Созвездие Энару

Тэхён не ожидал от Чонгука первого шага и опешил поначалу, будто его стукнули по голове, и теперь его переполняют эмоции и неуемная энергия. Такая бурная и мощная, что, кажется, он мог бы без устали долететь до края Галактики и обратно или подбить сотню вражеских истребителей, даже не напрягаясь. Чонгук снова удивляет его и этим влюбляет в себя еще больше, хотя и так кажется, что больше уже невозможно. Оказывается, в его сердце еще много потаенных закутков, и Чонгук мастерски находит путь к каждому, освещая и наполняя собой. Рядом с ним Тэхён чувствует себя лучшей своей версией, тем, кем должен быть. Все становится на свои места — цели, приоритеты, привычки. У него появляются новые мечты и интересы. Теперь он не просто Тэхён, парень, грезивший космосом и истребителями, помимо роли пилота он обретает другие — влюбленный, мужчина, будущий муж и отец семейства. Несмотря на свой возраст, он твердо стоит на ногах и знает, чего хочет. Пример Сокджина прямо перед глазами, и Тэхён стремится к тому же, хочет свою семью, хочет дать своим детям то, что не получил сам. Они будут расти в другой реальности, свободной от войны, он верит в это и готов бороться за это будущее. Тэхён хочет это все с Чонгуком, видит себя с ним через год, и через десять лет, и через двадцать. Он уверен в своих чувствах, уверен, что они будут вместе, иной возможности даже не допускает. Тэхён давал себе время до финального разрешения военных действий. Он долго ждал и был готов подождать еще немного, тем более что после комы Чонгук выглядел тенью самого себя, таким хрупким, что страшно было прикасаться. Казалось, он растворится в воздухе в любой момент. Когда Тэхён видел его спящим, ловил флэшбеки и яростно прислушивался к дыханию и ментальному полю, чтобы убедиться, что Чонгук просто спит. Ему было достаточно просто быть рядом — другом, поддержкой, якорем, но, оказывается, этого было недостаточно для Чонгука. Эта неделя на планете и так кажется настоящим подарком, а теперь становится еще лучше. — Я все устрою, — обещает Тэхён и имеет это в виду. Раз Чонгук хочет свидание, Тэхён сделает все в лучшем виде. Если бы они все еще были в космосе, он обязательно отвез бы Чонгука полюбоваться одной из ближайших туманностей, но планета открывает больше возможностей для совместного времяпровождения. Учитывая, в какой восторг Чонгук пришел от простого дождя, его не так уж и сложно впечатлить. Все его эмоции как на ладони — чистые, светлые и глубокие, без следа той мути, что еще недавно отравляла их. Чонгук заслуживает самого лучшего, и Тэхён постарается это ему дать. Он не хочет терять времени, поэтому сразу же вызывает такси и просит Чонгука в его отсутствие собрать вещи для них двоих на пару дней. Перед выходом Тэхён сообщает Сокджину о своих планах и о том, что они с Чонгуком ненадолго уедут. На день-два, если все пойдет хорошо, или даже дольше — до момента, когда нужно будет возвращаться на Экриб. Конечно, изначально Тэхён хотел больше времени провести с племянником, так как и так редко видит его, но в данной ситуации выбор очевиден. Чонгук сам проявил инициативу, и Тэхён не собирается упускать этот шанс. Он садится в прибывшую машину, и маршрут уже выстраивается в голове. Тэхён задает координаты автопилоту, а сам открывает перед собой полупрозрачный проекционный экран комма, на котором просматривает варианты мест отдыха. Людные курорты он сразу отметает и в результате останавливается на уединенном доме в окружении гор и лесов. Красочные виды на фото подкупают, и Тэхён думает, что Чонгуку понравится природа, да и внутренняя обстановка дома отвечает всем требованиям. Он практически уже видит их с Чонгуком там, поэтому быстро бронирует дом, не задумываясь о цене. Энарийских спектралов на его счету за два года службы накопилось прилично, да и Сокджин периодически перекидывает ему на расходы. Оплата проходит, и Тэхён получает сообщение с благодарностью и необходимой информацией для заезда. К этому моменту такси прибывает к месту назначения — массивному комплексу личных хранилищ и гаражей, которые активно используют жители станции. Тэхён выходит у нужной ячейки и набирает код доступа, который знает по памяти. Чимин дал его ему еще во времена учебы в академии. Тэхён думает, что друг не стал бы возражать, если он позаимствует его машину, и глубоко вздыхает, когда от мысли сердце сжимается. Он говорит себе, что Чимин жив и что операция по его спасению пройдет успешно. Тэхён — оптимист, он не допускает иных вариантов. Чимин вернется, и Тэхён еще выступит свидетелем на их с Юнги свадьбе, как шутливо обещал раньше. Он проводит ладонью по красному блестящему покрытию и садится на водительское место. Первым делом Тэхён отправляется в магазин игрушек, самый крупный в центре столицы, где выбирает для Чонсока летающий космолет на дистанционном управлении и пару трансформеров. Хочется скупить все, но не все игрушки подходят Чонсоку по возрасту, да и Сокджин потом всегда журит его, что он слишком балует племянника. Тэхён уверен, что сегодня и Сокджин, и Намджун по просьбе сына будут запускать космолет во дворе и разбираться со сборкой трансформеров, но им это только пойдет на пользу. Чем больше времени они проведут вместе, тем лучше. Потом, уже после окончания войны, они смогут забрать Чонсока на станцию или пожить на планете. Тэхён запрещает себе думать, что это может не осуществиться. Сокджин и Намджун