Мелодия любви звучит на струнах каягыма

— Звали, Ваше величество? — Джэхён поднялся по ступенькам и вошёл в огромную залу, где на высоком троне, задумчиво подперев костяшками пальцев мягко округлённый подбородок, сидел правящий король Чон Юнхо, его отец. Принц низко поклонился и устремил взгляд на монарха. Морщины уже глубоко испещрили его благородное лицо, а виски посеребрила седина, однако король до сих пор не потерял своей сильной и величественной ауры, его умный взгляд смотрел ясно и проницательно. — Да, сынок, — король повёл плечами будто стряхивая ложащиеся грузом думы и уложил руки на подлокотники, переводя тягучий взгляд на принца. — Не буду ходить вокруг да около, сразу перейду к делу. Правый советник Чхве доложил мне сегодня утром, что до него дошли слухи о том, что жители деревни Тхонъильчон беспокоятся об изменении налога на землю и даже поговаривают о бунте, что, я искренне надеюсь, неправда. Да, закон о небольшом повышении налога на землю недавно вступил в силу, однако я смею надеяться, что слухи о готовящемся бунте неправдивы, возможно, крестьяне просто волнуются раньше времени. Признаться, я не могу до конца доверять правому советнику, он человек коварный, хитрый как лис, кто знает, может он подговорил главу деревни замыслить недоброе против королевской власти, настроил их против меня, не исключено. Мне нужно, чтобы ты отправился туда и разузнал обстановку среди земледельцев, прощупал почву, правда ли среди них ходят толки о восстании. Возможно, советник внушил им, что моя политика не направлена на их поддержку, однако пока что всё идёт хорошо и по докладам моих ближайших помощников, которым я доверяю, торговля в целом в стране идёт отлично, и я предполагаю, что слухи неправдивы. Поэтому я хочу послать тебя в Тхонъильчон выяснить ситуацию. Пора тебе больше заниматься государственными делами, ведь однажды ты займёшь моё место. — Я сделаю всё, что скажет ваше величество, — склонил голову принц. — Хорошо, отправишься завтра на рассвете. Захвати с собой несколько стражников и притворись, что ты просто посланник из дворца, не раскрывай, что ты наследный принц. Если среди крестьян волнения, узнав, кто же ты на самом деле, они могут захотеть навредить тебе… будь осторожен и береги себя, Джэхён, мой драгоценный сын. Я полагаюсь на тебя, ты ещё юн, но умён и отважен, я знаю, что ты справишься. — Я вас понял, Ваше величество, сделаю всё, что в моих силах, — произнёс принц, кланяясь, и покинул главную залу. У подножия ступеней, ведущих в главный дворец, его встретил Тэён. Джэхён взмахом руки попросил следовать за ним, и двое юношей пересекли двор и прошли в зеленеющий и благоухающий сад. На поверхности небольшого пруда в изобилии колыхались белоснежные лотосы и маленькие хрупкие кувшинки, пробегали юркие тонконогие водомерки, то тут, то там показывали свои красные спинки ленивые карпы. Джэхён заложил руки за спину и склонился к пруду, рассматривая в прозрачной воде мелькавших рыб и проворных водомерок, стражник замер в нескольких шагах от него. — Я хочу, чтобы завтра ты отправился со мной. Нам предстоит небольшая вылазка в деревню Тхонъильчон. Отец считает, что я должен больше вовлекаться в дела государства с тех недавних пор, как мне исполнилось восемнадцать. — Я непременно буду сопровождать вас, Ваше высочество, — незамедлительно последовал ответ. Джэхён выпрямился и обернулся к Ли, что скользил взглядом по густым кронам тонкоствольных зелёных клёнов. — Никогда не встречал кого-то более преданного, чем ты, мой друг, — сказал ласково. Тэён медленно моргнул, оставаясь как обычно сдержанно-невозмутимым. Джэхён взволнованно взмахнул длинными рукавами: — Я искренне надеюсь, что это лишь лживые слухи и на самом деле крестьяне вовсе не готовят восстание, ведь его величество мудро и благоразумно руководит страной и она процветает. — Его величество действительно хороший правитель, он справедлив и обладает острым умом, — подтвердил Тэён, замерев на месте как изваяние, так что лимонно-жёлтая бабочка, вспорхнувшая из травы, не побоялась приземлиться ему на плечо, чтобы немного передохнуть. Джэхён кивнул и, заметив