Город в ожидании тебя

Мэн Яньчэнь подошел к Сюй Цинь и спросил: — Что ты здесь делаешь? Сюй Цинь резко подняла голову с выражением удивления и некоторого облегчения. Лицо Мэн Яньчэня ничего не выражало. — Давно ты пришла? — Только что. — Я позвал Сяо Исяо поиграть в баскетбол, пойдем с нами. Сюй Цинь бросила нервный взгляд на родителей в кабинете. — Пойдем, — настойчиво произнес Мэн Яньчэнь, — он очень хотел тебя увидеть. — … О, — выдохнула Сюй Цинь. В кабинете Фу Вэньин спокойно сказала: — Яньчэнь, скоро пора будет ужинать. — Я вернусь после того, как немного поиграю, — сказал Мэн Яньчэнь, почти развернулся, потом остановился и добавил: — Вечером ко мне придут друзья. Он снова посмотрел на Сюй Цинь. — Идем. Сюй Цинь заглянула в кабинет: — Мама, я пойду поиграю с ними. Родители не удостоили ее даже взгляда. Смущенная присутствием при этой сцене Мэн Яньчэня, она поджала губы. Лицо Мэн Яньчэня изменилось, он схватил ее за руку и, не говоря ни слова, потащил за собой в коридор. Когда они подошли к лестнице, Сюй Цинь потянула руку из его хватки. Мэн Яньчэнь пошевелил пальцами, будто его тело инстинктивно тосковало по чему-то, но опять ничего не сказал, не взглянул на нее, а стал спускаться по лестнице. Сюй Цинь молча последовала за ним. Они вышли из дома, и Мэн Яньчэнь спросил: — Ты переехала к нему? — Мгм, — тихо ответила Сюй Цинь. Он прищурился, поглядел вверх на темное небо и спросил еще: — Его семья хорошо к тебе относится? — Очень хорошо, — кивнула Сюй Цинь. Он помолчал немного и сказал: — Они не издевались над тобой, нет? Сюй Цинь отрицательно покачала головой. По какой-то причине в этот момент она не могла сказать ни слова. Казалось бы, эти вопросы должны были бы задать ей мама и папа, но они не спросили, даже не заговорили с ней. Они стояли под голыми ветвями дерева у двери, ожидая Сяо Исяо. Мэн Яньчэнь заявил категорическим тоном: — Если он или кто-то другой запугивает тебя, скажи мне. Не хочешь мне, скажи Сяо Исяо. Договорились? Она только кивнула. Он перестал говорить, будучи сам молчаливым человеком. Сяо Исяо все еще пропадал неизвестно где и не появлялся. Они стояли под деревом в снегу, ничего не говоря, только пар от их дыхания смешивался на ветру. Сюй Цинь была словно в оцепенении. Мэн Яньчэнь вдруг криво усмехнулся и спросил: — Ты улыбаешься только ему, верно? Сюй Цинь не знала, что на это ответить. — Ты еще улыбалась мне, когда мы были детьми, — грустно сказал он, глядя на небо, — С годами ты… Да, он действительно понял это правильно. Она была озадачена и собиралась задать вопрос, когда из соседнего двора донесся звук удара баскетбольного мяча о землю. Сяо Исяо подошел к ним и, увидев Сюй Цинь, задал те же вопросы, что и Мэн Яньчэнь, а потом сказал: — Пока ты счастлива… Я давно думал, что рано или поздно ты свяжешься с этим парнем по фамилии Сун. — Это ты теперь так говоришь, — не поверила Сюй Цинь. — Нет, в самом деле. — Сяо Исяо кивнул на Мэн Яньчэня: — Я говорил ему раньше, но он не хотел слушать. — Откуда вообще у тебя взялись подобные мысли? — с некоторым удивлением спросила она. — Просто было такое чувство… только я думал, что ты сначала выйдешь замуж, а потом будешь изменять мужу с этим парнем. Сюй Цинь выразительно посмотрела на него. — Но после того, как ты напилась в тот день и вела себя как сумасшедшая, — Сяо Исяо пожал плечами, — я понял, что ты не сможешь выйти замуж ни за кого… Разве что за меня. — Почему? Он ответил с напускным смирением: — Цинь-цинь, я все еще хочу на тебе жениться, и