Прикоснись ко мне

      Слушание по делу Драко о нарушении протокола «ИЗЪЯНа» было назначено через месяц. Другой бы человек затаился как мышь в своей каморке, надеясь на чудо и веру в правосудие, но только не Малфой. Воспользовавшись тем, что власти тянули с официальным заявлением о том, что преступник мёртв и древний артефакт разрушен, он сработал на опережение, и уже на следующий день всё магическое сообщество заговорило о Драко Малфое как о герое, чьи доблесть и храбрость не уступали самому Гарри Поттеру.        Тираж Ежедневного пророка с колдографией Драко и заголовком «Страна должна знать своих героев, а не судить их» разошёлся за считанные минуты, так что пришлось напечатать несколько сотен дополнительных экземпляров. Совы стёрли крылья, разнося почту по адресам, свежая типографская краска пачкала руки, трубочки газет отправляли друзьям и знакомым в другие страны, а работа встала, так как каждый считал долгом поделиться своим мнением, обсудить и зачитать отрывок статьи вслух.        Скиттер купалась в объятиях славы, ловя неописуемый восторг от самой себя, и не упускала возможности прорекламировать свою будущую книгу, где обещала раскрыть все тайны бывшего Пожирателя.

      «Драко Малфой, наш молодой, талантливый волшебник, который всё это время выживал в мире маглов, столкнулся лицом к лицу с ужасающими действиями тёмного волшебника. Вместе с выдающимся аврором Гарри Поттером мистер Малфой расследовал дело о пропавших волшебниках и ускользающей сквозь пальцы магии. Будучи прекрасно осведомлённым о деяниях своего предка — тёмного волшебника Поллукса Блэка, о котором я упоминала в предыдущей статье, — мистер Малфой лично предложил свою помощь и всяческое содействие бывшему однокласснику Гарри Поттеру. Расследование проходило под грифом совершенной секретности, и пока мы с вами с такой лёгкостью обвиняли мистера Малфоя в исчезновении магии, он, будучи сам лишённым волшебных сил, отправился навстречу смертельной опасности.

      Ваши глаза вам не врут, мои дорогие читатели! Но давайте обо всём по порядку.

      Дабы не быть голословной, ваша покорная слуга лично посетила место преступления и не боится обнародовать то, что скрывает от нас Министерство магии. Вы не представляете, сколько испытаний пришлось преодолеть нашей команде, чтобы добыть редкие кадры, но ради своих любимых читателей мы готовы на всё!

      На колдографиях, что приведены ниже, вы можете убедиться, в каких жутких условиях содержались пленные. В этих тёмных, кишащих крысами туннелях и сейчас с трудом можно пользоваться магией. Под завалами сотрудникам аврората удалось откопать разрушенный алтарь — тот, что выкачивал волшебную силу, — и останки того, кто покусился на святое — магию.

      Буду откровенно честна с вами, мои дорогие читатели: увидев собственными глазами то, что осталось после уничтожения этого отвратительного места, ваша покорная слуга содрогнулась от ужаса и едва не упала в обморок, представив, какой опасности подвергся человек, лишённый своей волшебной палочки.

      Да, да! Мистер Малфой пошёл на врага, имея в своём арсенале лишь острый ум и невероятную храбрость!

      Напомню, что некоторое время назад Драко Малфой был приговорён к двум годам «ИЗЪЯНа» — проекту, при котором волшебник помещается в магловскую среду без каких-либо связей с волшебным миром и лишённый способности произносить заклинания. Справедливое наказание для того, кто по ошибке юности встал в ряды Того-Кого-Нельзя-Называть. 

      Глава проекта «ИЗЪЯН» лично направил осуждённого мистера Малфоя в отдалённый город, но знал ли он, в какую ловушку попадёт его подопечный? Почти два года мистер Малфой — этот бедный, потерянный мальчик, который едва достиг совершеннолетия, — не подозревал, что живёт на останках своих безумных предков.

      Случайная встреча с Гарри Поттером, искавшего ответы на главный вопрос: кто хочет уничтожить магию, неразрывно переплела их судьбы, и они плечом к плечу ринулись в бой.

      Один из авроров, чьей задачей было наблюдать за бывшим Пожирателем, поведал нам, как, не зная страха, мистер Малфой бросился спасать невесту мистера Поттера, когда та, находясь под действием заклятия, направилась в уготовленную ловушку.

      В данный момент мисс Уизли ничего не угрожает, и она находится в надёжных руках целителей Святого Мунго. Чего нельзя сказать о нашем герое…

      Как мы упоминали ранее, мистеру Малфою нельзя контактировать с магическим миром и обратиться за помощью к опытным специалистам. Как настоящий мужчина, он вынужден стиснуть зубы и терпеть боль, которую могло бы снять простое заклинание. 

      Как вы можете убедиться, нам удалось найти и запечатлеть Драко Малфоя в окне своего временного дома и лично увидеть последствия того злополучного вечера, когда магия была спасена. 

      Как наш герой врукопашную пошёл на врага и помог Гарри Поттеру одолеть его».

      Гермиона опустила глаза на колдофото и хмыкнула. На ней Драко без рубашки стоял у окна с кружкой чая в руке и, якобы заметив папарацци, скрывался за шторой. Но за те три секунды, что успел запечатлеть фотограф, были видны жуткие синяки и царапины на его груди и туго перебинтованная голова с красным пятном от кетчупа.        Ниже была прикреплена фотография черепа с окровавленными зубами и подпись:

      «Останки тёмного волшебника Поллукса Блэка, создавшего Реликварий несколько столетий назад, и которым был едва не убит Драко Малфой».

      Заканчивалась статья обращением журналистки:

      «Я, Рита Скиттер, искренне прошу прощения, что поддалась панике и была несправедлива к этому замечательному юному волшебнику, рискнувшему своей жизнью ради спасения всех нас, и призываю своих преданных читателей отплатить ему тем же.

