Сладкий аромат гардении

Всю ночь Пак Чонсон лежал на кровати, смотрел в потолок и мысленно разбирал каждый момент прошедшего дня. Он отметил, что его утро началось с Ники, с их совместных посиделок на крыше общежития; день также был посвящён японцу, ведь после каждой пары Джей высматривал в коридорах светлую макушку с окрашенными в коричневый цвет концами прядей волос; вечер, когда Пак безостановочно любовался красотой Нишимуры, его танцами, когда отдал ему свою белую кофту, когда засмотрелся на его тело и лицо в танцевальном зале... «Почему я не могу перестать думать о нём? — задал сам себе мысленно вопрос второкурсник, ворочаясь в кровати. — Я просто не могу отвести от него взгляд. Он красивый, добрый, талантливый... Так, Джей, это что, блять?!» Парень сел на кровать и уставился на окно комнаты, за которым мерцали цветные огоньки неоновых и белых фонарей улиц. Каждая мысль, проносившаяся в голове у Чонсона, вызывала некий страх. — Нет, точно не оно, — вслух сказал Пак и тут же закрыл рот, ведь в паре метров от него лежал Сону. Часы показывали 2:03 AM; Чонсон взял с тумбочки телефон и, зайдя в KakaoTalk, заметил, что статус Ян Чонвона в данный момент – «в сети». Второкурсник быстро написал ему и через несколько секунд уже получил ответ. JayJay: «Вон, привет. Вы с Ники спать ещё не собираетесь?» Jngwn: «Привет! Нет ещё, он нескоро уснёт, я уверен» JayJay: «Хм? Из-за чего?» Джей недолго ждал объяснений от Вона: буквально спустя минуту в их чате оказалось видео, в котором Нишимура Рики, стоя посреди комнаты, освещённой голубым цветом диодной ленты под потолком, подкидывал попкорн вверх и пытался поймать ртом, постоянно смеясь, если у него это не получалось. Пак улыбнулся, встал с кровати и, взяв акустическую гитару в чехле и надев тапочки, в красных клетчатых штанах и чёрной широкой футболке тихо вышел из комнаты, а затем направился на другой этаж – туда, где жили парни первого курса. * * * — Ай! — Что ты уже умудрился сделать? — Мне попкорн в глаз попал! — Ну ты и лошара! Чонвон, лёжа на кровати, смеялся над пытавшимся поймать попкорн ртом Ники, а второй в свою очередь старался избегать неприятных ситуаций – как, например, попадание этого воздушного зёрнышка в глаз. Он уже приготовился к следующему «раунду», как вдруг дверь приоткрылась, и в комнату заглянул Пак Чонсон. — Тук-тук, к вам можно? Первокурсники сразу же заулыбались; японец бросил своё столь увлекательное занятие, подбежал к Джею и, обняв, шепнул ему что-то на ухо. Старший внимательно выслушал его и с явным удовольствием на лице кивнул. — Эй, больше двух говорят вслух, — в шутку завозмущался Чонвон. — Да сейчас всё узнаешь, не переживай. С этими словами Джей снял с плеча чехол с гитарой и протянул Ники. Счастью танцора, казалось, не было предела. Он быстро проследовал к своей кровати, сел на матрас и извлёк музыкальный инструмент из кофра, а затем провёл пальцами по струнам. Улыбка на лице японца стала ещё шире, когда он услышал мелодичный звук. — Ты концерт собрался устроить? — усмехнулся Чонвон. — А играть-то умеешь хоть? — Не-а, — хихикнув сказал Рики, но тут же ощутил руку Джея на своей; тот положил её на гриф гитары. — Сейчас научим, — сказал Пак и, глубоко вздохнув и выдохнув, тихонько начал объяснять парнишке основы игры на гитаре. — Фу, романтикой запахло, — фыркнул Ян и упал на свою кровать. — Я в тебя сейчас колонкой швырну, Вон, — сказал Нишимура и последовал совету, который дал ему Джей. Лишь только Ники начал наигрывать какую-то мелодию по указанию Чонсона, дверь