я не против, если ты будешь изменять мне с ним. В конце концов, вокруг меня много хорошеньких сестричек. — Почему бы тебе не умереть? — фыркнула Сюй Цинь. Сяо Исяо рассмеялся и ущипнул ее за щеку. На баскетбольной площадке уже были Чжань Сяожао и Цзян Юй. Мужчины пошли играть, а Сюй Цинь и Чжань Сяожао уселись рядом на скамейку и стали смотреть. Если говорить об этом, Сюй Цинь, Чжань Сяожао и Цзян Юй на самом деле встречались друг с другом еще в детстве, поскольку оба были знакомы с Мэн Яньчэнем и Сяо Исяо. Просто Сюй Цинь не водила ни с кем дружбы, и когда они учились в школе, то встречались только на вечеринках, а потом она на много лет уехала за границу. Так что только теперь они стали узнавать друг друга поближе. — Я слышала, ты встречаешься с тем пожарным? — неожиданно спросила Чжань Сяожао. — Мгм. — И вы в самом деле собираетесь быть вместе в будущем? — Мгм. — Вы весьма смелые, — сказала Чжань Сяожао, а затем добавила: — Но он действительно очень привлекательный. Если бы я в него влюбилась, то готова была бы отказаться от всего ради него. Сюй Цинь слегка улыбнулась. Раньше в ее сердце жила некоторая обида, она хотела бы знать, почему Сун Янь той ночью встречался с Чжань Сяожао, и о чем они разговаривали. Но с некоторых пор это совершенно перестало ее интересовать. — А ты в кого-то влюблена? — спросила она. — Да, — глядя на играющих на площадке мужчин, ответила Чжань Сяожао. Сюй Цинь проследила за ее взглядом, задаваясь вопросом, на кого она смотрит. — Я много лет бегала за ним, но не знаю, смогу ли когда-нибудь догнать, — сказала Чжань Сяожао. Сюй Цинь не стала вникать, ее это не особо интересовало. Она сидела на краю площадки и наблюдала за ними, окунувшись в воспоминания о своем детстве. Но долго это не продлилось, все, о чем она думала в настоящее время, это Сун Янь. Ближе к концу игры снова пошел снег, и настало время ужина. Мэн Яньчэнь позвал всех поужинать у него дома. Сюй Цинь подумала о Сун Яне, чувствуя себя неловко, и отправила ему текстовое сообщение: «Что ты делаешь?» Он быстро ответил: «В музее». За ним последовало: «Не волнуйся, выходи после ужина с родителями». «А ты?» «Я найду место. Не переживай». Сюй Цинь нахмурилась. Помимо музеев, библиотеки и планетария, поблизости располагались научно-исследовательские учреждения и большие парки, а вот поесть и отдохнуть здесь было негде. Она все еще беспокоилась. Сяо Исяо подошел и потрепал ее по голове: — О чем ты задумалась? Пошли. Сюй Цинь убрала телефон. Снег падал все гуще. Ужин еще не был готов, Сяо Исяо и остальные играли в гостиной. Все они были знакомы, были с детства товарищами по играм, поэтому, естественно, их не оставили одних. Фу Вэньин спустилась вниз и некоторое время болтала с молодежью, по-прежнему игнорируя Сюй Цинь. К счастью, этого никто не заметил. И, поскольку в гостиной было много людей, не было необходимости обращаться к Фу Вэньин, поэтому Сюй Цинь была немного менее сдержанной и более непринужденной. Но постепенно ее стало охватывать напряжение, и она начала все чаще смотреть на падающий за окном густой снег. Она не знала, что сейчас делал Сун Янь. Был он еще в музее? Думая об этом, она столкнулась со взглядом Цзян Юя, который уже некоторое время наблюдал за ней. Когда его застукали, он просто подошел к ней и спросил: — Ты говорила, что тебе кто-то нравится. Тебе нравится пожарный? Сюй Цинь удивленно подняла бровь: — Почему ты тоже знаешь об этом? — Сяо Исяо сказал. — … Этот его большой рот. — Он считает тебя довольно