Город в ожидании тебя

Только придя домой Сюй Цинь увидела несколько пропущенных вызовов на телефоне. Она уже собиралась перезвонить, когда Мэн Яньчэнь позвонил снова. — Алло. «В вашем районе был пожар?» — спросил Яньчэнь. — На соседней улице. Со мной все в порядке. Сюй Цинь скинула обувь и босиком прошла в комнату. «Это хорошо». — Мэй Яньчэнь помолчал, потом задал новый вопрос: «Ты сильно занята в последнее время?» — Немного. Проходя мимо большого, почти от пола до потолка, зеркала, Сюй Цинь краем глаза увидела грязные пятна на своем лице и одежде. Она поморщилась, испытывая дискомфорт. — Я перезвоню тебе позже, мне нужно душ принять. Завтра приеду домой, навестить родителей. «Ладно», — сказал Мэй Яньчэнь и отключился. Стоя под душем, Сюй Цинь смотрела на разлетающиеся брызги воды и вдруг вспомнила дерзкий взгляд Сун Яня, самоуверенное выражение его красивого лица, покрытого черной сажей и потом, точно такое же, как прежде. В то время Сюй Цинь еще ходила в среднюю школу. Кажется, это было в начале лета. Сюй Цинь возвращалась из школы домой и была остановлена Сун Янем и его друзьями-хулиганами. Сюй Цинь привыкла ходить с опущенной головой. Поэтому она едва не столкнулась с Сун Янем, прежде чем осознала, что кто-то преградил ей путь, и подняла голову. Сун Янь горделиво задрал подбородок и развязно спросил: — Тебя зовут Мэн Цинь, верно? Сюй Цинь промолчала. Сун Янь подошел к ней вплотную и ухмыльнулся: — Я в тебя влюбился. Его друзья загоготали. Сун Янь нахмурился, обернулся к ним с бранью: — Мать вашу, потеряйтесь уже! Не видите, что я умасливаю вашу невестку? Услышу еще хоть один звук, насмерть забью! Парни замолкли и попятились назад, отошли подальше, а Сун Янь снова взглянул на Сюй Цинь и потребовал: — Говори. Сюй Цинь довольно долго молча изучала его лицо, потом сказала: — Я тебя не знаю. — Меня зовут Сун Янь, я твой мужчина. Сюй Цинь незаинтересованно опустила голову и молча двинулась вперед. Сун Янь засунул руки в карманы и усмехнулся. Длинные ноги сделали несколько шагов, и его высокая фигура снова преградила Сюй Цинь путь. Она попыталась обойти его слева, он спокойно шагнул влево, она сделала шаг вправо, он невозмутимо заблокировал правую сторону. После нескольких бесплодных попыток Сюй Цин подняла голову и уставилась на него пустым взглядом. Сун Янь чуть наклонил голову, разглядывая ее с неким подобием улыбки. — Я тебя о чем-то спросил. Мы не закончили разговор, так почему ты уходишь? Хм? Сюй Цинь не ответила, вместо этого бросилась бежать. Сун Янь без труда обогнал ее и снова заступил ей путь. Не успев среагировать, Сюй Цинь с разбегу врезалась в него. — Ай! — выразительно произнес он и рассмеялся. — Давай, упади в меня еще раз, упади прямо в мое сердце. Сюй Цин оттолкнула его, немного покраснев, и наконец прервала молчание: — Грубиян! Сун Янь, руки в карманах брюк, подвигал локтями и невинным тоном спросил: — Что я такого сделал? — Почему ты не даешь мне пройти? — спросила Сюй Цинь. Сун Ян снова задрал подбородок: — Я облюбовал тебя. Кому еще мне проходу не давать? Сюй Цинь молчала. — Ты слышала, что я сказал? — Сун Янь наклонил голову и заглянул ей в глаза. — Пока не поговоришь со мной, я тебя не отпущу. Юная Сюй Цинь смотрела на него с полным безразличием, не делая попыток заговорить или убежать. Ни один из них не желал сдаваться, ситуация зашла в тупик, и они продолжали упрямо глазеть друг на друга, десять минут, двадцать минут, полчаса, час… Возможно, только в юности люди могут быть такими