Омеги семьи Мин

      Как только Чимин переступает порог дома Минов после тяжёлой субботы, которая выдалась муторной и долгой, потому что делал причёски всем детям на дне рождения семилетнего виновника торжества, Юнги тут же протягивает ему совершенно новые тапочки: милые, пушистые, приятного голубого цвета с облачком по бокам. Чимин недоумевает. Снова.       После групповой пьянки прошла неделя и один день, а Юнги почему-то начал слишком сильно заботиться о Чимине. Даже не заботиться, а, скорее, опекать. С размахом и в лоб. То купит ему новую одежду, то всякие крема для лица и тела, и не какие-нибудь, а дорогие. Не люкс, конечно, но они очень подошли омеге, и уже не виден месячный отпечаток на коже без них. То отдаст последний кусок мяса или сладости со стола во время ужина или завтрака, совсем вгоняя Чимина в густую смущённую краску. Неловко перед остальными. Иногда Юнги даже первый пробует любую жидкость от бабушки, чтобы снова не напоила. Мало ли. Это ужасно смущает и заставляет удивляться до крайнего потрясения. Мало того, что заботился об омеге во время его похмелья, так ещё и это!       Почему вдруг альфа ведёт себя так по-особенному? Нет, Чимину, с одной стороны, безумно приятно и лестно получать повышенное внимание от Юнги, но с другой, жутко. Не знает, как к этому относиться, а то слова «Спасибо», «Не стоило», «Может, не надо?», «Ну не надо!» стали употребляться намного чаще, чем «Добро пожаловать!» на работе.       — Спасибо, Юнги, — устало выдыхает Чимин, ныряя в эти пушистики и ощущая, как мягкая ткань приятно обволакивает усталые ступни. Так приятно!        Чимин улыбается, направляясь по коридору в гостиную и ощущая себя, будто плывёт по облакам. Жаль на работу в таком не пойдёшь, Чимин бы походил в них всю оставшуюся жизнь. Безумно мягко и приятно!       — Очень лёгкие и мягкие, спасибо, Юнги! — светится Чимин, вызывая каплю гордости и трепет насекомых в животе, а также мгновенную довольную улыбку.        — У тебя теперь много работы, носи их почаще, — умиляясь яркой улыбочке напротив, отвечает Юнги. Становится чрезвычайно хорошо в душé, что снова порадовал омегу.        Бабушка, в качестве извинения за то, что напоила их, нашла Чимину много новых клиентов, среди которых большинство — дети. Но, как она мудро выразилась, у детей волосы растут быстрее и, соответственно, денег будет больше.       После той злополучной ночи в сарае, про которую омеги ничего не помнят и просят не напоминать, так как им стыдно, что повелись на бабушку Чиу как дети малые, Юнги, например, понял, что влюбился. По уши. В это очаровательное создание из Пусана. Поэтому все силы отдаёт, чтобы облегчить омеге пребывание в его доме.        Начал наблюдать и замечать, что Чимину нравится, что ему сейчас нужнее, и в каком настроении он пребывает, чтобы улучшить его или сохранить.        Надо признаться, для него это тоже не легко, но думая, что делает приятное парню, который заставляет его с удовольствием просыпаться каждый день, это меньшее из того, что он должен. Пока склонять Чимина к романтическим отношениям Юнги не спешит. Успеется, думает он.       А Намджун после той ночи уже не смотрит на Сокджина, как на своего вечного босса. Понял, что это не только простой парень, у которого тёмная полоса в жизни, но ещё и прекрасный, трудолюбивый омега. И даже по инициативе Сокджина уже перешли на неофициальное общение.       Конечно, ведь Намджун помог ему восстановиться от похмелья после пьянки, которое длилось почти два дня. Убойный, надо признаться, соджу у бабушки.       Сокджину крайне нравится неловкая забота Намджуна. Его бережные прикосновения и слова, которых ему не хватало так долго. Чем он хуже того же самого Чимина, которого уже с первой минуты пребывания здесь стали называть по имени и «золотой»? Да и Тэхёна все привыкли называть «крошкой». А он только-только превратился в Сокджин-и. Во многом благодаря бабушке конечно, которая в качестве извинения огородила его от всяческой работы и позволяла бездельничать дни напролёт, ласково называя по имени. Но ему быстро наскучило ничегонеделание, да и нанятые работники как-то не так всё делали, как привык он. Поэтому скоро всё вернулось на круги своя.         