Морфо

«Вас приглашают на повторное собеседование в компанию Франке. Среда, 9:00. Переведите часы и не опаздывайте.» Получив такое сообщение во вторник в 11:45, после бурной ночи, отзывающейся в организме похмельем от виски, невольно начнешь экстренно собираться, не поняв что сейчас не тот день. Вот и Виктор понял это слишком поздно, уже успев пролить на себя кипяток, пытаясь заварить кофе, ударившись о тумбу, которую тот все никак не может отодвинуть подальше от двери, и нервно натягивая не тот ботинок на ногу. Лишь тогда, когда был завязан шнурок, Виктор заметил, что на календаре вторник, а не среда, и все его страдания были напрасны. С громкими ругательствами, повредив тумбочку у двери в очередной раз, ботинки были сняты, а пальто откинуто на вешалку. Похмелье вернулось. Хотелось пить, спать и лежать. В такие моменты Виктор клялся себе, что больше и капли в рот не возьмет, прекрасно понимая, что еще один такой отказ в работе и очередное разочарование, и пьянки в дешевых барах, запивание своих чувств и агрессия вернуться с новой силой. Как и похмелье. А пока оставалось восстанавливать память, приводить себя в порядок и думать о «Морфо». О Бьорне точнее. Имя Виктор заполнил и только сейчас выводил каллиграфически его имя в дневнике под записью «Морфо». Тогда и наступило прозрение, когда Виктор вдруг вспомнил не только имя своего собутыльника, но и фамилию – Франке. Тот самый Франке, к которому Виктор так старался попасть на работу. Тот самый Франке, на которого Виктор жаловался и материл его самыми неожиданными словосочетаниями был прямо перед ним. И этот же Франке позвал его на работу. Точно он лично – упомянул часы, про которые Виктор рассказывал Бьорну. Он либо мазохист, либо просто издевается. Ни один нормальный работодатель не даст даже шанса тому, кто так напивается и поливает его же грязью. Но тем не менее - приглашение есть и Виктор решил для себя, что если его не возьмут, то он хотя бы узнает, для чего Бьорн его вызвал. Часы показывали 14:22, Виктор не покидал квартиру. До сих пор он, сидя на кухне, выводил в своем дневнике рисунки голубых бабочек, рядом с портретом Бьорна. Странное чувство не покидало его. Виктор знал, как чувствуют ненависть, радость, страх и брезгливость, думал, что знает, как ощущается любовь, но то, что чувствовал он сейчас – не имело названия. Грызущее изнутри волнение, интерес в перемешку с какой-то агрессией без видимой на то причины и вовлеченность. Он никак не мог прекратить рисовать бабочек. Звукоизоляция ту ни к черту. В коридоре громко хлопнула дверь, Виктор слышал крики и ругань парочки по соседству. «Видимо снова ушел» - думал он, поглядывая на дверь и слыша лишь злобные вопли соседки, а затем очередной хлопок двери, которая еще немного и слетит с петель. Хлопки отвлекли его от рисования, заставляя посмотреть на время и понять, что он не ел со вчерашнего утра, и то, лишь кофе. Свет от холодильника заставил поморщиться. В нем лишь помятый жизнью помидор и скисшее молоко, что желудок Виктора совсем не радовало. Пришлось искать заначку. И с большим усилием и маленькими монетками, но Виктор наскреб приличную сумму на сносный ужин. Осталось лишь сходить в магазин. О чем Виктор тут же пожалел, лишь высунув нос из двери. Холодно. Днем хоть и было достаточно тепло и светило солнце, но под вечер, еще и на севере, тут ужасно холодного, особенно для Виктора, что вырос в теплых краях, где осень начиналась благо в ноябре. Пришлось искать еще и шарф. Морщась от холода и ветра, смахивая набежавшие слезы, Виктор все же добрался до заветного теплого магазина, в котором наконец можно было и руки из карманов высунуть и очки нормально поправить. Во вторник вечером тут не так много народу, так что можно было и разгуляться. Магазины, кажется, везде одинаковые. Встречающий отдел с фруктами и овощами, в больших коробках еще продавались большие и сладкие арбузы с дынями, в холодильниках грибы и салаты, дальше кошачий и псовый корм, соседствующий с отделом