Сборник Спанктобера

      Пересилить себя было почти невозможно. Рэй собирался сбежать уже раз сто, не позволяло только данное слово. Он обещал Говарду попробовать. Это поможет чувствовать лучше, обращать внимание на мелочи… И это Говард, не кто-то чужой, а свой парень. Но волнений от этого меньше не становилось… — Ты слишком напряжен, — Говард положил руки Рэйю на плечи, начав массировать. — Выдохни, всё хорошо. Не показывай мне плохой пример, а то тоже начну перед каждой поркой так сильно нервничать. — Не смешно. — А по-моему, вполне. Прости. Не будем тогда? Я же не настаиваю, так уж, предложил для развития. — А я согласился. Будем. Просто… Просто дай мне время ещё немного. — Давай мятный чай заварю?       Рэй кивнул. Не помогло, конечно, но попытка была неплоха.       Рэй внимательно смотрел на Говарда, отставив чашку. Долго и пронзительно, гадая, что же будет в конце этого дня. Но нужно было собраться и сделать. Как в детстве, когда как бы сильно ты не хотел — на приём к врачу иди нужно. — Я в туалет, а потом начнём, готовься. — Да, сэр! — на автомате ответил Говард, привыкший к приказному тону, но тихо рассмеялся, поняв что за приказ сейчас был. — Я тебя люблю! — И я тебя… — тихо выдохнул Рэй. Двадцать минут Рэйя не было, но он вышел. Сразу в трусах, чтобы не дать себе шанса отступить. — Давай. — Готов? — Говард подскочил к своему Верху и обнял. — Всё хорошо, ладно? Я знаю, ты нервничаешь, но это же новый опыт! Я обещаю быть осторожным.       Рэй только и смог кивнуть на это. От тепла Говарда было полегче. Сильно проще стало на удивление. Рэй расслабил плечи и осторожно и нежно поцеловал парня в губы. — Спасибо, давай начнём. Мне… Куда?       Говард растянул коварную широкую улыбку. Он бы и рад просто дать Верхнему прочувствовать и понять как себя ощущают люди под ремнём и подобным, но не мог не отомстить. Чуть-чуть. — Через подлокотник кресла.       Самое нелюбимое место. Вот есть же стол — там приятно прикоснуться голой грудью к холодному дереву. Есть крест, который буквально сделан для порки. Кровать — предел мечтаний. А кресло то причём?! Низкое, неудобное, с жёсткой обивкой! Говард надеялся, что Рэй поймёт всё сам и больше никогда не заставит идти на подлокотник.       Рэй неумело и очень неуверенно перегнулся, но лицо неудобно упиралось в сиденье, а колени были странно согнуты. Он засомневался, что лёг правильно… — Э, не, — Говард хмыкнул, отчего Рэй попытался подняться. Знал же, что не так надо! — Куда? Лежи давай. Я про трусы так то, надо снять, а то неполнота ощущений будет. Снимай давай, не меня же ты стесняешься? — Хватит, Говард! — Рэй хлопнул по креслу от неловкости, но боксеры стянул до колен, после чего уткнулся лицом в ладони, долго ёрзая. — Мы начинаем, — громко и чётко объявил Говард, когда Рэй замер. Он вооружился ремнём и выдохнул. — Готов? — Давно уже, — буркнул Рэй еле слышно и напрягся. — Хорошо, поехали.       Говард много раз был на семинарах и мастер-классах и по порке, и просто по девайсам, и даже сам плёл рукоять для плети — чем несомненно гордился. В общем, ремень в руках уже держал не раз. Поэтому не боялся навредить. Физически.       Про моральную сторону же старался не думать, ведь узнав Рэйя поближе — понял как тот боится быть снизу. И Говард ни за что в жизни не хотел его обидеть или принизить. Наоборот, очень часто и бережно поддерживал Верхнего. Даже после таких случаев из-за которых Рэй оказался на кресле.       Полосы красиво вспыхивали на напряжённой заднице Рэйя, пока тот изо всех сил концентрировался на том, чтобы не двигаться. Честно говоря, Рэй был уверен, что это во много раз больнее, но оказалось, что вполне терпимо. Не сильнее, чем когда сам себя умудряешься по бедру треснуть, чтобы проверить не жестит ли девайс.       