он никого не считал достойным общения с собой, поэтому целиком заслужил подобного отношения к себе от окружающих. «Надо забрать вещи из раздевалки» — проскользнула единственная бытовая мысль среди шёпота теней. Глупец. Слабак. Да, забрать вещи и пойти домой, сдаваться деду и говорить, что он готов страдать над учебниками и отказаться от детской мечты. Наивной детской мечты. В школе царила полная тишина — ещё не кончился урок, эхом раздавались визги и вопли из спортзала. Практика в самом разгаре. Он бы хотел поспарринговать с кем-нибудь из верхушки топа, кто не ушёл на задание, но... Но какой смысл? Зачем в очередной раз показывать силу, если он не умеет ничего, кроме как разбрасываться огнём, зачем стараться, если ему никогда не стать настоящим магом? Зачем гореть без цели? Йоко осторожно проскользнул в раздевалку, попавшись на глаза парочке учеников. Кто-то успел заметить раскрасневшиеся глаза главного хулигана школы, и поэтому сразу же пошли перешёптывания. Опять. Какой смысл поддерживать имидж, если толку от него нет? Пусть говорят что хотят, сплетники даже правы — Янар дурак, который не видит ничего дальше своего носа и вечно ходил с распущенным павлиньим хвостом. — Йоко, — в коридоре мальчика поймал тренер, — третий день прогуливаешь, на тебя это не похоже, — он хотел начать долгую лекцию, но внезапно замолк, заметив потухшие зелёные глаза, — у тебя всё нормально? Янар не нашёл силы на ответ и просто кивнул. — Ладно, иди домой, — сжалился тренер, — но завтра придётся заглянуть на отработку утром. Не забудь, понял? Отработка практики. Позор для прежнего Янара, но холодный факт для нынешнего. Плевать, даже если скатится вниз по рейтингу, пусть на первой строчке главенствует Канари. Он-то это заслужил. Лараук все это время был главным героем истории. Это ему суждено получить приглашение в гильдию и стереть с лица земли секты, защитить отца и стать настоящим спасителем человечества. Канари благородный и добрый, дружит со всеми и притягивает к себе людей. Не Янар. Противный комок в горле собрался вновь, стоило дойти до знакомой пятиэтажки. Лучше ничего не объяснять деду, проскользнуть в свою комнату и лечь спать. Быстро, чтобы его не успели поймать за шкирку как котёнка, и не пришлось унижаться ещё раз, рыдая уже на глазах у деда. Агний не видел его слез лет с пяти и не должен был увидеть никогда. Хотя... Пусть видит. Убедится, что Тайя заслуженно занимает позицию любимой внучки. Пусть все идёт, как идёт. Янар глубоко вздохнул, принял самый беспечный вид, на который был способен в тот момент, и, дрожащими руками не с первого раза попав в замочную скважину, открыл дверь квартиры. Его сразу встретил запах выпечки — небывалое явление для дома Йоко, в котором никто таким не занимался. Дед иногда ленился готовить полноценные обеды, поэтому семейство обходилось полуфабрикатами, и всех такое положение дел устраивало. Даже мама не умела и не любила готовить, а вкус работ папы уже давно потерялся в памяти. Единственный, кто часто и с удовольствием возился с текстом и продуктами, это... — Привет, Янар! — с кухни, вытирая руки полотенцем, вышла светловолосая женщина, чей возраст едва перевалил за сорок с хвостиком, и выглядела она чуть старше деда, — как ты вырос! Настоящий маг! — Бабушка! После её слов остатки слез, что мальчик сдерживал последние десять минут, ливанули с новой силой. Позорище. — Что такое? — встревожилась гостья, — ты поранился? — Нет, — Янар всхлипнул, — просто очень рад тебя видеть, — рыдать перед бабушкой было не так стыдно, как перед кем-либо ещё. Хоть что-то хорошее за сегодня.