Сладкий аромат гардении

ChoiHeeso: «Привет, Ники, не против поговорить?» – 2023.4.20 4:28 PM ChoiHeeso: «Эй, ты ответишь?» – 2023.4.20 5:51 PM ChoiHeeso: «Почему Сону плачет? Он же пришёл от вас с ребятами, да?» – 2023.4.20 8:27 PM ChoiHeeso: «Никииии» – 2023.4.21 7:12 AM

NIKImura: «что?» 2023.4.21 7:41 AM –

ChoiHeeso: «Что случилось с Сону?» – 2023.4.21 7:42 AM

NIKImura: «я не могу сейчас говорить. давай встретимся в 4:00 PM около столовой, там поговорим» 2023.4.21 8:17 AM –

* * * Каждый вдох обжигал лёгкие – Нишимура Рики опять забыл брызнуть лекарство через ингалятор. И как на зло забыл его, отправившись на пары. Сегодня предстоял тяжёлый день, ведь в 5:30 PM начинались танцы, где парень три часа проведёт бок о бок с танцором Кимом. — Мура! Голос в нескольких метрах от него вывел японца из раздумий. Он поднял голову и улыбнулся, как только увидел Пак Чонсона. Тот подбежал к японцу и уже потянулся к карману за ингалятором. — Брызгал? — Нет, — честно ответил Ники и тут же получил дозу лекарства. — Спасибо, Джей-Джей. — Забываешь постоянно..., — вздохнул Пак. — Может, тебе ингалятор на шею повесить? — Попробуй, — усмехнулся Рики и положил голову на плечо друга. — Я устал, Джей... — От чего? — спросил вокалист и приобнял друга. — У тебя даже пары ещё не начались. — А сейчас начнутся. Давай сбежим? — Грудь болит? Получив кивок, Джей хмыкнул и, взяв Нишимуру за руку, отправился с ним в главное здание университета. Виляя среди учеников, парни дошли до кабинета с большими белыми дверями. Джей постучался, отпустил руку Ники и скрылся за ними. Первокурсник изначально не понял, зачем его друг зашёл туда. Пары должны были начаться уже через полчаса; Нишимура раз десять заглянул в телефон за две минуты в ожидании Чонсона. На экране блокировки продолжали иногда мелькать сообщения от Хисо. И что ей нужно? Она могла сама спросить у Сону, что случилось днём ранее, поэтому всё это казалось чем-то безумно странным. Двери распахнулись; Джей протянул Ники бумажку, на которой было написано, что он освобождён от уроков на этот день. — Как ты это сделал?! — улыбнувшись, спросил первокурсник у него. — Связи, дорогой мой, — хихикнув, ответил Джей. — Я и себе взял. Пойдём в какое-нибудь кафе, позавтракаем. Сегодня весь день мы проведём, отдыхая от учёбы. Выбирай, куда пойдём. — Ну... Можно в парк сходить погулять, — предложил Нишимура. — Цветы сакуры начали опадать, а мы на их фоне так и не сфотографировались. — А ты хотел? Джей искренне смотрел на Рики и, как только услышал слово «Да», крепко обнял его. Почему-то на душе стало так тепло из-за подобной мелочи; парень заулыбался. Он мог слышать биение сердца младшего, грея его в объятиях. — Обязательно сфотографируемся, — тихо произнёс Пак. * * * Глаза Нишимуры сияли, когда он стоял на мосту, переброшенном через широкую реку Хан, а Джей, ярко улыбаясь, фотографировал его. В волосах японца красовался розоватый цветок сакуры, которая очень хорошо сочеталась с белым плащом и великолепной улыбкой. — Мура, ты прекрасен..., — произнёс Джей, а Ники, подбежав к нему, забрал фотоаппарат Polaroid. Вспышка сверкнула именно в тот момент, когда первокурсник засмеялся и положил ладонь на голову друга, а вокалист с растрёпанными из-за этого волосами искренне улыбался, наблюдая за ним. Именно такая фотография и осталась лежать на ладонях Джея. — Как сказал бы Джейк..., — начал он, но Рики продолжил за него. — Фотография получилась очень живая... — Возьми её себе, Никуша. — Я её под чехол положу! * * * Нишимура Рики уже стоял у дверей в столовую и крутил телефон в руках. Под прозрачным чехлом уже лежала безумно красивая фотография его и Джея, сделанная на Polaroid. Глядя на неё, японец тут же расплывался в улыбке. — Ники, вот ты где! Девушка с тёмными волосами на каблуках и юбке, которая заканчивалась сантиметрах в пятнадцати-двадцати от колен, подошла к парню. На лице её не было ни единого изъяна, но зато красовался макияж, который часто наносят на лицо айдолы девушки. Парень фыркнул; было ясно, что ждать от неё чего-то хорошего не стоит. В конце концов, это не какая-нибудь однокурсница, а девушка Ким Сону. С ней будет тяжело... — Мне нужно обсудить с тобой несколько вопросов, — сказала Хисо и заправила прядь волос за ухо. — Во-первых, как я выгляжу? — Я, если честно, никакой разницы не вижу, — честно ответил Рики, — а так нормально. — Супер! Во-вторых, что вы вчера такого сказали Сону? Моё солнышко вас боится теперь. Особенно Джея. — Отвечать честно? — Конечно! — воскликнула девушка; по всей видимости, она действительно переживала за своего партнёра. — Сону забыл о его дне рождения, — пожал плечами Нишимура. — На месте Джея я бы тоже обиделся. Он просто по факту высказал свою точку зрения на ситуацию. — Но ты его любишь, верно? Комок встал в горле Ники. Что она