Тэхён же, обнаружив себя утром в объятиях младшего альфы семьи Мин, до сих пор притворяется, что этого не было. Но профилактический удар в солнечное сплетение Чонгуку подарил, чтобы руки не распускал. А в слова, что он сам его не отпускал — не верит. В жизни ни одного альфу Тэ не просил обнять себя! Пускай не врёт! И продолжает ходить к родителям, которые уже приступают к озеленению своего двора.        Непривычно видеть отца с садовой лопаткой и в плетёной шляпе. Однако Тэхёну очень нравится. Хоть отец ничего не говорит, одаривая привычным неприступным и хмурым взглядом каждый день, он понимает, что лёд тронулся. Ждёт не дождётся заговорить с ним уже по-человечески.       — Моя подруга внезапно уезжает в Сеул, а правнука не может взять с собой. Его оставить не с кем, вот я и подумала, что вы можете за ним присмотреть, — совершенно невинно улыбается Чиу, любопытно оглядывая омег за столом, которые поднимают негодующие и удивлённые глаза на неё.       Сейчас все собрались за ужином. Юнги уже привычно накладывает Чимину всего и побольше, заставляя того усиленно краснеть щеками. Чимин в жизни не переедал так, как за последнюю неделю. Надо как-то прекращать всё это дело, иначе растолстеет ещё.       — Я не могу, — сразу выпаливает Сокджин, так как понятия не имеет, как за детьми смотрят и ухаживают. — Завтра я работаю на поле, — уверенно бормочет он, выдержав пытливый взгляд бабушки. Привык.       — Я тоже. Мы с родителями будем сеять семена и ещё у нас куча дел во дворе, — тут же за старшим омегой восклицает Тэхён. Тоже не намерен проводить время с ребёнком. Где он и где дети? Между ними расстояние, как от Земли до Нептуна.       — Вот и договорились! Чимин-и до обеда, Тэхён-и с обеда до ужина, а после — Сокджин-и! — поставив жирную точку, Чиу радостно уходит из-за стола под недоумëнные взгляды.        — Бабушка! У Чимина завтра единственный выходной… — гневно начинает Юнги, как маленькая рука дёргает за его локоть, заставляя замолчать и обернуться. Затем он и вовсе натыкается на большие просящие глаза, которые сияют уверенностью.       — Всё в порядке, я присмотрю за ребёнком, — ласково улыбается Чимин, ещё больше смущаясь от любопытных взглядов за столом и Юнги, буравящего его слишком сияющими глазами. Что не так с этим альфой? Почему смотрит так, будто видит чудо, не иначе? У Чимина аж мурашки по телу.       Конечно, Юнги весь светится из-за его хоть и секундного прикосновения, но таки успевающего вызвать бешеное сердцебиение. Маленькая загорелая рука на фоне его белоснежной кожи так красиво смотрится. Дух захватывает.

***

      — Здравствуйте! — как только омеги спускаются на завтрак, видят светлого мальчика лет пяти-шести, стоящего в коридоре и кланяющегося всем корпусом, сражающего их наповал своим чистым и открытым взглядом наивных глаз. А когда тот расплывается в широкой милой улыбке — заставляет всех умиляться.       Точно! Это должно быть внук подруги Чиу! А они уже и запамятовали. Какое там было расписание?       — О! А вот и твои няньки на сегодня, — слышится весёлый голос Чиу из кухни, потом показывается и сама, держа в руках поднос с полезными угощениями. — Познакомьтесь, это наш сосед!       — Зовите меня просто Ёнджун, — ещё раз уважительно кланяется мальчик, вызывая умиление в омегах.       — Он глухой омежка, поэтому носит слуховой аппарат, но уж очень он смышлëный мальчик, — уже совсем тихо проговаривает Чиу, а парням становится неловко и ужасно жалко это бедное создание.        У Чимина даже глаза сразу увлажняются и он обещает себе, что постарается хорошо провести с ним время. А Сокджин и вовсе глотает вязкую слюну, чувствуя ужасную несправедливость. Почему совсем невинный мальчик должен страдать уже в таком юном возрасте? Однако, спешно поклонившись ему, выбегает из дома. Сердце теперь не на месте. Да и завтракать нет желания.        Намджун впопыхах хватает со стола всё, что попадётся и бежит за Сокджином, не понимая, что могло произойти.       