упрямыми и несерьезными. Сюй Цинь вынырнула из воспоминаний, торопливо повернула кран, выключая воду. Это была всего лишь случайная встреча, мы больше не увидимся. Он не был важным для нее человеком, и она не ожидала увидеть его снова. Когда на следующий день она отправилась в дом родителей, случилась небольшая неприятность. Сюй Цинь забыла взять с собой паспорт. Солдат охраны на посту у ворот, по всей видимости, был новичком. Он не узнал ее, не помнил номеров ее машины, так что остановил и попросил записаться в журнал посещений. Порывшись в сумке, Сюй Цинь подняла голову и тихо сказала: — Мой паспорт кажется остался в другой сумке. Охранник спросил: — К кому вы приехали? Сюй Цинь на мгновение замялась, потом сказала: — Мэн Хуайцзинь, директор по кадрам. Охранник с сомнением оглядел ее с ног до головы. Не говоря ни слова, Сюй Цинь села обратно в машину, дивясь, почему солнце, несмотря на позднее время, жарит так сильно, наполняя салон машины влажной духотой. Охранник открыл рот, чтобы сказать еще что-то, но тут к воротам вышел другой солдат и отдал честь Сюй Цинь. Новый охранник не знал причины, но последовал его примеру. Подошедший солдат поднял шлагбаум и извинился: — Госпожа Мэн, извините за причиненные неудобства. Он только недавно приступил к работе, зря потратил ваше время. — Все в порядке, — улыбнулась Сюй Цинь. Нажав на газ, она медленно въехала во внутренний двор. Когда проезжала мимо, оба солдата снова отдали честь. Дом со внутренним двором семьи Мэн, построенный в 1980-х, с красными стенами и белой черепицей, с обсаженной деревьями подъездной дорожкой, вид имел довольно старомодный. Хотя он граничил с городским центром Западного района, с трех сторон его окружали озера, а фасад выходил на музей и библиотеку, так что здесь было необычно тихо. Сюй Цинь припарковалась, но не спешила войти в дом, чувствуя неприятное стеснение в груди. Спрятавшись за кустами в тени деревьев, где воздух был прохладным, она закурила и постепенно начала расслабляться, разглядывая листву. Среди зеленых листьев тут и там мелькала желтизна. Лето еще не кончилось, но на растущем возле стены дереве гингко некоторые листья уже начали желтеть, как непослушные дети. В прошлом Сун Янь часто перелезал через эту стену, чтобы видеться с ней. Негодник запомнил, в какое время менялись патрули, охраняющие периметр. Теперь, когда вдоль всей стены установлены камеры видеонаблюдения, этот номер у него не прошел бы. Сюй Цинь потушила сигарету, сбрызнула руки туалетной водой и вышла из-за кустов. Она уже подошла к дому, когда от ворот подъехала машина Мэн Яньчэня. Сюй Цинь остановилась, дожидаясь, пока Яньчэнь в своей военной форме выйдет из машины. С самого детства Мэн Яньчэнь был самым симпатичным мальчиком в округе. В юности его можно было даже назвать утонченно красивым. Напротив, в последние годы, после того как он надел военную форму, его утонченность исчезла, и он приобрел мужественный, почти героический вид. Чем старше он становился, тем больше походил на Мэн Хуайцзиня в молодости: сдержанный, прямолинейный и дисциплинированный, в каждом его жесте чувствовалось благородство. Мэн Яньчэнь смерил Сюй Цинь внимательным взглядом. — Ты, кажется, потеряла в весе? — Ничего страшного, — ответила Сюй Цинь. — А ты когда приезжал сюда последний раз? — Две недели назад, — снимая фуражку, признался он. — И еще меня упрекаешь? — поднимаясь по лестнице, Сюй Цин оглянулась через плечо. Мэн Яньчэнь улыбнулся в ответ на ее несколько наигранное