сказала? «Любишь»? Сейчас японцу лишь хотелось верить, что это просто побочный эффект, галлюцинации от ханахаки или лекарства, приостанавливающего её. Но нет, это было реально... — Я? Что?! Кого? — нервно спросил парень, потянувшись в карман за ингалятором, будто бы по рефлексу; не нащупал. — Это ханахаки, я же прекрасно вижу, — произнесла Хисо. — Не думай, что я настолько глупая. Тебе он нравится, так ведь? — Нет! — Зато под чехлом носишь фотку с ним. Японец выдохнул. Да, он любил Джея, но как друга. Всего лишь как друга. А вот влюблён он был в парня той, что стояла сейчас перед ним. — Я люблю его, но не влюблён, — с уверенностью сказал Ники. — Не верю я тебе, дурак, — вздохнула девушка. — А кто же ещё, если не он? Ты общаешься больше всего с Сонхуном, Джеем, Сону и Чонвоном. Сонхун и Сону отметаются, ведь у них обоих есть вторая половинка. Чонвон – тоже не вариант, ведь по вам сразу заметно, что вы лучшие друзья. А вот отношения с Джеем у вас особенные. — А с чего ты взяла вообще, что этот кто-то – парень? — Гей-радар сработал. Никогда не ошибался, особенно насчёт Сонхуна, — хмыкнула Чхве. — Так, и третий вопрос... Как мне одеться на танцы? — Что?! Вот это Рики точно не ожидал услышать. Он прекрасно знал, что девушка учится у Джейка на художественном искусстве, но какое отношение она, Чхве Хисо, имеет к танцам? Только если... — Меня Сону на занятие пригласил. Выбор такой – джинсы с футболкой, которую он мне отдал, или худи? — В худи будет жарко, так что... Ники снова не договорил. Подлая ханахаки... Девушка отпрянула, в глазах её мелькал страх, но она быстро сообразила, что делать. Чхве достала телефон из небольшой сумочки и, набрав номер и дождавшись ответа, сказала: — Джей, тут у Ники код «красный». Не прошло и двух минут, как к японцу подбежал второкурсник Пак с ингалятором в руках и брызнул лекарство в горло. Рядом лежала горсть белых с красными каплями крови лепестков цветов, которые Чонсон собрал в ладони и положил в карман штанов. — Ники, я тебя прибью когда-нибудь! — прижимая к себе младшего, воскликнул вокалист. — Когда ты уже начнёшь носить лекарство с собой, а? — Я забываю... — Забывает он... Мне с тобой бок о бок ходить двадцать четыре часа в сутки? — Джей, — подала голос Хисо, и Пак повернулся к ней, — я сегодня с ними на занятии по танцам буду. Можешь дать ингалятор мне; в случае необходимости я помогу Ники. — Хорошо, — вздохнув, сказал Чонсон. — Но потом отдай ему в руки после танцев. Следи за ним, ладно, Хисо? Чуть что – сразу ингалятор в руки. — Поняла. * * * После занятия по танцам, ещё находясь в зале, девушка подошла к Нишимуре и протянула ингалятор. В этот раз он не понадобился, хоть и было безумно больно наблюдать за взаимодействиями этой парочки. — Ты как себя чувствуешь? — спросила Чхве. — Нормально, — ответил японец. — Спасибо, что взяла на себя эту ответственность. — Эй, Ники! — подал голос Ким Сону. — Ты сегодня отлично станцевал. Молодец! И вот снова Рики расплылся в улыбке. Это не было заметно снаружи, но внутри, где-то в груди, у парня гремела буря чувств. Маленький огонёк зажёг в нём смелость. — Сону, завтра сидим у Сонхуна, Джейка и Хисына, как обычно, — начал младший танцор с улыбкой. — Можешь идти вместе с Хисо. Не думаю, что ребята будут против. — Я всё ещё чувствую себя безумно виноватым за вчерашнее, — признался Ким и вздохнул. — Я и вправду идиот, раз забыл о дне рождения Джея. Мне кажется, он меня теперь терпеть не может. — Я поговорю с ним. Но чтоб вы двое пришли, ясно? — Хорошо, — радостно ответила девушка Чхве, — мы придём! Спасибо за приглашение, Ники. * * * Двадцать второе апреля, вечер. В кругу из восьми человек, сидящих на полу, лежала пустая стеклянная бутылка из-под соджу, а друзья уже столько раз прокрутили её. Идея привести Хисо не показалась кому-то ужасной. Наоборот, ребята только рады были такому присоединению. Но Джей так и старался не замечать, игнорировать слова и действия Кима и Чхве. — Чонвон, твоя очередь, — сказал Джейк, а уже через секунду взгляд его переметнулся на крутящуюся вокруг своей оси бутылку; её конец в итоге указал на парня из Окаямы. — Вау! — воскликнул Чонвон и, подтянувшись ближе к Ники, взял его лицо в руки. — Поцелуи с лучшим другом... — Ну не мечта ли? — усмехнулся Нишимура и почувствовал касания губ однокурсника на щеках, носу и одно – на губах. — Всё, всё, прекращай! — Как скажешь, родной, — улыбаясь, сказал Вон и кивнул в сторону бутылки. — Интересно, кто выпадет ему? — Сонхун потянул руки вверх. Вся компания снова наблюдала за горлышком бутылочки, которое могло указать на кого угодно. Миг стал бесконечностью, но движение с левой стороны от японца говорило само за себя – ему выпал Джей... — Стойте! — крикнул Хисын и, ярко заулыбавшись вместе со всеми, включил на телефоне камеру. — Давайте, я готов! Боже, вот это момент...