      В ходе сложнейшей операции по спасению мисс Уизли наш герой нарушил правило своего заключения. Он, ценой своей свободы, как настоящий рыцарь и истинный волшебник, применил заклинание и спас героиню войны Джинни Уизли. И теперь ему грозит наказание. Но разве это справедливо? Тот, кто спас волшебный мир от уничтожения, может попасть в Азкабан за применение заклинания «Экспеллиармус». Того самого заклинания, которым был убит Сами-Знаете-Кто.

      Я призываю нашего доблестного и справедливого Министра магии не только немедленно освободить мистера Драко Малфоя из-под ареста, но и наградить орденом Мэрлина первой степени! Да, он оступился, но вполне искупил свою вину и заслужил высокого звания Героя магической Британии.

      Ваш борец за справедливость, Рита Скиттер».

      Находясь в изоляции под жёстким наблюдением, оторванным от магического мира, Драко удалось сдвинуть гору и заставить её прийти к себе. Волшебники безумным потоком хлынули в Полиантес, желая собственными глазами увидеть то, что осталось от Реликвария и старинного замка. Скиттер ежедневно подпитывала интерес читателей, открывая секреты этого места, подняла истории о волшебниках, что жили здесь, скормила жадным до знаний читателям байки о маглах-инквизиторах, творящих Мэрлин знает что, оставаясь безнаказанными. Журналистка приводила неоспоримые доказательства и вместе с тем сочиняла такую несусветную ересь, что даже откровенная ложь казалась правдой.       Но какой бы ни была статья, заканчивалась она неизменным посылом — Драко Малфой очистил проклятое место, и волшебный мир может спать спокойно.        — Ты не устала читать одну и ту же писанину? — сочувствующе замотал головой Себастиан, подойдя к Гермионе, и сел на соседний диван. — С утра там ничего не поменялось.        — Я могла чего-нибудь не заметить, — недовольно буркнула она, выглянув из-за газеты, но, поймав вопросительный взгляд, устало выдохнула и, сложив листы пополам, положила их на столик. — Не знаю, будет ли достаточно поднятого Скиттер шума. Уже неделя прошла, а я, вместо того чтобы хоть как-то помочь, сижу здесь.       — Это говорит мне человек, который каждый день работает по двенадцать часов, а в оставшееся время занимается с ещё одним бездарем.       — Ты не бездарь, — упрямо возразила Гермиона. — На выходных сходим купим тебе палочку, и всё пойдёт легче.       Тут камин вспыхнул зелёным пламенем, и из него вышел Гарри, недовольно хлопая себя по плечам, отчего в воздух взметнулось облачко пыли. Гермиона в момент подлетела к другу и помогла снять с его плеч мантию.       — Ты поздно. Как прошло собрание? — нетерпеливо произнесла она, прижав к себе тяжёлую ткань, но тут же отвела её от груди, понимая, что измазалась в чёрной блестящей пыли. — Что это?       — Видимо, новая разработка Джорджа, — фыркнул Поттер, ослабляя узел галстука. — Какие-то умники подложили нам на этаж звуковые петарды, скандирующие «Свободу Малфою». Всё бы ничего, если бы они не взрывались вместе с этой гадостью.       — Круто, — засмеялся Себастиан. — Хотел бы на это посмотреть.       — Было бы круто, если бы эта дрянь снималась простым очищающим заклинанием! — раздражённо ответил ему Гарри.       — Ой, кажется, это была моя идея, — сочувствующе пискнула Гермиона. — Но ты не переживай, я всё постираю. Просто мы хотели показать, как тяжело быть маглом.       — Мы — авроры, уважаемые люди, а мыли полы как какие-то домовики!       — Эй, поуважительнее, — бросил ему в ответ Себастиан и крикнул в сторону коридора: — Кикимер, накрывай на стол, хозяин Гарри вернулся.       — Он мне больше не хозяин, — донеслось недовольное бурчание эльфа, и они поспешили к ужину.       — Как прошло ваше собрание? — напомнила Гарри Гермиона, когда на пустых тарелках по щелчку эльфа у каждого появились по куску мяса с салатом и золотистыми ломтиками картофеля. — Что Робардс, не передумал?       — Если бы, — фыркнул Гарри и насадил на вилку кусок мяса, полностью игнорируя нож. — Везде таскает с собой свиток с утверждённым сводом законов и тычет его в нос каждому, кто заикнётся о несправедливости к Малфою.       — Господин, ваша салфеточка, — услужливо закрутился вокруг Себастиана эльф, положив на его колени тёмно-зелёную ткань, после чего бросил презрительный взгляд на Гарри с Гермионой, проигнорировавших элементарные правила этикета.       — А ещё, — прожевав, продолжил Гарри. — Мне тут шепнули, что все секретари и мелкие служащие Везингамота хотят устроить забастовку прямо после заседания, если не оправдают Малфоя. Но это ещё не всё. — Он потянулся к кружке и сделал большой глоток сока. — Сегодня Кингсли пришла петиция с десятью тысячами подписей для немедленного присвоения Драко звания героя. Вы бы видели лицо Робардса, когда ему сообщили, что этот вопрос вынесут на общее голосование.       — Это же замечательно, — кивнула Гермиона. — Рано или поздно твой начальник сломается.       — Но пока это давление общественности только раззадоривает его желание засадить Малфоя. Он даже затребовал его характеристику у Макгонагалл.       — Уверена, Минерве сейчас не до этого. — Гермиона промокнула губы салфеткой, и её лицо озарила догадка. — А если ей сейчас не до этого… Значит, она попросит сделать это кого-то вроде меня.       — Только давай без фанатизма, — предупредил её Гарри. — В школе он был тем ещё говнюком.       — За кого ты меня принимаешь, — обиженно фыркнула Гермиона, и её губы разъехались в довольной улыбке. Мысленно она уже смаковала каждую фразу самой блестящей характеристики, какую знала школа.        — А у вас как день прошёл? — спросил Гарри, меняя тему, и, поймав взгляд Себастиана, кивнул на новенький магловский протез. — Работает?       — Не особо. — Себастиан поднял механическую руку и попытался сжать кулак, но в итоге нехотя согнулись только средний и безымянный трубки-пальцы. — Тётя Нарцисса сказала, что знает кого-то, кто сможет зачаровать её и сделать как настоящую, а пока и так сойдёт. Лучше посмотри на это. — Он опустил вилку и, достав из кармана старую списанную палочку, которую достал для него Гарри, произнёс заклинание.       Изящная фарфоровая чашечка перед ним задрожала, но только разбрызгала по блюдцу янтарную жидкость.       — Себастиан, — закатила глаза Гермиона и разочарованно зарычала. — Ну сколько можно повторять! Надо говорить «ЛевиОса», а не «ЛевиосА»!       Услышав это, Гарри неожиданно для самого себя хрюкнул, и из его носа фонтаном хлынул сок, который он так не вовремя решил проглотить.