возмущение и последовал за ней в дом. Войдя, Сюй Цинь сменила туфли на тапочки и позвала, заходя в гостиную: — Папа, мама! Зашедший следом Яньчэнь тоже отметился: — Отец, мама! Фу Вэньин спросила, выходя из кабинета: — Почему вы вдвоем? — Встретились у двери, — объяснила Сюй Цинь. — А папа где? — Пошел играть в сянци с отцом Сяо Исяо. Уже почти обеденное время, он должен скоро вернуться. Сюй Цинь кивнула. — В машине было жарко, пойду наверх переоденусь. Фу Вэньин вдруг поморщилась и, оглядевшись, спросила с застывшей улыбкой: — Кто-то курил? Сюй Цинь не откликнулась. — Я, — ответил вместо нее Яньчэнь. — По пути выкурил сигарету в машине. Думал, что выветрится, а ты все же почувствовала. Фу Вэньин продолжала улыбаться. — Ты забыл о правилах этого дома? Мэн Яньчэнь поднял руки, сдаваясь: — Помню-помню, не приносить домой сигаретный запах. Обещаю, больше не повторится. Сюй Цинь тем временем поднялась наверх в свою комнату, где ничего никогда не менялось. Она подошла к столу, выдвинула верхний ящик. Опилки и небольшие вырезанные ею фигурки опять исчезли. Фу Вэньин всегда была недовольна тем, что она занимается резьбой по дереву, целыми днями сидя дома и ни с кем не разговаривая. Недостойное занятие для умной девочки. Ей не нравилось и то, что Сюй Цинь стала хирургом, потому что это негигиенично, потому что профессия врача неблагодарна, потому что дети семьи Мэн не должны заниматься подобными вещами. Сюй Цинь задвинула ящик стола, вытащила из шкафа платье и начала раздеваться. — Цинь-цинь… Дважды стукнув в дверь, Яньчэнь распахнул ее, не дожидаясь ответа. Блузка Сюй Цинь была уже наполовину снята, обнажив плечи и бретельки синего бюстгалтера. Темные глаза девушки спокойно смотрели на Мэн Яньчэня. Тот, с телефоном у уха, на мгновение замер, затем потянул ручку двери на себя, чуть прикрывая ее. — В чем дело? — спросила Сюй Цинь. — Сяо Исяо зарезервировал комнату в Ван Лю и спрашивает, не хотим ли пойти туда вечером, — кашлянув, ответил Мэн Яньчэнь. — Хотим, — не задумываясь согласилась Сюй Цинь. Закрыв дверь, Мэн Яньчэнь некоторое время стоял, опустив голову, прежде чем уйти в свою комнату. Сяо Исяо был их соседом, приятель, рожденный в один год, месяц и день с Мэн Яньчэнем. Однако, они сильно различались характерами, один был похож на пламя, в то время как другой — на лёд. В детстве и юности они никогда не уступали друг другу, действуя по принципу: если ты пойдешь на восток, я упрямо поверну на запад. Первый раз они сошлись во мнениях и помирились, когда в доме появилась Сюй Цинь. Сюй Цинь не любила говорить, ей нравилось только бесконечно вырезать ножом небольшие деревянные фигурки. Сяо Исяо очень нравилась эта младшая сестричка, он смотрел на нее с любопытством. Иногда он трогал ее за руку или тыкал пальцем в щеку, но она не плакала и вообще не издавала ни звука, только смотрела на него своими большими черными глазами. Сяо Исяо это так понравилось, что он начал прибегать к ним домой каждый день. В конце концов Мэн Яньчэнь ревниво прогнал его прочь: «Это моя сестра, а не твоя». Сяо Исяо тогда сильно разозлился, и побежал к своей матери с требованием: «Я тоже хочу маленькую сестренку. Она должна быть точно такой же, как малышка Цинь». Но вместо сестренки он получил от матери порку. Когда Сяо Исяо услышал от Фу Вэньин, что Сюй Цинь заболеет от постоянного сидения дома, он стал залезать через окно, чтобы поиграть с ней и рассказать о прелестях внешнего мира в надежде выманить Сюй Цинь из дома. Однажды Сюй