Город в ожидании тебя

Сун Янь жадно затянулся, отойдя к окну в коридоре полицейского участка. Вышедшая с ним Сюй Цинь рассудительно сказала: — Уведомление о критике — это немалое наказание. Ты действительно хочешь, чтобы они сообщили в ее школу? Сун Янь стряхнул пальцами сигаретный пепел и ничего не ответил. — Хочешь напугать ее, чтобы она призналась, что вдохновителем является та девушка, Е Цзы? — предположила Сюй Цинь. Сун Янь внимательно посмотрел на нее. — Ты тоже заметила? — Мгм. Я думаю, с ней что-то не так. Сун Янь сказал: — Надеюсь, что Чжай Мяо все ясно объяснит и положит этому конец. Этой ответственности она не может избежать. Но и брать на себя вину за чужой проступок она не должна. Сюй Цинь понимала, что он имеет в виду: Сун Янь был чрезвычайно честен, и в то же время у него был сильно развит инстинкт защитника. — Бесполезно думать об этом, — сказала она. — Чжай Мяо отказывается разоблачать ее. — Думаю, она все еще надеется и дальше этим заниматься, — криво усмехнулся Сун Янь. — А если так, сообщить в школу будет не самым страшным наказанием… Ты же видела, что она только что вытворяла. Она слишком умна и совсем не раскаивается, притворством вызвала сочувствие у полицейского, чтобы ни в чем не признаваться. С этим нужно как-то бороться. — Был бы ты ее отцом, — сказала Сюй Цинь, — ты мог бы позволить, чтобы ее даже исключили из колледжа. Но твои дядя и тетя… Сун Янь задумался, выглядя немного обеспокоенным. Дядя и тетя были честными и добрыми людьми, и если бы такое случилось, они обязательно преподали бы Чжай Мяо урок. Но этот ребенок был уже слишком взрослым, чтобы постоянно его контролировать. Кроме того, это было связано с учебой, и родители будут бояться, что из-за пятен в личном деле их ребенок может потерять хорошие перспективы в жизни. Сюй Цинь спокойно смотрела на него, потом сказала: — Позволь мне поговорить с Чжай Мяо. Ты продолжай оказывать давление на полицейского, чтобы заставить Е Цзы заговорить. Я заметила, что она хочет с кем-то связаться, но пока колеблется. В любом случае, нужно найти способ заставить этих двоих порвать сегодня. Как только они начнут противостоять друг другу, сотрудничество между Чжай Мяо и Е Цзы прекратится естественным образом. Сун Янь долго смотрел на нее изучающим взглядом, потом вдруг улыбнулся: — Мы с тобой играем в хорошего и плохого полицейского? … Они вернулись в участок. Чжай Мяо вскочила с места, пристально и с искренней опаской глядя на Сун Яня. — Чжай Мяо, пойдем со мной, — сказала Сюй Цинь. Хотя Чжай Мяо она не нравилась, Чжай Мяо послушно последовала за Сюй Цинь, потому что она только что заступилась за нее. В помещении осталось всего три человека. Е Цзы сидела, опустив голову, и не смотрела на Сун Яня. Даже не взглянув в ее сторону, Сун Янь обратился к полицейскому: — Это одноклассница нашей Чжай Мяо? — Да, они были вместе. — Их основные и второстепенные обязанности уже четко разграничены? — спросил Сун Янь. Е Цзы закусила губу. Полицейский слегка заколебался: — Пока нет… — Вы не спрашивали? — Спрашивал, она просто не ответила. Не теряя времени, Сун Янь повернулся к Е Цзы: — Это ты доставляла товар Чжай Мяо? Е Цзы молчала, крепко сжимая в руке телефон. Сун Янь посмотрел на полицейского и сказал: — Мы готовы нести ответственность за ошибки Чжай Мяо, но эта девушка не сможет нас обмануть. Если Чжай Мяо тянет ее под воду, мы ответим за это. Но если она пытается утащить под воду Чжай Мяо, мы будем требовать, чтобы она понесла наказание. Она сейчас одна, это может выглядеть так, будто мы притесняем ее. Пожалуйста, скажите ей, пусть свяжется со своими родственниками или друзьями. Если она не хочет ничего говорить, попросите прийти ее преподавателя. Я знаю, в каком колледже она учится, и нетрудно выяснить, на