крошечную гостью на тёмной ткани костюма своего стражника, широко улыбнулся: — Смотри, кто к тебе прилетел, давай я её поймаю… Он нетерпеливо протянул руку, бабочка мгновенно взлетела и закружилась в воздухе, часто хлопая подвижными пудрово-жёлтыми крылышками. Принц засмеялся беззаботно и запрокинул голову, чтобы разглядеть, где же маленькая проказница, но совершенно позабыл о том, что стоит на илистом краю берега пруда и слегка поскользнулся, на мгновение теряя равновесие. — Ваше высочество! Тэён среагировал так быстро, что любой позавидовал бы его реакции, что была быстрее молнии — его рука ловко подхватила Джэхёна за талию, вторая опустилась на лопатки, и он резко потянул уже начавшего терять опору под ногами принца на себя. Джэхён и опомниться не успел, как оказался крепко прижатым к широкой груди старшего, пока руки стражника удерживали его от падения. — Я в порядке, Тэён… — пробормотал он, ощущая как лёгкая тень смущения ложится на его персиковые щёчки, и почувствовал, как его наконец отпустили. Тэён отшатнулся и сделал несколько шагов назад, склоняясь в поклоне, от чего выражение его лица было невозможно разобрать: — Ваше высочество… простите меня за эту вольность… я просто хотел предотвратить ваше падение в пруд… Джэхён расправил своё слегка помявшееся одеяние и помотал головой, не обращая внимания на отчего-то участившееся сердцебиение, должно быть, испугался едва не случившемуся полёту в пруд к скользким рыбам и горластым лягушкам. — Пустяки. Спасибо, что среагировал, но нечего переживать, этот пруд совсем неглубок, подумаешь, искупался бы разок, ерунда. — И всё же я не мог допустить, чтобы вы упали в воду. Только поэтому мне пришлось прикоснуться к вам… — Тэён по-прежнему не поднимал головы. Джэхён улыбнулся, снова качая головой: — Я же сказал, пустяки. Ты спас меня по меньшей мере от нотаций учителя Муна — увидев, что я намочил платье, он бы непременно стал бы говорить о том, как принцам не подобает купаться в пруду вместе с рыбами и разгуливать по дворцу в таком виде… и что можно простудиться и нужно быть осторожнее. Так что я искренне благодарен тебе, Тэён, тебе я могу без раздумий доверить даже свою жизнь и ты знаешь это. Ну же, взгляни на меня. — Я выполнял свой долг, однако… никто не смеет прикасаться к его высочеству наследному принцу, кроме его законной супруги, и я… — Оставь это, я не сержусь. И супруги у меня пока что нет, — Джэхён улыбнулся и отступил на несколько шагов подальше от рыхлого берега и задумчиво провёл рукой по склонившимся над головой ветвям сливы. — Сейчас я вовсе не хочу думать о браке и всех обязательствах, с ним связанных… Всем известно, что я не смогу сам выбрать себе жену, это сделает за меня отец, посоветовавшись с чиновниками из знати, это будет девушка из хорошей семьи благородного происхождения и, не скрою, я надеюсь, что она, по крайней мере, будет доброго нрава и недурна собой… ах, эта традиция жениться без любви… Тэён наконец выпрямился, и принц заметил на его лице тень серьёзности и напряжения. — Может быть, со временем я смогу полюбить её и она станет мне добрым другом, но я ещё слишком молод и не представляю себя в роли мужа и отца наследника… — вздохнув, продолжил Джэхён. — Надеюсь, отец будет править ещё долго-долго, и хотя я готовился к тому, что однажды взойду на трон, всю свою жизнь, я всё равно ещё не ощущаю в себе полной готовности к этому, к этой большой ответственности. Может быть, учитель Мун прав, и я слишком беззаботен, что совсем не к лицу наследному принцу, но… Тэён-а, что же ты молчишь, до сих пор ни словечка не проронил? Я уже сказал, что не сержусь, ты ведь спасал меня, ты поступил, как и подобает моему личному стражу, того требовал твой долг. — Ваше высочество…! — Тэён замолчал так же резко, как и заговорил, и несколько секунд не произносил ни слова, но выглядел так, будто собирался сказать что-то очень важное. Никогда прежде Джэхён не видел его таким. — Я… я просто не знал, что сказать. Вы принц и рано или поздно, вам придётся жениться и подарить всем наследника. Такова ваша судьба. Вы… вы должны принять это. Джэхёну показалось, что