обязательно должны вернуться, Чонсок не может потерять их и остаться сиротой. Тэхён оплачивает покупки и подарочную упаковку, после чего заглядывает в ювелирный магазин, где придирчиво разглядывает витрину в поисках подарка для Чонгука. Довольный своим выбором, он спускается в супермаркет и методично заполняет парящий вслед за ним контейнер для продуктов. Тэхён берет снеки и сладости, свежие фрукты и коробки с готовыми обедами, которые нужно только поставить в мини-преобразователь. Если им понадобится что-то еще, можно будет оформить доставку. Немного подумав, он добавляет красиво упакованный сет пирожных и укомплектованную корзину для пикника. На выходе из торгового центра Тэхён останавливается у аппарата самообслуживания, где решает взять смазку и презервативы. Также он берет упаковку капсул для подготовки к сексу, которые как-то видел у хёна. Тэхён не думает, что это все им понадобится, особенно сегодня или даже в ближайшие дни, но он хочет быть во всеоружии, чтобы не бегать потом с выпученными глазами и бешеным стояком, когда они с Чонгуком будут готовы к чему-то серьезному. При мысли о сексе у Тэхёна уже привычно тянет в паху, но он вполне способен держать член в узде. Последние несколько месяцев ему вполне было достаточно своей руки и фантазий, тем более что предмет этих фантазий был всегда рядом, что весьма способствовало процессу. Когда дело касается Чонгука, у Тэхёна включается туннельное зрение — он не хочет никого, кроме него. Даже порно-ролики, которые он раньше периодически смотрел, теряют свою привлекательность. Чужие обнаженные тела никак не действуют на него, но при этом одно дыхание Чонгука и изгиб его ягодиц способны завести Тэхёна с пол-оборота. Сегодня он надеется хотя бы на поцелуй, и мысль наполняет его тягучим предвкушением. Он будет счастлив даже просто целовать Чонгука. Тэхён направляет машину в сторону дома и вскоре приземляется у калитки. Сокджин, Намджун и Чонсок обнаруживаются во дворе за переносным столом, с которого уже убраны остатки завтрака, который Тэхён пропустил. Старшие пьют кофе, а Чонсок, замечая его возвращение, торопится навстречу. Тэхён вручает ему коробки с подарками, от которых племянник приходит в восторг и радостно подпрыгивает. Намджун усмехается и подходит, чтобы похлопать Тэхена по плечу. — Позаботься о нем, — говорит он с деланно грозным видом. Нетрудно понять, о ком он. — А не то ты мне голову оторвешь? — беспечно смеется Тэхён. — Ты неисправим, — Намджун качает головой, не переставая улыбаться, тем самым выражая свою поддержку. Между ними больше нет холода и отчуждения, Тэхён рад оставить их позади и вернуться к комфортному дружескому общению. Так или иначе одобрение Намджуна для него важно, потому что это важно для Чонгука. Сокджин приносит из дома ланчбокс с сэндвичами, которые приготовил для них в дорогу, и крепко обнимает Тэхёна. При этом тайком от Намджуна он сует ему в карман упаковку презервативов. — У меня есть, — шепчет Тэхён, подмигивая и мысленно передавая хёну образ всего купленного. — Основательно, — фыркает Сокджин и по-родительски треплет его по волосам. — О чем это вы? — с подозрением спрашивает Намджун. Несмотря на сильную связь с мужем, чтение мыслей для него все так же недоступно, а телепатия Чонсока еще только формируется. Однако Тэхён не удивится, что скоро им всем придется фильтровать не только свои слова, но и мысли, чтобы избежать неудобных вопросов. — Я тебе потом расскажу, — дипломатично отвечает мужу Сокджин, а потом желает Тэхёну удачи. Чонгук выходит из дома с сумкой в руках и смущенной улыбкой. В лучах утреннего солнца он выглядит по-неземному красивым, будто сам светится. Кожу покрывает ровный загар, который ему безусловно идет, волосы отрастают хорошо и уже почти не пушатся, ложась ровно и аккуратно. На Чонгуке новые джинсы, облегающие ноги и делающие его талию еще более узкой. Так и хочется обхватить ее ладонями. Он явно старался с выбором образа, и Тэхёну это нравится, пусть он и считает, что даже в бесформенных худи Чонгук остается самым привлекательным. К всеобщему удивлению, Чонсок не хочет их отпускать. Когда понимает, что оба его дяди куда-то улетают, он виснет на Чонгуке и хнычет, пока они не обещают ему скоро вернуться. Несмотря на все переживания Чонгука, у него прекрасно получается ладить с племянником, Чонсок проникся им в рекордные сроки. Тэхён даже не сомневался, что так и будет. Намджун берет сына на руки, и вместе с Сокджином они провожают их с Чонгуком до ворот. Тэхён закидывает сумку в багажник к остальным вещам и открывает пассажирскую дверь для Чонгука. Автомобиль Чимина двухместный, но сидения достаточно широкие и удобные, что при желании можно разместиться и втроем. — Откуда машина? — с любопытством спрашивает Чонгук, пристегивая ремень и разглядывая стильный салон. — Угнал, — с непроницаемым лицом говорит Тэхён, а потом довольно смеется на возмущенно-недоверчивый взгляд Чонгука. — Шучу я, шучу. Это Чимину подарили на семнадцатилетие дедушки, которые живут на планете, чтобы он чаще их навещал. Они редко видятся, но отношения у них хорошие, я как-то был у них в гостях. Он невольно вспоминает тот визит, свое состояние и свои мысли в тот день, поэтому не может сдержать тяжелый вздох. — Тэхён… — Чонгук, конечно же, замечает. Он необычайно проницателен в последнее время, чувствует тончайшие нюансы эмоций и замечает малейшие перемены в настроении. — Я