каком факультете. Говоря это, Сун Янь не смотрел на Е Цзы. Е Цзы опустила голову и сильнее сдавила в руках телефон. Его слова были слышны за дверью. Чжай Мяо было страшно и стыдно, ее лицо то бледнело, то заливалось краской. С одной стороны, она почти ненавидела Сун Яня за то, что он был так суров и обязательно хотел докопаться до сути; с другой стороны, она знала, что брат любит ее, и ему самому тоже больно. Сюй Цинь жестом пригласила ее следовать за собой. Дойдя до конца коридора, Сюй Цинь обернулась и, засунув руки в карманы, спросила: — Ты слышала, что сказал твой брат? Чжай Мяо отвела взгляд в сторону. — Знаешь, что ты сделала не так? Чжай Мяо поначалу была растеряна, но когда увидела, что ей собираются читать нотации, разозлилась еще больше: — Не думай, что из-за того, что ты мне сейчас помогаешь, я изменю свое мнение о тебе. Перестань притворяться хорошим человеком и держись подальше от моих дел. Она повернулась, собираясь уйти, но Сюй Цинь резко схватила ее за руку и развернула назад. Чжай Мяо едва не упала, натолкнулась на стену и неверяще посмотрела на Сюй Цинь, готовая раскричаться. Сюй Цинь холодно сказала: — Чжай Мяо, не будь высокомерной, если у тебя нет больших денег. Чжай Мяо рассерженно шагнула вперед: — У тебя есть большие деньги… — Мне достаточно сказать слово, чтобы вытащить тебя отсюда, или же, чтобы ты не смогла уйти. Веришь мне или нет? Чжай Мяо поперхнулась словами. Сюй Цинь знала ее характер и просто отказалась говорить ей добрые слова: — Думаешь, ты такая замечательная, да? Где твой хваленый ум? То, что ты сделала сегодня, было небольшим преступлением, твой брат еще может спасти тебя, заплатив штраф. В следующий раз, когда все лицо жертвы покроется гниющими волдырями, тебе придется сесть в тюрьму, и твоим родителям бесполезно будет даже на коленях умолять о пощаде. Чжай Мяо вздрогнула и упрямо пробормотала: — Хотя это не настоящие бренды, все они обычные… — Все еще споришь со мной? — перебила ее Сюй Цинь. Чжай Мяо стиснула зубы. — Честно говоря, — сказала Сюй Цинь, — меня вообще не волнует, что с тобой будет. Но не создавай проблем Сун Яню. Ты взрослый человек, сама отвечай за свои действия. Чжай Мяо нечего было сказать, кроме как броситься пустой фразой: — Сюй Цинь, ты такая лицемерная. Сюй Цинь равнодушно пожала плечами: — Я знаю, не надо мне об этом докладывать. Мы говорим о тебе, ты не видишь, в каком положении находишься. Твой брат сказал, что ты сообразительная, но я думаю, что ты просто глупая. Чжай Мяо сердито вскинулась, но Сюй Цинь не дала ей открыть рта. — Ты учишься в хорошем колледже, у тебя безграничные перспективы после окончания учебы, ты сможешь зарабатывать много денег. А что ты делаешь? Мало занимаешься, плохо учишься, бесполезно тратишь время на продажу подделок. Ты ослеплена мизерной прибылью и сомнительной выгодой, которыми тебя поманили. Разве это не глупо? Чжай Мяо словно получила удар по голове. А Сюй Цинь продолжала ровным тоном: — Иди и признайся брату в своей ошибке. — Она отвела взгляд в сторону, и, поколебавшись, добавила: — Он не желает разрушать твою жизнь. Но если ты не признаешься, он может это сделать. Лицо Чжай Мяо все еще было сердитым, но она уже немного успокоилась. Она вернулась в участок, подошла к Сун Яню и призналась, что брала товары у Е Цзы, но, поскольку она училась в той же школе, было трудно раскрыть это полиции. Сун Яня не заботили дела Е Цзы, он не стал давить на нее. Чжай Мяо извинилась перед полицейским, дала обещание больше не заниматься подобными вещами, и, наконец, все закончилось. — Хорошо, — сказал молодой полицейский, — вы еще должны заплатить штраф. Он протянул Чжай Мяо квитанцию о штрафе в две тысячи. Увидев сумму штрафа, Чжай Мяо потрясенно замолчала, крепко сжимая бумагу