сначала тот собирался сказать совсем не это, и странное чувство защекотало где-то в груди. — Я просто надеюсь, что ваша будущая супруга будет любить вас, потому что вы этого заслуживаете, Ваше высочество… Джэхён. Принц встретился с ним взглядом на долю мгновения, и опять это странное, необъяснимое чувство коснулось сердца, на миг заставляя пропустить удар. Он облизал внезапно пересохшие губы и нырнул под сень раскидистого клёна, привычно закладывая тонкие руки за спину, шелестя длинным одеянием. — Да, и я надеюсь на это. Но пока ещё речь об этом не идёт, хорошо, что отец не торопит со свадьбой. Так что давай лучше оставим этот разговор и прогуляемся по саду, а потом немного потренируемся на мечах. Завтра предстоит важный день, прежде я никогда не отправлялся вот так по поручениям его величества… Утро встретило принца медовыми трелями птиц и слабым светом только вставшего солнца, что пробивалось сквозь хлопковые пуховые облака. Евнух Дун, оказавшийся тут как тут, помог ему умыться и облачиться в удобный костюм, какой принц иногда надевал на охоту (Джэхён не слишком любил это занятие, предпочитая стрелять по мишеням, а не животным, но традиции стоило неукоснительно соблюдать). Во дворе он встретил Тэёна, как всегда безукоризненно собранного, ни намёка на сонливость в ясном взгляде чёрных глаз, и Ким Чону, ещё одного юного гвардейца, которому надлежало сопровождать принца. — Доброе утро, Ваше высочество, — бодро поприветствовал Ким, кланяясь верхней частью корпуса и чуть дёргая за уздцы нетерпеливого рыжего жеребца. Тэён, мягко гладивший своего гнедого коня по крутой шее, тоже поздоровался. — Доброе, пора выдвигаться. Погода хорошая, что радует, — Джэхён легко залез в седло, стражники последовали его примеру. — Поедем по главной дороге, затем свернём к юго-востоку и отправимся дальше через лес. — Мы прибудем в деревню примерно к полудню, — коротко проинформировал Тэён. Джэхён слегка улыбнулся ему и тронул поводья, направляя коня к дворцовым воротам: — Не уверен, что успеем вернуться во дворец до захода солнца, но питаю надежду, что слухи о недовольстве крестьян ложны. Матушка когда-то рассказывала мне, что в этой деревне живут очень добрые люди, с покладистым и миролюбивым нравом, что любят возделывать землю и привыкли упорно трудиться. Не думаю, что они способны на заговор против отца, я вовсе не хочу, чтобы королю добавилось хлопот с этим. Я желаю, чтобы каждый уголок нашей страны процветал и не знал ни горя, ни бед. — Ваши помыслы о благе нашего государства так чисты, Ваше высочество, — с благоговением в голосе произнёс Ким Чону, чей жеребец трусил на полкорпуса позади вороного коня принца по широкой дороге, и оживлённо продолжил: — Я тоже слышал только хорошее о Тхонъинчоне, надеюсь, Ваше высочество, ваша первая самостоятельная поездка по государственным делам окажется лёгкой и благополучной! Сдаётся мне, слухи всего лишь слухи, возможно, правый советник и сам приложил к этому руку… прошу прощения, мне не стоит болтать лишнего, Ваше высочество, я могу и ошибаться, однако вы же знаете, что его величество не слишком доверяет ему. Тэён, молчавший до сих пор, подал голос: — Чону прав, я тоже думал о том, что правый советник Чхве всего лишь сеет смуту и хочет испытать вас, Ваше высочество. Но мы должны лично убедиться, что всё в самом деле в порядке и крестьяне спокойны. Трудно понять, что у советника на уме, он вполне мог бы посеять смуту среди деревенских жителей, чтобы подорвать авторитет правящего монарха, вашего отца. Джэхён повернул голову и встретился с ним взглядом — чёрные глаза как всегда смотрели невозмутимо, в них плескалась смелость и решительность. И что-то ещё, что всегда действовало на принца успокаивающе в минуты волнений, будто тёплое покрывало опускалось на плечи — присутствие Тэёна всегда было таким, сколько принц помнил. Он слегка улыбнулся другу и подогнал коня, что весело заржал, взметнув хвостом и затопал копытами, высоко поднимая жилистые ноги, по уходящей вперёд широкой лентой тропе. — А я слышал, в этом лесу водятся разбойники, — спустя какое-то время заметил Чону нарочито небрежным