***

      Когда внезапные вспышки магии Себастиана прекратились, Гермиона высвободила себе выходной и повела дядю на Косую аллею, помочь выбрать его первую волшебную палочку. Заглянув перед этим в Гринготтс, держа при себе ключик, который с радостью вручил новому хозяину Кикимер, они узнали, что Регулус Блэк оставил небольшое, но достаточное состояние, чтобы обеспечить себя в течение нескольких лет.       — Вау, это было лучше американских горок! — с восторгом сообщил Гермионе мужчина, когда они вышли из банка. — А мы можем сюда вернуться на следующие выходные?       — Это тебе не аттракцион, — попыталась сохранить серьёзное лицо Гермиона, но от одного вида детского восторга Себастиана заулыбалась сама. Подхватила его под руку и потащила в сторону лавки с палочками. — Приготовься, сейчас у тебя будет самый важный момент в жизни волшебника!       Встретив гостей, Оливандер весьма удивился, когда новый клиент не смог озвучить характеристики его предыдущей палочки.       — Я хочу подобрать что-то новое, — не растерялся Себастиан и с видом опытного покупателя начал изучать бесчисленные коробочки. — Что посоветуете?       — Сейчас узнаем, — хитро сощурил глаза пожилой мужчина, произнеся знакомую каждому первокурснику фразу, и взялся за, казалось бы, первую попавшуюся под руку коробочку. — Попробуйте-ка эту, молодой человек.        Спустя несколько минут и пару взорванных лампочек Себастиан вышел из лавки, крутя в руках блестящую на солнце палочку из вишнёвого дерева с сердцевиной из жилы дракона.       — Мы должны это отметить, — важным голосом сообщила Гермиона и, вложив свою руку в изгиб локтя дяди, направила его к яркому магазинчику с гигантской рыжей головой, прячущей под шляпой кролика. — Но прежде заскочим ещё в одно место.       — Что за место? — Спросил Себастиан, с любопытством осматриваясь вокруг, и, заметив яркую вывеску, потянул девушку к ближайшему магазину. — Может, сюда? Хочу себе такой же плащ, как у Гарри.       — Это не плащи, а мантии, — поправила его Гермиона, возвращая к начальному маршруту. — И такие мантии, как у Гарри, носят только авроры. Не переживай, ты отлично выглядишь.       Остановившись у магазинчика Уизли, Гермиона осмотрела спутника с ног до головы и, встав на цыпочки, по-матерински поправила несколько тёмных прядок, открывая высокий лоб.       — Великолепно, — улыбнулась она, оставаясь довольной его внешним видом, и, привычно взяв подруку, потянула внутрь, но Себастиан не пошевелился. — Ты чего? Идём…       — Что это за место? — спросил он, напряжённо сведя брови.       — Магазин моего друга, помнишь, я тебе рассказывала. — Гермиона отпустила его руку и, взойдя на крылечко, распахнула перед ним дверь. — Давай же! Я проверила, Весталика сегодня на смене, так что вперёд.       Заметив, как побледнело лицо Себастиана, Гермиона отпустила ручку в виде шарика бомбочки, и, звякнув трелью колокольчиков, дверь медленно закрылась.       — Что-то не так? — Она склонила голову к плечу, разглядывая спутника, и устало сошла с крылечка, видя, что он не торопится встретиться с любовью своей жизни. — Ты же сам просил. Или передумал?       Вместо ответа Себастиан с трудом сглотнул и, закусив уголок губы, осмотрел высокое здание. Сделал шаг в сторону и, словно вор, осторожно заглянул в окно, начав рассматривать внутреннее убранство магазина и снующих в нём покупателей.        — Внутри там намного интереснее, — пожурила его Гермиона. — Где твоя храбрость?       Намереваясь шутливо стукнуть его в плечо, Гермиона сделала шаг ближе, как Себастиан резко отскочил в сторону, налетев на племянницу, и тут же прижал лопатки к литой колонне.       Потрепав саднившее от столкновения плечо, Гермиона вытянула шею и заглянула в витрину магазина. Там, встав за прилавок, Веста пробила покупку и, отдав женщине чек, вручила двум прыгавшим вокруг неё мальчишкам большой пакет.       — Как я и говорила, Весталика на работе, — заключила Гермиона и, повернувшись к дяде, недовольно упёрла руки в бока. — И чего стоим? Она ждёт!       — Она не помнит меня, — возразил Себастиан.       — Значит, у тебя есть отличный повод познакомиться. Если проблема во мне, то я и не собиралась смотреть, — обиженно всплеснула руками Гермиона. Вскочив по ступенькам, она уверенно распахнула дверь и, обернувшись через плечо, подмигнула Себастину. — Можешь стоять здесь сколько угодно, у меня тут одно дело к Джорджу.       Проходя мимо прилавка, Гермиона обернулась на витрину и фыркнула, заметив ускользнувшую из вида чёрную тень.       — Привет, могу чем-то помочь? — улыбнулась новой посетительнице Весталика.       — Эм, нет. — Гермиона повернулась к девушке и, задумавшись на секунду, прислонила палец к губам. — Хотя, знаешь, у той витрины, — она оторвала палец от губ и указала им на широкий оконный пролёт, увешанный разными безделушками. — Кажется, одна вывеска стоит вверх ногами. Видимо, кто-то из детей перевернул.       — Оу, правда? Спасибо.       Мысленно потерев ладошки от своей сообразительности, Гермиона поднялась в кабинет владельца магазинчика, надеясь застать его на месте. Выждав пятнадцать минут, она попрощалась с Джорджем, пообещав, что на этот раз придёт на пятничный ужин в Нору, и, прибывая в прекрасном распоряжении духа, спустилась вниз.       Оглядевшись по сторонам, Гермиона печально выдохнула. Себастиана нигде не было, а Весталика, воспользовавшись временным отсутствием посетителей, читала книжку за прилавком и лениво помешивала ложкой сахар в кружке, не отрываясь от сюжета.       — Как дела? — Не заметив, что рядом появилась Гермиона, Веста резко двинулась и чуть не пролила на себя горячий кофе. — Ох, Лика…прости, не хотела напугать.       — Ничего, — без капли злобы рассмеялась она и быстро протёрла прилавок, избавляясь от небольшой кофейной лужицы. — Интересно, в каждую нашу встречу будет что-то падать?       — Надеюсь, что нет, — виновато улыбнулась Гермиона и заозиралась по сторонам. — А сюда не заходил никто после меня? Кажется, я видела знакомого…        Поймав вопросительный взгляд Весталики, Гермиона прикусила губу и, попрощавшись, вышла из магазина.        Себастиан нашёлся в Дырявом котле, и, глядя на его потерянное, задумчивое лицо, Гермиона решила не лезть с вопросами. Заказав им по пинте сливочного пива, она завела разговор о Хогвартсе и в красках описала забавный случай, как её учеников позвали студенты Колдовстворца в баню и, по словам слизеринцев, вынули из них всю душу.        После неудачного визита в магазинчик приколов в Косом переулке, Себастиан несколько раз приходил на волшебную улицу, но так и не решался зайти внутрь, довольствуясь тем, что видел загруженную работой девушку.       — Передай своему другу, чтобы перестал ошиваться вокруг моего магазина, — сообщил Гермионе Джордж во время ужина в Норе в пятницу.       — Дай им самим разобраться, — недовольно ответила Гермиона.       — Гермиона права, — кивнула Джинни, которая только недавно выписалась из больницы, и мечтательно подпёрла рукой щёку. — Она не помнит его, а он ради неё чуть не уничтожил весь мир. Это так романтично. Жаль, ради меня таких подвигов не совершали.       — Я сразился с василиском ради тебя! — с обидой в голосе воскликнул Гарри. — И вообще-то спас тебя от того самого «романтичного» апокалипсиса.       — Ты мой герой, — рассмеялась девушка, притянув к себе Поттера, и принялась смачно покрывать его лицо поцелуями.        — В любом случае, — продолжил Джордж. — Если этот мужик не перестанет её сталкерить, я приглашу Лику на свидание и сделаю всё возможное, чтобы она втюрилась в меня.       — Ты этого не сделаешь! — возразила Гермиона, на что Уизли хитро улыбнулся, оставляя открытым вопрос: шутит он или говорит серьёзно.       Ещё через неделю Гермиона пригласила дядю вместе с Гарри и Джинни на заключительный турнир по Квиддичу между командой Хогвартса и Колдовстворца. Себастиан уверял новых друзей, что прочитал достаточно книг о Хогвартсе, чтобы ничему не удивляться. Но как только он ступил на территорию школы, его уверенность растворилась. Он вёл себя как первокурсник, вертя головой по сторонам и с широко открытым от восхищения ртом, явно доказывая, что это место для него оказалось более волшебным, чем он мог себе представить.        — Мистер Поттер! Мистер Поттер! Я занял нам самое лучшее место! — вскочив на пустую лавку, замахал руками Гэрри Танаф, привлекая внимание вошедшей на трибуну группки друзей. — Профессор Грейнджер, я здесь!       — Позволь угадаю, — усмехнулась Джинни, шутливо пихнув Гарри в бок. — Это тот самый маленький фанат, о котором ты говорил?       — Это Гэрри, и он классный, — фыркнул Гарри и, подойдя к парнишке, шутливо щёлкнул его по носу. — Привет, дружище. Рад тебя видеть.       — И я-а-а-а, — восторженно пропел Танаф, не веря своим ушам, что Гарри только что назвал его другом. Но тут сам получил болезненный тычок в спину. — Ой, позвольте представить моих друзей, — опомнился он и, горделиво расправив плечи, указал на двух слизеинцев, что нервно переминались с ноги на ногу чуть позади. — Это Малина Бруствер и Дональд Рэйчис.        — Рад познакомиться, — кивнул им Гарри и, немного передразнивая парнишку, представил им своих спутников, а им школьников.       — Вау, вы девушка мистера Поттера? — ещё шире распахнул свои чёрные глаза Гэрри, когда ему представили Джинни. — А я вас так и представлял. — Танаф подмигнул Уизли и, переведя взгляд на Поттера, показал «класс», чем вызвал приступ смеха у взрослых.       