Bring It Back

Несколько дней спустя Кастиэль сидел на влажной траве вечного послеполуденного вторника, прислушиваясь к легкому шуму ветра и стрекоту насекомых. Он малодушно радовался, что именно его любимый кусочек Рая останется неизменным. Когда сюда явились ангелы и стали предлагать парнишке аутисту выбраться на волю, он лишь испуганно тряс головой, прижимая к груди своего воздушного змея, и в итоге Кастиэль велел братьям оставить беднягу в покое. В конце концов, самое главное — чтобы души людей чувствовали себя на Небесах счастливыми, и если этот человек счастлив именно здесь — так тому и быть.  Наверное, найдутся и другие, кто пожелает остаться в «клетках», но уже очевидно, что таких будет абсолютное меньшинство. Люди с огромным энтузиазмом выходили наружу, и их неуемная энергия и богатое воображение стремительно меняли внешний облик Рая. Кастиэлю почти не потребовалось объяснять им, что для создания чего-то на Небесах отнюдь не нужны специальные навыки, достаточно памяти. Точно так же, как каждая душа от начала времен создавала свой индивидуальный счастливый мир в личном уголке Рая, это работало и вовне — достаточно просто представить себе, чего ты хочешь, и оно возникало само по себе.  Так что теперь, сменяя стерильную белизну стен и коридоров, в Раю зазеленели леса и луга, появились реки и озера, к берегам которых лепились уютные бревенчатые хижины, возникли вспаханные поля, цветущие сады, дороги — и все прочее, что было так дорого людским сердцам на земле. На днях Кастиэль видел даже самый настоящий замок, с подъемным мостом и рвом: один средневековый лорд именно так представлял себе свое идеальное жилище. Правда, всего несколько часов спустя Кастиэль встретил того же лорда в его вычурных нарядах из шелка и бархата, спокойно распивающим пиво в «Доме у дороги» в компании одетых в клетчатую фланель охотников. Мужчины громко смеялись, чокались кружками и были очевидно довольны обществом друг друга. Большинство ангелов все еще тихо роптали, глядя на эти вопиющие изменения «устоявшегося за миллиарды лет порядка», но даже самые скептически настроенные из братьев не могли не признать, что Небеса стремительно оздоравливались: яркое сияние человеческих душ укрепило структуру Рая так, как никогда не удавалось ангелам, сделав ее практически незыблемой. Их общему дому больше ничто не угрожало. Кроме перемен, но к ним ангелы скоро привыкнут.  Божественный свет озарял Небеса так ярко, как никогда еще после ухода Отца, и истощенная благодать ангелов насыщалась им, превращая их снова в сильных и непобедимых существ. Кастиэль никогда не позволит братьям и сестрам забыть, что всем этим они обязаны людям.  Впрочем, они и сами уже начали это понимать. Пару часов назад его навестила Мирабель, и не скрывая слез счастья, развернула перед командиром свои искалеченные крылья. Среди обломков сгоревших перьев отчетливо виднелись серебристые кончики — зародыши нового оперения.  — Конечно, они вырастут до полного размера лишь через пару сотен лет, — всхлипывая, проговорила она, — но я вообще не думала… Мои крылья, Кастиэль! Я снова буду летать!  — Это свет человеческих душ, сестра, — улыбнулся Кастиэль. — Он стремительно исцеляет не только Рай, но и всех нас.  — Ты был прав! — она сморгнула следы и счастливо улыбнулась. — Во всем!  Это воспоминание согрело душу, и Кастиэль впервые позволил себе поверить, что на этот раз у него действительно всё получилось. «Не ошибается лишь тот, кто не принимает собственных решений!», — вспомнились ему слова Дина, и он тепло улыбнулся, больше не испытывая горечи из-за всех совершенных ранее ошибок. Он пытался изменить Небеса после победы над Рафаэлем — и провалился. Вторая попытка, когда он доверился Метатрону, принесла еще более трагические последствия. Все это едва не лишило его веры в себя, едва не заставило смириться с тем, что он никогда не сможет стать именно тем лидером, в котором нуждаются Небеса.  Как же хорошо, что у него были Дин и Сэм, хранившие эту веру за него. Дин с его грубоватой нежностью, твердивший: «Мы сделаем это вместе!» и Сэм, со свойственной ему вдумчивостью предложивший единственный действенный способ спасения Рая. Ни один ангел, даже он сам, давно отказавшийся от подчинения приказам, не додумался бы до такого решения — чтобы прийти к нему, нужно было обладать человеческой душой. Словом, он чувствовал себя счастливым. Единственное, что в данный момент уже привычно огорчало: за все прошедшие дни старший Винчестер не послал ему ни одной молитвы. Сэм, конечно, молился довольно часто, но Дин…  «Совсем скоро Небеса уже не будут нуждаться в моем постоянном присутствии, и я смогу вернуться домой, — мысленно успокаивал он себя каждый день. — Смогу снова быть со своей семьей. С Дином…» И словно в ответ на эти мысли в глубинах благодати вдруг возникла тоскливая тревожность — не собственная, а пришедшая извне. Кастиэль прикрыл глаза, настраиваясь на своего человека, и понял, что тот спит. Наконец-то! Он много раз за прошедшие дни пытался войти в сон Дина, но постоянно заставал его бодрствующим и гнал от себя грустные мысли о том, какие именно ночные занятия мешают Винчестеру спать.  На этот раз все получилось. Кастиэль сосредоточился на душе Дина — и сразу же увидел его. С унылым видом сидящего на земле возле песочницы, служившей дверью на Небеса.  — Дин, — ласково проговорил Кастиэль, сжимая плечо своего человека. — Зачем ты здесь? Давай я отведу тебя в более приятное место?  Винчестер вздрогнул, поднимая на него грустный взгляд, и Кастиэль использовал немного благодати, меняя его сон: они снова оказались на прогретом солнцем деревянном пирсе, врезающимся в воды озера.  — Ух ты, мне уже сто лет не снилось это место! — восхищенно проговорил Дин, осматриваясь вокруг.  — Я однажды застал тебя здесь, — мягко напомнил Кастиэль. — И мне показалось, что это место внушает тебе ощущение спокойствия. Разве я не прав?  — Прав, — согласился Дин и слегка нахмурился. — Слушай, я ведь сплю? А ты на самом деле здесь или просто снишься мне?  — Ты, безусловно, спишь, — заверил его Кастиэль. — А я на самом деле здесь. Ты же помнишь, что ангелы умеют входить в сны людей, когда им надо передать сообщение. Обычно я стараюсь не вторгаться, но… мне показалось, что ты встревожен. И я решил успокоить тебя. На случай, если ты тревожился из-за меня.  Дин ничего не ответил, просто смотрел на него, и Кастиэль тут же почувствовал себя полным идиотом.  — Конечно, это наверняка не так, — поспешно проговорил он. — Тебя тревожило что-то другое, и мне, наверное, не следовало… Я оставлю тебя, просто хотел сказать, что на Небесах все в порядке и…  Дин, по-прежнему молча, шагнул к ангелу и притянул его в яростные объятия.  — Конечно, я тревожился о тебе, пернатый придурок! — прорычал он в ухо Кастиэля. — А ты как думал? Пять дней, Кас! Ты свалил на Небеса, и от тебя ни одного слова с тех пор! Я думал, тебя уже пленили или вообще убили! Мог бы и раньше «вторгнуться» и успокоить меня, ты, задница!  — Вообще-то, я пытался. — Кастиэль спрятал нежную улыбку в его волосах. — Мне просто не удавалось застать тебя спящим. А дотянуться до твоего сознания, когда ты бодрствуешь, я просто не мог. Да если бы и мог, то не стал бы, потому что ты мог быть… занят.  — Ага, тогда ты точно увидел бы совершенно неприличную картину, — засмеялся Дин. Он все еще сжимал Кастиэля в объятиях, кажется напрочь забыв, что надо бы его отпустить. — Например, как мы с Джоном среди ночи пробирались через кладбище в Иллинойсе, разыскивая могилу Генри Винчестера. Или как выпивали вместо в библиотеке, пока он рассказывал мне о своей матери. Отец ведь никогда даже не упоминал ее, а бабушка Милли была такой потрясающей!  — Я рад, что ты нашел общий язык с Джоном, — тепло проговорил Кастиэль. — Я, кстати, тоже в последнее время довольно часто сталкивался с твоим отцом. Здесь, на Небесах.  Дин издал неопределенный звук и наконец разжал объятия, — только затем, чтобы тут же ухватить ангела за руку и потянуть вниз. Они уселись прямо на доски пирса, прижимаясь плечами друг к другу.  — Так ты встретил папу, — в голосе Дина скользнуло легкое напряжение. — Расскажи подробнее. Почему-то мне не нравится слово «сталкивался», которое ты употребил. Он не пытался причинить тебе вред?  — В основном ограничивался словесными нападками, — не слишком охотно сознался Кастиэль. — Буквально психанул, когда узнал, что его сыновья считают меня другом, а не потенциальной целью для охоты. Но ты, полагаю, и сам понимал, что так будет.   — Точно, — согласился Дин. — Помнишь же, когда мы только обсуждали охоту на Килэтиэна, я сразу сказал: отец не будет разбираться, заслуживаешь ты смерти или нет. Ты — сверхъестественное существо, значит, в его глазах — враг по определению.  — Мэри крепко держит его в узде, — усмехнулся Кастиэль. — Так что он только рычит, но не пытается укусить. Твоя мама, похоже, единственная, кто способен справиться с Джоном.  — Но все равно, будь осторожен, ангел. — Дин продолжал хмуриться, совершенно не разделяя легкого настроя Кастиэля. — Я знаю отца, рано или поздно он найдет способ напасть на тебя. Потому что будет убежден, что таким способом защищает от тебя нас с Сэмом.  — У него ничего не получится, — пожал плечами Кастиэль. — На Небесах, когда ангелы в своей истинной форме, никто не может навредить им, кроме других ангелов. И уж точно не люди.  — А зачем ты вообще пошел к моим родителям?  — Разве Сэм не рассказал тебе о своей идее по спасению Рая? — удивился Кастиэль. — Я думал…  — Только в общих чертах. — Дин ухмыльнулся. — Сэмми притащил с собой Айлин, и ему совершенно не до долгих душевных разговоров со старшим братом. Кажется, эти двое только и делают, что ходят на свидания. К сожалению, дальше этого у них пока не зашло, но мы с Джоном надеемся. Эта девчонка так идеально подходит моему мелкому! Хоть бы он не включил дурака и не упустил ее!  — Сэм заслужил счастье, как и ты, между прочим, — последние слова больно царапнули Кастиэля изнутри, но он запретил себе расстраиваться из-за того, что счастье Дина когда-нибудь неизбежно станет для него источником страданий. — Что же до его идеи… Твой брат предложил идеальное решение: чтобы ангелы объединились с человеческими душами в Раю, и вместе поддерживали его целостность. Я и сам думал, что стены между индивидуальными фрагментами Рая надо убрать — особенно после того разговора с тобой, когда ты назвал небесное блаженство «фальшивым», но…  — Конечно, оно фальшивое! — горячо заверил Дин. — Вы по сути держите людей в клетках, как зверей в зоопарке! Какой же это Рай!  — Больше это не так, — улыбнулся Кастиэль. — Я хотел только сказать, что и сам подумывал убрать «клетки», но мне не пришло в голову, что, освобождая души, я решу проблему с угасанием Божественного Света на Небесах. Ведь ваши души такие яркие, и их так много! За считанные дни они исправили все, что необратимо рушилось — и спасли Рай. И это решение предложил Сэм!  — То есть люди вам еще и помогли? — Дин хмыкнул. — Ну, надо же! Пернатые мудаки, должно быть, в шоке! Грязные обезьяны сделали то, что не под силу надменным пернатым задницам!  — Ангелы… меняются, Дин, — с легким упреком проговорил Кастиэль. — Они теперь в меньшей степени задницы, и в большей — растерянные существа, которые столкнулись с изменениями во всем, к чему были привычны с начала времен. Но даже самые консервативно настроенные уже признают, что эти изменения пошли Раю на пользу. Они привыкнут жить рядом с людьми и уважать их.  — Ладно. — Винчестер снова хмыкнул. — Итак, что насчет моих родителей?  — Когда я убедил ангелов, что мы должны освободить людские души, то сначала решил обратиться к тем, кому мог доверять: к Бобби Сингеру и другим охотникам, которые знали вас, а через вас — и меня. Я был уверен, что эти люди меня хотя бы выслушают. А когда они с энтузиазмом согласились помочь, мы стали обращаться и к другим душам, и в конце концов…  — Это же круто, ангел! — Дин с восторгом хлопнул его по плечу. — Значит, больше никаких клеток? И мне, когда я попаду в Рай, не придется тайком пробираться к родителям или Бобби?  — Ты сможешь навестить их в любой момент в их доме — точной копии вашего дома в Лоуренсе, — подтвердил Кастиэль. — Или заглянуть на автосвалку Сингера: она выглядит точно так, как я помню. Или в «Дом у дороги»… Эллен, кстати, до сих пор грозит всем посетителям ружьем, хотя на Небесах нельзя никого застрелить, и все это прекрасно знают.  Он довольно ухмыльнулся и добавил:  — Памела Барнс, между прочим, больше не злится на меня за выжженные глаза, и даже при каждом удобном случае хлопает по… ну… это довольно смущает, на самом деле. Она считает, что я невероятно горяч.  — Ну, еще бы, — улыбка Дина получилась несколько кислой. — Во-первых, ты действительно горяч, как адское пламя. А во-вторых… Памела — она такая. Будь с ней осторожнее, чувак, эта дамочка способна тебя живьем съесть. И я не имею в виду — в гастрономическом смысле, а…  — Я понял, Дин.  — Кстати, а секс на Небесах есть, или там все любят друг друга чистой невинной любовью? — Дин изобразил похабную ухмылку. — Потому что это было бы отстойно! Подумай сам, какое же это блаженство без секса? То есть, понятное дело, я не про ангелов говорю, вы-то бесполые. Но люди же…  — Разумеется, люди могут заниматься сексом даже в Раю, если им того хочется, — сухо заметил Кастиэль. Его почему-то задело уточнение Дина про ангелов, хотя он и так понимал, что в этом смысле Винчестера совершенно не интересует.  — Кстати, у меня возникло одно затруднение… морального характера, — проговорил он, намереваясь сменить тему. Но Дин, похоже, совершенно не желал переключаться.  — Ты хочешь трахнуть Памелу, но не знаешь, как это сделать в своей небесно-бесполой истинной форме? — еще более похабно ухмыльнулся он.  — Учитывая, что она видит не мою истинную форму, а человеческий сосуд, проблем не было бы, — голос Кастиэля ощутимо похолодел. — Если бы я в самом деле хотел чего-то такого. Но я говорил о проблеме… иного рода. И она связана как раз с сосудом. То есть с Джимми Новаком.  — О, точно, он ведь тоже на Небесах! — совершенно не к месту развеселился Дин. — Вы встретились?  — Да, они с Амелией в первый же день пришли и предложили свою помощь.  — И ты боишься, что ребята начнут вас путать? — фыркнул Дин. — Станут принимать его за тебя?  — Нет. — Кастиэль поморщился. — Я просто… решил извиниться перед Джимми за всё зло, которое ему причинил. И он, конечно, простил: этот человек воистину верующий и не способен держать зло ни на кого. Но… он попросил, чтобы я передал его письмо Клэр. И я могу это сделать… только правильно ли будет так поступать? С одной стороны, я очень обязан Джимми и мне трудно оказать ему в его просьбе. Но с другой… эта девочка только-только начала обретать мир в своей душе. Не причинит ли Клэр лишней боли письмо от отца, на которого она до сих пор злится?  — Так и скажи ему, чувак. — Теперь взгляд Дина был совершенно серьезным. — Что малышке и без того досталось, и если он хочет успокоить свою душу извинениями, то ему нужно просто подождать. Рано или поздно он встретится с Клэр, а сейчас надо позволить ей наладить свою жизнь. И «привет с того света» может здорово ее ранить.  — Ты прав, Дин, — вздохнул Кастиэль. — Я постараюсь ему объяснить. И пообещаю, что обязательно присмотрю за его дочерью, пока она на земле. Не допущу, чтобы с ней что-то случилось.  — Так значит, ты добился всего, к чему стремился, ангел? — спросил Дин, почему-то отводя взгляд. — Ангелы больше не бунтуют, люди свободны — и все довольны, так?  — Да. — Сейчас Кастиэлю отчаянно хотелось видеть его глаза, чтобы понять, почему, несмотря на позитивные слова в его голосе прозвучало столько грусти и безнадежности. — Небеса становятся действительно прекрасным местом. И я даже надеюсь, что совсем скоро у меня не будет нужды находиться здесь постоянно. Я мог бы вернуться в бункер… если вы все еще хотите, чтобы я там был.  Дин развернулся так резко, что Кастиэль едва успел заметить его движение, и вцепился в плечи ангела мертвой хваткой. Зеленые глаза пылали яростью.  — Какое нахер «если», Кас! — прорычал он. — Мы сто раз говорили тебе, что бункер — такой же твой дом, как и наш! И не наша с Сэмом вина, что ты все равно считаешь своим настоящим домом Небеса, а семьей — ангелов.  — Это совсем не так, Дин. — Кастиэль мягко разжал железную хватку на своих плечах, попутно легонько погладив кончиками пальцев тыльную сторону ладоней Винчестера. — Моя настоящая семья: ты и Сэм. Семья, которую я сам выбрал. И мой настоящий дом — там, где вы.  — Это… офигенно. — Дин шумно выдохнул, и гнев на его лице сменился усталостью. — Без тебя тут… вообще не так. И… я скучаю, чувак.  — Я тоже, — признался Кастиэль. — К тому же, на Небесах время течет иначе, ты же помнишь. Здесь прошло гораздо больше пяти дней: на самом деле, несколько месяцев… и ты даже не молился мне ни разу. Так что я был уверен, что ты, наверное, не так уж и соскучился.  — Я не хотел отвлекать тебя от важных дел своими дурацкими молитвами, — поморщился Дин. — Один раз я уже совершил такую ошибку… и тебя чуть не убили Ишим и компания. Хорошо хоть Гадриэл успел вовремя!  — Твои молитвы не дурацкие и никогда меня ни от чего не отвлекают, — заверил Кастиэль. — Напротив, они помогают мне справиться с любыми трудностями. И молитвы Сэма тоже, но его не приходится о них просить: он и так молится мне по несколько раз в день. Просто… делится впечатлениями или рассказывает, как проходит его день. Ничего особенного, но я начинаю чувствовать себя менее… одиноким.  Он прикусил язык, прежде чем с него сорвалось слово «брошенным», но Дин, кажется, понял. Он снова обнял ангела и тихо прошептал ему в ухо:  — Я, может, и не молился, но думал о тебе. Гораздо чаще, чем «несколько раз в день». Это способно как-то помочь?  — Да. — Кастиэль прижался щекой к его виску и закрыл глаза. — Я скоро буду дома, Дин.  — И больше не уйдешь?  — Разумеется, мне придется время от времени навещать Небеса, — со вздохом признался Кас. — Не это будет, как выразился Сэм, вроде «похода на работу». Не больше, чем на несколько земных часов. И не каждый день.  — Мне это нравится. — Дин взъерошил волосы на его затылке. — Теперь, когда Сэмми с головой погрузился в свою влюбленность, я тоже чувствую себя одиноким. Ну, или почувствую после отбытия Джона в прошлое.  Он разжал объятия и снова уселся рядом, касаясь Кастиэля плечом.  — Кстати, не то, чтобы я жаловался на общество Джона, но он всё чаще ноет, что хочет вернуться к маме. Так что ты нужен нам, чтобы стереть его память.  — Скоро, Дин. Мне нужно еще немного времени, чтобы создать дополнительную дверь на Небеса — недалеко от Лебаннона. Тогда ангелы смогут приносить мне отчеты домой.  — То есть, вокруг нашего бункера будут постоянно кишеть твои дурацкие братья? — недовольно проворчал Дин.  — Или так, или я буду вынужден чаще посещать Небеса, чтобы лично убедиться, что там нет никаких проблем, — парировал Кастиэль. — Крылья моих братьев повреждены, и путешествие от песочницы к нам в бункер занимает полсуток. Мне нужна дверь поближе.  — Ладно, убедил, — хмыкнул Дин. — Пусть приходят. Если это — цена за твое присутствие в бункере.  Они оба еще некоторое время молчали, просто сидя рядом и глядя на воду. И каждый гнал от себя мысль, что отчаянно желает остаться в этом спокойном месте навсегда. Вот так — только вдвоем.  ✯ ✯ ✯ — Кастиэль, мое присутствие в больнице становится все более необходимым, — напряженно проговорил Гадриэл, нашедший начальство в «Доме у дороги», где тот пил пиво с Бобби и Эллен, пересказывая им последние новости про «мальчиков».  — Я думаю, в твоем пребывании на Небесах уже давно нет необходимости, — улыбнулся Кастиэль. — Спасибо, что поддержал меня в трудной момент, но Рай уже в полном порядке. Я и сам планирую скоро его покинуть.  — Новая дверь в Канзасе пришлась очень кстати, — вдруг улыбнулся Гадриэл. — Вчера я смог навестить одну пациентку… сложный случай, за последние несколько недель она совершила уже пятую попытку самоубийства. Меня призвала паническая молитва Чарли, но от песочницы я ни за что не успел бы вовремя. Понадобилось использовать благодать, чтобы спасти жизнь этой девушки.  — Но почему она это делает с собой? — удивился Кастиэль?  — Пару месяцев назад бедняжка лишилась всей семьи: родители, трое младших братьев и жених погибли в автомобильной аварии, возвращаясь с пикника, — вздохнул Гадриэл. — И хуже всего, что девочка была за рулем, поэтому винит себя в смерти близких. Комплекс выжившего: сама отделалась несколькими ссадинами и ушибами, а они умерли на месте. Психологи руками разводят: как объяснить ей, что ее семью убил пьяный водитель, вылетевший на встречку, а вовсе не она? Не хочет никого слушать, плачет целыми днями… Я пытался сказать ей, что любимые люди будут ждать ее в Раю, но она убедила себя, что теперь попадает в Ад. Несчастная девочка, ей ведь всего двадцать…  — Если все было так, как ты говоришь, то конечно ее душа принадлежит Раю, — нахмурился Кастиэль. — Но самоубийство может это изменить. Речь о непростительном грехе!  — Дин Винчестер оказался с Раю, когда собственными руками вколол себе отраву, — напомнил Гадриэл.  — Дин особенный, его заслуги перед Небесами слишком велики, — улыбнулся Кастиэль. — Только сделка с демоном может отправить его в Ад, все прочее ему простится. К тому же, он отравил себя не потому, что отрекался от жизни, дарованной Богом. Он пытался спасти меня, и эта мотивация тоже зачлась. Что до девушки, тебе следует объяснить ей: если она хочет еще раз увидеть близких, то должна забыть о самоубийстве и продолжить жить.  — Я говорил. — Гадриэл поморщился. — Она не слушает. Считает, что ее душа все равно погибла. И я думаю, Кастиэль, что ее не удастся удержать… Но, возможно, мы с ней могли бы помочь друг другу. Тебе ведь нужен сосуд для Ханны?  — Ты хочешь помочь пациентке умереть? — шокировано спросил Кастиэль.  — Если человек твёрдо решил умереть, бессильна не только медицина, но и ангелы, — мрачно констатировал Гадриэл. — Я говорил с ней, Кастиэль. Откровенно: рассказал, кто я такой и предложил выход из ее страданий. Обещал, что приведу рипера, который доставит ее душу на Небеса, если она перед этим отдаст свое тело ангелу. И знаешь, впервые за эти недели я увидел на лице Кейти улыбку. Она обняла меня и сказала, что я подарил ей надежду.  — Я не уверен…  — Мне самому это не нравится, — признался Гадриэл. — Но девочка твёрдо намерена умереть. И все равно убьет себя, как только за ней перестанут денно и нощно следить. Вот только тогда Рай ей уже не светит. Так может, было бы гуманнее помочь ей уйти сейчас?  — Послушай своего кореша, парень, — пробурчал Бобби, который, оказывается все это время прислушивался к разговору. — Жалко пигалицу, конечно. Но здесь ей будет лучше, чем там. Тут теперь стало очень приятно находиться. А если дурочка в своем отчаянии еще и в Ад себя загонит…  — Ладно. — Кастиэль стремительно поднялся. — Я хочу сам поговорить с этой девушкой. И если пойму, что ее невозможно уговорить продолжать жить… мы сделаем то, что ты предлагаешь.  ✯ ✯ ✯ — Кэтрин, готова ли ты с открытым сердцем пригласить в свое тело ангельскую сущность моей сестры? — спросил Кастиэль, глядя на бледную, хрупкую девочку, которую так и не удалось убедить, что ее жизнь еще может быть прекрасной.  — А вы исполните свое обещание? — закусив губу, спросила Кейти.  — Кастиэль — наш командир, лидер ангельского воинства, — напомнил ей Гадриэл. — И у тебя есть его слово.  — Я понимаю, что ты волнуешься, — мягко проговорил Кастиэль. — Может, желаешь передумать?  — Нет! Я хочу умереть! — она поджала тонкие бескровные губы и глаза ее сверкнули решимостью. — Мне не нужна эта жизнь! Не тогда, когда они все… когда их больше нет.  — Тесса, подойди. — Кастиэль кивнул риперу, и та приблизилась, ласково улыбаясь.  — Здарвствуй, Кейти, — успокаивающим тоном проговорила она. — Меня зовут Тесса, я — жнец. Ничего не бойся! Моя работа — проводить твою душу на Небеса. Как только ты будешь готова.  — Но сначала тебе придется впустить в свое тело Ханну, — снова вмешался Гадриэл. — Помнишь, мы это обсуждали. Она ангел, и ей требуется согласие настоящей хозяйки тела, то есть твое. Без этого она не сможет занять его. И это придется сделать прямо сейчас, потому что как только Тесса коснется тебя, ты будешь мертва. А мертвые не могут дать согласия.  — Я ведь уже согласилась!  — Просто скажи «да». — Кастиэль грустно посмотрел ей в глаза. — И знаешь, мне так жаль. Я хотел бы, чтобы ты осталась здесь и прожила свою жизнь до конца.  — Ну, а я этого не хочу! — почти выкрикнула девушка. — Давайте сюда свою Ханну, пусть забирает мое тело! Я говорю — да!  Мирабель и Бенджамин ввели в палату бледную как смерть Кэролайн, которая согласилась на роль временного сосуда, когда ей пообещали, что это всего на несколько часов.  — Закрой глаза, Кейти, — скомандовал Кастиэль, и девушка поспешно зажмурилась. Яркий свет отделился от губ Кэролайн и устремился к новому телу, в котором Ханне предстоит теперь прожить не один десяток лет. Несколько мгновений спустя, когда светло-серые глаза девушки снова раскрылись, на Кастиэля уже смотрела не она, а его оступившаяся сестра.  — Спасибо, Кэролайн, ты можешь вернуться домой, — ласково улыбнулся он женщине, которая бессильно повисла на руках его бывших сослуживцев. — Обещаю, что больше ангелы тебя никогда не побеспокоят.  — Еще минутку, — вдруг проговорила она и неуверенно шагнула к кровати. — Можно мне попрощаться?  Кас молча кивнул, и Кэролайн приблизилась к Ханне.  — Ты была добра ко мне, — тихо проговорила она, касаясь тонкой руки на постели. — Я этого не забуду. Удачи тебе, Ханна.  И, сморгнув слезы, она бегом кинулась к выходу. Следом за ней палату покинули Бенджамин и Мирабель.  — Действуй, Тесса, — тихо проговорил Кастиэль, отчаянно желая закрыть глаза. Но он не мог — он должен был смотреть, как бы больно это ни было.  — Зачем здесь рипер, Кастиэль? — испуганно спросила Ханна. — Что ты задумал?  — Я обещал тебе, что твое новое тело будет только твоим, — хрипло выдохнул Кастиэль. — И его прежней хозяйке я тоже кое-то пообещал. Сейчас Тесса заберет ее душу, чтобы проводить на Небеса. Не бойся, Ханна, для тебя это не опасно.  Тесса мягко прикоснулась ко лбу девушки и задержала ладонь на несколько секунд. Почти сразу от него отделилась полупрозрачная фигурка и удивленно проговорила:  — И это все? Я думала, будет больно.  — Никакой боли больше не будет, Кейти, никогда — с непередаваемой нежностью проговорила Тесса, раскрывая объятия. — Иди ко мне. Я провожу тебя в Рай, к твоей семье.  На сердце Кастиэля слегка полегчало, когда он увидел, с какой искренней радостью душа девушки устремилась в объятия рипера, чтобы раствориться в них.  — Теперь я доставлю эту девочку домой, — сказала Тесса и тоже покинула больничную палату.  Кастиэль вздохнул и извлек из рукава ангельский клинок. Ханна на кровати испуганно сжалась.  — Может, доверишь сделать это кому-то другому? — сочувственно спросил Гадриэл. — Она была твоим другом.  — Именно потому, что Ханна была моим другом, я и обязан забрать ее благодать сам, — отрезал Кастиэль. — Приговор вынесен, и ждать дольше нет смысла.  — Но… я не хочу! — Ханна дернулась, когда руки Гадриэла прижали ее к подушке. — Я все поняла, Кастиэль! Я раскаиваюсь! — Пока нет, — проговорил он. — Но у тебя будет достаточно времени, чтобы действительно раскаяться. Мне жаль, сестра. Но ты это заслужила.  С этими словами он четким движением рассек ей горло и подставил небольшой флакон под серебристую струйку благодати. А когда вытекла последняя капля, мягко провел по порезу ладонью, залечивая его.  — Я сохраню это для тебя, — пообещал он. — И верну, когда твоя земная жизнь подойдет к концу, если удостоверюсь, что ты выучила свой урок.  — Но… что мне теперь делать, Кастиэль? — всхлипнув, спросила она. — Как я буду жить?  — Хотел бы я сказать, что тебе будет легко привыкнуть, но это не так. — Кас болезненно поморщился. — Поначалу будет очень тяжело, Ханна. Я точно знаю, потому что, когда Метатрон лишил меня благодати, сам прошел через то, что тебе предстоит. Только мне было еще хуже: за мной охотились ангелы. Ты хотя бы от этого избавлена.  — Но… я никогда раньше не…  — Как и я в свое время, — вздохнул Кастиэль. — Я оказался совершенно неподготовленным к физической боли, голоду и жажде, необходимости спать… и многому другому, с чем люди сталкиваются каждый день. Любые чувства тоже будут ощущаться гораздо острее, и поначалу это будет тебя пугать. Поэтому, если позволишь, прими совет: поверь в людей. Они, в большинстве своем, добрые: мне пришлось скрываться среди бездомных, и те делились со мной едой, даже когда самим ее не хватало. Они научили меня выживать: где добыть пропитание, найти безопасный ночлег, как укрываться от непогоды — и многое другое. Если бы не эти уроки, я не продержался бы до тех пор, когда Дин разыскал меня и оказал помощь.  — Я не так сильна как ты, Кастиэль!  — Теперь у тебя есть то, чего никогда не было раньше: осознание собственной смертности, — мягко напомнил Кастиэль. — И в этом ты подобна людям. Пока ты понятия не имеешь, насколько драгоценной представляется жизнь, когда знаешь, что она может в любой момент закончиться. И как закаляют дух телесные страдания. И насколько ценной выглядит даже малейшая доброта, проявленная к тебе. Ты выучишь все это — и сумеешь выжить. Мы с Гадриэлом укрепили твой сосуд благодатью, так что серьезные человеческие болезни ему не грозят. Я верю, что ты справишься. Потому на земле куда больше достойных людей, чем злодеев. И они окажут тебе помощь, если ты найдешь в себе достаточно смирения, чтобы попросить.  — Есть еще кое-что, Ханна, — вмешался Гадриэл. — Девушка, отдавшая тебе свое тело осталась одна на всем свете, у нее нет родственников. Будет лучше, если ты примешь ее личность и будешь жить под ее именем. По крайней мере, это решит твою проблему с документами. И с жильем — хотя бы на первое время. Но работу тебе придется искать самостоятельно.  — Хорошо, что твой сосуд так молод, — добавил Кастиэль. — Легче будет объяснить, почему у тебя нет никакого опыта работы. Мне вот не так повезло…  — И ни в коем случае не говори никому, что на самом деле ты — ангел, — серьезно напомнил Гадриэл. — Вообще не упоминай об этом! Иначе люди могут подумать, что ты сошла с ума и будут тебя сторониться.  — Они… так плохо относятся к ангелам? — удивилась Ханна.  — Большинство из них попросту не верят в наше существование, — пояснил Кастиэль. — А те, кто верят… они просто руководствуются написанным в Библии. Эти люди никогда не встречали ни одного из нас, и не надеются когда-нибудь встретить. Подобно нашей собственной вере в Отца: мы знаем, что он есть — но мы никогда его не видели и, скорее всего, никогда не увидим.  — Я не понимаю, — жалобно проговорила она. — Ведь в последние годы так много ангелов оказалось на земле. Неужели…  — И это хуже всего, — поморщился Кастиэль. — Наши братья и сестры использовали людей, завладевали их телами, рушили их жизни, иногда без зазрения совести убивали… думаешь, у тех, кто и правда видел ангелов, есть хоть одна причина нас любить?  — Тебе легко говорить, Кастиэль, — насупилась она. — У тебя-то были друзья на земле! Ты не остался совсем один!  — Первые пару месяцев мне все-таки пришлось выживать в одиночку, — вздохнул Кас. — А потом да, мне помогли. Те самые люди, которых ты так ненавидишь — они спасли мне жизнь.  — И мне тоже, хотя в какой-то момент я причинил им очень серьезный вред, — добавил Гадриэл.  — Я нашел настоящую семью на земле, и ты найдешь, — твёрдо проговорил Кастиэль. — Если откажешься от мысли, что ты выше людей, что они недостойны уважения и дружбы. Это не правда — и не было правдой даже тогда, когда у тебя была благодать. Полюби людей, Ханна, и они ответят тебе любовью. Тогда ты поймешь, насколько ущербным было твое мнение о них, и насколько пустой была твоя прежняя жизнь.  — Это все только слова! — она поджала губы и во взгляде ее блеснула ненависть. — Винчестеры испортили тебя и…  — Да, кстати об этом. — Кастиэль приложил два пальца к ее лбу и веско проговорил: — Ты никогда не встречала Дина и Сэма Винчестеров. Никогда не слышала их имен, и если когда-нибудь услышишь, они не вызовут у тебя никаких чувств. Просто незнакомцы, такие же, как и все, кто тебя окружает.  Глаза Ханны на мгновение стали пустыми, а когда прояснились, ненависть из них исчезла. Осталась только растерянность.  — Утром к тебе заглянет девушка, Чарли, — сообщил Гадриэл. — Рыженькая такая, и очень шумная. Она хорошая, и страшно переживала за Кейти. Не говори ей, что ты — не она. Лучше постарайся быть с ней милой, и тогда, возможно, у тебя появится первый друг.  «Кас, ты меня слышишь?! — в молитве Дина, ворвавшейся в мозг Кастиэля, звучала почти истерика. — Ты мне нужен! Прямо, нахрен, сейчас! Сэмми окончательно рехнулся и планирует самое настоящее самоубийство! Помоги!!!»  — Я должен идти! — тут же вскинулся Кастиэль. — У Дина случилась какая-то беда. Что-то с Сэмом!  В глазах Ханны не отразилось ни малейшего узнавания, словно она впервые слышала эти имена, но Кастиэль отметил это лишь краем сознания. Мысли его были уже далеко.  — Отправляйся немедленно, — серьезно кивнул Гадриэл. — Я постараюсь сам объяснить Ханне все, что ты не успел. Кастиэль только кивнул и распахнул крылья, стараясь не поддаваться панике.  ✯ ✯ ✯ Он приземлился в зале с картой, и сразу же услышал крики из библиотеки: Винчестеры яростно спорили, и не нужен был даже ангельский обостренный слух, чтобы разобрать то, что они говорят.  — А я сказал, вы не поедете туда одни! — рычал Дин. — Через мой труп, Сэмми!  — Я Сэм! — огрызался младший брат. — И мы с Айлин не беспомощные дети, мы опытные охотники. Так что обойдемся без нянек!  — А кем, по-твоему были Майк и Лорел? — окончательно разозлился Дин. — Мы, может, и не знали их лично, но я много слышал о них! На счету этих ребят десятки уничтоженных монстров, и тем не менее, призрак уложил их обоих! Так что я не хочу через несколько дней получить сообщение, что у Айлин случился сердечный приступ, а ты повесился!  — Ты нас совсем слабаками считаешь? — кипятился Сэм. — Мы, по-твоему, не знаем, как справиться с призраком?  — А по-твоему, Майк и Лорел этого не знали? И все же, они оба мертвы!  — Что здесь происходит? — строго спросил Кастиэль, твердым шагом входя в библиотеку. Все трое людей дружно повернулись в его сторону: донельзя раздраженные, красные от злости Дин и Сэм и хрупкая темноволосая девушка с огромными карими глазами. Кас догадался, что это и есть Айлин — возлюбленная младшего Винчестера.  — Это Кастиэль, да? — проговорила она прежде, чем братья успели сказать хоть слово. Айлин выговаривала слова медленно, проглатывая окончания, и ангел понял, что девушка глухая.  — Кас, слава Богу! — Дин шагнул к нему и быстро обнял, а после так же быстро выпустил, на сей раз не пытаясь затянуть контакт. — Помоги мне убедить этих идиотов!  — Рад тебя видеть, дружище, — кисло улыбнулся Сэм. — На Небесах все в порядке?  — Да, — резко ответил ангел. — Не уходи от темы, Сэм. Я спросил, из-за чего вы подняли тут такой шум.  — Мы с Айлин собрались на охоту, — с вызовом проговорил Сэм. — А у Дина снова включился гиперопекающий режим. Он почему-то уверен, что вдвоем мы не справимся. Как будто это первый призрак, с которым мы столкнулись.  — Он забыл упомянуть, — ядовитым голосом добавил Дин, — что узнал об этом деле от Джоди. После того, как двое других охотников, ее друзья, были убиты этим самым призраком. А это были очень опытные ребята!  — Я хочу знать подробности, — непререкаемым тоном потребовал Кастиэль. Паника, охватившая его после молитвы Дина, улеглась, как только он увидел живого и здорового Сэма, и теперь он был просто зол. — Что ж. — Сэм обреченно вздохнул. — Джоди Миллс… ну, та женщина, которая приютила Клэр…  — Я помню, кто такая Джоди, — перебил его Кас. — Что за призрак?  — Какая-то сущность убивает молодые пары в небольшом семейном отеле «Гарнет» на калифорнийском побережье. Четыре случая за последние восемь лет.  — С Майком и Лорел — пять, — хмуро напомнил Дин.  — Да, теперь пять. — Сэм поморщился. — Джоди лично раскопала наводку на это дело в полицейских базах. Ее внимание привлекло странное поведение местного шерифа, который пытался замолчать последний инцидент, по тихому оформив трупы и отправив их родственникам за счет полицейского департамента. Это было необычно, так что она чуть-чуть копнула — и наткнулась на еще три точно таких же случая в разные годы. Тогда Джоди запросила информацию на шерифа Росса и узнала, что у него есть кузен, владелец того самого отеля. Бравый служитель правопорядка просто помогал родственнику, который лишился бы постояльцев, если бы новость о смертях в «Гарнете» появилась в газетах.  — Все случаи совершенно одинаковые, — уточнила Айлин. — Юные молодожены, женщины скончались от сердечного приступа, а их мужья повесились. Расследований не было, и произойди это единожды, дело не стоило бы выеденного яйца: у молодой жены оказалось слабое сердце, а новоиспеченный супруг с горя наложил на себя руки.  — Но четыре таких происшествия — это уже перебор, — снова заговорил Сэм. — Джоди заподозрила, что тут поработал мстительный дух, и передала это дело Майку и Лорел.  — Я так понимаю, что ваших коллег настигла точно такая же смерть, как и остальных, — утвердительно проговорил Кас. — Они притворились, что женаты, чтобы привлечь внимание призрака?  — Они были женаты, — вздохнул Сэм. — На самом деле. Правда, уже не новобрачные, поженились больше десяти лет назад. Но, прибыв в «Гарнет», изображали из себя молодоженов, приехавших в Калифорнию на медовый месяц.  — А теперь ты собрался сделать то же самое, — нехорошим голосом уточнил Кас. — Прикинуться, что вы с Айлин недавно поженились и позволить призраку напасть на вас? Плохая идея, Сэм.  — Вот, я же говорил! — Дин победно вскинул кулак! — Спасибо, приятель. Этом двум голубкам нельзя соваться туда без подстраховки! Мы с тобой должны поехать с ними.  — А в каком качестве? — на лице Сэма появилось нескрываемое ехидство. — Шафера и подружки невесты?  — Сэм, вообще-то, это может сработать! — когда Айлин торопилась сказать что-то, она проглатывала слова почти целиком, но при этом дублировала свою речь языком жестов. — Они ведь тоже могли бы притвориться парой! Ну, браки среди мужчин сейчас дело обычное, никому и в голову не придет что-то заподозрить. И если они снимут второй люкс для новобрачных…  — Точно, это мысль, — тут же загорелся Сэм. — Там два таких люкса, на одном этаже, друг напротив друга. И смерти случались в обоих. Мы как раз думали, как не допустить, чтобы во второй заселились ничего не подозревающие молодожены. Но если его займете вы двое…  — Вы будете такой милой голубой парочкой! — елейным голоском пропела Айлин.  И Дин, который все сильнее хмурился в последние минуты, когда понял, в какую сторону свернул разговор, наконец взорвался.  — Да ни за что! — прорычал он. — Я не буду притворяться геем!  Кастиэль подавил необъяснимое разочарование, которое всколыхнулось в его груди от возмущенного вопля Дина, и сухо произнес: — Почему? Это было бы логичное прикрытие.  — Ага, конечно! — Винчестер продолжал бушевать. — Мы с тобой будем гулять там, держась за ручки, как два дебила, и все станут смотреть на нас и думать, что…  — А тебе не все равно, что подумают незнакомцы? — голос Кастиэля против воли стал еще холоднее. Он и сам не понимал, почему ему так больно: Дин ведь ведет себя именно так, как следовало ожидать. Но сам факт, что он с такой яростью отвергает идею притвориться парой… Неужели мысль об отношениях с Кастиэлем, даже фальшивых, ему до такой степени отвратительна?  — До незнакомцев мне, конечно, дела нет, но…  — Но все присутствующие уже вполне уяснили, насколько мерзкими ты находишь подобные отношения, — зло заметил Кастиэль. — Так в чем дело, Дин? Обычно ты не видишь в притворстве ничего зазорного. Прикидываешься сотрудником ФБР или других служб без всяких угрызений совести. Что же себя смущает сейчас?  — Кас, дело не в этом… — Винчестер покраснел, как вареный рак. — Я просто…  — Ты позвал меня на помощь, заявив, что твоему брату грозит беда, — с тихой яростью прорычал Кастиэль. — И я предлагаю тебе помощь. Если она не нужна, я вернусь к своим обязанностям на Небесах. Потому что, будем честными, я от перспективы подобного спектакля тоже не в восторге.  — Да блядь! Этот призрак угробил двоих охотников! — снова психанул Дин. — Не беззащитных обывателей, а людей, которые знали, с чем имеют дело и как от этого защититься. Наверняка Майк и Лорел использовали все средства для борьбы с призраками — и все равно погибли. Так что без ангельской подстраховки нам здесь не обойтись!  — Тогда засунь-ка свои комплексы куда подальше и свози Каса в ломбард в Лебанноне, чтобы купить вам обручальные кольца, —  без тени улыбки проговорил Сэм. — А я попрошу Чарли соорудить еще одно фальшивое свидетельство о браке, такое же, как она сделала для нас с Айлин. Настоящую фамилию, конечно, использовать нельзя, она уже стоит в нашем документе, и два пары по фамилии Винчестер будут выглядеть очень подозрительно. Так что второй люкс я забронирую на фамилию Новак.  — Блядь… — Дин обреченно выдохнул, сдаваясь, и едва слышно пробормотал: — Это дело меня убьет.  — Ни в коем случае, — заверил его Кастиэль, который, конечно, прекрасно все расслышал. — Я позабочусь о том, чтобы призрак не добрался ни до одного из вас.  — Я не то имел в виду, чувак, — на Винчестера было жалко смотреть. — Просто…  — Покончим с призраком, и после ты сможешь вдоволь поскорбеть о своей оскорбленной гетеросексуальности, — припечатал ангел. — А сейчас, будь добр, настройся на то, чтобы как можно лучше выполнить работу.  — Или ты можешь довериться нашему с Айлин опыту и просто отпустить нас в «Гарнет» вдвоем, — невинно улыбаясь, проговорил Сэм.  — Ни за что! — руки Дина сжались в кулаки. — Лучше пусть весь мир считает меня геем, но я не допущу, чтобы мой брат так по-глупому умер!  — Конец дискуссии. — Кастиэль обвел холодным, как лед, взглядом всех троих. — Давай поедем и купим эти кольца.  ✯ ✯ ✯ Они погрузились в подготовку сразу, как только отправили Джона обратно в прошлое. Тот крепко обнял обоих сыновей, которые выглядели старше него, но был так очевидно счастлив, что наконец-то снова вернется к собственной жизни с женой и еще нерожденным ребенком, что прощание получилось каким угодно, но не грустным. В последний момент, когда Джон почти шагнул в излучающую ослепительное сияние дверь в 1978 год, Кас прикоснулся к его голове, забирая воспоминания, которых у молодого, еще не потерявшего жену и веру в счастье Джона Винчестера не должно было быть. «Ну ладно, вот это было действительно грустно, — подумал Дин. — Все наши разговоры, кинопросмотры с Чарли, поездка на могилу Генри — он больше ничего этого не помнит». А после закипела работа; сначала Чарли, кривляясь, изрекла: «Властью, данной мне интернетом, объявляю вас мужем — и мужем!» и торжественно вручила им свидетельство о браке, согласно которому они оба теперь носили фамилию Новак, и Дин очень надеялся, что Клэр никогда об этом не узнает. Сэм и Айлин откровенно веселились, глядя на кислые лица новоиспеченных супругов. Вот ведь засранцы! Дин пообещал себе, что по завершении этого дела обязательно придумает, как им отомстить. После Чарли провела какие-то манипуляции с их банковскими картами, объяснив, что «Гарнет» — довольно дорогой отель, и неделя в нем выходит за их кредитные лимиты, которые она ранее установила. То есть, деньги на их картах, конечно, благодаря ее хитрому трюку, постоянно восполняются, но сумму лимита на единовременные траты пришлось серьезно повысить. — Потом я верну все как было, а то кто-нибудь может заметить, — сообщила она, вручая им обновленный пластик и закрывая взломанное банковское приложение. — А пока, сучки, ни в чем себе не отказывайте. Оторвитесь там по полной! — Мы туда не «отрываться» едем, — разумеется, Кас не мог этого не сказать, и разумеется, как всегда показал пальцами воздушные кавычки. — Да ладно тебе занудствовать, чувак! — Дин добродушно ткнул его в плечо. — Жизнь коротка, — наша, по крайней мере. Почему бы хоть раз не позволить себе пожить красиво, даже если это и связано с работой? Мы что, не заслужили неделю в роскошном отеле? — Конечно заслужили, Дин, — тут же согласился Кастиэль. — И это, и даже гораздо большее. Вы столько сделали для мира, и вас даже никто не поблагодарил! — Ой, все! — отмахнулся Винчестер. — Заканчивай с дифирамбами, муж. И поехали охотиться на привидений! От перелета Дин категорически отказался, так что они с Касом погрузили в «Импалу» несколько чемоданов с одеждой, — после настойчивого напоминания Сэма, что никто не поверит, будто счастливые новобрачные отправятся в свой медовый месяц без кучи вещей, — и двинули в Калифорнию. Сэм и Айлин должны были прибыть одновременно с ними, на самолете. Дин пытался настоять на том, чтобы поехать всем вместе, но Айлин была категорична: ради конспирации им следует сделать вид, что две пары, заселяющиеся в «Гарнет» одновременно, незнакомы друг с другом.  — Думаешь, призраку не пофиг? — ворчал Дин.  — Думаю, что мы планируем задавать неудобные вопросы о делах, про которые вроде как не должны знать, — напомнила Айлин. — А у владельцев отеля родня в полиции. Они переполошатся, если мы явимся вчетвером сразу после того, как они замяли гибель очередной пары. Решат, что мы детективы, нанятые родственниками умерших, и выселят нас.  — Ладно, — поморщился Дин. — Но тогда планируйте вылет так, чтобы прибыть чуть позже нас. Не хочу, чтобы вы даже пару часов провели там без прикрытия!  Сидя за рулем и бездумно пялясь на убегающую под колеса дорогу, Винчестер чувствовал, как у него слегка подрагивают руки. Он ни на минуту не переставал чувствовать тонкий золотой ободок на пальце, а блеск точно такого же ободка на руке ангела буквально повергал его в истерику. Что должен ощущать человек, когда ему дают прикоснуться к тому, о чем он не смеет даже мечтать?  Кас хмуро молчал, устроившись на пассажирском сиденье. Ну конечно, он же честно сознался, что тоже не в восторге от роли фальшивого мужа Дина. Вот только сам-то Дин как раз пришел бы в полный восторг — будь все это правдой. А так… Невыносимо!  Весь путь они преодолели за рекордно короткое время: всего за двадцать восемь часов: исключительно благодаря тому, что Кас, не нуждавшийся в сне, на половину пути сменил Дина за рулем. Свернув на подъездную дорожку, ведущую к «Гарнету», Винчестер изумленно присвистнул: «небольшой семейный отель» оказался больше, чем он ожидал. Наверное, в нем одновременно могли бы разместиться человек пятьдесят! Роскошное здание из выбеленного солнцем известняка словно сошло с картинки: окна, вымытые до зеркального блеска, прямо-таки сияли, а изящное, отделанное мрамором крыльцо было украшено вставками из отполированных пластин граната. Очевидно, именно они и дали название отелю.   — Ну, время шоу! — пробормотал Дин, нацепляя на лицо счастливую улыбку и выбираясь из «Импалы», чтобы открыть пассажирскую дверь для Каса. Тот наградил «мужа» недоуменным взглядом и, кажется, собрался напомнить, что вполне в состоянии сам справиться с дверной ручкой. Что было бы некстати: их могли услышать. Навстречу прибывшим гостям уже торопилась сухонькая пожилая женщина. Колечки седых волос, обрамлявшие ее морщинистое лицо, делали старушку похожей на мальтийскую болонку.   «Кас, подобная забота — обычное дело между близкими людьми, — обратился Дин к ангелу в молитве. — Улыбайся, на нас смотрят!»  — Спасибо, дорогой, — слегка повысив голос, проговорил Кас, растягивая губы в улыбке и выбираясь из салона машины. — Мне так приятно, что ты… заботишься.  Маленькая старушка, глядя на них, прямо-таки просияла.  — Вы такие милые! — совершенно девическим голоском прощебетала она. — Вы же Новаки, да? Дин и Кас? Два мальчика, забронировавшие люкс на четвертом этаже в последний момент?  — Это мы! — радостно сообщил Дин, и едва не взвизгнул от неожиданности, когда Кас вдруг по-хозяйски обнял его за талию и притянул вплотную к себе. — А вы, наверное, миссис Росс? — дождавшись ее кивка, он с притворным волнением спросил: — Надеюсь, мы не создали вам проблем поздним бронированием?  — Мы с мужем просто никак не могли определиться, где проведем наш медовый месяц, — своим низким, завораживающим голосом поведал Кас. — Я предпочел бы горы, но он хотел на пляж, и вот мы здесь. Это уступки, на которые мы идем ради любви, верно?  «Мать его за ногу, где он этого нахватался?» — панически подумал Дин, делая над собой усилие, чтобы продолжать безмятежно улыбаться. Что было нелегко: рука Каса всё так же уверенно прижимала его к боку ангела, и сквозь тонкую рубашку Дин отчетливо ощущал жар его тела. Это было так интимно… и так фальшиво!  — О, конечно! — засмеялась миссис Росс. — Не волнуйтесь, мои дорогие, никаких проблем. Одних суток было вполне достаточно, чтобы подготовить люкс к вашему прибытию!  «Да, точно: сменить белье на постели, на которой остановилось сердце Лорел, и заменить карниз, который прогнулся под весом Майка», — подумал Дин. Безмятежно-ласковая улыбка старушки начала его раздражать.  — Вы, мальчики, наверное устали с дороги, — участливо проговорила она. — Шутка ли, так много часов за рулем.  — Дин просто не вынес бы расставания со своей машиной, — с легкой ухмылкой, словно делясь секретом, заявил Кас. — Думаю, он любит ее больше, чем меня.  — Но в нашем свидетельстве о браке указано именно твое имя, милый, — парировал Дин. — И да, если вам не сложно, миссис Росс, я бы с радостью прошел в наш номер и отдохнул.  Они подхватили свои чемоданы, отказавшись от услуг носильщиков: не хватало еще, если их вещи случайно уронят, и замки раскроются. Трудновато будет объяснить наличие в багаже «счастливых новобрачных» винтовок, железных ломов и нескольких фунтов каменной соли.  