тоном, но Джэхён услышал в голосе гвардейца нотку испуга и спрятал улыбку. — Возможно, это лишь слухи, — пожал плечами. — Я тоже слышал об этом, нам стоит быть осторожнее, Ваше высочество, — промолвил Тэён, покачиваясь в седле бок о бок с принцем. Джэхён вздохнул, похлопывая коня по холке и притворно воздевая глаза к небу: — Не волнуйтесь так, молодые господа, не стоит верить всем сплетням, что носятся по дворцу. Мы совсем скоро прибудем в деревню. В своих детских воспоминаниях я бывал там однажды вместе с покойной матушкой, которая по своему обыкновению, выводила меня из дворца поглядеть на наш народ. Хоть этот день и припорошен снегами ушедшего времени, я был тогда совсем мал, я всё ещё помню весёлых и дружелюбных местных жителей, что с радостью в душе возделывали урожай, — Джэхён снова мягким жестом коснулся жёсткой гривы, погрузившись в воспоминания о минувших днях. — Если бы не одна из таких вылазок, боюсь, я бы так никогда и не обрёл столь верного товарища, как ты, Тэён. Я благодарен судьбе за то, что она позволила нам оказаться подле друг друга. Они снова пересеклись взглядами. Луч скользнувшего сквозь листву кленового перелеска утреннего солнца блеснул на дне тёмных тэёновых глаз. Чону прочистил горло и бодро заметил: — Солнце вышло из-за облаков. Может быть, сделаем небольшой привал, Ваше высочество? Мы уже несколько часов не слезаем с сёдел… — Конечно, остановимся ненадолго и после полудня уже въедем в деревню, осталось недалеко, — Тэён первым отвёл взгляд, натягивая поводья, за ним остановил жеребца и Джэхён. Они спешились у окраины опушки, и стражники достали из седельных сумок съестное, чтобы перекусить. Тэён протянул еду принцу, почтительно склонив голову к груди, и опустился возле того на поваленное дерево. После того как принц откусил первый кусок лепёшки, гвардейцы тоже принялись за трапезу. — Ваше высочество, вы не могли бы… почитать нам стихи? — вдруг предложил Чону, шумно сглотнув ломоть хлеба и чуть робко глядя на принца. Тот вскинул брови и улыбнулся, обнажая ямочки: — Разумеется, Чону, если ты хочешь. Здесь нет учителя Муна, значит, мне не придётся переживать, что он останется недостаточно доволен мной… — Спасибо, Ваше высочество наследный принц! Во дворце все хвалят ваше умение декламировать стихи, но мне ещё не доводилось слышать лично от вас… я совсем недавно пополнил ряды королевских гвардейцев, в отличие от нашего Тэёна, что всегда подле вас и, если служанки не врут, даже изредка играет для вас на каягыме… — Мы выросли вместе, ты же знаешь, Чону, — мягко ответил принц, с присущей ему грацией перебрасывая длинные убранные в хвост волосы через плечо. — Быть принцем довольно одиноко, вокруг только слуги, отец много времени уделяет управлению страной, но с появлением Тэёна моя жизнь будто озарилась светом. Когда матушки не стало, мне было всего двенадцать, и он был тот, кто прошёл со мной через это тёмное время. Возможно, в моей жизни никогда не будет любимой мною супруги, а лишь брак по расчёту, и я никогда не познаю истинную любовь, занятый заботами о государстве, но по крайней мере, мне уже довелось познать в жизни, что такое преданный и самоотверженный друг. Тэён замер с лепёшкой в руке, перестав жевать, и лишь смотрел, как солнечные блики играют у подножия широкоствольного дерева. Джэхён растёр между пальцев крошку и запрокинув голову к небу, продекламировал: — Всего одной струны на комунго Я палочкой бамбуковой коснулся: И звук поплыл, как вешняя вода, Что подо льдом звучит на перекате, И стало слышно: вторя комунго По лотосовым листьям дождь закапал. Он замолчал, слегка смущённый, и подобрав с земли маленький прутик, повертел его в руках: — Ах, право же, я не искусен в поэзии. — Ваше высочество, не скромничайте, вы так выразительно читаете, почитайте ещё что-нибудь… пожалуйста… — Чону с восхищением смотрел на юного принца, сжимая колени ладонями и позабыв обо всём на свете. Принц улыбнулся тому, как молодой гвардеец напомнил ему малого ребёнка, и скромно кивнул в согласии. — Из долгой лунной ночи вырежу лоскут, Впрок спрячу до весны под одеялом, Чтобы длиннее сделать ночь с