не из-за Чимина, — Тэхён качает головой. — Точнее, не только из-за него. Знаешь, я тогда думал, что у меня тоже должны быть родственники на планете, какая-то дальняя родня… Он не хочет омрачать настроение, но при этом чуть ли не впервые в жизни ему хочется поделиться личным и сокровенным. Тем, что он обычно держит при себе и не показывает никому. Он не умеет говорить о своих переживаниях и страхах, но Чонгук одним своим видом провоцирует его на откровенность. — Ты никогда не пробовал их разыскать? — Нет. Я не уверен, что хочу, — Тэхён снова вздыхает. — Когда я попал в приют, никто не захотел забрать меня, никто ни разу не навестил. Даже если кто-то и остался, я не нужен им. — Мне очень жаль, — глаза Чонгука наполнены болью, и он осторожно касается колена Тэхёна ладонью, вместе с этим накрывая его волной своих эмоций. — Не переживай. Обычно я даже не вспоминаю об этом. У меня теперь новая семья — хён, Намджун, Чонсок. И ты. Щеки Чонгука розовеют, а его ментальный фон становится приятно теплым. Таким, что Тэхён расплывается в улыбке. У эмпатии Чонгука на него точно особый эффект. Тэхён никогда с подобным не сталкивался, но ему не нужно разбираться в причинах, он просто принимает то, что ему от этого хорошо. Что он наконец-то чувствует себя правильно. И он знает, что Чонгук принимает его в ответ. — Я понимаю тебя, — после небольшой паузы говорит Чонгук. — У нас с Намджуном из родных по крови тоже никого не осталось, кроме отца, но к нему мы оба больше не имеем никакого отношения. Наша новая семья мне нравится гораздо больше. — Согласен. А когда у нас появятся дети, будет еще лучше. — Ты мне еще даже предложение не сделал, — фыркает Чонгук со смехом. — Точно, это нужно срочно исправить, — кивает Тэхён, а Чонгук смеется еще ярче и пихает его кулаком в плечо. Думает, что Тэхён шутит, но пока не знает, что в этом случае он абсолютно серьезен. — Ты пропустил завтрак. Будешь? — Чонгук указывает на лежащий между ними ланчбокс, собранный Сокджином, и в этот же момент у Тэхёна громко урчит в животе. Чонгук с улыбкой открывает крышку и подносит один из аккуратно нарезанных сэндвичей к его рту. Тэхён с готовностью кусает сразу половину, набивая рот, и активно жует, мысленно восхваляя кулинарные способности хёна. Он удерживает внимание на дороге, но при этом поглядывает на Чонгука, который продолжает кормить его с рук и сам откусывает небольшие кусочки от своего сэндвича. Салон наполняет комфортная тишина, но Тэхён решает разбавить ее и включает музыку — один из своих любимых эфиров, который привык слушать на станции. Координаты он заложил в навигатор заранее, поэтому с легкостью следует проложенному маршруту. Лететь им около двух часов, но поездка уже обещает быть прекрасной. День выдается солнечным и теплым, как и большинство на планете. С климатом колонизаторам повезло, в то время как другие планеты созвездия остаются непригодными для жизни и используются для добычи. Тэхён нажимает на кнопку на приборной панели, и покатая крыша автомобиля плавно складывается в специальный отсек, открывая их солнцу и ветру. Чонгук смотрит на него с восторгом в глазах и эмоциях, и Тэхён чувствует себя в этот момент самым счастливым. Он загорается возможностью побыть наедине, ведь на километры вокруг не будет никого, кроме них двоих, он будет чувствовать только ментальное присутствие Чонгука, только их связь, и наконец-то сможет дать волю чувствам, которые уже рвутся наружу. Тэхён расслабленно сжимает руль и тихо подпевает знакомым песням, при этом ловя все реакции Чонгука — на него, на музыку, на открывающийся перед ними вид. Время проходит незаметно. Тэхён сворачивает в сторону, противоположную плотно заселенной местности, и они влетают в самый настоящий оазис. Если бы не указатели, можно было бы подумать, что они попали в какой-то природный заповедник. Вокруг высятся раскидистые причудливые деревья, сквозь кроны которых пробиваются потоки света, окрашивающего пространство в светло-фиолетовые оттенки и отражающегося в поверхности рек и озер загадочным мерцанием. Местность уходит выше и выше — в сторону гор. — Нам точно сюда? — спрашивает Чонгук с волнением. — Абсолютно точно. Тэхён находит нужный поворот и снижает машину по направлению к проложенной внизу широкой тропе, которая через несколько минут приводит их к небольшому одноэтажному дому, уже знакомому Тэхёну по фотографиям. Они приземляются на специально отведенное парковочное место и выходят из машины, чтобы осмотреться. К дому, стоящему на небольшой возвышенности, ведут ступени, утопающие по сторонам в многоцветье цветов. Отовсюду доносится пение птиц, журчание воды и другие звуки леса — незнакомые, но не вызывающие чувства опасности. Диких зверей или ядовитых насекомых на планете не водится. Рядом с домом на каменной площадке под навесом оборудован гриль и большой стол в окружении удобных стульев. На входе Тэхён набирает присланный ему код доступа, и система безопасности пропускает их, принимая как новых хозяев на ближайшее время. Они сразу же оказываются в просторной, уютно обставленной гостиной, где царит приятная прохлада, и Чонгук распахивает высокие окна, запуская в помещение свежий воздух и свет. На небольшой кухне они оставляют контейнеры с купленными Тэхёном продуктами и идут дальше — в спальню. При виде широкой кровати, занимающей полкомнаты, Чонгук замирает и отводит взгляд. На его щеках проступает легкий румянец, а