бытовой химии, и наконец самый манящий отдел свежей выпечки, где еще горячие булочки со шпинатом, пончики и багеты призывали потратить еще больше запланированных денег. Каждый раз проходя мимо выпечки, Виктор поджимал губы, задерживал дыхание и старался даже не смотреть в сторону своих любимых булочек со шпинатом, которые он, конечно, мог себе позволить, но лишился бы макарон на следующий день. Быстро проходя мимо и подбирая слюни, он оказался в нужном отделе круп и макарон. Живя «дома» он часто покупал заморские «Барилла», которые сейчас казались ему дико дорогими и приходилось брать самые дешевые макароны, которые после варки приходилось промывать. Зато они дешевые. А вот кофе совсем нет. Виктор мог экономить на чем угодно: молоке, макаронах, бытовой химии и даже на булочках со шпинатом, но на кофе – никогда. Слишком сильна была его любовь к бодрящему напитку, из-за которого по утрам он переодически случайно лил на себя кипяток. Так отдел за отделом, собранная корзина и недовольное лицо кассирши, когда Виктор вывалил гору монет, подобно свинье-копилке. Больше кассиров такие «мелочники» бесят только людей в очереди, которые, в отличии от Виктора, уставшие после работы. Недовольство окружающих его не волновало, Виктор шел домой счастливым – с двумя булочками со шпинатом в пакете, пожертвовав при этом мандаринами. Есть в этом какая-то романтика – зажигать свечи, не желая тратить деньги на электричество и в полу-мраке готовить макароны, довольно жуя булку при этом. Любой итальянец убил бы Виктора, увидев, как тот беспощадно ломает макароны, а вместо приготовленного соуса, наливает в те кетчуп. Настоящий варвар, зато довольный и сытый. Утро обещало быть как минимум интересным. От трех будильников сложно не проснуться, даже если суммарный сон составляет около 4 с половиной часов. Но несмотря на это, в предвкушении встречи, Виктор выглядел как огурчик. Костюм был идеально выглажен, а все документы аккуратно лежали в папке. Пучеглазая секретарша пилила его взглядом все то время, пока он сидел в комнате ожидания. На этот раз Виктор не опоздал, но пришел на полчаса раньше установленного времени. — Слушайте, - уже было начала девушка, как все ее последующие комментарии были прерваны. — Что, заранее к вам сюда тоже приходить нельзя? – ядовитая улыбка в сторону секретарши быстро заставила ее замолчать, а в нужное время тихо пробубнить «Идите». Указания секретарши привели Виктора на 10 этаж к кабинету с небольшой табличкой «Директор. Р. Франке». Набрав побольше воздуха и аргументов в свою пользу, Виктор осторожно постучался и, получив тихое «Войдите» в ответ, зашел в кабинет. Ожидания не оправдались. Виктор уловил нотки кедра, почувствовал давящую атмосферу и пристальный взгляд, однако за столом директора оказался не Бьорн, а дама в возрасте, чей взгляд показался ему знакомым. Конечно, те же серые глаза, почти тот же изгиб бровей, разве что волосы ее были белее сахара. Виктор почувствовал почти те же мурашки по спине, что ощущал от взгляда Бьорна. «Точно родственники» - произнес про себя Виктор, перед тем как сделать еще шаг в сторону мисс Франке. — Здравствуйте. — Вы мистер Рихтер, так? – дама была настроена решительно и видимо все любезности в виде приветствия решила отбросить, что только больше напрягло и так нервного Виктора. Видимо ответ в качестве кивка ее устроил и она продолжила, — Розмари Франке, приятно с вами познакомиться. Ваше резюме, пожалуйста. — Да, конечно. – отвести взгляд было самым настоящим облегчением в момент, когда Виктор находил и вручал женщине папку со всеми документами. Наступило напряженное молчание в момент, когда женщина внимательно изучала резюме, пытаясь зацепиться хоть за что-то интересное. — Вы уже можете сесть, мистер Рихтер. Глупо. Ужасно глупо. Виктор неуверенно кивнул, быстро садясь на стул, нервно перебирая пальцы, смотря на огромные часы с маятником, под стук которых легко было и заснуть. Все так же не отрываясь от чтения, Розмари продолжила: — Почему не пришли в прошлый раз? — Опоздал на пару минут, ваш секретарь меня не пустил. – Виктор нервно вздохнул, облокачиваясь об спинку стула и невольно вздрагивая от хмыкая со стороны Розмари. — Прямо таки пара минут? — Буквально пара! Я объяснил ей ситуацию, а она даже слушать не стала. – в какой то момент Виктор даже не заметил, как перестал сдерживать обиду в голосе, что либо расположило Розмари к Виктору, либо просто посмешило. — Это интересно, учитывая то, что вы мне предоставили, вас отмечают как хорошего, но конфликтного специалиста. В чем же выражается эта конфликтность? – это точно ее забавляло. Ведь в деле помимо достижений Виктора были и конкретные «жалобы» в сторону юриста, за хулиганье, нецензурную брань и прочие прелести. — Разного характера. Но у меня много и хороших отзывов от моих клиентов. – казалось даже натянутая улыбка не спасает ситуацию и совсем не прячет напряженность Виктора. — Не спорю, мистер Рихтер, но вы достаточно спорная личность, если верить вашему делу. Конфликтный, с проблемами с гневом. – кажется что-то в Викторе постепенно ломалось, а надежда на работу покидала тело, но Розмари продолжила. – Но тем не менее, вас рекомендуют клиенты с достаточно сложными делами. Даже мой коллега замолвил за вас словечко. Виктор молчал, смотря Розмари в глаза. Уже серьезно, видимо слова про «коллегу» собрали его обратно, он уже знал, что ответить, но Розмари продолжила за него. — Я могу вас взять, мистер Рихтер, но под ответственность моего коллеги и пока на испытательный срок. Удивите меня. – замечая на столе бумаги на подписание трудового договора, Виктор засиял, выпрямляясь и даже не вчитываясь в условия, заполняя договор. Взгляд мисс Франке его больше не прожигал. Получилось. Спустя столько месяцев он наконец получил работу. Еще немного – и никакого больше собирания мелочи по автоматам и экономии на свете в квартире. Подписывая договор, со стороны он выглядел как сияющее солнце, хотя, возможно, это из-за лампы, прямо за ним. Пройдясь по подписям беглым взглядом, мисс Франке кивнула Виктору, указав на то, что он может идти. Ему точно перезвонят. Счастью не было предела, только чудом от порыва эмоций, Виктор не уронил стул, поднимаясь с места и выходя из кабинета, почти тут же врезаясь во что то твердое и теплое. А затем и запах кедра ударил в нос, отчего сомнений в том, в кого врезался Виктор, не осталось. Однако выглядел Бьорн иначе. Все такой же строгий вид, но пальто сменилось на черный костюм, который, судя по тому как он сидел на парне, был сшит специально для Бьорна. Виктор встретился все с теми же серыми тяжелыми глазами, которые сейчас смотрели на Рихтера удивленно. — Пришли все таки. – первым начал разговор Бьорн, делая шаг назад, дабы разглядеть потрепанного от переизбытка эмоций Виктора. Тот невольно съежился от оценивающего взгляда. Виктору было дико некомфортно, о чем говорила и привычка кусать губы, которая проявилась и сейчас. Не дождавшись какого-либо комментария от собеседника, Бьорн продолжил. — Взяли? — Взяли. – на выдохе произнес Виктор, опуская плечи и с огромным усилием отводя взгляд. Видимо поняв, что Виктору дико некомфортно под пронизывающим взглядом, Бьорн отвел глаза. — Я хотел поблагодарить вас, мистер Франке. — Слушаю-с. – про себя Бьорн усмехнулся от обращения, ведь вчера, будучи под шафе, Виктор не стеснялся в выражениях и даже не пытался перейти на «вы». А сейчас бывший пьяница и страдалец с невероятными амбициями показывает себя крайне смущенным и неуверенным. — Не знаю кем эта женщина вам приходится, но спасибо вам, за то что замолвили за меня слово. Это было важно для меня. – наконец Виктор набрался в себе уверенности посмотреть на собеседника, который, на удивление, слабо улыбался, а взгляд его смягчился. — Не стоит благодарить, я всего лишь указал на несправедливость того, что вас отказались даже пропустить на собеседование. Остальное вы уже сделали сами, мистер Рихтер. — Я благодарен вам за это. – наконец и