любимым. Чону вскинул брови домиком, охваченный восторгом: — Вашему высочеству нет равных ни в чём в нашей стране, начиная от стрельбы из лука и владении мечом и заканчивая стихами! Вы так проникновенно прочли последние строки… уж не влюблёны ли вы, Ваше высочество? Расскажите нам по секрету! Кто она? Неужто одна из тех премиленьких служанок, что так заливисто смеются и кокетничают?.. Джэхён вдруг ощутил, что краснеет, и яро замотал головой: — Ну что ты, Чону, я вовсе не влюблён… это всего лишь стихи, что я разучил наизусть… Он не сразу заметил, как Тэён поднялся с поваленного ствола, где они сидели, и, сжав рукоять висящего на поясе тонкого меча, и ступил под тень дерева. Чону отошёл проверить у коней подковы, а принц наконец обернулся к Тэёну, что задумчиво смотрел куда-то вверх на переплетение ветвей, где проворно сновали мелкие лесные птахи. — Друг мой Тэён, что-то случилось? Что-то печалит тебя, тяготит твоё сердце?.. — Джэхён тут же оказался рядом и мягко положил руку на плечо старшего, чувствуя, как его собственного сердца невольно касается тяжесть, будто камень вдруг оказался в груди. Ли повернулся, опуская взгляд и вертя в руках мелкий снежно-белый цветок ветреницы: — Не стоит волноваться обо мне. Пора двигаться дальше и выполнить поручение его величества. — Я не могу не волноваться. Если тебя терзают опасения по поводу возможного восстания среди жителей деревни, поделись ими со мною, я всегда прислушаюсь, твоё мнение на вес золота для меня, ты же знаешь. — Нет, Ваше высочество, это… личное дело. Не просите меня рассказать, я не могу лгать вам, но и раскрыть всей правды тоже не могу. Просто забудьте об этом. Со мной всё в порядке, потому что… вы здесь. Джэхён на это нежно улыбнулся, сжав крепкое плечо чуть сильнее и наконец отпуская. — Со мной ты можешь делиться любыми, даже сердечными, переживаниями, Тэён. Я же наследный принц, кто, если не я, должен решать проблемы своих людей? — Ваше высочество, кони в полном порядке и готовы двигаться дальше, — с лёгким поклоном доложил Чону. Тэён выронил из рук цветок и быстро направился к своему гнедому иноходцу, не мешкая, залез в седло. Джэхён подавил вздох, последовал его примеру и тронул поводья: — Выдвигаемся. Солнце сияло высоко в небе, затапливая округу полуденным светом, когда трое всадников въехали в деревню. Они спешились и направились в ближайшую харчевню, выпить немного рисового вина и разузнать о настроении местных селян. — Вино и закуски у вас отменные, господин, — произнёс Тэён, когда хозяин заведения, гостеприимный и доброжелательный аджосси в возрасте, подошёл к их столу узнать, ненадобно ли гостям чего-нибудь ещё. — И народу тут достаточно, должно быть, ваше заведение процветает. — Всё верно, молодой господин, процветает, от посетителей отбоя нет, — не без гордости в голосе ответил хозяин и расплылся в довольной улыбке. — Слава нашему королю, что привёл страну в порядок после правления своего предшественника… мой давно почивший отец рассказывал, как при династии Мин страна тонула в нищете, но благодаря мудрому правлению пришедшего к власти короля Чон Юнхо, да хранят его небеса, мы наконец смогли выбраться из бедности. Он откланялся и суетливо удалился. Чону наморщил нос в задумчивости: — Вы тоже считаете, что никаким бунтом тут и не пахнет? За всё время, что мы тут, я не заметил ровным счётом ничего подозрительного. — Всё верно, никто не ропщет на его величество и систему правления, кажется, даже незначительное повышение налога на землю не сказалось на их благодушном настроении, — согласился Джэхён, незаметно оглядываясь по сторонам. Среди посетителей харчевни никто не вызывал подозрений, никто не шептался по углам, не ругал правящего монарха, самые обычные селяне, привыкшие много работать и собирающиеся дружными компаниями откушать вырощенных собственноручно овощей и сочного мяса да запить это всё рисовым вином. — Останемся на ночь, Ваше высочество? — тихо осведомился Тэён. — Или вы предпочтёте вернуться во дворец до наступления темноты? Джэхён закусил губу в раздумьях и бросил взгляд на старшего: — А… ты как считаешь? — Если Ваше высочество