Резкий свисток привлёк внимание зрителей, и матч начался.        Игроки в своих ярких мантиях начали с сумасшедшей скоростью носиться по полю на своих мётлах, совершая немыслимые трюки, защитники замахали битами, отбивая бладжеры, а ловцы заняли свои позиции на разных концах поля, высматривая золотой снитч.       — Ого, и этому учат в школе? — воскликнул Себастиан, когда один из игроков Колдовстворца закинул квофл в ворота.       — Ты вообще на чьей стороне? — буркнула Гермиона, не отрывая взгляда от своего охотника, завладевшего мячом. Паркинсон ловко увёл метлу в сторону, уходя от столкновения, и, сделав трюк, играючи закинул первый гол в кольцо соперников.       — А эта игра только для детей или взрослым тоже можно? — опускаясь на лавку, спросил Себастиан и вздрогнул, когда один из игроков чуть не слетел с метлы, от попавшего бладжера. — Ого, ты только посмотри, что вытворяет! А какие тут правила?       — Забить как можно больше мячей и не свалиться с метлы, — усмехнулась Гермиона. — Когда Драко освободится, то поиграет с тобой. Он отлично играет и…       — Кто отлично играет? Малфой? — недоверчиво изогнув бровь, переспросила Джинни, услышав их, и, встав со своего места, втиснулась между Гермионой и Себастианом. — Нашёл у кого спрашивать! Гермиона вообще не смыслит в квиддиче, давай я тебе сейчас всё объясню…       Воспользовавшись тем, что Уизли пересела, Гермиона придвинулась ближе к Гарри и, обхватив его локоть, чуть привлекла к себе.       — Гарри, почему ты мне не сказал, что дом скрыли фиделиусом? — крикнула она ему на ухо, в то время как трибуны захлестнули новые овации, и её голос растворился в общем гуле. — У него же браслет, а это сильнейшая магия! Вы сдурели?       — Что? — Нахмурился Поттер, повернувшись к подруге. — Откуда ты вообще это знаешь?        — Оу, — замялась она, отпустив его локоть, и виновато сжала плечи. — Утром мы с Пэнси и Невиллом побывали в Полиантесе.       — Вы, что?        — Не злись, Пэнси узнала, что в Полиантесе один ушлый волшебник настроил платную каминную сеть из-за наплыва желающих посетить город. Вот мы и отправились посмотреть в качестве простых туристов.       — Гермиона! — не веря своим ушам, шикнул на неё Гарри. — Ищейки Робардца только и ждут, когда он облажается! Надеюсь, ты ни с кем из знакомых маглов там не встретилась?       — Я наложила отводящие чары, — ответила она, почувствовав, как заливаются краской щёки. — Меня никто не видел, Пэнси с Невиллом меня прикрыли. Я сразу поняла про чары, когда оказалась на другом конце города, и мы вернулись…       — Ты хоть понимаешь, что твоя вылазка может стоить ему свободы? — в зелёных глазах засверкали молнии, и чем тише шипел Гарри, тем сильнее сжималась Гермиона. — Зачем вы вообще туда попёрлись?       — Блин, ну прости, — тихонько взмолилась она, заёрзав на лавке. — Я знаю, что поступила глупо, но мне так хотелось его увидеть хоть одним глазком…       Гарри ей что-то ответил, но его голос утонул в неистовом рёве болельщиков. Загудели горны, захлопали трещотки, в небо устремились шарики салюта, окрасив его золотыми снежинками.       — Вот это игра! — Себастиан и Джинни подскочили на ноги и крепко обнялись.       — Что? — тоже поднялась на ноги Гермиона, ничего не понимая.        Игроки на поле больше не носились взад-вперёд, а зависли в небе, также вертя головой по сторонам. Диктор что-то визжал в громкоговоритель, позабыв сменить цифры на табло, на которых так и держалось 10х10.        — Что случилось? Уже всё? — растерянно озиралась Гермиона. — Кто победил? Наши?       — Даааа! — закричала ей на ухо Джинни, оторвавшись от Себастиана и схватив её за плечи, начала прыгать на месте. — Вот это ловец! Вот это глазищи! А скорость! Вот кого нужно в сборную!       Волна мурашек пронеслась от кончиков пальцев ног к голове, и Гермиона завизжала, начав прыгать вместе со всеми.       — Хог-вартс! Хог-вартс! — в унисон скандировали зрители и безудержным потоком хлынули вниз, чтобы поздравить своих чемпионов.        Министр спорта Великобритании, под всеобщие овации, вручил Колину Митчелу кубок и напророчил великое будущее в спорте. Каждому игроку принявшему участие в играх, на шею повесили медали и запечатлели в истории, сделав с десяток колддографий. Праздник по случаю победы растянулся на целые сутки, школа гудела и сотрясалась от танцев, устроенных в большом зале. Кубок переходил из рук в руки, каждый хотел прикоснуться к истории, частью которой они стали, и, не важно, из какого факультета был тот или иной ученик. Это была их общая победа, и цвета галстуков стали просто цветами, стерев все границы.