Тэхён же радостно представляется раннему гостю и пожимает маленькую ручку, умиляясь, как крохотно она смотрится в его ладони. Где-то в груди внезапно начинает расти что-то тёплое, похожее на воздушное сладкое облако, и он не хочет уходить, желая провести время с мальчиком. Но родителям тоже надо помочь, ведь уже обещал. И Тэхён решается, чем быстрее закончит с ними, тем быстрее проведёт время с милым мальчиком.       За завтраком новый обаятельный знакомый ведёт себя крайне воспитанно и уважительно, зарабатывая ещё один способ растопить сердца омег. Такой весь миленький и славный, аж хочется всего затискать и зацеловать. Его пухлые румяные щёки так забавно двигаются каждый раз, когда он жуёт еду, что заставляет омег без конца пялиться.        — Ну, я пошла по срочным делам, вернусь не скоро, — заявляет Чиу уже на пороге, а Чимин с Тэхёном испуганно переглядываются. В жизни не оставались с ребёнком одни. Однако делать нечего.       — Оу, у нас уже гости? — приходит сонный Юнги и мягко улыбается Чимину, который тоже тянет уголки губ вверх, быстро отворачиваясь от притягательного вида альфы и сосредотачиваясь на мальчике. Как он мог забыть? Юнги сегодня работает только вечером, и видать никуда не собирается уходить.       Тэхён убегает к своей семье, сказав, что постарается прийти побыстрее. И они остаются наедине.       Мальчик заканчивает завтракать, а Чимин ощущает пронзительный взгляд Юнги на своей спине, поэтому спешит:       — Не хочешь пойти на улицу и поиграть? — интересуется у Ёнджуна, который только мотает головой.       — Я хочу читать книжку, — Чимин удивлённо берёт его за руку и ведёт в гостиную. Такой маленький и уже хочет читать книги. Похвально.        Отдав ему найденную детскую книгу, он нехотя уходит мыть посуду, так как там Юнги, который снова будет пялиться, но внезапно обнаруживает его уже стоящим возле раковины.       — Я сам здесь приберусь. Можешь идти к пареньку, — понимающе улыбается Юнги, надевая перчатки.        Что ж, Чимин бесконечно рад этому и, поблагодарив его, вприпрыжку возвращается в гостиную. Мальчик тихо сидит на диване и читает. И он решает посмотреть пропущенные серии дорамы. Всё не было времени из-за работы.       Время идёт. Юнги куда-то уходит, Ёнджун так же старательно и вдумчиво читает книжку, а Чимин спокойно досматривает последнюю серию, как заходит запыхавшийся Тэхён, держа в руках пакетик.       — Я вернулся! Моя очередь сидеть с Ёнджуном, — очень довольно голосит Тэ. Что-то слишком рано он пришёл. — Вот, я принёс тебе шоколадки и мороженое!       Тэхён правда старался закончить быстрее, но лишь всё портил. Саженцы сломал, газон затоптал и чуть отца не сшиб лопатой. И папа его выгнал, сказав, приходить завтра. Вот он и прибежал к мальчику, который никак не хотел выходить из его головы. Даже заскочил в продуктовый за гостинцами для него.       — Мне нельзя сейчас. Можно только после обеда, — немного расстраивая Тэхёна, деловито бормочет гость, но улыбается так невинно и мило, отчего хочется его зацеловать в обе щёчки.       — Ладно, тогда отложу их на потом, — не унывает Тэ. — Не хочешь поиграть, Ёнджун-и?        Чимин умиляется их общению. Тэхён ведёт себя так, как будто уже давно знаком с мальчиком и это так мило, поэтому не мешает им, предпочитая роль наблюдателя. А когда эти двое наконец выходят на улицу, Чимин решает приготовить обед. Настроение хорошее, да и ребёнок оказывается не проблемным. Даже умненьким, вон, книжку успел почитать.       Из открытого окна на кухне слышится весёлый смех Тэхёна и Ёнджуна, заставляя улыбаться его тоже. Чимин наслаждается полным одиночеством, ведь это крайне редкая возможность в доме Минов. Хоть он их всех полюбил, всё же иногда хочется побыть одному.        Приготовив обед в полной тишине, Чимин решает замариновать мясо к ужину. Всё же любит он готовить. Сегодня воскресенье, значит Мины устроят гриль-ужин. Хоть у бабушки есть свой фирменный способ мариновать мясо, Чимин тоже хочет внести свой вклад. Лишь надеется, что Чиу одобрит.       — Ёнджун хочет мороженое! Да и я тоже, а ты будешь? — тараторит подошедший развесёлый и мокрый Тэхён, заставляя омегу вздрогнуть.       — Да. А что это с тобой? — улыбается Чимин, взяв протянутое эскимо.       — Мы друг друга водой из шланга поливали, — довольно тянет друг и выбегает обратно на улицу, словно шкодливый ребёнок, оставляя его отдыхать за столом.       Спустя секунду из окна до Чимина доходит очень взволнованный голос Тэхёна, который буквально минуту назад был самым счастливым парнем. А теперь громко и обеспокоенно зовёт мальчика по имени. Чимин решает узнать, что могло у них случиться.       Стоит ему выйти, как налетает напуганный Тэхён с растаявшим мороженым в руках.       — Ё… Ёнджун пропал, — севшим голосом проговаривает омега, заставляя испугаться его не на шутку.       — Как пропал? — таким же голосом интересуется Чимин, роняя эскимо на крыльцо.       — Я… я всего лишь оставил его на одну минуту… за мороженым и… а его…       Чимин складывает воедино его обрывистые слова и догоняет. Мальчик исчез, когда Тэхён заходил за мороженым?       — Чимин, я боюсь. А вдруг он…       — Нет! Мы его найдём! Давай поищем его по всему двору. Смотри в каждую щель и кустик, понял? — Чимину не нравится расклеенное состояние Тэхёна, поэтому держится за двоих, не позволяя эмоциям взять верх.       — И это… — показывая слуховой аппарат мальчика, дрожит Тэхён.       — Зачем он их снял? — злится Чимин. Теперь искать становится труднее, ведь мальчик не слышит их — не отзовётся.       — Мы же игрались с водой… — виновато лепечет Тэхён, опуская голову.       Злостью не поможешь в этой ситуации, поэтому Чимин успокаивает себя, как только может:       — Ёнджун не мог далеко уйти. Идём искать, — мягко проговаривает он. Тэ только кивает в ответ, убегая в дальний угол двора и начиная проверять каждую травинку.        Проходит достаточно времени. Тэхён уже плачет, а Чимин недалёк от истерики. И тут приходит Юнги с полными пакетами, сияя широкой улыбкой. Но увидев состояние омег, вмиг хмурится. Не нравится ему, когда Чимин грустный:       — Что-то случилось?       Как же стыдно! Как ему в глаза теперь смотреть? Чимин лишь глотает мешающую слюну и решает признаться, вдруг альфа поможет.       Узнав правду, Юнги обнимает сникшего Чимина, который с готовностью прижимается в ответ. Сейчас как никогда вовремя эта ласка:       — Вы проверили его дом?       — Нет. Мы не знаем его адреса, — уже всхлипывает Чимин, оказавшись в тёплых, надёжных объятиях.       — Идём. А ты, Тэхён, оставайся здесь, на всякий случай, — командует Юнги, взяв Чимина за руку.        Хорошо, что дом мальчика оказывается недалеко. Всего лишь через два дома. И как только они заходят во двор, видят Ёнджуна, спокойно играющего на самодельной песчаной площадке.       — Ёнджун! — громко радуется Чимин, подлетая к мальчику и хватая его на руки.       — Дядя Чимин?! — выпучивает тот глазки и почти кричит, обнимая его за шею. Точно! Ведь у малыша нет слухового аппарата, поэтому и разговаривает так громко, доходит до старшего омеги.       Чимин целует и обнимает мальчика как-то слишком сильно, отчего тот начинает дёргаться в его объятиях:       — Прости. Идём к нам, — бормочет он, облегчённо выдыхая и не выпуская Ёнджуна из рук. — Спасибо тебе, Юнги. Нам нет прощения, мы не уследили за малышом.       — С ним же всё в порядке, но… бабушке лучше не стоит говорить, — ободряюще улыбается Юнги, потрепав мальчика по волосам.       Правда, Юнги не успевает вникнуть в ситуацию, так сказать, да и быстро находят потеряшку, но одно знает наверняка — Чимина надо порадовать, поднять его настроение. Как раз за этим он и ходил: покупал ему вкусняшки и милую голубую пижаму в белый горошек. А также сменные футболки, которых за неделю и так накупил достаточно. Юнги может себе позволить.        Тэхён от радости аж подпрыгивает, увидев потеряшку, и снова плачет, но на этот раз, от счастья. Аккуратно берёт мальчонку из рук Чимина и тут же обнимает его, начиная словесный понос о том, как он переживал.       — Тэ, он тебя не слышит, — Чимин останавливает его, умиляясь с реакции. Будто Тэхён папа Ёнджуну. Так мило беспокоится.       — Это хорошо. Наговорюсь и надену, — бурчит Тэ, продолжая мило ругаться, и садится на крыльцо со своей ношей, который только мило хлопает ресницами.       — Чимин-и, ты наверное так распереживался, идём, — Юнги аккуратно тянет его в дом, схватив свои пакеты, небрежно лежащие на земле.       