интересуется моим мнением, то думаю, что не следует задерживаться до вечера и через несколько часов стоит возвращаться обратно. Этого вполне хватит, чтобы осмотреться и разведать обстановку, но… если позволите, я выскажу одно предположение, которое вдруг появилось в моей голове и которое, я надеюсь, ошибочно. — Конечно, говори. И не называй меня «ваше высочество»… вдруг кто услышит. Никто не должен узнать кто я на самом деле, — понизив голос, сказал Джэхён и потянулся к бутыли с вином. — Не пейте так много, ваше… Джэхён, — Тэён предупреждающе вытянул ладонь и убедившись, что принц послушался, тихо продолжил: — Может быть, я ошибаюсь, но я подумал, что… правый советник просто хотел выманить вас из дворца под этим предлогом, он вполне мог убедить других приближённых вашего отца посоветовать отправить в деревню именно вас. Я тревожусь, что он мог что-то задумать против его величества и против вас… но надеюсь, эти тревоги беспочвенны. Я не хотел вас напугать, ваше… Джэхён, — увидев, как побледнел принц, Ли дёрнулся, будто хотел коснуться его запястья, но сдержал этот порыв. — Нет, ты прав, мы… мы не можем доверять правому советнику, всем во дворце известно, что он ненадёжен. Ах, я надеюсь, твоё предположение далеко от реальности, однако… Что ж, давайте разделимся и закончим свою миссию и поскорее отправимся назад. Мне стало неспокойно из-за твоих слов, Тэён. — Я не хотел понапрасну встревожить вас, — повторил Тэён, поднимаясь из-за стола. Молодые люди разделились и, договорившись встретиться у ворот спустя час, отправились побродить по деревне, прислушаться к разговорам, чтобы убедиться, что селяне и правда довольны жизнью и никакого бунта не замышляют. В назначенное время все трое пришли к воротам и покачали головами. — Ни намёка на волнения, значит, слухи всё же оказались ложны, — подытожил принц, поправляя пояс своего простого воинского одеяния, в котором все деревенские жители принимали его и его спутников за обычных странствующих воинов. — Немедленно в дорогу. Они расселись по коням и отбыли из деревни. Джэхён чувствовал, как страх за жизнь отца разгоняется по венам. За четверть века, что король Чон Юнхо находился на троне, дважды оппозиция пыталась свергнуть монарха, но тот вовремя раскрыл заговор и отправил зачинщиков в ссылку, запретив навечно появляться при дворе. Возможно ли, что правый советник Чхве задумал свержение короля или покушение на его жизнь? Советник Чхве хитёр и коварен, и кто знает, на что способен… За свою жизнь принц не так волновался, как за жизнь отца, хотя если советник и его сообщники замыслили неладное против правящей власти, они захотят убрать претендента на трон… Джэхён пришпорил своего чёрного как ночь жеребца и сильнее сжал поводья. Его спутники молча ехали рядом, и пыль взвивалась столбами из-под копыт норовистых коней. Спустя какое-то время Тэён окликнул принца: — Ваше высочество, думаю, стоит сделать небольшую передышку, напоить лошадей у ручья. Ваше высочество! Джэхён нехотя затормозил, кивая, и слез на землю. Чону повёл животных к ручью, что протекал недалеко от тропы, а Тэён встал напротив бледного принца. — Ваше высочество, прошу, не терзайте душу заранее, возможно, я ошибся в своих догадках. Его величество сопровождает охрана, он принимает пищу только после проверки, давайте не будем думать о худшем. За свою жизнь не беспокойтесь, пока я с вами, никто не посмеет и пальцем вас тронуть, я не задумываясь отдам свою жизнь за вас. Джэхён коротко кивнул и поднял глаза на юношу — чёрные омуты смотрели так обеспокоенно, сострадательно и… нежно. Снова эта нежность, как тогда во время их учебного боя на мечах, только на этот раз она будто стала больше, отчётливее, глубже. Принц внезапно ощутил, как сердце споткнулось в груди, а дыхание замерло, ему захотелось утонуть в этих чёрных озёрах, растворить свои тревоги, забыть о том, что он наследный принц, хотя бы на мгновение, и просто обнять Тэёна. Он моргнул, выдохнул и испугался этих нежданных чувств, волной вскипевших в нём, отвернулся. — Ваше высочество, с вами всё… — Я в порядке, Тэён, надо размять ноги и продолжать путь, — чуть