***

      Пока Грейнджер находилась в Хогвартсе, Себастиан проводил время у Нарциссы. После возвращения сестры в Полиантес, она взяла племянника под своё крыло и в итоге предложила переехать Мэнор, чтобы полноценно заняться его обучением. Посоветовавшись с Драко, Себастиан принял предложение тётки и вскоре был официально представлен магическому обществу на приёме, который организовала Нарцисса в честь своего сына.       Себастиан сопровождал хозяйку, представляясь сыном Сириуса Блэка от магловской девушки, и блестяще отыгрывал роль аристократа. Поразительное сходство с Блэками и, крутившийся у ног Себастиана счастливый Кикимер, не вызвали подозрений у волшебников, и мужчину приняли в самых высших кругах как своего.       — Мистер Блэк, как вам Британия? Вы же застали это ужасное время с исчезнувшей магией? Неслыханное преступление… Какое счастье, что мистер Малфой оказался рядом… — с одними и теми же темами подходили к Себастиану, и он с охотой поддерживал разговор.       Присутствовавший на приёме Гарри, ограниченный правилами аврорского значка мог лишь многозначительно кивать или нехотя переводить темы, когда тот или иной волшебник за бокалом шампанского пытался выведать подробности того рокового дня. А вот Джинни, не отходящая от своего парня ни на шаг, не стеснялась в выражениях и не уставала благодарить Драко.       — Это было так ужасно! — признавалась она каждому. — Я была без сознания, и Драко вынес меня на руках, буквально спасая от участи быть погребённой заживо!        — Что вы говорите!? А ведь он сам был ранен…        — Говорят, ему пришлось обратиться к этим варварам-медикам…       — Я слышала, что целители буквально вцепились в глотку Министру, желая оказать Драко должную помощь, но им отказали…        — В таком случае, пусть сами лечатся у маглов. У моей сестры муж магл, и о он занимается тем, что в качестве лечения вспарывает людей, чтобы покопаться в их внутренностях.       Из каждого угла зала только и слышались разговоры о Драко, волшебники курсировали от одной кучки людей к другой, делясь последними сплетнями. Всех волновала судьба юного волшебника, а узнав, что Уизли оказалась единственной ведьмой, к кому вернулась способность произносить заклинания, после встречи с Магпсихопатом, как окрестили его в народе, только подстегнуло веру в то, что Драко герой, спасший бедную девушку от участи несчастных женщин, проходящий в данный момент реабилитацию.       Только малому кругу самых близких друзей было известно, что стоило Джинни снять волшебный артефакт, как способности исчезали.       — Он останется у моей подруги навсегда, — как-то заявила Гермиона на вопрос Космеи о судьбе кулона, но не наткнулась на ожидаемое возражение, что реликвия Блэков должна храниться в кругу семьи.       — Пусть он принесёт твоей подруге удачу, — лишь улыбнулась женщина, небрежно пожав хрупкими плечиками. — Я отдала его тебе только для того, чтобы Нарцисса увидела его и тем самым вышла на меня. Раз ты стала жить в доме у Драко, я предположила, а вдруг ты когда-нибудь встретишься с ней и поможешь нам воссоединиться.       — Так всё и произошло, — кивнула Гермиона. — Но лучше, если бы ты сразу мне всё рассказала и попросила помощи.       — Если бы я знала, что моя приёмная внучка местная знаменитость, — тихонько рассмеялась Космея. — То непременно бы так и сделала.       Наблюдая за Джинни делающей вид, что ничего не поменялось и её не смущает кулон, ставший костылём её переломанной магии, Гермиона невольно возвращалась мыслями к Чжоу Чанг, Севилле Треллони и другим женщинам, имён которых не знала. Вместе с Себастианом они задались целью разобраться в магии кулона и найти способ повторить изобретение Поллукса Блэка. Изучая всевозможную литературу Хогвартса и Мэнора, их главной надеждой была уцелевшая в лабиринтах Полиантеса маленькая библиотека, скрытая от цепких министерских лап защитным заклинанием Гарри.  

***

      Дата и время судебного заседания были строго засекречены, чтобы избежать стычек и демонстраций среди обеспокоенных судьбой Малфоя волшебников. Гарри предупредил её, что это будет закрытое мероприятие, поэтому не сможет её провести в зал, да и сам знал только приблизительную дату. В любом случае, Гермиона выкроила себе выходной на обозначенный день, перекроив полностью расписание и переругавшись с коллегами. И когда, во время зачёта у семикурсников, за день до суда в аудиторию ворвался патронус, Гермиона растерялась.       — Отправляюсь за Малфоем. Заседание через двадцать минут. Там же, — сообщил голосом Поттера величественный олень и, боднув воздух голубоватым светом, растворился.        Гермиона замерла, тупо уставившись на сидящих за партами учеников, поднявших на неё свои глаза. В голове штормовой воронкой закрутились мысли, выбирая, что делать, а тело онемело.       — Иди, — первым нарушил тишину класса Паркинсон и, поднявшись на ноги, осмотрел сокурсников. — Мы же прикроем?       Ученики, все до единого закивали, чем растрогали профессора до слёз.       — Вы самые лучшие, — шмыгнула носом Гермиона и, спешно достав из ящика стола свою сумочку, бросилась из кабинета, успев крикнуть напоследок. — Всем автомат!       Перескакивая через ступеньки, она буквально влетела в пустую учительскую и, бросив в камин горсть пороха, переместилась в атриум Министерства магии.       Среди всеобщего безумия и помешательства Гермиона оставалась единственной, кто не высказал своё мнение по поводу судьбы Малфоя. За этот месяц журналисты то и дело ловили её с вопросами на улицах или на многочисленных приёмах, организованных в честь Драко, но она лишь вежливо напоминала, что была и есть на стороне справедливости и закона, а уж что имела в виду Золотая девочка, решал каждый сам. Друзья списывали её молчание на ненависть к публичности, но только Гермиона знала истинную цель. И, чем больше разгорался скандал между волшебниками и министерством, тем сильнее она убеждалась в правильности своего безмолвия.       — Мистер Робардс! — воскликнула она, заметив мужчину, едва выйдя из лифта, спустивший её на этаж мракобордцев. — Гавейн, какой сюрприз. Вы же меня не забыли?       — О, Гермиона, — широко заулыбался мужчина, приняв её рукопожатие. — Как бы я посмел забыть такую выдающуюся ведьму! — Он скользнул сальным взглядом по её фигуре и поцеловал её руку. — Прошу меня простить, но дела не ждут.       — Конечно, конечно, — понимающе закивала она, сильнее сжав ладонь мужчины. — Не представляю, как вам должно быть тяжело. Столько забот и всё из-за этого Малфоя, и как вы держитесь?!       — С трудом, моя дорогая … Что ж, был рад вас встретить.       — А Гарри не на месте? — Она вытянула шею, осмотрев пустой коридор. — Я хотела пригласить его на обед.       — Боюсь, он не сможет составить вам компанию на сегодня. Простите. Мне пора…       — Ох, тогда и мне здесь делать нечего, — расстроено поджала губы Грейнджер и вошла за мужчиной в кабину лифта. — А на счёт этого Малфоя, хочу сказать, что закон есть закон, и мы должны ему следовать. Никто не спорит, что Малфой совершил геройский поступок, но ведь это только доказывает пользу проекта. Ваш ИЗЪЯН работает, и люди должны быть Вам благодарны за то, что именно Вы смогли направить бывшего пожирателя на путь добра.        — Как верно вы это подметили, — раздулся от собственной значимости мужчина.       — Без вашего руководства и гениальности проекта, разве оказался бы он в том городе? — не унималась она, выйдя из лифта, и они задержались у ряда каминов. — Вы такой же герой, как и он!        – Только вы меня понимаете, моя дорогая! — печально выдохнул он. — Как жаль, что вы выбрали путь преподавания. Я бы с удовольствием взял такую проницательную ведьму к себе в штат.        — Кто-то же должен направлять эти юные умы на правильный путь, — ответила она и звонко рассмеялась. — А ведь мы занимаемся одним и тем же.       — Гермиона, а вы бы не хотели составить мне компанию? — Хитро прищурился он. — Я как раз направляюсь на заседание по делу этого Малфоя. Уверен, вам будет интересно понаблюдать за процессом.       — А это возможно? — наигранно удивилась она, прижав ладонь к груди.