храброй, — улыбнулся Цзян Юй. — Тебе неудобно из-за того, что я знаю? — Нет. Неважно, знаешь ты или нет. — Твои родители не согласны, не так ли? — Мгм. — Сюй Цинь задумалась на несколько секунд. — Это ты тоже знаешь?.. О, наверно, нетрудно догадаться. — Это не догадка, — сказал Цзян Юй. — Кажется, я его только что видел. Не знаю, может, ошибся. — А? — не поняла Сюй Цинь. — Я видел его, когда входил на территорию. Он кого-то ждал снаружи. Должно быть, тебя? Твоя мама его не впустила? Сердце Сюй Цинь быстро забилось, и ей вдруг стало холодно. В этот момент горничная доложила, что ужин готов, и Фу Вэньин пригласила всех к столу. Сюй Цинь быстро открыла свой мобильный телефон, чтобы найти страничку музея, и, конечно же, там было четко указано, что по субботам и воскресеньям музей закрыт. Сердце Сюй Цинь разрывалось от боли. Глядя на сильный снегопад за окном, а затем на теплую комнату, она чувствовала, будто вот-вот сломается. Она подошла к Фу Вэньин и тихо сказала: — Мама, у меня кое-что срочное, мне нужно уйти. Увидимся на следующей неделе. Фу Вэньин с улыбкой посмотрела мимо нее и позвала: — Исяо, Цзян Юй, садитесь ужинать. Лицо Сюй Цинь напряглось, в носу защипало, она едва сдерживалась, чтобы не разрыдаться. Она просто хотела быть с человеком, который ей нравился. Что в этом плохого? Она с трепетом умоляла о мире, а Сун Янь терпеливо ждал под ветром и снегом. Почему? Почему мама до сих пор применяет к ней такое холодное насилие? Она впилась пальцами в край стола, кончики ее пальцев побелели, и переполняющие грудь эмоции готовы были вырваться наружу, но тут подошли остальные, и ей пришлось отвернуться и проглотить их. Никто не заметил ничего странного на этом конце обеденного стола, все рассаживались по своим местам. Сюй Цинь стояла неподвижно. Фу Вэньин села, развернула салфетку и взглянула на Сюй Цинь: — Сядь и поешь, чего ты стоишь? Сюй Цинь посмотрела на нее, не понимая, почему она изменила свое отношение. Сердце ее похолодело, когда в глазах Фу Вэньин она прочла, что та догадалась, почему она торопится уйти. Потому что Сун Янь ждет снаружи. В ее снисходительном тоне сквозила уверенность, что Сюй Цинь примет ее внимание, как великий дар, послушно сядет и будет есть этот роскошный и теплый ужин, в то время как Сун Янь мерзнет один среди ночного ветра и снега. Сюй Цинь быстро моргнула и выдавила из себя: — Я ухожу. — Сядь, — холодно улыбнулась Фу Вэньин. — Поужинай перед уходом. Сюй Цинь задрожала всем телом, ей хотелось выйти из себя, но она сдерживалась, все еще надеясь на мирное решение проблемы. Но она действительно была бессильна. Она ненавидела себя за то, что снова превратилась в бесполезную Сюй Цинь, едва вернулась в этот дом. Почему она не могла ничего выразить в этой семье, будь то любовь или ненависть? — Она сказала, что там что-то срочное, мама не слышала? — спокойно спросил Мэн Яньчэнь. Фу Вэньин пристально посмотрела на него. Мэн Яньчэнь перевел взгляд на Сюй Цинь: — Тебе нужно идти? Сюй Цинь кивнула. — Пойдем, провожу, — без лишних вопросов сказал он, осторожно взял за руку, вцепившуюся в край стола и легко потряс, отрывая от него. Она была такой с детства: вцеплялась в стол, когда нервничала или паниковала. Эта привычка не изменилась с тех пор, как она выросла. Он снова сжал ее руку: — Идем. Лицо Фу Вэньин потемнело, она собиралась что-то сказать. Но Сяо Исяо опередил ее: — Цинь-цинь, если у тебя дела, иди, увидимся в другой день. Цзян Юй поддержал его: — Да, до встречи. Как-нибудь соберемся, выпьем. Сюй