запнувшись, ответил Джэхён, прошёлся по обочине тропы, и волосы чёрным шёлком струились по его спине. — Тэён. — Да, Ваше выс… — Не надо, не называй меня так сейчас, просто скажи «Джэхёни». Назови меня так, как ты называл меня в детстве. Что-то глубокое и взволнованное, будто рябь воды в пруду ветреным днём, отразилось на лице всегда сдержанного стражника, его остро выпирающий кадык дёрнулся, и он произнёс: — Всё будет хорошо, Джэхёни. Я с тобой. Волны тепла всколыхнулись внутри и прилили к щекам, обжигая, сердце забилось, как пойманная рыба бьётся о берег, лишившись привычной воды вокруг себя, и принц испугался, что заболел. Он снова отвернулся, вцепившись в рукоять висящего на бедре меча, и пробормотал: — Ах, что же Чону там так долго, пойду схожу к ручью, проверю… Он не успел закончить фразу, как внезапный свист пролетевшего у его уха метательного топорика заставил его застыть будто вкопанному, на какую-то долю мгновения. Лезвие с хрустом впилось в ствол каштана, возле которого стоял Джэхён. Принц на чистом рефлексе вытащил меч и увидел, как на тропу выскочило несколько мужчин, по чьему одичалому виду можно было судить, что это те самые разбойники, о которых ходили слухи, которые, как теперь оказалось, были вовсе не напрасными слухами. — Ваше высочество, осторожнее! — раздался низкий голос Тэёна, который тоже выхватил меч и резво отразил атаку одного из нападавших. Джэхён среагировал молниеносно, увернувшись от ещё одного метательного оружия, и взмахнул мечом, оставляя царапину на плече мужчины, что тут же зарычал подобно дикому зверю и отлетел в сторону. — Что вам нужно, отвечайте! — крикнул юноша, вновь взмахивая мечом, серебряный клинок блеснул в луче медленно клонящегося к вечеру солнца и полоснул по грубой коже, на тут же которой выступили алые капли. Тэён отшвырнул прочь одного из разбойников, метким ударом выбил кинжал из рук другого и приставил остриё своего меча к его горлу. — Ну же, отвечайте, когда сам наследный принц Чон Джэхён с вами разговаривает!!! — Что… наследный принц… — прохрипел мужчина, сжимая заскорузлые кулаки и выпучивая глаза. Его сообщники явно поумерили пыл, один отполз к корням дерева, другой упал на колени и залепетал: — Мы… мы хотели ограбить вас, но мы и подумать не могли, что ваше высочество… собственной персоной окажется… прошу, смилуйтесь, не казните! Тэён сурово нахмурил брови и надавил на горло остриём чуть сильнее. — И вы не замышляли ничего дурного против его высочества? Вам кто-то заплатил за нападение? Или вы просто грабите всех тех, кто пользуется этой дорогой, так? Говори правду! — Всё так, мы просто хотели поживиться, завидев благородных воинов, очевидно, знатного происхождения, но мы и подумать не могли, что вы окажетесь столь хороши в бою… — проскулил мужчина. — Нас никто не нанимал… мы… раскаиваемся, Ваше высочество, только не убивайте! — Его высочество справедлив и великодушен, он не станет марать руки о бродяг вроде вас, — холодно произнёс Тэён, с высоты своего роста глядя на распластавшегося на земле разбойника. — И вам ничего не известно о слухах о восстании среди крестьян Тхонъинчона? — уточнил принц, слегка опуская клинок и думая про себя, что эти разбойники вовсе не отличаются сноровкой и умением и вряд ли способны на большее, чем грабить мирных селян, что используют эту дорогу для торговли. — Восстании? Неужто кто замыслил дурное против королевской власти? — округлил глаза всё ещё стоявший на коленях мужчина. — Нет, до нас подобные разговоры не доходили… мы… мы ни за что бы не пошли против короля! — Оставим этих жалких бродяг и вернёмся скорее во дворец, — покачал головой Джэхён. — Они простые грабители и слишком бояться сурового наказания, не думаю, что они имеют дела с советником Чхве… Чону! Чону!!! — Убирайтесь подальше и подумайте над тем, чтобы оставить грабежи ни в чём не повинных жителей и начать ваши жалкие жизни с чистого листа, раз его высочество смилостивился над вами и не убил вас, — жёстко промолвил Тэён, наконец отнимая меч от горла разбойника и убирая его в ножны. Не на шутку струсившие несостоявшиеся грабители тут же ретировались в кусты, всё