Город в ожидании тебя

Закончив работу, Сюй Цинь поднялась в отделение ожоговой хирургии на девятом этаже, чтобы поговорить с профессором Сюй Кэнем. Прошлой ночью во время операции у нее возникли некоторые сомнения, их она хотела обсудить с профессором. Часы уже показывали 8:00, однако профессор отсутствовал. Сюй Цинь остановила медсестру, чтобы узнать о его местонахождении, и обнаружила, что перепутала дни. По субботам профессор Сюй Кэнь всегда брал выходной. Она думала, что сегодня пятница — в последнее время была слишком измотана работой и потеряла счет времени. Сюй Цинь бездумно потерла кончик носа и пошла обратно к лифту. Проходя мимо туалета, она неожиданно услышала из-за приоткрытой двери свое имя. — Я слышала, как только Сюй Цинь вернется из отделения скорой помощи, ее повысят до лечащего врача. Голос принадлежал Ян Сыцзя, с которой Сюй Цинь одновременно пришла в госпиталь. Они вместе были интернами и одновременно стали врачами-ординаторами. — Что ты говоришь? Она станет лечащим врачом? — недовольно отозвалась Чжу Сиань, их старшая коллега. — За какие такие заслуги? Просто потому, что училась в Соединенных Штатах? Она же там всего несколько лет пробыла, разве у нее достаточно опыта? — Потому ее и направили в отделение скорой помощи, чтобы опыта поднабраться. И тогда, к тому времени, как она там закончит, ее назначат лечащим врачом. Хотя это не по правилам, никому и в голову не придет возмущаться, она просто станет исключением, — намыливая руки, произнесла Ян Сыцзя, с сочувствием глядя на Чжу Сиань. — Я считаю, что на этот раз должна была быть твоя очередь. Ты старше, у тебя больше опыта. Но ничего не поделаешь, у нее есть связи. Чжу Сиань пренебрежительно фыркнула: — О да, и семья у нее не простая. Я слышала, что на самом деле фамилия у нее Мэн, но она сменила ее, чтобы не привлекать внимания. — МЭН? — поразилась Чжу Сиань, и поколебавшись, спросила: — Она… дочь директора по кадрам? Ян Сыцзя пожала плечами. Чжу Сиань больше ничего не сказала, продолжая мыть руки с удвоенным усердием, выдающим ее неудовлетворенность. Спустя некоторое время, бросая использованное бумажное полотенце в контейнер, она вернулась к теме: — Не хочет привлекать внимания? Забавно. Если она не хотела, чтобы об этом знали, ей не следовало устраиваться сюда по блату. Терпеть таких не могу, а если мне придется работать с ней в одном отделении, я… Чжу Сиань захлебнулась на полуслове. Сюй Цинь, прислонившаяся к стене напротив, смотрела на нее сквозь приоткрытую дверь. Выражение лица Сюй Цинь было холодным и совершенно спокойным. — Если не хочешь работать со мной, мне помочь тебе поговорить об этом с начальником отделения? — равнодушно осведомилась Сюй Цинь. Она очень устала, и голос ее был хриплым. Губы Чжу Сиань задрожали, она умоляюще смотрела на Сюй Цинь, сгорая от стыда. Сюй Цинь сделала над собой усилие, оттолкнулась локтями от стены, подняла подбородок, бросила ей прощальный взгляд и, развернувшись, пошла прочь. … Охранник на выезде с парковки дружелюбно осведомился: — Доктор Сюй, закончили работу? Сюй Цинь улыбнулась и кивнула, вдавливая педаль газа, как только поднялся шлагбаум. Восходящее солнце сияло ослепительно, так что Сюй Цинь приходилось сильно щуриться почти всю дорогу. Особняк семьи Мэн располагался в западной части города, довольно далеко от госпиталя. Отец тревожился из-за ее тяжелой работы, поэтому купил ей квартиру в районе Цзунлу Парк, в соседнем с госпиталем квартале. Так ее путь на работу и с работы занимал теперь всего десять минут езды. Квартира находилась в новом доме, комнаты были просторными, а окна смотрели на юг. Сюй Цинь жила одна в этом пустом пространстве, но одинокой себя не чувствовала. После стольких лет вдали от родины она привыкла к одинокой жизни в городских джунглях. В горле першило, возможно от того, что она много дней работала допоздна, часто забывая о еде и питье. Сюй Цинь вспомнила, что в доме был чайник, но она не помнила, где. Порывшись в кухонных шкафах, она нашла нераспечатанную коробку, достала чайник, вымыла его и