Цинь была не в состоянии отвечать, она повернулась и быстро вышла. Проследив, как ее фигура исчезает в пелене падающего снега, Мэн Яньчэнь вернулся в столовую и окинул взглядом сидящих за столом друзей. Он пригласил их на ужин, чтобы она чувствовала себя немного комфортнее дома. Но… Забудь об этом, он хотя бы помог ей сбежать. Он спокойно взял палочки для еды. Телефон в его кармане завибрировал. Это было сообщение от Сюй Цинь. Всего два слова: «Спасибо тебе». Мэн Яньчэнь долго смотрел на них, потом выключил экран. … С неба падали крупные хлопья снега. Едва выйдя из дома, Сюй Цинь перешла на бег. До ворот было недалеко, но казалось, она пробежала целый километр. Подбежав к воротам, она увидела часового в военной форме, с ружьем стоящего на посту, и Сун Яня, который курил, стоя в стороне, слегка ссутулив плечи от холода. Было темно. Теплое дыхание и дым сигареты смешивались и рассеивались холодным ветром под сильным снегопадом. На глаза ее моментально навернулись слезы. Очевидно, такой жесткий и высокомерный человек, он не боялся ничего на свете. Сюй Цинь расплакалась и помчалась к нему. Он хмурился, покусывая зажатую между сигарету, наклонил голову, чтобы стряхнуть снег с волос, и обернулся, услышав шаги. Она бросилась в его объятия и обхватила за талию. Сун Янь от толчка отступил на шаг назад и немного удивленно спросил: — Почему ты вышла? Она отказалась поднять глаза и изо всех сил постаралась, чтобы голос звучал бодро: — Поела рано, закончила есть. — Да? — он недоверчиво поглядел на нее, не зная, верить этому или нет, взял ее за плечи, чтобы отстранить от себя и увидеть ее лицо, но она не далась, отчаянно прижимаясь к нему. — Что случилось? — нахмурившись, осторожно спросил он. Она опустила голову и улыбнулась сквозь слезы: — Не хочу больше сюда приходить. — Что случилось? — сжатым голосом переспросил Сун Янь. — Ничего. Чувствую себя несчастной. Я думала о тебе. — А, мысли обо мне делают тебя несчастной, понятно, — преувеличенно серьезно произнес он с намерением поддразнить ее. Она была так зла, что рассмеялась до слез, оросивших ее щеки. Уткнувшись лбом ему в грудь, наскоро вытерла слезы и только потом отпустила его. — Пойдем, пойдем скорее домой, холодно. Она потопала ногами, попыталась взять его за руку, но та была ледяной. Он убрал руку и достал телефон, чтобы вызвать такси. Его руки никогда еще не были такими холодными, как в этот момент. Сюй Цинь ничего не сказала, только постаралась улыбнуться, глядя на него. Она не спросила, что он видел в музее. Сев в такси, она положила голову ему на плечо. Они проехали уже значительную часть пути, но его одежда все еще хранила холод. Она взяла его руку и зажала ее между своих ног. Сун Янь ошеломленно попытался вырваться, но Сюй Цинь крепко сжала колени и прошептала: — Не двигайся. Или я разозлюсь. Она говорила серьезно. Он перестал двигаться и некоторое время молчал. Они молчали оба, не зная, о чем думает каждый из них. Спустя долгое время Сун Янь пошевелил пальцами, погладил внутреннюю сторону ее бедер и слегка поддразнил: — Не боишься, что я тобой воспользуюсь? — Тогда я отвечу тебе тем же, — воинственно отозвалась она. Он улыбнулся. — Сун Янь? — Хм? — Давай вернемся домой и поедим морепродукты, которые мы ели той ночью, ладно? Он посмотрел на нее сверху вниз. — То, что я только что ела, было невкусным. Совсем невкусным. — Хорошо, — ответил он, наклоняя и прижимая голову к ее голове. В темных зрачках глаз отразились огни за окном и летящие хлопья снега.