в эмоциях играют нотки волнительного ожидания. Желание, которое Тэхён полностью разделяет, окрашено нерешительностью и страхом, но оно там. Они оба хотят того же, пусть и не озвучивают вслух. Тэхён надеется, что сегодня это изменится. Пока Чонгук умывается, он прячет в тумбочке пакет со смазкой и презервативами, включая те, что дал ему хён. Немного освежившись, они выходят обратно, чтобы прогуляться и исследовать местность. Держась за руки, шагают по протоптанным тропинкам, и мох легко пружинит под ногами. День запоминается Тэхёну яркими картинками, которые хочется перевести в живые фотографии и заполнить ими все стены комнаты на станции. Выражение лица Чонгука, его улыбка, свет в его глазах. Недалеко от дома они находят поляну, которая явно используется как импровизированный тир. По очереди они стреляют из бластера Тэхёна по выставленным в ряд банкам, соревнуясь между собой, кто сделает это быстрее и точнее. Выясняется, что Чонгук — меткий стрелок, он не допускает ни одного промаха и поражает мишени одну за другой. Вместе с восхищением на Тэхёна накатывают воспоминания об их первой встрече. — С тобой опасно иметь дело, — говорит он, когда они решают передохнуть. — Хорошо, что ты тогда не выстрелил в меня. — Не напоминай, — Чонгук поеживается. — Мне это потом долго снилось в кошмарах. Так глупо, что я так сильно ненавидел тебя. Как сына Карателя, как просто энарийца и врага, но я все равно не смог тебя убить, еще и ругал себя за мягкость и бесхарактерность… Ненавидеть не зная и не видя было легче. — Ты не способен на хладнокровное убийство, — соглашается Тэхён, — но, хочу признать, ты тогда был чертовски горяч. Чонгук хмыкает и прикусывает нижнюю губу. — Не могу того же сказать о тебе, — усмехается он с блеском в глазах. — Ты был оборванный и грязный. И что я только в тебе нашел… — Эй! — возмущается Тэхён, но в ответ Чонгук только задорно смеется, и от его эмоций сердце трепещет в груди. Они покидают поляну и, перескакивая по скользким валунам, пересекают горную реку, которая выводит их к небольшому шумному водопаду под открытым небом. Тэхёна охватывает дикий порыв искупаться, поэтому он толкает Чонгука в воду прямо в одежде, зная, что раздеваться полностью или хотя бы до боксеров он не согласится. Первые секунды Чонгук смотрит ошеломленно и немного обиженно, но потом затаскивает Тэхёна за собой, и они несколько часов плещутся в кристально-чистой воде. Водоем совсем неглубокий, тем более что Тэхён проходил курс плавания в рамках военной подготовки в академии, а Чонгук занимался в бассейне еще на Вирионе. Они пробуют нырять и долго стоят под боковыми потоками водопада, менее интенсивными, но такими же пенистыми и оглушающими своим шумом, закрывающими их от окружающего мира сверкающей водной пеленой. После им приходится вернуться обратно, чтобы обсохнуть и переодеться. Усталые, но довольные они устраиваются под навесом около дома и с небывалым аппетитом поглощают еду, мгновенно приготовленную в преобразователе. По видеосвязи они созваниваются с Сокджином и Намджуном, и Чонсок машет им с экрана зажатым в ладошках трансформером. Рядом с ними обнаруживается и директор Мин, который выглядит так, будто ему некомфортно, но Тэхён думает, что компания ему сейчас только на пользу. Немного отдохнув, Тэхён решает переходить к главной части своего плана. Он просит Чонгука одеться потеплее, так как ночью может быть прохладно, и собирает необходимые вещи — пледы и корзину для пикника, а также небольшую коробочку, купленную в ювелирном. Фон Чонгука наполнен любопытством и безусловным доверием, он не задает вопросов и с наступлением вечера послушно следует за Тэхёном в машину. Полет длится не более десяти минут, они поднимаются выше, на смотровую площадку, обустроенную на склоне горы и рекомендованную к посещению владельцем дома отдыха. Пока Чонгук с улыбкой наблюдает, Тэхён расстилает пледы и раскладывает еду, а потом утягивает его за руку сесть рядом с собой и презентует коробку с пирожными. — Я вообще-то планировал снова начать тренироваться, а ты меня соблазняешь, — шутливо тянет Чонгук, открывая крышку и жадным взглядом окидывая маленькие пирожные, похожие на произведения искусства. — Значит, не будешь? — Тэхён несильно тянет коробку на себя. — Я тогда сам съем… — Только попробуй! — Чонгук дергает ее обратно. — Даже не поделишься? — Тэхён приподнимает бровь. — Хм, — Чонгук на секунду задумывается, а потом выбирает одно из маленьких пирожных и подносит его к губам Тэхёна. — М-м… — Тэхён жует и глотает, но не чувствует вкуса. Он зависает, не отрываясь смотрит на Чонгука, на его влажно блестящие губы, на длинные пальцы, с которых он слизывает крем и крошки. Тэхён открывает банку газировки и осушает ее в несколько глотков, чтобы погасить разгорающийся внутри пожар. Закатное небо темнеет, и вскоре над ними появляются звезды — одна за другой, заполняя все небесное пространство мерцающими огоньками. Чонгук откидывает голову и восторженно смотрит вверх, вытягивая руку, словно хочет до них дотянуться. — Как будто мы снова в космосе, — выдыхает он. — Так красиво. — Да, очень красиво, — соглашается Тэхён. — Ты же не смотришь. — Я смотрю на тебя. Чонгук поворачивается к нему и удивленно приоткрывает рот, словно только осознавая их близость. Словно он только что находился там, наверху, и сейчас возвращается в физическое тело. Тэхён касается его щеки, гладит нежную кожу большим