в руке. Не говоря ни слова, Сун Янь забрал у нее квитанцию, посмотрел на сумму, затем полез в карман, чтобы достать бумажник, вытащил двадцать красных банкнот и отдал их полицейскому. Тот взял деньги и начал пересчитывать. В помещении было необычно тихо. Сюй Цинь взглянула на Чжай Мяо. Та плотно сжала губы и внезапно отвернулась, глядя в потолок. Должно быть, это был момент, когда ее сердце познало, что такое настоящая боль. Сколько раз ее брату приходилось бросаться в огонь и прыгать с высотных зданий, чтобы заработать две тысячи юаней? Полицейский, который считал деньги, понятия не имел, каким тяжелым трудом они были заработаны. Убедившись, что сумма верна, он убрал деньги и сказал: — Хорошо, можете быть свободны. Больше так не поступайте, иначе так легко не отделаетесь. Если совершите еще одно правонарушение, вас придется задержать. Чжай Мяо опустила голову и ничего не сказала. Сун Янь легко ткнул ее в бок: — С тобой разговаривают. — Понятно, — не глядя на него, пробормотала Чжай Мяо. — Хорошо знать, — хмыкнул полицейский, потом посмотрел на Е Цзы: — Вы тоже должны заплатить штраф. Если у вас нет денег, позвоните кому-нибудь, чтобы перевели. — Я пойду позвоню, — наконец заговорила Е Цзы и, вставая, взглянула на Сюй Цинь. Сюй Цинь могла догадаться, кому она будет звонить. Она вернулась очень быстро. — Дозвонились? — спросил полицейский. — Да, — кивнула Е Цзы, снова садясь. Не прошло и минуты, как в помещение вошел мужчина лет тридцати. Полицейский немедленно встал и поприветствовал: — Господин начальник. Тот быстро оглядел трех присутствующих девушек и, казалось, не увидел нужную. Повернулся к полицейскому и спросил: — Сяо Чэнь, кто из них только что звонил шефу Мэн? Офицер полиции Сяо Чэнь слегка растерянно указал на Е Цзы. Мужчина подошел к ней, поклонился и протянул Е Цзы руку: — Добрый день, меня зовут Лю Цзыгуан, начальник полицейского участка Циетан. Здравствуйте, здравствуйте. Е Цзы взглянула не его протянутую руку, коротко пожала ее и вежливо улыбнулась. Видя это, Чжай Мяо недоумевающе нахмурилась. — Это было недоразумение, — сказал начальник участка полицейскому. Сяо Чэнь, естественно, понимал, что происходит. Слова начальника имели больший вес, он, как младший офицер, не мог возражать. — Я потратил ваше время, пойдемте, провожу вас к выходу, — вежливо сказал начальник Е Цзы. Она помедлила секунду, потом встала, он сделал шаг назад, уступая ей место, и при этом слегка толкнул Сюй Цинь. Сюй Цинь не возмутилась, пропустила их к выходу и хотела взглядом показать Сун Яню, что им тоже пора идти, но увидела, как полицейский достает из ящика стола две тысячи юаней. Лицо Сюй Цинь слегка изменилось, она надеялась, что следующего момента не произойдет, но — офицер протянул деньги Сун Яню со словами: — Вы можете забрать деньги обратно. Начальник сказал, что все в порядке. Полицейский боролся за последнюю крупицу справедливости в своем сердце. Сун Янь невозмутимо отказался: — Чжай Мяо совершила ошибку и должна понести наказание. — И добавил для ясности: — Моя сестра не вместе с той девушкой. Сюй Цинь ничего не сказала. Полицейский немного смутился, опустил протянутую руку с деньгами: — О. Не вместе. Хорошо. Чжай Мяо ясно услышала каждое произнесенное Сун Янем слово. Она взглянула на две тысячи юаней, ее глаза покраснели, и она снова опустила голову. Сун Янь потрепал ее по голове: — Идем. Отвезу тебя в школу. Две тысячи юаней, достойная цена за искреннее раскаяние, но он заплатил бы и двадцать, не моргнув глазом. … Когда они вышли из полицейского участка, начальник, провожавший Е Цзы, стоял вместе с ней возле проезжей части. Рядом с ними как раз остановился подъехавший Мерседес. Увидев машину, Сюй Цинь неосознанно замедлила шаг, но Сун Янь и Чжай Мяо шли впереди, и