наполнила водой из двух бутылок. И только потом заметила, что электрический шнур к чайнику имеет английский разъем. Несколько секунд она смотрела на этот странный разъем, размышляя, где дворецкий семьи Мэн приобрел чайник, и есть ли у нее адаптер. В конце концов, ничего не найдя, она отбросила мысль о горячем чае и открыла бутылку с водой. Горло болезненно сжалось от холодной воды. Тем не менее, Сюй Цинь выпила всю бутылку, после чего пошла принять душ, а потом, наскоро высушив волосы, отправилась спать. Не просыпаясь, где-то в отдалении Сюй Цин сквозь сон слышала звук сирены. Сирена не принадлежала скорой помощи, так что ее это не касалось. Однако уже в следующий момент в дверь забарабанили. Судя по силе, с которой наносились удары, дело было срочным. «Госпожа Сюй?! Госпожа Сюй?!» — раздался за дверью взволнованный голос. Сюй Цинь резко вынырнула из сна. Под окнами настойчиво звучала сирена. Она открыла дверь. Пожилой охранник их жилого комплекса выглядел встревоженным и испуганным. Стирая пот со лба, он быстро заговорил: — Пожалуйста, быстро спускайтесь, в Уфане пожар. Ваша машина блокирует пожарный проезд. Мгновенно подобравшись, Сюй Цинь потянулась за обувью: — Спускаюсь. — Не забудьте ключи от машины! — напомнил охранник. Закрывая за собой дверь, Сюй Цинь спросила: — А что, эта аллея — часть пожарного проезда? Я все время вижу, что жители паркуются там. Лицо охранника вытянулось: — Да, они заставили машинами всю дорогу, в этом-то и проблема. Поторопитесь, мне еще многих оповестить надо. Он поспешил прочь, на ходу причитая: «Это конец, это конец. На этот раз все кончено». Сюй Цинь вошла в лифт. Через его прозрачную стену было видно густое облако дыма, поднимающееся неподалеку. Цзунлу Парк был известен своим элитным сообществом. Апартаменты здесь стоили в два-три раза больше, чем в окружении. Это был новый район с развитой инфраструктурой. Уфан, соседствующий с Цзунлу Парк, был широко известен беднотой и старыми постройками. В прошлом его населяли ремесленники, и хотя постепенно добавилось множество небольших торговых лавок, по условиям проживания он по-прежнему относился к низшей ступени общества. Несколько лет назад в планах развития района был снос всех зданий Уфана с переселением жителей, но их оказалось слишком много. У большинства не было прав собственности, а организация-разработчик не готова была обеспечить достаточных компенсаций. Людям некуда было податься, и обе стороны никак не могли прийти к соглашению. Разработчик планировал приступить к принудительному сносу. По счастью, Уфан приглянулся своими видами одному известному китайскому режиссеру. Он использовал его для съемок в своем новом фильме, и общественное мнение начало склоняться к необходимости защитить его культурные и архитектурные ценности. Общество захотело сохранить исторический образ Уфана. И в результате длительной полемики Уфан был признан живописным местом, не подлежащим разрушению. С годами эта местность превратилась во впечатляющее место. Вокруг располагались великолепные здания с резиденциями в европейском стиле, современные комплексы апартаментов и деловые центры. Широкие улицы были многолюдны. Местные жители шутили, что район следует переименовать в Нью-Йоркский Центропарк. Цзунлу Парк граничил с Уфаном, разделенный с ним лишь аллеей. Из-за длительных ремонтных работ на подземной парковочной стоянке Цзунлу Парк и отсутствия свободного места внутри жилого комплекса некоторые жители просто оставляли машины снаружи. Небольшая аллея на задворках пользовалась популярностью. День за днем машины парковались вдоль нее, оставляя свободным односторонний проезд. До сих пор это не вызывало проблем. Кто мог подумать, что для тяжелых пожарных машин этот проезд окажется слишком узким? Сюй Цинь вышла из своего здания через задний выход и побежала к аллее. Пожарные сирены завывали оглушающе, люди в панике выбегали из домов Уфана и бежали в направлении звучащих сирен. Мужчины тянули за собой женщин и детей, молодые люди поддерживали стариков. Несколько пожарных помогали