пальцем и медленно наклоняется. Его губы целуют воздух, так как в самый последний момент Чонгук отворачивает голову. Внутри у Тэхёна все обрывается. — Я неправильно понял? — спрашивает он с легкой обидой и беспокойством, что не так считал сигнал. — Нет, — Чонгук мотает головой, его огромные глаза жалобно распахнуты. — Я хочу. — Тогда в чем дело? Почему ты дрожишь? — Я просто… не умею. — Ты ни с кем не целовался? — Тэхён медленно начинает понимать. — Один раз меня поцеловала одноклассница. Было противно. — Не переживай. Я в любом случае выигрываю в сравнении. Чонгук реагирует слабой неуверенной улыбкой. — Я об этом и говорю. Ты такой уверенный и опытный, что я просто боюсь разочаровать тебя. — Опытный? С чего ты взял? — Тэхён с недоумением приподнимает брови. — Намджун-хён сказал, что у тебя было много парней… — Намджун, значит? Кто бы сомневался, — Тэхён фыркает. — И он конечно же решил, что я спал с каждым из них. — Мне все равно. — Я рад, что ты так считаешь, но на самом деле я не такой развратный, как он тебе расписал. Вообще-то я все еще девственник! Ну, в самом главном смысле. Пусть Тэхён и надеется, что это скоро изменится. — Правда? — Чонгук ошеломленно раскрывает рот, на его щеках появляются красные пятна по мере того, как он осознает полное значение слов. — Я бы не стал обманывать тебя. Ты же чувствуешь мои эмоции сейчас. — Я прибью хёна! — шипит Чонгук, нахмуриваясь. — Он мне столько про тебя наговорил! — Чонсоку еще пригодится отец, а тебе брат, — усмехается Тэхён. — Прости меня, я испортил такой момент, — расстроенно вздыхает Чонгук. — Ничего подобного. Я все еще здесь. И ты тоже, — настроение резко меняется, и Тэхён перестает улыбаться. — Мы вдвоем, как ты и хотел. — Да, — Чонгук сглатывает. — Тогда поцелуй меня. Этот вызов Тэхён готов принять с радостью. Он слишком долго этого ждал. Дольше, чем думал, что способен. Эмоции Чонгука вспыхивают волнительными искрами, захватывают, ведут за собой. Тэхён укладывает ладонь ему на затылок и накрывает его губы мягким поцелуем. На этот раз Чонгук встречает его. Как бы Тэхёну ни хотелось просто наброситься на него и подмять под себя, он действует осторожно, целует медленно и нежно, никак не может поверить, что действительно делает это. Чонгук отвечает нерешительно, будто ждет, чтобы Тэхён показал ему, как правильно. И Тэхён показывает — дразнит языком приоткрытые губы и углубляет поцелуй. Даже на вкус Чонгук оказывается сладким. Тэхён отстраняется, но не убирает ладонь с шеи Чонгука, продолжая медленно поглаживать ее. — Ну как? — хрипло спрашивает он. — Ты же чувствуешь, что мне понравилось, — смущенно отвечает Чонгук и влажно облизывает губы, втягивая нижнюю в рот и не осознавая, что вытворяет с Тэхёном своими действиями. — Я так давно хотел это сделать. Давно хотел тебе сказать… Ты мне очень нравишься. Даже не так. Я влюблен в тебя. Он смотрит трепетно и хрупко, и у Тэхёна от его эмоций сбивается дыхание. Весь мир сужается до этого момента. Он аккуратно перехватывает запястье Чонгука, отстраненно отмечая учащенный пульс, и укладывает его ладонь на свое сердце. — Оно твое, — низким тоном произносит он. — Я так долго искал тебя. С той самой секунды, как очнулся в камере и увидел тебя, сразу же пропал. Это всегда был ты. — Тэхён, — глаза Чонгука ярко блестят. — Я тоже люблю тебя, если ты еще не понял. На этот раз Чонгук целует его, притягивая к себе за плечи. Он полон неумелого напора, но для Тэхёна этот поцелуй лучше любого, даже самого страстного и грязного. Их губы соединяются идеально, и вместе с ними переплетаются ментальные поля, проникая глубоко друг в друга и позволяя им делить ощущения на двоих, чувствовать то, что чувствует другой. Благодаря их совместимости, это ощущается как самая правильная вещь в мире. Тэхён никогда больше не хочет разъединяться. Он перестает думать и всецело отдается процессу, теряя себя в плавном движении губ и языков, не в состоянии оторваться ни на секунду. Чонгук опускается спиной на плед, и Тэхён нависает над ним на согнутых руках, не прекращая поцелуй. Между их телами остаются считанные сантиметры, но Тэхён не уверен, что сможет остановиться, если их бедра соприкоснутся. Он уже возбужден в полную силу, и ответные ощущения ментального фона Чонгука только подпитывают и подхлестывают это. Тэхён не хочет, чтобы все произошло слишком быстро, не хочет потерять контроль, и так болтающийся в ошметках. Чонгук издает низкий грудной стон, и звук отзывается вибрацией по всему телу, дергает внизу живота, отдаваясь в мошонке. Тэхён с трудом отрывается от приоткрытых припухших губ, ловит слегка расфокусированный шальной взгляд темных глаз и с собственным низким стоном откидывается назад, ложась с Чонгуком рядом, плечом к плечу. В голове все плывет и приятно шумит, а сердце бухает в груди, будто готовое выпрыгнуть наружу от распирающего счастья. Они оба учащенно дышат и смотрят на звезды, не прекращая полного ментального контакта. Впервые в жизни Тэхён не испытывает желания оказаться в космосе, сопровождавшего его с детства при виде звездного пространства. Истребители в его системе ценностей отходят на второе место, и ему совсем не жаль. Чтобы немного ослабить давление на пах, так как член не торопится опадать, он сует руки в карманы брюк-карго и немного оттягивает ткань. Вместе с этим его пальцы сразу же натыкаются на что-то твердое и бархатистое. — Точно, совсем забыл, — говорит Тэхён