Виктор одарил собеседника своей улыбкой. Видимо посчитав, что разговор окончен, Бьорн уже развернулся что бы уйти, но Виктор продолжил. — Есть ли что то, что я могу сделать для вас в качестве благодарности, мистер Франке? — Не хотите составить мне компанию сегодня вечером? – в голосе Бьорна читалась усмешка, которую Виктор не сразу уловил. Но сделав бы он это, вероятно, отказался. Но Виктор согласился. « Жизнь явно меня к этому не готовила» — Виктор немного нервно хмыкнул, стоило этой мысли пронестись у него в голове, когда он сидел в новеньком Ниссан Террано на пассажирском сидении, за рулем которого все тот же мистер Франке. Казалось вообще все, что связано с Бьорном пахнет кедром. Он, его машина. Виктор не был у него дома, но был готов поклясться что и там кедр. Кто же знал, что Бьорн любезно заедет за Виктором прямо к его дому и сейчас повезет не на какую-то окраину города, а в самый центр. Бар тоже обещал быть вычурным и дорогим. Виктор уже в машине понял – сегодня он не пьет и не ест вообще. По радио играли джазовые композиции, а Бьорн постукивал по рулю в темп, стоя на очередном светофоре. На улице дождь. Отсутствие разговора напрягало и Виктор решил попробовать начать диалог. — Слушайте, не хочу быть навязчивым, но можно задать вопрос? — Вы уже его задали. – тихо усмехнулся Бьорн, замечая как алеют щеки Виктора и он явно запинается в речи. — Извините. Продолжайте. — Мисс Розмари – кем она для вас приходится? – уже неуверенно спрашивал Виктор, поправляя оправу очков. — Тетя. – довольно резко ответил Бьорн, но заметив, что его тон напряг Виктора, смягчился, дабы продолжить разговор. – Напугала вас? — Нет, что вы. Она очаровательная женщина. – нервный хмык Виктора явно позабавил Бьорна. — Не льстите, она строга и придирчива и уж никак не могла показаться вам, или хоть кому то, очаровательной. – Бьорн чуть хмыкнул, делая музыку чуть тише. — Разве это не особенность всех начальников? — Может быть, но начальник она и дома и на работе, что удручает. — Дома? Часто заезжала к вам? – Виктор просиял. Разговоры о людях и их жизни ему нравились. Особенно о таких неприступных. — Она растила меня с лет пяти. – лицо Бьорна заметно потемнело. — Вы сирота? – Виктор старался спрашивать осторожно, но ответ не последовал. Вместо этого пронзительная тишина, которая говорила сама за себя. Виктор и сам не заметил как закопал сам себя в глазах собеседника. Чуть поежившись и отведя взгляд в окно, он неожиданно продолжил тихо. — Я тоже. И помогло. Взгляд Франке смягчился, он чуть приподнял бровь, глядя на Виктора краем глаза. Машина не двигалась – стояли в пробке. Снова тишина, но слишком громкая на этот раз. У них много времени на то, что бы поговорить. — Давно? – спустя долгие минуты тишины, Бьорн все таки решил продолжить диалог и эту тему. Все таки переходить на другую и делать вид, что ничего не произошло, было бы слишком неловко. — С пяти лет. – Виктор тихо хмыкнул, глядя на проходящих мимо людей под зонтиками. Среди них и родители, забирающие своих детей из школы на этой стороне улицы, несущие тяжелые и красочные портфели своих детей. Ужасное совпадение. — Помнишь их? – Бьорн тоже не смотрел на Виктора. В машине будто стало холоднее, не смотря на термоконтроль. — Только мать. – тихо отозвался Виктор, глядя на стихшего Бьорна и совершенно не замечая, как они вновь перешли на «ты». — А ты? В ответ Бьорн лишь покачал головой, грустно хмыкая. Нужно было сменить тему и срочно. — А те, к кому мы едем, такие же сиротки, или мы одни там такие индивиды? – это была самая рискованная шутка в такой обстановке, однако Виктор не прогадал. От Бьорна послышался тихий смех. Шутка действительно ужасная. Но в их то ситуации нужно иметь хоть какую то защитную реакцию. — Нет, мы одни такие. – Бьорн хмыкнул, наконец сворачивая из пробки. — Это хорошо. Было бы еще более неловко шутить о таком. – Виктор хмыкнул, подмечая то, что когда Франке смеется, то прикрывает рот кулаком. Забавная деталь. — Соглашусь. Шути