упорядочить эвакуацию, раздавая указания: «Успокойтесь! Не бегите! Не надо толкаться! Просто идите!» Сюй Цинь видела густой столб дыма, поднимающийся откуда-то изнутри и сдуваемый ветром в сторону здания делового центра. Множество машин медленно лавировали среди толпы. На въезде в аллею застряли несколько пожарных машин с мигающими красными огнями. Водитель передней машины был слишком встревожен, чтобы ругаться: «Где же управляющий?! Давайте скорее! Скажите людям убрать машины с дороги!» Один из автомобилей, припаркованный в устье аллеи, тронулся с места, пожарная машина медленно двинулась за ним следом, но уже через пару метров вынуждена была снова остановиться. Отовсюду были слышны крики женщин и плач детей. Земля была пропитана водой, и хотя пожарные протянули от машины пожарный рукав, его длина была ограничена, поэтому они могли только направить воду через стену. Часть воды, отброшенная назад, смыла листья со стены и намочила волосы и одежду Сюй Цинь. Она подбежала к своей машине, вынула ключ, но не успела нажать кнопку открывания дверей, как в нее врезалась пробегавшая мимо женщина. Ключ упал на землю и закатился под машину. Сюй Цинь опустилась на колени и потянулась рукой под дно, чтобы нащупать ключи. Пальцы окунулись в текущую под машину грязную воду. Она скрипнула зубами, сделала глубокий вдох и, подавив отвращение, попыталась достать ключ. Но ей никак не удавалось дотянуться до него. Из-под дна машины она видела ноги пробегающих с другой стороны людей. На них были огнезащитные брюки пожарных — темно-синие, с золотой окантовкой. — Предположительно, остальные владельцы автомобилей недоступны. Что будем делать? Ответный голос был холоден, с налетом гнева: — Черт, да просто опрокинем их. — Разве мы можем так сделать? — А что, будем ждать, пока там все дотла сгорит? Все сюда, поднимаем машины! — скомандовал подошедший с другой стороны мужчина. — Капитан Сун, вы посмотрите на номера, они же все… — Плевать, ответственность я возьму на себя, — холодно ответил тот, голос прозвучал совсем рядом с Сюй Цинь. Сюй Цин почти легла на землю и наконец выудила ключ из грязной лужи. Схватившись за дверцу машины, она поднялась, и немедленно услышала сзади раздраженное и злое: — Это ваша машина? Вы знаете, что это пожарный проезд? Сюй Цинь нажала кнопку, открыла дверцу машины, повернулась с извинением: — Простите, я… Перед ней стоял Сун Янь в темно-синей пожарной форме и каске. Он хмуро смотрел на нее с нетерпением, даже с некоторым отвращением. Сюй Цинь забыла, что хотела сказать. В голове опустело в тот самый момент, когда она увидела его лицо. Без намека на вежливость Сун Янь толкнул ее к машине, рыкнув: — Дьявол, чего застыла?! Быстро освобождай дорогу! Сюй Цинь ударилась в бок машины и пришла в себя. Вокруг творился хаос. Сун Янь уже спешил к следующей припаркованной машине. Сюй Цинь села в машину. Потребовалось несколько попыток, прежде чем ей удалось вставить ключ в зажигание. Она завела машину, вслед за толпой людей медленно выехала из аллеи, бросив взгляд на Сун Яня, когда проезжала мимо него. Сун Янь и еще несколько пожарных убирали машину с дороги. Вены вздувались на их лбах, тела были напряжены до предела. Под собственный надрывный рев они подняли машину с одной стороны и опрокинули ее на растущие по краю дороги деревья. Но на этом они не остановились, а двинулись к следующей мешающей проезду машине. Следом, сияя красными вспышками, ползла пожарная машина. В зеркале заднего вида она становилась все меньше и меньше. Сюй Цинь вспомнила, что Сун Янь тоже жил в Уфане. К тому моменту, как Сюй Цинь припарковалась возле своего дома, сердце ее уже билось в обычном ритме. Если так подумать, ведь Сун Янь только что ее не узнал, смотрел на нее, как на невежественную тупую горожанку. Он меня совсем не помнит. Она посмотрела в зеркало на бегущую толпу, вынула телефон и позвонила в свое отделение скорой помощи. — В Уфане пожар, вы получили вызов? — Скорая уже в пути. Сюй Цинь спрятала телефон, собрала резинкой волосы в хвост, вышла из машины и побежала назад.