причитая, что они не хотели вреда его высокородию наследному принцу Чону и они больше не будут заниматься грабежами, лишь бы только принц не прислал за ними военный отряд, что отведёт их на публичную казнь за противозаконные дела. Джэхён покачал головой и поспешил по маленькой тропке к ручью, пытаясь совладать с лёгким волнением, что вдруг зародилось в груди. Тэён не мешкая отправился следом. — Чону, мы повстречали разбойников на дороге, но всё в порядке, мы не ранены, они оказались никудышными вояками… Чону?! Молодой гвардеец сидел на земле, выглядя весьма потерянным, но без заметных увечий, кони разбрелись вдоль ручья. Принц подбежал к юноше, восклицая: — Что произошло, на тебя тоже напали?!.. — Ваше высочество, это точно был один из тех разбойников, что водятся в этом лесу, я говорил вам… он напал сзади так неожиданно, я не сумел опомниться, как упал ничком, простите, я не смог отразить атаку… Ваше высочество, я ненадёжный стражник, вам не следовало брать меня с собой… — Всё в порядке, Чону, не кори себя, это обычные бродяги, а не какие-то великие разбойники, не печалься, ты ведь только недавно стал гвардейцем при королевском дворе. Поднимайся, по возвращению во дворец я попрошу придворного лекаря осмотреть тебя. — Не стоит, Ваше высочество, я в порядке, вы так добры… — почти всхлипывая, ответил юноша, отряхивая свой наряд и потирая затылок. — Ты не видел, скрылся ли тот, кто напал на тебя, он отправился в сторону дороги, к остальным или убежал в противоположную сторону? — подал голос Тэён, подходя ближе и помогая младшему вскарабкаться на спину своего гнедого жеребца. Тот удручённо помотал головой, крепче вцепляясь в поводья и его конь затрусил по тропе обратно на главную дорогу. — Должно быть, он услышал шум нашей стычки и поспешил сбежать, — предположил принц, хватая своего вороного четвероного друга под уздцы. Тэён выглядел неспокойным, зорко оглядываясь по сторонам своим орлиным взглядом. — Или он где-то здесь, не отступающий от своего намерения ограбить знатных господ, что забрели в этот лес, — ответил тихо, уложив руку на рукоять меча. Джэхён внимательно осмотрелся и прислушался к шелесту ветра в кустарниках вдоль ручья, вскинул брови: — Но здесь никого… Именно в этот миг, когда принц уже занёс ногу, чтобы поставить её в стремя, из отдалённого густого орешника выпрыгнул мрачного вида коренастый разбойник с зажатым в лапище кинжалом. Всё произошло слишком быстро: кинжал просвистел в воздухе, Тэён выхватил меч и полоснул им кинувшегося на Джэхёна разбойника, вспоров ему грудь, принц выпустил уздечку и успел достать свой меч и увидеть, как нападавший со сдавленным хрипом на устах повалился на землю, а оружие, блеснув стальным блеском в луче солнца, вонзилось справа в верхнюю часть груди отважного гвардейца Ли. — Тэён… — принц не узнал собственный голос, полный страха, звенящий натянутой струной шока, напряжения и боли. — Тэён! Оба меча бесшумно упали в траву. Тэён покачнулся, хватаясь за вошедший почти по рукоять кинжал и со свистом вздохнул. Джэхён смертельно побледнел и ухватил стражника за плечи, ловя затуманившийся взор старшего. — Нет… нет… Тэён… прошу тебя, только не закрывай глаза… Чону, Чону!!! — Ваше высочество, Тэён, где вы пропада… — Ким Чону, не дождавшись своих спутников на главной дороге, решил вернуться посмотреть, где же те задержались, но совсем не ожидал увидеть картину, что предстала перед его глазами — мёртвый разбойник, дрожащий, с пепельно-белым от страха лицом принц, что ухватил за плечи своего личного стража, чья рубашка пропиталась кровью. — О силы небесные! Он спрыгнул с коня и поторопился к юношам, помогая подхватить нетвёрдо стоявшего на ногах Ли. Остальное Джэхён помнил как в тумане. Как они с трудом усадили Тэёна в седло и помчались обратно во дворец, как он неистово молился духам предков всю обратную дорогу, чтобы они сохранили жизнь его верному, храброму другу. Он слышал топот лошадиных копыт и тяжёлое дыхание, вырывающееся из ноздрей, хруст веток под их ногами будто сквозь пелену тумана, а перед глазами стояло рубиново-красное пятно и вонзившаяся в тёплую плоть сталь.