осторожнее, эти люди многих шуток не понимают. – Бьорн скептически усмехнулся, что заставила Виктора напрячься. — Что за люди такие? — Директора театров, режиссеры, - начал было Бьорн, но удивленное лицо Виктора его приостановило. — Что такое? — Откуда у тебя такие знакомства? – уже как то возмущенно спрашивал Виктор, что только посмешило Бьорна. — Люблю людей творческих. Позже познакомлю тебя и с парочкой актеров. – Бьорн усмехнулся, загадочно хмыкнув. — Там и дамы при деньгах одинокие в компании имеются. Пре жде чем Виктор смог возразить, машина остановилась у парковки, а Бьорн уже успел выйти. Тихо ругаясь себе под нос, Виктор вышел из машины. Как и ожидалось – место вычурное до нельзя. Дорогая подсветка, приятная музыка и аромат дорогого алкоголя. Тут приятно, но Виктор даже боялся смотреть на цены напитков здесь. Людей здесь все же приличное количество, хоть и не все выглядели как «сливки» общества. Так, вопреки надеждам Бьорна, Виктор заметил далеко не их компанию, а кучу ярких и шумных людей. Их заметил и Франке, отчего тут же раздраженно закатил глаза. — Ты их знаешь? — Какие люди! Это же малыш Франке! – не успел Бьорн и рта открыть, как его тут же окликнули с того самого «шумного» столика. — Не составите ли компанию, а Франке? – трое кажется совсем не замечали Виктора рядом с Бьорном, который хмуро смотрел на компанию, а вот Виктор напротив, старался запомнить черты каждого и с каждым мгновением энергетика этой компании все больше манила его. Они все его возраста, такие яркие и шумные, что аж в глазах рябит. И если у Виктора это вызывало восторг, то у Бьорна только раздражение. — Боюсь спиваться в компании студентов я не имею никакого желания. Пойдем, Виктор. – раздраженно проговорил Бьорн, подхватывая Виктора под руку и уводя его за собой, в более тихую компанию, среди которых никто Виктору не понравился. Все они были слишком хорошие, слишком правильные, слишком культурные. Бьорну это нравилось, а вот у Виктора вызывало раздражение. Видимо Бьорн и Виктор сделали друг для друга исключение. Друг другу они нравились, а вот остальные похожие – нет. Только перекур у компании Бьорна наконец расслабил Виктора, который придержал Бьорна за рукав, останавливая того от похода на улицу с остальными. Бьорн все же заметил, что Виктору совсем не нравится эта компания и остался с ним. — Ну что не так? — Они слишком хорошенькие, а я в их компании даже поесть нормально не могу. – Виктор устало вздыхает, потирая переносицу. И Бьорн все таки сдается, понимая, что это он притащил Виктора сюда. Сдается и поворачивается в сторону шумного столика, разворачивая следом и Виктора. — Про кого рассказать в первую очередь? – Бьорн тяжело вздыхает, но смягчается, видя, как оживляется Виктор. — Давай по порядку слева на право. — Хорошо. – Бьорн переводит взгляд на компанию и начинает заочное знакомство. — Слева самый высокий – это Азриэль. Как я и говорил, они все студенты, но он старше их всех. Ему двадцать, на сколько я помню, заканчивает архитектурный. – парень, о котором говорил Бьорн, обладал крайне отличительными чертами лица. Явно иммигрант, нос с горбинкой и «грустные» темные глаза. Действительно выглядел старше за счет потемнений под глазами и, возможно, роста. Волосы темные и кудрявые. Из всей компании он говорил меньше всего, и кажется каждый его комментарий был на столько остроумным, что двое других его собеседников тут же укатывались, заливаясь пронзительным смехом. Именно он подзывал официантов, вежливо разливал алкоголь и был трезвым умом компании. И по сравнению с другими двумя его товарищами, Азриэль уж точно смог бы вписаться в компанию Бьорна. Такой же приятно выглядящий, явно умеющий поддержать диалог на «высокие» темы, но видимо выбравший более приземленных людей. — Он как-то к ним не вписывается. – тихо хмыкая подметил Виктор, разглядывая парня из архитектурного. — Да, вот только он перепьет их двоих вместе взятых, а потом еще и домой их отвезет. — Ухх, темная