вслух и достает из кармана небольшую коробочку. — У меня кое-что есть для тебя. Он приподнимается, и Чонгук тоже садится на пятки, складывая руки на коленях. — Что ты еще придумал? И так сделал мне такой подарок сегодня… Тэхён открывает коробочку, показывая ее содержимое, и Чонгук замолкает. Только медленно моргает, так, что ресницы бросают на порозовевшие щеки легкую тень, и не отрывает взгляда от двух аккуратных колец. Их прозрачные ободки сделаны из специального материала, а по бокам они украшены завитками из мельчайших эонских кристаллов. В ментальном поле Чонгука чувствуется волнение и молчаливый вопрос, и Тэхён решает не заставлять его ждать. — Эти кольца отражают состояние и свойства пси-фона, кристаллы немного помогают стабилизировать колебания. Я взял нам парные. И да, я знаю, что это означает на Вирионе. У нас нет такой традиции, но я хотел, чтобы у тебя всегда было с собой осязаемое напоминание обо мне. Это мое обещание тебе. Что бы ни случилось, я хочу однажды — чем скорее, тем лучше — назвать тебя своим мужем. Ты выйдешь за меня? Глаза Чонгука наполнены слезами, но он улыбается, а его ментальное поле искрится радостью. — Да, — он выдыхает в ответ. — Тысячу раз да. Внутренне ликуя, Тэхён не теряет ни секунды и надевает одно из колец Чонгуку на средний палец. Ободок тут же оживает, настраиваясь на фон и наполняясь радужными переливами, и через некоторое время принимает глубокий фиолетовый цвет. Чонгук следует его примеру и решительно берет второе кольцо, чтобы надеть Тэхёну. На этот раз ободок становится ярко-зеленым. Тэхён отбрасывает коробочку в сторону, и они вместе вытягивают руки вперед — две ладони рядом друг с другом, и активированные парные кольца. — Красиво, — замечает Чонгук, любуясь. — Значит, это наши цвета. — М-м, — соглашается Тэхён. Он мысленно представляет, как на Чонгуке будет смотреться их брачная метка, и уже прикидывает, какое место для нее выбрать. Будь воля Тэхёна, он бы сейчас же потащил его в зал церемоний или вызвал бы регистратора прямо к ним, но он знает, что Чонгук заслуживает традиционной свадьбы, да и Сокджин с Намджуном тоже захотят присутствовать. Тэхён хорошо помнит их церемонию четыре года назад и хочет что-то похожее. Они закрепляют обмен нежным касанием губ, и Тэхён гладит щеку Чонгука ладонью, не отрываясь смотря на него. — Я не мог не влюбиться в тебя. Твои глаза наполнены светом звезд всех Галактик. Ты — моя Вселенная. — А ты моя. Мое безопасное место. Их окружает теплая эонская ночь, и звезды продолжают мерцать над головой, но главная звезда в жизни Тэхёна сейчас прямо перед ним. Через некоторое время они собираются и возвращаются на машине обратно в дом. Ощущение пространства между ними меняется, ощущение соединения их ментальных полей становится глубже. Молчание таит в себе все нужные слова, взгляды обретают значимость, а от легких улыбок трепыхается сердце. Тэхён вспоминает, как подшучивал над Сокджином, как качал головой на воздыхания Чимина, чувствовал их эмоции, но не понимал их в полную меру, а теперь сам чувствует себя влюбленным мальчишкой. Безрассудным, готовым броситься куда угодно, если только Чонгуку будет угодно. Это кружит голову и будоражит кровь, что Чонгук имеет над ним такую власть, но Тэхён знает, что Чонгук никогда не использует эту власть во вред, если он вообще подозревает, что обладает ей. Тэхёна наполняет невероятное облегчение, что ему больше не нужно ждать, не нужно продолжать быть для Чонгука исключительно другом и нести свои чувства внутри. Изначально, с самой первой встречи было понятно, что они больше, чем враги, и больше, чем друзья. Все намеки и недосказанности можно наконец-то оставить позади. Все потаенные желания и мысли разом выходят на поверхность, дразня воображение. Тэхён весь вибрирует, а вместе с ним вибрирует его ментальное поле. Настолько, что Чонгук, выходя из ванной после душа, задерживается в дверях. Его ментальный фон наполняется волнением, и он заметно дрожит, окидывая взглядом Тэхёна, который уже лежит на кровати в одних шортах и тонкой майке без рукавов. — Эй, ты чего? — Тэхён приподнимается на локтях. — Не собираешься спать? — Спать? — Чонгук издает нервный смешок. — А есть другие предложение? — усмехается Тэхён. — Иди сюда, я не собираюсь набрасываться на тебя. Со смущенной улыбкой Чонгук подходит и садится на край кровати, и Тэхён тут же обнимает его со спины, устраивая подбородок ему на плечо. — Я серьезно, мы можем просто лечь спать. Нам необязательно… ну, ты понял. — Хорошо, — Чонгук кивает, успокаиваясь, но в его фоне проскальзывают легкие оттенки разочарования. — А если я захочу? — Тогда мы разберемся со всем вместе, — Тэхён уверяет его, чувствуя, как учащается пульс. Он приглушает свет и утягивает Чонгука в поцелуй, на который тот с готовностью отвечает. Ощущения сводят Тэхёна с ума. В голове не укладывается, что еще пару часов назад Чонгук не умел целоваться, так хорошо это у него получается. Так сладко и плавно, и так напористо и смело одновременно. Руки Тэхёна живут своей жизнью, теперь ему позволено быть свободным в прикосновениях, и он трогает и гладит везде, где задерживается ладонь. Затылок с отрастающими волосками, шея, широкие плечи и крепкие бицепсы, спина и позвоночник, все манящие изгибы и талия, долго будоражившая его воображение. Чонгук не отстает и касается его в ответ, вжимается в него грудью и с силой сжимает пальцы на плечах, когда