снова отворилась, и на пороге показался Ким Сону. Он сонно потирал глаза кулаками, а затем перевёл взгляд на ребят и осмотрел каждого из них. Рики тут же заулыбался ещё ярче, быстро отложил гитару и поднялся с кровати. — Доброе утро, — весело сказал он и хихикнул. — Утро? — непонимающе спросил танцор. — А разве не ночь? — Да, именно, около половины третьего, — спокойно сказал Пак, поглаживая кончиками пальцев поверхность гитары; он также вдыхал аромат, которым был пронизан воздух рядом, – цитрусовые нотки сладкого лайма и мандарина, казалось, так и дурманили разум Пак Чонсона. От этого почему-то становилось легко на душе. — А ты почему проснулся? — Не знаю, как-то некомфортно стало... Открыл глаза, а тебя нет. — Сону, присоединяйся! — выпалил Чонвон и, достав баночку клубничной газировки «Chupa Chups», кинул её старшему танцору, который тут же поймал напиток. — Ой, спасибо, Вон, — улыбнулся Ким и открыл алюминиевую крышечку с негромким щелчком и шипением. — Чем вы тут вообще занимаетесь? — Меня Джей учил на гитаре играть, — сказал Ники и вместе с Сону сел на мягкий коврик, а секунду спустя положил голову на его плечо, от чего старший танцор улыбнулся и приобнял первокурсника. — Не будем упускать то, что перед этим ты попкорн ртом ловил, — сказал Чонвон, открыв баночку с апельсиновым лимонадом. — Так, тихо, личное – не публичное, — произнёс японец и обнял сидящего рядом с ним Сону. — Да ты, я замечу, ужасно тактильный, Ники, — шёпотом и с добротой проговорил тот. — Отдыхай. Пока Чонвон рассказывал какую-то интересную историю из детства – что-то вроде приключений в Турции или Египте в каком-нибудь 2009 году, – Пак Джей молча сидел на кровати, крепко держа рукой гитару, и пронзал взглядом сидящих на коврике Сону и Ники. Он не понимал, что такого происходит у него внутри, но явно ничего хорошего: парню казалось, что его живот сводит, руки сами собой сжимались и разжимались, а зубы скрипели друг об друга – настолько крепко они сомкнулись. — Чего-то мы скучно сидим, — резко сказал только что закончивший говорить Ян. — Давайте поиграем в «Правда или Действие»? Я первый задаю Сону. Сону, правда или действие? — Ну..., — Ким запнулся, а затем, солнечно улыбнувшись, ответил: — Действие. — Сразу с хардкора идём? Поцелуй Ники. Вы так мило сидите вдвоём. Услышав задание, Джей нахмурился; он пытался понять, отчего с ним всё это происходит, но уж точно он никогда не сможет себе объяснить то, что произошло дальше: лишь только старший вокалист увидел касающиеся друг друга губы Нишимуры Рики и Ким Сону, внутри Чонсона будто пламя разожглось. Объяснений этому всему не находилось, но он чувствовал, как лицо его начало словно огнём опаляться, пальцы рук слабо задрожали, а челюсти сжались ещё сильнее. Ники же, совсем не ожидавший такого исхода событий, ощутил на своих губах прикосновение губ второкурсника Кима, что совсем заставило его растеряться. От Сону тянуло каким-то лёгким летним ароматом, напоминавшим запах из пачки японских мармеладок, – кажется, красное яблоко и персик. Нишимура начал отвечать на поцелуй, что выходило у него немного неуклюже, но то было вполне объяснимо, ведь... — Так, всё, парни, хватит, — сказал сидящий на кровати Джей и, встав на ноги, подошёл к танцорам, после чего Сону тут же отстранился. — Воу, Ники, ты неплохо целуешься, — присвистнул Вон. — У тебя есть вторая половинка? Или была, но вы расстались? — Не было, — тихо произнёс японец. — Вообще-то, то, что сейчас произошло... Такое у меня впервые. — Это был твой первый поцелуй?! — Ага...