Когда миссис Росс проводила их до дверей и удалилась (но не раньше, чем многозначительно подмигнула и пожелала очень приятного отдыха!), Дин упал на кровать и простонал:  — Бляяяядь! Я слишком стар для этого дерьма!  — У тебя болит спина после долгой поездки? — обеспокоенно спросил Кас. — Если хочешь, я уберу боль.  «Еще расслабляющий массаж предложи, засранец!» — раздраженно подумал Дин, но вслух сказал другое: — С моей спиной все нормально. А что за спектакль ты там устроил? «Уступки ради любви», прилюдные обнимашки и прочее слащавое дерьмо?  — Просто играл свою роль, — Кас равнодушно пожал плечами. — Мы ведь хотим, чтобы они поверили в наш брак?  — Черт бы это всё побрал… — Винчестер устало прикрыл глаза. — Я, наверное, и правда посплю. В машине не удалось толком отдохнуть. Напиши Сэму, что мы на месте, ладно? И как только они прибудут, сразу разбуди меня.  — Конечно, Дин, — голос Кастиэля сделался мягким. — Отдыхай, я присмотрю за тобой.  ✯ ✯ ✯ Сэм и Айлин прибыли под вечер. Получив сообщение от брата о том, что они уже заселились во второй люкс, Дин немедленно кинулся к двери, чтобы пересечь коридор, но Кас преградил ему дорогу и положил руку на плечо. Через секунду они оказались в номере Сэма.  — Я подумал, что кто-нибудь может заметить, как мы заходим сюда, — спокойно заявил Кас в ответ на раздраженное шипение Дина: «Какого черта, чувак!»  — Да, лучше бы, чтобы пока никто не видел нас вместе, — согласился Сэм. — Потом мы, конечно, «познакомимся» — в ресторане или на прогулке по пляжу. В конце концов, почему две пары, проводящие здесь медовый месяц, не могут подружиться?  — Но не раньше, чем через пару дней, — напомнила Айлин. — Пусть сначала решат, что мы безобидные молодожены.  — Да уж, ты повела себя очень «безобидно», когда прямо с порога начала спрашивать миссис Росс, точно ли в нашем номере никто никогда не умирал? Напугала старушку до полусмерти, она не чаяла, как сбежать от твоих расспросов!  — Я притворилась нервной особой, — с ухмылкой пояснила Айлин. — Мол, я боюсь, что если в этом номере когда-то случилось что-нибудь плохое, то наша семейная жизнь точно не будет счастливой! А Сэм был на высоте: гладил меня по плечу и виновато улыбался: дескать, вот такая у меня жена суеверная, что с ней поделаешь.  — И что миссис Росс ответила? — спросил Дин.  — Что мы и ожидали: «Не волнуйся, моя милая, за всю долгую историю нашего отеля эти стены видели исключительно любовь и счастье», — фыркнул Сэм. — Наивно было ожидать, что она вот так просто все выложит, да? Учитывая, сколько усилий они приложили, чтобы скрыть… происшествия с гостями.  — Даже если Россы и догадываются, что в отеле живет мстительный дух, они вряд ли сознаются, — пожал плечами Дин.  — Я следила за реакцией старушки, когда спрашивала, — сообщила Айлин. — Не думаю, что она знает про призрака. Скорее всего, Россы списывают все смерти на злосчастное стечение обстоятельств. Эта женщина… выглядела такой невинной! Испугалась моих вопросов, конечно, но только потому, что не хотела признаваться, что тут действительно умирали люди. А не потому, что ощущает какую-то вину за их смерти. — Я мог бы заглянуть в их разум и выяснить, что они знают, — предложил Кас.  — Не вздумай, чувак! — Дин испуганно замахал руками. — Вспомни, что ты сделал с мозгом Метатрона! Нет уж, вредить старикам мы не будем. — Дин, если я прочитаю только те мысли, что на поверхности, то Россы совершенно не пострадают, — напомнил Кас. — Все равно нет! — отрезал Винчестер. — Постараемся сами все выяснить.  — Я вчера весь день изучал историю отеля, и нашел одно большое и жирное ничего! — вздохнул Сэм. — Джоди тоже подключилась, проверила по полицейским каналам всю подноготную «Гарнета». Супруги Росс владеют этим местом больше двадцати пяти лет, но смерти начались лишь восемь лет назад. Прежние владельцы мирно отошли от дел, передав бизнес наследникам — и доживали свой век в другом штате. Я хочу сказать, тут похоже вообще никто никогда не умирал. Ну, кроме тех несчастных.  — Что насчет первой погибшей пары? — уточнил Дин. — Может, их смерти действительно были естественными, но один из них, например, муж-самоубийца, задержался здесь и убивает других молодоженов, таких же, какими были они?  — Майк и Лорел уже отработали эту версию, — объяснил Сэм. — Первые погибшие, Шарль и Жульетт Клеман были французами, решившими провести экзотический медовый месяц в Штатах. Родственники, с которыми связалась местная полиция, оплатили кремацию и доставку урн с прахом в Марсель, откуда эти ребята были родом. Правильное решение: переправка тел получилась бы куда сложнее и дороже.  — Значит, ни он, ни она не могут быть нашими клиентами, — вздохнул Дин. — А жаль, такая хорошая версия была! Разве что здесь остались какие-нибудь вещи этих французов?  — Весь их багаж был упакован и тоже отправлен во Францию, — покачал головой Сэм. — Семья прислала подробный перечень всего, что бедняги привезли с собой. Возможно, конечно, они успели тут купить какие-нибудь сувениры, про которые родственники не знали и не затребовали их возврата, но призраки обычно цепляются только за значимые вещи. Так что и тут — мимо.  — Раз история отеля не дала никаких зацепок, то завтра утром мы с Сэмом отправимся «осматривать достопримечательности», заглянем в городской архив и выясним, что было на этом месте раньше, — заявила Айлин. — Тем временем вы двое по пошатайтесь по «Гарнету», вдруг что-то полезное узнаете. А сейчас нам всем надо отдохнуть. Признаться, я с ног валюсь.  — Окружите кровать железной цепью, ребята, — посоветовал Дин.  — Так и сделаем, — кивнул Сэм. — Хотя ни в одном из пяти случаев призрак не нападал на постояльцев в первую же ночь. Как правило — на вторую или третью.  — Все бывает в первый раз! — поджал губы старший Винчестер. Он хотел было предложить остаться на ночь в одном номере, чтобы Кас мог охранять всех троих. Но увидел, как Сэм и Айлин смотрят друг другу в глаза — и передумал. Самое последнее, что нужно мелкому, когда он оказался в люксе для новобрачных с девушкой, в которую влюблен — это присутствие старшего брата.  — Не волнуйся, Дин, — успокоил Кастиэль, догадавшийся о внутренних мучениях своего человека. — Мне не нужно спать, и я почувствую призрака, если он появится. И моментально прибуду на помощь.  — Спать-то тебе не нужно, конечно. — Сэм вдруг странно улыбнулся. — Но если ты вздумаешь проводить ночи в кресле, горничные это заметят. И решат, что влюбленная парочка поссорилась. Вам нужны разговоры про «проблемы в Раю»?  — В Раю в данный момент нет особых проблем, — пожал плечами Кас.  — Так обычно говорят, когда любящие супруги ругаются между собой. — Айлин скопировала загадочную улыбку Сэма и втихаря подмигнула своему парню. — Ничего общего с настоящем Раем, ну… который на Небесах. Вы ведь не хотите, чтобы прислуга отеля косилась на вас и гадала, почему новоиспеченные мужья не спят вместе?  — Довольно! — рявкнул Дин. — Никаких сплетен не будет. Кровать в люксе достаточно большая, и мы с Касом вполне поместимся там вдвоем, даже не касаясь друг друга.  — Если ты так говоришь, Дин, — бесстрастно кивнул Кас.  И Винчестер позволил ему перенести себя в их номер, понимая, что его ждет чертовски сложная неделя.