Тэхён легонько прикусывает его нижнюю губу. Все нервные окончания обострены до предела, и Тэхёна потряхивает от скопившегося возбуждения, которое он слишком долго сдерживал. По ощущениям Чонгук не в лучшем состоянии, если судить по горячим искрам, пронизывающим его ментальное поле, и по тому, как его колотит от каждого прикосновения. Потеряв последние крохи самообладания, Тэхён действует на инстинктах, тянет Чонгука на себя, и они оказываются на кровати лицом к лицу. В этом положении у него больше пространства для маневра, и он скользит руками ниже, накрывая ладонями ягодицы Чонгука, как неоднократно мечтал сделать. Он сжимает их сначала мягко, немного массируя, а потом сильнее, надавливая пальцами и чувствуя упругость мышц даже сквозь два слоя ткани. Чонгук чутко отзывается на каждое прикосновение. Тэхён в восторге от того, насколько он чувственный и чувствительный, насколько горячо его искреннее желание. Между ними все искрит от напряжения, и сдерживающая тонкая нить готова порваться со звоном в любой момент. Поцелуй становится более глубоким и влажным, они практически одновременно дергаются вперед, навстречу, полностью соприкасаясь. До этого момента Тэхён осознавал свое возбуждение и возбуждение Чонгука, но касание их бедер все равно становится шоком для всего организма, и ощущения усиливаются в разы. Их напряженные члены сталкиваются через ткань, и Тэхён невольно отрывается от губ Чонгука и смотрит вниз — на свои натянутые шорты и такую же ситуацию в пижамных штанах Чонгука. Его обжигает изнутри, насколько бесстыдно дразняще это выглядит. Безобиднее, чем в его фантазиях, но гораздо более горячо в реальности. Кажется, он готов кончить в эту же секунду. Только пару мгновений спустя Тэхён понимает, что это ощущения Чонгука, который также смотрит вниз с приоткрытым ртом и заволоченными глазами. Не отрывает голодного взгляда и медленно толкается бедрами вперед, вжимая свой член в член Тэхёна. У Тэхёна срывает тормоза. С глухим стоном он сдавливает ягодицы Чонгука, сильнее прижимая его к себе, и врывается в рот языком, отчаянно целуя. Они трутся друг о друга прямо в одежде, без особого ритма и искусности, срываясь на шепот и стоны. Тэхён теряет счет времени, кажется, проходит то ли совсем немного, то ли маленькая вечность, прежде чем Чонгук содрогается в его руках. Он утыкается лицом Тэхёну в изгиб шеи, скользит по ней губами, жарко дыша, и рвано двигает бедрами. Тэхён, чувствуя его оргазм ментально, следует за ним всего через несколько секунд. Его охватывает беспредельное удовлетворение, расходящееся приятной пульсацией по всему телу. Наслаждаясь чувством полного единения с Чонгуком, Тэхён тянется за поцелуем, не сразу попадая в его губы. Его накрывает сонная нега, сознание начинает уплывать, и Тэхён выпадает из реальности на какое-то время, поэтому сонно моргает, когда Чонгук толкает ему в руки упаковку салфеток. — Держи, — смущенно шепчет он и, к внутреннему протесту Тэхёна, сползает с кровати и быстро скрывается в ванной. Тэхён лениво протирает себя салфетками, комкая их и ловко запуская в утилизатор в углу комнаты, и борется со сном до возвращения Чонгука. К счастью, он не задерживается надолго. Тэхён притягивает его к себе, чмокает в припухшие губы и закидывает ногу ему на бедро. — Никуда тебя не отпущу теперь. Ответ Чонгука он уже не слышит. 💫 Утром, еще не открывая глаз, Тэхён довольно улыбается. Счастье буквально распирает его изнутри, наполняет все тело и ментальное поле, прорывается наружу яркими лучами, окрашивая реальность в новые цвета. Тэхён и так считает себя счастливым человеком, но воспоминания о прошедшем дне превосходят все, возводя все эмоции и ощущения до предела. Он все еще обнимает Чонгука, но теперь со спины, так как во сне они явно сменили положение. Их ментальные поля все еще тесно переплетены, и Тэхёну даже не нужно тянуться к сознанию Чонгука, чтобы понять, что он не спит. Тэхён хмыкает и лениво касается губами его шеи, оставляя на коже влажные следы, и ловит ментально ответные чувства радости и счастья. Тэхёна наполняет внезапная гордость, что именно он является причиной этих эмоций. — Доброе утро, — хрипло шепчет он, дразняще проводя по уху Чонгука и захватывая мочку между пальцев. — Это точно не сон? Мне не приснилось? — тихо спрашивает Чонгук, его голос непривычно мягкий. — Даже если это был бы сон, его стоило бы сделать реальностью. — Кто я для тебя? — трепетное ожидание в эмоциях. Тэхён на миг задумывается. — Мое чудо. Мой парень. Мой будущий муж, — он находит ладонь Чонгука и значимо касается кольца на основании среднего пальца. Всплеск эмоций Чонгука говорит ему, что это верный ответ. Другого у Тэхёна и не было. Он широко улыбается и запускает ладонь Чонгуку под футболку, чтобы проследить пальцами очертания пресса. Вчера он так и не добрался до него. Теперь ему позволено это, и он всерьез собирается изучить тело Чонгука до мельчайших подробностей. Отыскать все места и точки, где погладить, где поцеловать, а где лучше не трогать. Чонгук все еще заметно смущается и в первые секунды замирает, но постепенно стеснение уступает место пробуждающемуся желанию. Тэхён не обделяет вниманием и грудные мышцы, будто ненароком задевая маленькие твердые соски тыльной стороной ладони, а потом намеренно дразнит их подушечками пальцев. Чонгук шумно выдыхает и дергается, пытаясь отстраниться, но этим только сильнее вжимается в Тэхёна. Выдох