Рэй прекрасно справлялся для первого раза, он не ёрзал и совершенно не орал. До первого сильного удара с протяжкой. Говард приноровился и стал класть удары пожёстче. Ведь они договорились по-честному, без поблажек.       И тут Рэй уже прикрылся, но тут же одёрнул руки, но не потому, что вспомнил что сам просит так не делать, нет, потому что носом вписался в обивку и стало неприятно. — Почему после десятого стало больнее? — прошипел Рэй, не принимая скачка ощущений. — Так я стал сильнее бить. Сильно больно? — Как будто… Вот когда шнур пылесоса втягивается, и тебя по ноге бьёт. Вот так больно. — Хорошее сравнение! Я тебя пылесосом буду звать, — Говард хмыкнул довольно. — Ты в порядке? — Да, прости, что отвлёк. — Так и надо, ты ведь чувствуешь то, что должен чувствовать я.       Ремнём Говард выдал двадцать. Этого было достаточно для ознакомления. Следующей была плеть — виновница мероприятия.       Рэй ойкнул сразу же, дёрнув ногой. Это совершенно отличалось от ремня. Если того можно было описать как: тупая и широкая боль, то плеть была острой и колючей. И её Рэй перенёс с трудом. Снова было двадцать, но за это время Рэй ёрзал так сильно, что натёр себе низ живота. — Зачем… Зачем только я это предложил, — протянул Рэй, поднявшись на локтях как только понял, что всё закончилось. — Не надо было. Говард нахмурился, присев рядом на пол. — Правда не надо было?       Рэй, покраснев, повернулся к нему и поджал губы. Больно вообще-то! Но… — Нет, не правда. Я понял что ты чувствуешь. Ещё раз прости меня, ладно? — Я уже давно простил, — Говард потянулся за поцелуем и оторвался не скоро от Рэйя. — Спасибо. — Могу ещё раз поцеловать, — самодовольно улыбнулся Говард и полез целоваться. — Мы всё? — Я бы ещё хотел обсудить, ладно? — Конечно!       Рэй, откровенно шипя и морщась, натянул на себя одежду и уселся на диван, усердно делая вид, что ему не больно. Верх же! Не должен вести себя как наказанный Низ! Не ныть и не реветь. И вообще надо было молча терпеть. Но теперь то что уж?..       Говард с удовольствием уселся напротив, заглядывая Рэйю в глаза. — Я хочу сказать, что я был действительно не прав, когда решил, что лучше знаю что ты можешь вытерпеть, а что нет. Я даже не думал, что плеть… Такая. Она кажется мягкой. Казалась. И я считаю, что сегодняшняя «практика» была полезна. И думаю, что нам бы стоило делать так с каждым новым девайсом, чтобы я знал как не навредить тебе, — Рэй смотрел сейчас только на царапину на щеке Говарда. Которую сам и оставил, махнув небрежно чёртовой плетью. Поэтому они и поменялись местами на одну порку. Чтобы Рэй понял КАК СИЛЬНО был не прав. — Я обещаю, больше я такого себе не позволю. Урок усвоен, Говард. И спасибо, что даёшь мне шансы научиться и быть лучше для тебя.       Говард растроганно шмыгнул носом и рванул обниматься. Это самый лучший Верх из всех возможных, Говард был уверен. Не зря рядом с ним сердце так бешено стучит и рвётся из груди от каждого взгляда и поцелуя. — Ты такой идеальный! — Вот уж не правда, — смущённо буркнул Рэй.       Эта порка дала понять уровень боли по-настоящему. Когда бьёт кто-то со стороны — это совершенно другие ощущения, чем когда сам себя ради пробы. Оказалось, что факторов немного больше, чем думал Рэй. И теперь он осознал и запомнил. Как и ещё одну вещь: снизу быть не настолько и страшно. Хотя в этот раз это было скорее посередине.       Но если перед началом Рэйю плакать от страха хотелось, то сейчас даже грело, что Говард так нежно порол и переживал. И что никак совсем не поставил себя выше, не попытался даже командовать. Власть как была у Рэйя, так и осталась. А доверие в отношениях выросло у обоих.       Рэй за сегодня осознал и принял, что Верхним тоже полезно в качестве исключения получить по заднице.