Чимин подчиняется. Эта короткая сумятица отняла у него слишком много сил, что уже хочется спать, а ведь ещё даже не обедали.       Юнгр приводит его в свою комнату, немного волнуясь и представляя реакцию омеги. Усадив Чимина на кресло, начинает неспешно выуживать вещи из пакетов и отдавать их прямо в его руки. Чимин, смотря на всё это, лишь удивляется ещё больше. Ему приятно, правда, но…       — Почему ты это делаешь, Юнги? Ты и так сделал для меня очень много, я в жизни с тобой не расплачусь, — тихо, но уверенно возмущается Чимин, поглаживая новую футболку пастельно-розового цвета.       Юнги не такого ожидал, конечно, но даже и не думает обижаться. Лишь подходит ближе и садится перед ним на корточки, любуясь алеющими щеками:       — И не надо расплачиваться. Я это делаю, потому что хочу. Хочу, чтобы ты не нуждался ни в чём, пока живёшь здесь, — Чимин отчаянно краснеет, не понимая такого особого отношения к себе. И не может поверить, как же ему повезло встретить Юнги, который теперь ещё и балует его. Это черта всех Минов, кажись, которые оказались замечательными людьми и не упускают возможности всячески баловать Чимина.       — Но я тоже хочу сделать тебе что-то приятное, — бурчит Чимин в ответ, не желая долго сидеть в молчании, так как начинает откровенно любоваться открытым и искренним взглядом тёмных глаз напротив.       — Просто прими всё это, — улыбается Юнги, взяв его руку в свою, вызывая в Чимине чрезмерно быстрое сердцебиение. Как Юнги может быть таким неприлично нежным?        Они бы ещё долго сидели и пристально смотрели в глаза, почему-то в этот раз не смущаясь ни разу. Будто смотрят прямо в души друг друга, находя всё больше красоты, и невероятного ощущения тепла. Но их гляделки внезапно прерывает крик Ёнджуна с первого этажа, и они мигом спускаются туда.       Оказывается эта неугомонная парочка теперь решила поиграть в приставку дома. А Юнги впервые хочется наподдать омегам за то, что разрушили такой момент с Чимином. Возможно, дело дошло бы и до… поцелуя?        — Спасибо! Я всё приму, — Чимин неожиданно шепчет ему в самое ухо, пропуская разряды тока по его позвоночнику. И улыбается так, что глазки превращаются в милые полумесяцы.       Возможно, поцелуй случится совсем скоро, если этот невыносимый омега не перестанет так прелестно реагировать на его подарки.       Когда все, кроме Намджуна и Сокджина, собираются за обедом, они всё же признаются в своей неудаче с внуком подруги Чиу, а в ответ получают лишь короткое: «Ох, но всё же обошлось!». И им становится лучше, ведь омеги не знали, как отреагируют Мины. Оказывается, как всегда — понимающе и добродушно.       — Я вот своего ребёнка посажу на цепь, если будет таким же, как этот омежка, — поедая десерт, многострадально бурчит Тэхён.        — Я вообще из дома не выпущу. Это же ещё не мегаполис, а представь, если бы потерялся в большом городе? Даже знать не хочу, — очаровательно вторит ему Чимин. Сегодня с него достаточно потрясений.       — Ага. Я даже представлять не хочу, — скривив лицо в отвращении, отвечает Тэхён.       А на другом конце стола бабушка Чиу радостно потирает ладони, хваля своего маленького партнёра. Вот молодец! Омеги заговорили о детях!

***

      — Как договаривались, бабуль, гони семь тысяч вон, — голосит маленький Ёнджун, протягивая ладонь. Уже вечер, а они прощаются возле дома Минов, пока бабушкина подруга идёт к ним за внуком, радостно махая рукой.       — Мелкий, а уже хваткий! Молодец. Был бы ты моим внуком. Эх! — радуется Чиу, положив купюры в ладошку. Пацанчик свою работу выполнил на ура.       — А? — внимательно следя за её губами, спрашивает Ёнджун.       — Иди уже, вымогатель маленький! И не забудь поменять слуховой аппарат, — ворчит она, умиляясь с маленького бизнесмена.       — А?       Бабушка Чиу терпеливо машет ему рукой, давая понять, что прощается. Ёнджун тут же уходит к своей бабушке, хватая её за руку. А Чиу шлёт подруге благодарный воздушный поцелуй за «аренду» маленького внука.       Что там дальше по списку? Приобщить внуков и омег к общению с детьми! Чиу знает, что делать дальше!