лошадка. – Виктор усмехнулся, переводя взгляд на следующего члена шумной компании. – А она? — Урсула. – Бьорн издал звук полный разочарования и сочувствия. – Одна из наследниц семьи Вольфганг. Ее родители владеют такими деньгами, что тебе даже не снились. Впрочем как и мне. Образ наследницы богатого рода вообще не вязался с тем, кого видел перед собой Виктор. Это была достаточно высокая девушка и лишь ее бледность и худощавость выдавала в ней аристократку. В основном же ни короткие синие волосы, ни дешевые подвески с цепочки, ни простенькая рубашка с брюками не были похожи на то, что носила бы богатая девушка. Ее нельзя было назвать красивой с первого взгляда – зеленые пучеглазые глаза, передние зубки, выступающие вперед, но стоило ей заговорить и заулыбаться – как сердце плавилось. Не слыша, о чем говорят эти трое, Виктор уже был сражен харизмой Урсулы и то, как спокойно она общалась с обоими собеседниками. — Какая-то она.. — Не женственная?- Бьорн усмехнулся, чуть закатив глаза. Однако Виктор покачал головой. — Не сказал бы. Непривычно видеть женщину, такую раскрепощенную в компании мужчин. — Ей всего-то семнадцать. Старайся держать бумажник и блестящие вещи подальше от нее. — Что? Она воровка? – Виктор чуть нахмурился, глядя на девушку, внезапно пересекаясь с ней взглядом. Та усмехнулась, хитро подмигнув Виктору и продолжая беседу со своими товарищами. — Зачем ей это? Она же богата. — Она сорока, что с нее взять. Учится на дизайнера, подрабатывает где может. Родители ее давно не спонсируют, отреклись от нее уже как год, стоило ей поступить в университет. – в голосе Бьорна все таки читалась какая то печаль по отношению к Урсуле, да и взгляд так смягчился, стоило ему увидеть ее. Он явно относился к ней как-то по-особенному. От этих предположений Виктор невольно ухмыльнулся, переводя взгляд на последнего человека в компании. И вновь почувствовал это странное чувство, но уже не в животе, а где то в груди. Яркие рыжие локоны привлекли внимание и больше не отпускали. Он был самым настоящим солнцем. Казалось от рыженького паренька лет девятнадцати так и шло тепло и энергия. Виктор запомнил все. Длинные светлые ресницы, морщинки у глаз от частых улыбок, ямочки на щеках и потресканные губы. Он смешно морщил нос, стоило засмеяться, совершенно не прятал свои эмоции и часто вскакивал, рассказывая что-то своим товарищам, которые полностью разделяли эмоции Виктора, смотрели так же завороженно и были несказанно рады тому, что такое солнце принадлежит именно их компании. Виктор загляделся. И загляделся на долго, не замечая, как сильно изменился тон Бьорна, когда он заговорил о рыжем пареньке. К Урсуле он относился более сдержано, Азриэля кажется просто не понимал, но желчь прямо таки сочилась из его уст, стоило ему заговорить о рыжем парне. Виктор же слышал только обрывки его слов: «Илья Шатов. Девятнадцать. Гитарист. Группа. Подлый. Бабник. Самовлюбленный. Иммигрант. Ублюдок.» — Что?- последний ярлык спустил Виктора с небес на пол, заставляя посмотреть на тихо закипающего яростью Бьорна. — Гитарист говорю. – отмахнулся Бьорн, разворачиваясь обратно к столу и подтягивая к себе бокал с шампанским. — Ты же за рулем. – удивленно проговорил Виктор, замечая бокал в чужих руках. Но ответить тот не успел. — Что, спиваетесь будучи за рулем, ваша честь? – задорно промурлыкал незнакомый голос прямо над ухом Виктора, отчего тот отшатнулся. Все тот же рыжий паренек, кажется, Илья. Улыбается так хитро, смотрит только на Бьорна, который с каждой секундой только темнеет в лице. — Я адвокат, а не судья, Шатов. – все таки провокация прошла успешна, и Бьорн прошипел сквозь зубы, не глядя на Илью, что того только позабавило. — Ох, простите, ваша честь, совсем не разбираюсь в ваших юридических терминах. – Илья усмехнулся, театрально, всплеснув руками и усаживаясь на место рядом, наклоняясь неприлично так, что Бьорну пришлось откинуться на спинку стула. — Что тебе нужно? – Виктор еще никогда не видел Бьорна на