Город в ожидании тебя

Храня молчание, Сун Янь и Сюй Цинь снова вернулись к ней домой. Чтобы удержать его, Сюй Цинь сказала: — Так холодно, может, поднимемся выпить чашку чая? В доме было хорошее отопление, засыпавшие одежду снежинки таяли, постепенно намачивая ткань. Сюй Цинь сняла пальто и почему-то почувствовала, что это действие имеет необычное значение. Она неосознанно одернула юбку платья. — Заварю чай, — сказала она, проходя на кухню. Сун Янь переобулся в комнатные тапочки и вошел в комнату, небрежно бросив свое пальто на диван. Сюй Цинь включила чайник и насыпала в стеклянный бокал чайные листья. Оглянувшись, она увидела Сун Яня, сидящего на диване и лениво крутящего в руках цветные упаковки мармеладных палочек. Он выглядел на редкость расслабленным и никуда не торопящимся. Сюй Цинь подошла к нему, присела рядом на корточки, забрала у него одну из упаковок и открыла ее. Сун Янь продолжал играть с оставшимися двумя упаковками, спокойно наблюдая за ней. Сюй Цинь вытащила одну палочку и через журнальный столик протянула к его рту: — Попробуй. Он наклонился и откусил кусочек. — До этого ты отказался, — сказала Сюй Цинь. — До этого все было по-другому, — ответил он. — Почему все было по-другому? — Ты не была моей девушкой, — глядя ей в глаза, улыбнулся Сун Янь. Теперь она была. В душе Сюй Цинь зародилось сладкое чувство, но на лице ее ничего не отразилось, она невозмутимо спросила: — Вкусно? Сун Янь дернул уголком рта: — Кисло. — Хм? — Сюй Цинь тоже откусила кусочек и сдвинула брови: — Этот более кислый, чем предыдущий. Она перевернула упаковку, прочитала: — Виноградный вкус. Первый был клубничный. Пока они вдвоем ели сладости, на кухне в чайнике начала закипать вода, в гостиную донеслось громкое бульканье. Сюй Цинь взглянула на чайник, затем отвернулась и случайно встретилась взглядом с Сун Янем. Она неосознанно улыбнулась. — Что смеешься? — спросил Сун Янь. — Я не знаю, просто так, — пожала она плечами. — Счастлива быть вместе со мной? — Мгм, счастлива. — Понятно. — Он тоже улыбнулся, в его улыбке было немного мужского самодовольства, но она имела еще и какой-то скрытый смысл. — А ты почему улыбаешься? Сун Янь покачал головой. Сюй Цинь встала, взяла чайник и налила воду в стаканы. Кипящая вода обволакивала чайные листья, они разворачивались и кувыркались в воде вверх и вниз. Сун Янь подошел сзади, обнял ее и осторожно потерся подбородком о ее висок. Сердце Сюй Цинь сладко дрогнуло. Он опустил голову и оставил легкий поцелуй на ее шее. Она закрыла глаза, словно получив удар током, и крепко стиснула руки на мраморной стойке. Сун Янь тихо спросил, приблизив губы к ее уху: — Скучала по мне? — Скучала по тебе, — подтвердила Сюй Цинь, кивая. — Как сильно? Она вдруг вздрогнула, поднялась на цыпочки и откинула голову ему на плечо. Он взял обе ее руки в свои и отвел их подальше от бокала с горячей водой, стоящего на стойке: — Осторожно, не обожгись. В бокале медленно раскрывались разбухающие в кипятке чайные листья, словно распускающиеся цветочные бутоны. — Говори, — игриво настаивал Сун Янь. — Очень сильно скучала по тебе. Это было чистой правдой. — Знаешь, что я собираюсь делать дальше? — Знаю. — Хочешь? Едва слышно Сюй Цинь прошептала: — Если бы не хотела, то не стала бы приглашать тебя подняться на чашку чая. Он засмеялся, уткнувшись головой ей в шею. Смех вибрировал в ее ушах, а затем Сун Янь сказал ей на ухо: — Сюй Цинь, ты такая скромная. — Я всегда вела себя хорошо, — с достоинством сказала она, — и очень скромно. Тогда она специально подстрекала его, с притворной наивностью задавая вопрос о совокупляющейся парочке: «Что они там делали?». Мысли Сюй Цинь немного затуманились, когда она вспомнила о прошлом. Да, она никогда не была благовоспитанной деревяшкой рядом с Сун Янем, она была настоящим живым человеком, со своими хорошими и плохими качествами. Как она могла забыть такую важную вещь? Сун Янь мягко развернул ее лицом к себе. Нечаянно задетый бокал с горячей водой опрокинулся на стойку, чайные листья из него упали на столешницу, а вода растеклась. Распустив ее длинные волосы, он откинул их ей за спину и проложил губами по ее шее дорожку легких поцелуев. — Сюй Цинь, ты помнишь? — Помню… — пробормотала Сюй Цинь. — Хочу обнять тебя. Она потянулась к нему. Сун Янь перехватил ее руку и легко поцеловал ладонь. Она что-то поняла и хотела отдернуть руку, но он не отпустил. — Сюй Цинь. — Хм? — Не забывай, я травмирован, — сказал он хрипло, чуть заметно улыбаясь. Сюй Цинь почувствовала себя обманутой, но застыла на месте, не осмеливаясь настаивать. Черные глаза Сун Яня пристально разглядывали ее лицо, ее розовые, будто цветущий персик, щеки и влажные, будто тающий снег, глаза. Когда их глаза встретились, Сюй Цинь увидела его потемневший, опасный, как у волка, взгляд, и почувствовала, что, даже окажись это простым влечением, она бы не сбежала от него по собственной воле. За окнами по-прежнему кружились в воздухе снежинки. В тихой комнате ощущалось тепло весны и цветение персика. Гроза миновала, он опустил голову и прижался лбом к ее чуть влажному лбу. Ее взгляд был рассеянным, она все еще была погружена в свои мысли. Сун Янь охватил лицо Сюй Цинь ладонями и приник к ее губам долгим поцелуем, будто давая обещание.