она не хотела отставать. К тому же, Сун Янь тоже знал эту машину, и не имело значения, будет она идти медленно или быстро. Просто она не ожидала, что Мэн Яньчэнь пришлет за кем-то свою машину. Начальник открыл перед Е Цзы дверцу машины, и она быстро скользнула внутрь. Он еще раз поклонился Е Цзы, закрыл дверцу и помахал рукой на прощание. Машина оставалась на месте, как будто водитель ждал кого-то еще. Закусив губу, Сюй Цинь подошла к машине. Стекло со стороны водителя опустилось, и водитель Линь, как всегда одетый в костюм, вежливо спросил: — Молодая госпожа, вас нужно куда-нибудь подвезти? Начальник полицейского участка удивленно обернулся, недоумевая, почему за его спиной появилась еще одна молодая госпожа. Сюй Цинь сказала: — Нет необходимости, моя машина припаркована впереди. Чжай Мяо с самого начала с подозрением отнеслась к телефонному звонку Е Цзы, а теперь за ней приехала роскошная машина, и оказалось, что она как-то связана с семьей Мэн. Она была еще больше озадачена. Она оглянулась на Сун Яня, его лицо напоминало застывшую маску. Лицо Сюй Цинь тоже ничего не выражало. Эти двое не смотрели друг на друга, как будто они достигли какого-то невыразимого молчаливого понимания и не собирались обсуждать смущающую реальность. У дверей полицейского участка между ними была четко проведена невидимая линия. На одном конце этой линии Сун Янь потратил две тысячи, чтобы вытащить Чжай Мяо из полицейского участка; на другом конце начальник полицейского участка кланялся и провожал Е Цзи до роскошной машины. Чжай Мяо внезапно почувствовала ужасную боль в сердце, она подбежала, чтобы взять Сун Яня за руку, и не могла не сказать: — Братик, пойдем отсюда. Сун Янь не сразу оторвал ноги от земли, но Чжай Мяо продолжала тянуть его за собой, так что он искоса взглянул на Сюй Цинь и, прежде чем сделать шаг, коротко сказал: — Ухожу. — Мгм, — откликнулась Сюй Цинь. Чжай Мяо быстро двинулась вперед, увлекая Сун Яня за собой, потом обернулась, по щекам ее катились слезы. Чувствуя глубокое сожаление, что втянула Сун Яня в эту унизительную ситуацию. Братик, мир действительно несправедлив. Это правда. Ты в сто раз лучше всех этих людей, в самом деле, в сто раз лучше. Чжай Мяо яростно скрипнула зубами: — Братик, я больше не буду доставлять тебе хлопот. Обещаю. Сун Янь знал, что на душе у нее некомфортно. На самом деле ему было все равно, просто… если бы женщина, которая ему нравилась, не стояла по другую сторону этой линии… Он улыбнулся и потрепал сестру по голове, не говоря ни слова. Чжай Мяо подняла глаза и увидела его профиль, четко очерченный и спокойный. Его глаза еще горели решимостью, но он, казалось, не видел будущего. Чжай Мяо вытерла слезы и решительно произнесла: — Братик, не влюбляйся и не женись так рано, когда я закончу учебу и найду работу, я куплю тебе на свадьбу Порше, а твоей жене настоящую брендовую сумку. Когда я в будущем выйду замуж, я перевезу хорошие вещи семьи мужа в мамин дом и подарю их все тебе. Не зная, смеяться или плакать, Сун Янь фыркнул: — Что за чушь. Говоря с ним, Чжай Мяо оглянулась назад. Сюй Цинь все еще стояла на месте, рядом стоял начальник полицейского участка, и машина еще не отъехала. Чжай Мяо ощутила необъяснимый страх, быстро глянула на Сун Яня, опасаясь, что он обернется, и ускорила шаг, крепче сжимая его руку. Сун Янь ясно представлял себе все ее мысли. Он не оглянулся. Сюй Цинь смотрела, как Сун Янь уходит все дальше и дальше по засыпанной листьями гингко дорожке. Она знала, что он не оглянется, но продолжала наблюдать. Пока он не дошел до угла, высокая фигура в мгновение ока исчезла, оставив после себя золотой мир. Пути назад не было. Стояла действительно чудесная осень, теплая и золотая, но желтые листья казались мертвыми и унылыми.