столько злым. Такую тихую ярость он в принципе никогда не наблюдал. — Мне? Я всего лишь хочу пообщаться со старым другом. – Илья бесстыдно заулыбался, забирая из рук Бьорна бокал с шампанским и залпом выпивая тот. Бьорн был готов взорваться прямо сейчас. Но бурю достаточно оперативно прервал Виктор, чуть оттянув первого за рукав и поднимаясь с места, глядя на Илью с дружелюбной улыбкой. — Он сегодня совсем не в духе, переобщался со сливками общества. Бьорн тут же удивленно уставился на Виктора, спрашивая одним только взглядом: «Какого черта ты творишь?». Дерзко, но фокус внимания Ильи сместился на Виктора. Однако улыбка и натянутая дружелюбность куда-то испарилась, вместо этого пронизывающий взгляд и приподнятая бровь и ледяной тон: — А ты еще кто такой? От резкого смена тона у Виктора даже холод по спине пробежался. Странное у этого парня отношение к людям. Однако, если Виктор не ошибается, это легко исправить. Так что усмехнувшись и протянув руку он продолжил. — Виктор Рихтер, коллега мистера Франке. Приятно познакомиться. За спиной послышался звонкий смех, а после на Виктора довольно резко навалились со спины, приобнимая за плечо. — Не ну ты слышал? «Мистер Франке»! – Урсула хохотала, разглядывая с интересом нового знакомого в лице Виктора, совершенно не стесняясь. Виктор вдруг понял, какого это, когда тебя так пристально рассматривают. Нужно пересмотреть свое хобби рисовать людей в метро, пялясь на них. — Ну юморист! Брови Ильи чуть дрогнули, а взгляд потеплел, позволил он появится и слабой усмешке на лице, крепко пожимая руку Виктору. — Илья Шатов. Приятно-приятно. – Илья чуть хмыкнул, опуская руку. У обоих руки горячие и шершавые. И судя по взглядам подметили это оба. — У нас культурный вечер? С каких пор ты представляешься полностью? – всю напыщенность Ильи сбил подошедший Азриэль, без спросу потрепав рыжие локоны первого, после обращая внимание и на Виктора. — Тогда приятно познакомиться, Азриэль Вейль. Илья усмехнулся, пихая Азриэля в живот, отчего тот хмыкнул и убрал руку с волос: — Ты всегда так представляешься! — Цыц. — Урсула Марианна Эльза Вольфганг, рада встрече. – Урсула усмехнулась, разгоняя двух своих товарищей от Виктора и подавая ему руку, которую тот только хотел поцеловать, как Урсула тут же перехватила его руку и пожала. — Вот кто точно самый напыщенный. – Илья усмехнулся, уже уворачиваясь от подзатыльника Урсулы. — Виктор, могу узнать, что вы забыли в компании мистера Франке? – руки Азриэля уперлись об спинку стула Бьорна, который молчал все это время. — Мистер Бьорн пригласил меня сюда в качестве моей благодарности за одну услугу. – Виктор поправил оправу очков, не замечая настроения Бьорна, что напрягало того еще больше. Урсула же присвистнула, поиграв бровками, вызывая этим смешок у Ильи. — Что-то вроде свидания? – продолжил было Азриэль совершенно невозмутимым тоном, когда как Илья и Урсула где то за ним уже были готовы взорваться от смеха, а вот Виктора это смутило. Он нервно хмыкнул, покачав головой. — Что-то вроде дружеского вечера в компании друзей. — Не похоже, что вы в восторге от такой компании. – Азриэль хмыкнул. Видимо так же как и Виктор, они так же наблюдали за ним. Аргументы закончились, а оправдания в голову не приходили. — Не против, если мы украдем тебя не на долго? – Урсула появилась сзади, приобнимая Виктора за плечи. Шумная компания казалась довольно интересной, а Виктор уже не думал о том, что подумает Бьорн. — Расскажешь что же там за услуга. – Илья усмехнулся, подхватывая настрой Урсулы и хватая Виктора под руку. Так, щебетая и забалтывая, они увели Виктора к себе за столик. Бьорн стих, не глядя в сторону ни предавшего его Виктора, ни Азриэля, утешительно похлопавшего его плечу. — Ты всегда можешь присоединиться, Бьорн. Мы всегда рады твоей компании. — Вериться с трудом. Неодобрительно покачав головой, Азриэль удалился за соседний столик, оставив Бьорна в компании пришедших уже гостей, но по сути, в публичном одиночестве.