Сладкий аромат гардении

Крепко держа Нишимуру в объятиях и тихо успокаивая его, Джей сам еле сдерживал себя; по щекам парня уже катились крупные солёные слезинки, а голос дрожал. Сердце сжималось от мыслей, мелькавших в голове. «Не успели...» — повторял парень про себя, и от этого становилось ещё больнее. Лепестки цветов продолжали с лёгкостью ложиться на пол около ног. — Ники, радость моя, тише..., — прошептал он с нежностью и принялся осторожно стирать слёзы с щёк японца. — Малыш, ну же, переставай плакать... — Я не хочу умирать..., — выдавил Нишимура, и новая порция окровавленных шёлковых лепестков легла у ног. — Ты не умрёшь, слышишь? Я сделаю всё, чтобы ты жил. Ради тебя я горы сверну, малыш. Ты не умрёшь! — Обещаешь? Джей сделал вид, будто бы не услышал этот вопрос. Парень не обещал, ведь знал, что предотвратить начатое уже невозможно. И врать тому, кого любил больше своей жизни, он тоже не мог... «Вот бы был способ передать свою жизнь другому человеку», — думал Чонсон и прижимал к себе японца. Дверь в комнату открылась. В проёме показались двое старшекурсников – Джейк и Сонхун. Увидев картину, развернувшуюся перед их глазами, они тут же подбежали к младшим и сели рядом. Джеюн огляделся, взял в руки небольшой белый цветочек, который был размером с половину фаланги пальца, и сунул его в карман. Сонхун уже сидел и вместе с Джеем прижимал к себе первокурсника, переставшего, вроде как, кашлять. — Эй, милый, — прошептал Хун, а глаза его блестели от подступающих слёз, — мы рядом, слышишь? Пока мы все вместе, всё будет хорошо. Давай сходим в кафе? Хочешь? Или в парк... Мы отведём тебя в любое место! — Мы будем рядом с тобой всегда, мы тебя не оставим, — сказал присоединившийся к объятиям Шим. — Джей – тем более. — Родной, понимаешь, — начал Чонсон, — не всегда чувства к людям оказываются взаимными. Это больно, тяжело, но нужно стараться справиться, — он вздохнул. — Я делаю точно так же. Мне нравится один человек, но из-за его влюблённости в другого парня я стараюсь подавить чувства. Третьекурсники синхронно подняли взгляд на Джея. Они были теми, кто знал правду, и начали волноваться, когда вокалист начал говорить про свои чувства. Не то чтобы это было сейчас неуместно... — И как? — тихо спросил Ники. — Получается? — Не-а, — Джей опустил взгляд в пол и провёл рукой по цветам. — Но я стараюсь хотя бы иногда отвлечься от этого всего, и вот это уже выходит. Старайся тоже отвлечься. У тебя получится, малыш, — Джей снова вытер большими пальцами слёзы Нишимуры и легко, почти невесомо коснулся губами его лба. — Всё будет хорошо, Мура... Мы рядом. Нишимура слабо улыбнулся и промокнул слёзы рукавом кофты. Он немного расслабился и прикрыл глаза, находясь в объятиях уже только Джея. Сонхун и Джейк, сидя рядом, нежно улыбались, а художник потрепал Чонсона по волосам и, взяв третьекурсника танцора за руку, поднялся с пола, а затем вышел из комнаты. Он взглянул Сонхнуну в глаза: с ресниц парня спадали хрусталики слёз и падали крупными каплями на пол. Джеюн прижал к себе парня и вздохнул. — Эй, родной, ты чего? — тихо спросил Шим, хотя ответ уже знал заранее. — Я не хочу его терять..., — Пак шмыгнул носом. — Он мне как сын, как младший брат... Я не перенесу это! — Хун, милый, я понимаю, — Джейк погладил парня по затылку и поцеловал его в щёку. — Мы постараемся всё исправить, честно... * * * Двадцатого мая Пак Чонсон шёл по коридору общежития; руки его слегка дрожали, за окнами город уже накрывали сумерки. Он вышагивал к комнате под номером четыреста пять. Джей тихонько скрипнул дверью и, подбежав к сидящему на коврике Нишимуре Рики, закрыл ему ладонями глаза и улыбнулся в ожидании хоть каких-то слов от японца. Раздался лёгкий смешок. — Джей, я твои руки из миллионов узнаю, — сияя, произнёс первокурсник. — Вот это ты молодец, — Пак взъерошил волосы Ники и сел с рядом. — Ну, готов ехать домой? — Конечно! Хоть это всего на недельку, но я так счастлив. Парень потёр грудь и прокашлялся. Изо рта выпало несколько лепестков гардении, что мигом смыло улыбку с лица Джея. Он убрал лепестки в сторону и положил голову танцора на своё плечо. — Прости, что так вышло, — тихо произнёс Нишимура. — Я стараюсь откинуть все чувства, но пока это не особо получается. — Ты не виноват, Мура, — Джей аккуратно поцеловал первокурсника в лоб. — Знаешь, так тепло в груди становится, когда ты меня в лоб целуешь, — Рики усмехнулся. — Когда это успело стать милой традицией? — Давно. Джей улыбнулся и вздохнул. Ему было безумно больно от того, что совсем скоро он не сможет смотреть в глаза Нишимуре, не сможет слышать его голос, звонкий смех, ощущать его прикосновения. Но до того приятно было знать, что Ники нравятся эти лёгкие поцелуи в лоб. — Кстати, Джей, — начал японец, — я уже договорился с родителями, что ты будешь жить с нами эту неделю. У меня кровать широкая, вдвоём поместимся. * * * — Ники, ты всё необходимое взял? — Да, Хун, взял... Ники в лёгком бежевом плаще стоял перед Сонхуном и Джейком на крыльце общежития. Часы показывали 5:17 AM. Сзади блестели тёмные стёкла такси, в котором уже разместился Чонсон. — Лекарство? — всё не унимался танцор Пак. — Ты же знаешь, оно хоть как-то да и приостанавливает кашель. — И его взял..., — японец вздохнул с улыбкой. — Сонхун, не волнуйся так, Джей обо мне позаботится, будь уверен. — Ну да, ему же безопаснее о тебе заботиться, иначе я его... — Тихо-тихо, милый, — стоявший рядом Джейк засмеялся, — без угроз. — Да, точно. Ники, будь осторожен, утёнок наш, — нежно произнёс Сонхун и вместе с Джеюном обнял друга. — Удачи в пути! * * * Сидя в самолёте первокурсник при взлёте смотрел, как за иллюминатором мелькали ещё не погасшие огни ночного Сеула. Тёплые пальцы сидевшего рядом Джея нежно держали руку японца. На борту пахло мятными конфетами, каким-то клубничным зефиром, салоном, который, казалось, только-только пропылесосили. В наушниках играла та же самая песня, что и до знакомства с Пак Чонсоном, Шим Джеюном, Ли Хисыном, Пак Сонхуном, Ян Чонвоном и Ким Сону. Только вот сейчас её хотелось переключить, что и сделал Нишимура; теперь парень мог слышать мелодию, которая часто звучала в четыреста пятой комнате общежития Сонгюнгван. Её часто играл Джей на гитаре, тем самым вызывая улыбку на лице Рики.

Ведь этот дом уже не дом Без тебя в нём... Где ты сейчас, когда я нуждаюсь в тебе больше всего? Я отдал всё, чтоб ты был рядом. Прости, если разбил твоё сердце... Я обещаю, что буду относиться к тебе лучше, чем раньше; Я удержу тебя, не отпущу никогда И в этот раз не разобью твоё сердце.

«After Hours» — The Weeknd