Цинь вырезала человечка и без слов сунула его в руки Сяо Исяо. Он тут же разглядел поразительное сходство фигурки с собой и был так счастлив, что побежал хвастаться подарком перед Мэн Яньчэнем. Тот только посмеялся и показал коробку с дюжиной деревянных фигурок, изображающих маленького Мэн Яньчэня. Со злости Сяо Исяо чуть не до полусмерти избил Мэн Яньчэня. Эти двое опекали, порой чрезмерно, Сюй Цинь с самого детства, когда у нее почти не было друзей. За пределами внутреннего двора ее взаимодействие с внешним миром было подобно стрекозе, едва касающейся глади воды. Единственным исключением был Сун Янь. После обеда Мэн Яньчэнь сказал, что они собираются встретиться с Сяо Исяо. Фу Вэньин не стала расспрашивать дальше — их дружба была одной из немногих вещей, которые она одобряла, — только заметила, что Яньчэню следует поучиться у Сяо Исяо и найти себе девушку. Мэн Яньчэнь притворился, что не услышал. Сяо Исяо был типичным местным отпрыском, и ему нравилось каждый вечер тусоваться с друзьями. С востока на запад, с юга на север — в городе не было человека, которого бы он не узнал, или мест, где он не побывал. У него было множество друзей, и много девушек. Сюй Цинь однажды назвала его ветренным бабником, на что он выразительно развел руками: «Как ты можешь называть меня ветренным, я люблю тебя уже много лет, небо и земля мне свидетели». Сюй Цинь его шуткам значения не придавала. Он был озорником в детстве и бывал бит отцом вплоть до 25 лет. Ему не нравились традиционные способы заработка, зато он с удовольствием делал бизнес во время дружеских встреч. Самый непослушный в детстве, он действительно стал самым богатым. Сяо Исяо часто бывал в клубе Ван Лю, где практически каждый вечер встречался с кем-то, чтобы обсуждать деловые вопросы, наслаждаться вином и красотками, и экстравагантно тратить деньги. Мэн Яньчэню достаточно было только упомянуть имя Сяо Исяо, чтобы высокая симпатичная официантка поклонилась в пояс и пошла вперед, показывая путь. Проходя мимо ослепительного лифта, Сюй Цинь случайно зацепилась взглядом за красный пожарный гидрант. На стене рядом висела таблица «Инспекция пожарной безопасности», в которую заносились дата очередной инспекции, инспектирующая организация, имя проверяющего и статус. Последние записи в ней гласили: «16 апреля, Пожарная бригада округа Наньчэн, Ван Сюанкай, одобрено» «17 сентября, Пожарная бригада округа Наньчэн, Чжан Хаокэ, одобрено» Лифт звякнул, двери его раскрылись, внутри стоял Сяо Исяо. — Куда ты собрался? — удивленно спросил Мэн Яньчэнь. Сяо Исяо расплылся в широкой улыбке: — Сегодня мы имеем честь принимать доктора Сюй, поэтому я должен был лично спуститься, чтобы встретить ее. Сюй Цинь повернула к нему голову: — Оставь эти уловки для своей девушки. Сяо Исяо уловил выражение ее лица, бросил взгляд на пожарный гидрант и спросил: — Что ты тут разглядываешь? — Ничего, — входя в лифт, ответила Сюй Цинь. Лифт медленно поехал вверх. Неожиданно для себя Сюй Цинь сказала: — Пару дней назад я видела Сун Яня. Мэн Яньчэнь и Сяо Исяо обменялись выразительными взглядами. Сяо Исяо отреагировал первым: — Чем он занимается? Полагаю, какой-нибудь шишкой вроде меня не стал? Взгляд Сюй Цинь потускнел. — Он пожарный. На мгновение в лифте воцарилось молчание, и Сюй Цинь послышалась жалость в этом молчании. Потом Мэн Яньчэнь, всегда отличавшийся сдержанностью, пренебрежительно фыркнул: — Я знал, что этот парень не добьется особого успеха. — Да, так и есть, — слабо улыбнулась Сюй Цинь.