***

      Проведя Гермиону через пост охраны, стоявшую у дверей, Робардс пожелал девушке приятного дня и поспешил к коллегам, уже ждавших своего начальника. Скользнув внутрь, Грейнжер, не привлекая внимание, заняла последнюю лавку и тут же встретилась с серыми глазами, тут же нашедших её.       Её сердце забилось чаще, а дыхание замерло, не в силах справится с накатившими эмоциями. До боли прикусив внутреннюю часть щеки, она легонько кивнула ему в знак своей поддержки. В ответ, Драко сделал едва заметное движение головой и, надев на лицо маску безмятежной уверенности, поприветствовал вошедшего в зал главу ИЗЪЯНА.       Нервно начав выкручивать пальцы в перчатках, Гермиона осмотрелась. Впереди, спиной к ней расположился стол с комиссией из всех кураторов, вместе с Гарри, Невиллом, Биллом и другими волшебниками. На лавках впереди неё она узнала Эйонолу, старика Дэнверса, полицейского Полиантеса Джери и несколько мужчин в деловых костюмах, которых Гермиона видела на дне рождения у соседки. Они, покачиваясь словно во сне, сидели на своих местах, ожидая команды и ничего не замечали вокруг.        Драко выглядел уверенным, с прямой спиной сидел на том же месте, где несколько месяцев назад ждала своей участи Пэнси, теребя полоску браслета.       Как и в прошлый раз, заседание началось от зачитывания обвинения бывшему пожирателю, и его список был вдвое длиннее, чем у Паркинсон, а достижений, предписанных проектом, короче. Приглашённые за трибуну маглы коротко, без возможности солгать или умолчать правду, отвечали на вопросы о соседстве с волшебником. Комиссии, в которых состояли все кураторы проекта, были рассказаны все заслуги Драко, многие из которых Гермиона не знала. Но каждый раз, когда слово брал Робардс, Гермиона всё сильнее сжималась от неминуемого провала.        Так, с положительными отзывами о Драко как о воспитанном, добропорядочном человеке, были обнародованы несколько вызовов полиции, поджог дома и многочисленные пьяные разборки в пабе в самом начале заключения.        Выслушав все показания маглов, слово предоставили Гарри. Он повторил заученную до автоматизма речь о том, как его подопечный жил эти два года с браслетом, уделив особое внимание последним месяцам, и выдвинул предложение засчитать неоценимую помощь в поимке преступника в качестве выполнения условий заключения и освободить волшебника.        У Гермионы радостно подскочило сердце, когда она заметила кивки нескольких кураторов, и тут же разбилось о мраморный пол, когда на Гарри обрушились каверзные вопросы от Билла, Робардса и девушки-куратора, имени которой она не знала.       Никто не отрицал неоценимый вклад Малфоя в уничтожении угрозы исчезновения волшебного мира, но Гермиона понимала, к чему ведут эти вопросы. Драко Малфой исполнил свой долг как истинный волшебник, защищающий свой мир, и не будь на нём браслета, то поступил бы так же. Но это не имело никакого отношения к проекту ИЗЪЯН. Он оказался в нём из-за своего отношения к маглам и не смог убедить слушателей в изменении своих взглядов.       Когда присяжные удалились для совещания, а маглов вывели из зала, Гермиона бросилась к Драко и крепко сжала в объятиях, игнорируя просьбу удивившегося её поступком секретаря.       — Ты молодец, — шепнула она, крепко обнимая его шею и, отстранившись, взяла его лицо в ладони, предусмотрительно защитив кожу перчатками. — Всё будет хорошо, я уверена.        — Ты меня успокаиваешь или себя? — хмыкнул он и, усадив девушку к себе на колени, быстро коснулся её губ своими. Вздрогнул от резкого укола боли, но, не раздумывая, прикоснулся ещё раз, запечатлев быстрый поцелуй. — Ауч. Или я уже отвык, или они усилили защиту браслета, — поморщился он и потянулся к ней в третий раз, но их отвлёк поднявшийся шум из соседней двери, за которой скрылись кураторы.       — Видишь, — с довольной ухмылкой кивнул Драко на дверь, удерживая Гермиону на своих коленях. — Я в любом случае победил. Рано или поздно я сниму этот браслет, а звание героя останется при мне навсегда.       — Если не совершишь какую-нибудь очередную глупость, — с назидательным тоном фыркнула она.       — Ну, для этого у меня есть ты, — не растерялся Драко и быстро чмокнул Гермиону в щёку. — Как только охрану с дома снимут, жду обратно.       — Боюсь, что с тем шумом, что вы устроили, Полиантес перестанет быть исключительно магловским городом и тебя заставят переехать. В Пророке писали, что волшебники стали выкупать землю и скоро к городу пристроят волшебную улицу, а значит, тебя заставят переехать.       — Ну и ладно, — ничуть не расстроился Драко, внимательно изучая лицо Гермионы рядом, и мягко улыбнулся, когда поймал недовольный взгляд карих глаз. — Земля принадлежит мне, а значит, я стану капельку богаче, — пояснил он, закатив глаза. — А где конкретно жить, в Полиантесе или в каком-то другом месте, мне без разницы, главное, что ты будешь рядом.       — Люблю тебя, — шепнула она его губам.       — Люблю тебя, — ответил он, и их губы соприкоснулись как раз в тот момент, когда из-за двери выглянула секретарь.       — Ой, простите, — моментально покраснела она, не зная, куда деть свой взгляд. — Мисс Грейнджер. Мистер Робардс просит вас зайти.        — Это ещё зачем? — нахмурился Драко.       — Не волнуйся, сейчас всё узнаем, — ответила Гермиона, поднявшись с его коленей и, отряхнув юбку, проследовала за девушкой в соседнюю комнату.