превращается в стон, потому что теперь член Тэхёна упирается ему прямо в ягодицы, и Чонгука это явно заводит. Утренняя эрекция набирает силу за секунды, и Тэхён медленно двигает бедрами, позволяя Чонгуку почувствовать себя. Губы не покидают шею, на которой уже расцветают красные пятнышки засосов, но Тэхён не может заставить себя перестать. Чонгук прогибается в пояснице и сам подставляется в такт его движениям, трется ягодицами о его член, издавая тихие хныкающие звуки. — Тэхён… — Чего ты хочешь? — Тэхён обязан спросить, потому что сам он хочет всего и сразу, но должен позволить Чонгуку задавать темп, как и обещал. Ментальное поле Чонгука горячо вспыхивает, и Тэхён жалеет, что не умеет читать мысли и мыслеобразы, как телепаты. Он бы многое отдал за возможность услышать и увидеть, о чем подумал в этот момент Чонгук. С другой стороны, тогда он не смог бы чувствовать его, как чувствует сейчас, лишился бы их эмпатической связи, которая уже является для него основополагающей и незаменимой. Когда Чонгук направляет его руку и кладет ее себе на член, в мозгу коротит. Тэхён давится слюной и теряет все разумные мысли. Он инстинктивно сжимает его через ткань, легонько надавливает и полностью накрывает ладонью, чтобы ощутить очертания, твердость и исходящий жар. Чувствует, как он слегка ощутимо дергается, и через секунду ткань пропитывается горячей влагой. Тэхён ловит отголоски ощущений и ошарашенно моргает, наполняясь медленным осознанием, что Чонгук только что кончил. Кончил, стоило только дотронуться до него. В голове резко шумит, и собственный член еще больше твердеет, грозясь вырваться из плена ставших слишком тесными шорт. Чонгук еле слышно шипит и дергается, пытаясь отстраниться, в то время как его фон стремительно наполняется досадой и стыдом. — Только попробуй сбежать, — Тэхён останавливает его, сжимая руки на талии. — Отпусти. — Нет, пока ты не поговоришь со мной. Что тебя так расстроило? — Разве непонятно? Это было слишком быстро. — И что? Ты можешь кончить только один раз? — Нет, но… разве это не позорно? — Точно не для меня. Ты не представляешь, насколько это было горячо. Не закрывайся, почувствуй мои эмоции сейчас. — Ох… — Чонгук расслабляется в его руках, будто растекаясь, и откидывает голову ему на плечо. — Я так хочу тебя, — Тэхён слегка вытягивает шею и целует его боком, игнорируя неудобство позы, дразнит язык Чонгука своим и массирующими движениями гладит его бедро, запуская пальцы под резинку пижамных штанов. — Сними, — жарко шепчет Чонгук, снова заметно возбуждаясь. — Ты уверен? — М-м. И свои шорты тоже. Не веря своим ушам, Тэхён не теряет времени и сдергивает шорты, освобождая напряженный член с потемневшей головкой, и аккуратно стягивает с Чонгука штаны вместе с боксерами, чтобы отбросить в сторону. Жадно оглядывает открывшееся тело, быстро набухающий розовый член, мышцы его бедер и ягодиц, и выступающие соски на рельефной груди под задранной до подмышек футболкой. Чонгук не спешит поворачиваться, остается лежать боком, только украдкой смотрит на Тэхёна, изучая его в ответ с прикушенной губой. Чувствуя молчаливый намек, Тэхён снова устраивается сзади, чтобы поцеловать Чонгука в затылок и добавить еще несколько засосов к полотну на его шее. Находит жилку, где бешено бьется пульс, и чувствует его губами. Головка члена мокро мажет по задней стороне бедер Чонгука, и каждое касание отправляет по телу обжигающие волны жара. — Ближе, — учащенно дыша, просит Чонгук. — Да? — хрипло спрашивает Тэхён, мгновенно слушаясь и вжимаясь в него, и член сам скользит между круглых ягодиц, будто ему там самое место. У Тэхёна пересыхает во рту. Так далеко он еще ни разу не заходил. Никогда не был так близко, никогда никого так не хотел. — Да… — тихо стонет Чонгук в ответ, и Тэхён, принимая это за согласие, толкает член между его бедер, плавно, но быстро набирая темп. Уже не в состоянии остановиться он стискивает талию Чонгука и прикусывает его плечо, сходя с ума от ощущений скольжения, которые становятся еще ярче, когда Чонгук сводит ноги ближе, создавая такое необходимое давление. Тэхён чувствует мощную, медленно поднимающуюся внутри волну оргазма, своего и Чонгука, одного на двоих. К быстро шлепающим звукам добавляется еще один — прекрасно знакомый ему, и он импульсивно присоединяет свою ладонь к быстро двигающейся ладони Чонгука, помогая ему. В этот же момент головка его члена будто случайно задевает плотное сжатое колечко мышц. Перед глазами все взрывается и плывет. Тэхён конвульсивно дергается и заливает горячую тугую дырочку спермой, кончая от образа, что он может оказаться внутри. Он рефлекторно продолжает медленно толкаться вперед, растирая семя о кожу, и чувствует на пальцах горячую липкую влагу. Их с Чонгуком ладони полностью перепачканы, но Тэхён с удовлетворением устраивает их у него на животе, переплетая пальцы. Разгоряченную от пота кожу начинает приятно холодить, а сперма медленно подсыхает, и Тэхён надеется, что Чонгук даст им хотя бы полчаса, прежде чем потащит в душ. А еще лучше будет повторить все еще один раз. И в душе тоже. Довольный своим планом, Тэхён утягивает Чонгука в поцелуй, ложась с ним лицом к лицу. — Я люблю тебя, — отвлекается он, чтобы прошептать ему в губы, просто потому, что может. — И я тебя люблю. В бездонных глазах Чонгука зарождаются новые Галактики. Тэхён не знает, как это возможно, но снова влюбляется в него еще больше.