***

      Когда неприметная дверь в углу зала открылась, Драко подскочил на ноги и замер, видя, как к нему вышли только Поттер и Гермиона.       — Ну что там? Закончили? — нетерпеливо переступил с ноги на ногу Малфой. — Сколько можно совещаться. Да – нет? Нет — да?       — Закончили, — с напряжённым лицом ответил Гарри, выйдя на шаг вперёд. — Нас попросили озвучить тебе приговор, так что…       — Что? — зарычал Малфой, когда Гарри взял долгую, театральную паузу.       — Есть несколько плохих и хороших новостей, — произнесла Гермиона, опустив взгляд, и тяжело сглотнула.       — Ну?! — выкрикнул Малфой, злясь от того, что друзья будто сговорились и боялись сообщить ему правду.       — Плохая новость, браслет с тебя не снимут, — начал Гарри. — Ты должен выполнить все условия своего заключения, и только после того, как всё будет соблюдено, твой срок закончится.        Гарри вновь замолчал и бросил взгляд на Гермиону, мысленно, прося поддержки.       — Хорошая новость в том, — продолжила Гермиона, выдавив из себя улыбку. — За выдающиеся заслуги перед магическим миром с тебя сняли дополнительные полгода наказания, так что, на выполнение твоего списка Добрых магловских дел у тебя всего три месяца.       — Так это же здорово! — воскликнул Малфой, но его радостная улыбка сползла, заметив, как напряжённо переглянулись друзья. — Что не так?       — Меня уволили с должности твоего куратора за ненадлежащее выполнение своих обязанностей, — выпалил Гарри на одном дыхании и, пока Малфой не опомнился, продолжил. — К тому же, условия будущих трёх месяцев ужесточатся. Твой новый куратор точно не позволит и малейшего косяка. Робардс лично его назначил, так что… сам понимаешь, какие это будут три месяца.        С лица Драко спали все краски, и он перевёл растерянный взгляд на притихшую девушку.       — Мне жаль, — виновато поджала губы Гермиона. — Но по истечении трёх месяцев у тебя будет магловский экзамен, и если ты не сдашь, срок будет увеличен. И так, до тех пор, пока результат не удовлетворит куратора.        — Откупиться или схалтурить не получится, — кивнул Поттер. — Уж я точно знаю, что так просто оценку тебе не поставят. Готовься умолять и зубрить до скрежета в зубах всё, что касается маглов.       — Салазар, — выругался Драко, ударив кулаком в стену. Отвернулся, пригладил выбившиеся из укладки волосы, поправил манжеты рубашки и, сумев взять себя в руки, повернулся к Гермионе. — Но мы же справимся, да? Каких-то три месяца…       Гермиона что-то пискнула и закивала, зажав ладонями рот.       — Ладно. Кто этот придурок? Старший Уизел? Ничего, я и с ним справлюсь, вот увидите.       — Хуже, — ответил Гарри и перевёл взгляд на подругу. — С ней ты точно не справишься.       Гермиона подняла взгляд на Драко, видя, как он непонимающе свёл брови, и Грейнджер очень медленно подняла правую руку вверх, демонстрируя серебряную полоску браслета.       — Что? — Малфой отступил на шаг, не понимая до конца происходящее.        Хмурые, едва сдерживаемые притворством, маски Поттера и Грейнджер треснули, и зал наполнился звонким смехом.       — Ну что сказать, — пожала плечами Гермиона, не переставая смеяться. — Я всегда умела производить нужное впечатление.       Драко толчком выдохнул воздух, вцепившись обеими руками в волосы, нарушая идеальную причёску. Засмеялся, осознав, наконец, что произошло, и открыл объятия, в которые тут же ворвалась его любимая ведьма.       — А теперь, — хитро улыбнулась Гермиона, замерев в дюйме от касания их губ. — Прикоснись ко мне.