Прикоснись ко мне

      Гермиона была полностью согласна с Драко, что Космею и Себастиана на какое-то время лучше спрятать, и дом на площади Гриммо идеально подходил для такой цели. Но она и не думала, что её тоже вытолкают из собственного дома по причине того, что магия Себастиана ещё нестабильна и оставаться в доме без присмотра опытного волшебника весьма опасно.        Пожелав Драко удачи и быстро чмокнув его на прощание, Гермиона крепко взяла Гарри за плечо, и он переместил всех троих к себе домой.        Оказавшись в тускло освещённой гостиной на Гриммо 12, Гарри коротко кивнул Гермионе, вкладывая в этот привычный жест просьбу не беспокоиться за них и самой быть осторожной. И, не теряя драгоценного времени, растворился в воздухе.        — Ну что, — выдохнула она, стоя между двумя людьми, и всплеснула руками. — Добро пожаловать. Это дом Гарри. Просьба ничего подозрительного тут не трогать и не пугаться необычного.       — Милая, я часто гостила в этом доме и знаю почти все его тайны, — без какой-либо злобы усмехнулась Космея и по-хозяйски начала осматривать гостиную. — Какой умник выкрасил стены в персиковый цвет и нацепил эти безвкусные шторы?       Гермиона проигнорировала замечание бабушки и ткнула пальцем в Себастиана.        — Тогда информация для тебя. Книги и странные предметы не трогать, так как на большинстве ещё могут лежать проклятия. Свет включается автоматически. Если нужно ярче или слабее, просто произнеси это вслух…       — Моя девушка волшебница, и я знаю, что такое магический свет, — фыркнул Себастиан. — Ты ещё воду в унитазе покажи, как смывать.       — Кстати, об унитазах, — щёлкнув пальцами, сказала Гермиона. — Туалеты на первом и третьем этажах, а твоя комната… Хм… Пойдёмте посмотрим, какие отремонтированы. Гарри никаких распоряжений не оставил, так что…       — Гостевые комнаты располагались на четвёртом и пятом этажах, — отозвалась Космея из противоположного угла гостиной и вернулась к изучению каминной полки. На ней расположилась небольшая коллекция фотографий, сделанных во времена школы родителей Джинни и Гарри. — Так непривычно, — улыбнулась Космея, взяв в руки одну из рамочек. — А когда-то здесь стояли прозрачные колбы с законсервированными в разных позах маленькими феями.       — Здесь многое поменялось, — брезгливо поморщилась Гермиона, вспоминая, как лично выбросила на помойку ту жуткую коллекцию.       — А почему на этих снимках нет Драко? — Космея поставила фотографию на место и опустилась в кресло, стоящее у камина. — Я так и не смогла разобраться, он волшебник или всё-таки как я?       — Он волшебник, просто у него сейчас сложный период, — уклончиво ответила Гермиона, как из коридора раздался оглушительный женский визг.       Заметив, что Себастиан незаметно вышел в коридор, обе женщины, не сговариваясь, бросились на звук.       — МАЛЬЧИК МОЙ! СЫНОК! ТЫ ВЕРНУЛСЯ! — визжала с портрета Вальбурга Блэк, прыгая на месте, как маленький ребёнок, которому преподнесли долгожданный подарок. — Я ЗНАЛА! РЕГУЛУС! ЗНАЛА! ТЫ ВЕРНУЛСЯ!       Себастиан ошеломлённо смотрел на ожившую картину и не смел пошевелиться.        — Всё хорошо, не бойся. — Гермиона не знала, сталкивался ли он с волшебными портретами ранее, и поспешила объяснить данную магию. — Она, можно сказать, не настоящая. Как говорящий с тобой экран телевизора и с невозможностью переключить канал.        — КИКИМЕР! — рыкнула Вальбурга властным голосом и притопнула ногой. — Где тебя носит, недомерок! Хозяин Регулус вернулся! — И, переведя взгляд на Себастиана, её жёлтое испещрённое морщинами лицо преобразилось. Губы, способные только сыпать проклятья, разъехались в широченной улыбке, на глазах проступили слёзы, и вся она буквально засветилась. — Я знала! Я верила! Дорогой мой!        — О господи, это Вальбурга? — ахнула Космея, прикрыв от удивления рот. — Что сделало с ней время!?       — Сыночек! Где ты пропадал? — запричитала женщина с портрета. — Почему ты весь в крови? Твоя рука, она…? Великий Салазар, тебе больно? КИКИМЕР, Я ЗАСТАВЛЮ ТЕБЯ СЪЕСТЬ СОБСТВЕННЫЕ КИШКИ, ЕСЛИ НЕМЕДЛЕННО НЕ ПОМОЖЕШЬ СВОЕМУ ХОЗЯИНУ! Сыночек. Свет очей моих! Что с тобой сделали эти изверги? Родной мой!       — Простите, но вы ошиблись, — Гермиона взмахнула палочкой и закрыла портрет тяжёлыми шторами. — Концерт закончен. Не обращайте на неё внимания, она немного не в себе.       — Регулус, сынок! Дай мне посмотреть на тебя! — раздались приглушённые всхлипывания. — Кикимер! Кикимер, Регулус ранен! Регулус…       — Кикимер ещё жив? — изогнула бровь Космея, как рядом с ней с хлопком появился домовой эльф. От неожиданности женщина взвизгнула и тут же спряталась за спиной сына.       — Старая хозяйка позвала Кикимера, — скорчил недовольную гримасу эльф и, просканировав брезгливым взглядом Гермиону, перевёл оценивающий взгляд на Себастиана. — Ты не хозяин Регулус, — выплюнул он со злостью, его уши задёргались, а кулачки упрямо подперли выступающие реберные кости. — Хозяин Регулус мёртв. Зачем обманули Кикимера?       — Малыш Регулус мёртв? — в очередной раз ахнула Космея и выглянула из-за спины сына. — Вы уверены?       Увидев женщину, Кикимер вытянул шею, чтобы лучше разглядеть женщину, и громко зацокал, начав недовольно покачивать из стороны в сторону лысой головой.        — Кикимер узнал маленькую мисс, — важно кивнул он и, обойдя бочком Себастиана, начал шумно принюхиваться к напуганной женщине. — Позор благородной семьи. Тьфу на вас! Хуже грязнокровок! Позор! Позооооор!       — Не называй её так! — резко огрызнулся Себастиан, инстинктивно закрывая собой мать.       — Кикимер, — обратилась к эльфу Гермиона. — Можешь возвращаться в Хогвартс. Вальбурга ошиблась. — И, повернувшись к Себастиану, пояснила. — Это домовой эльф, раньше он прислуживал в этом доме. Странно, что вообще он откликнулся на зов портрета, ведь уже давно не живёт в этом доме.       — Кикимер хороший эльф и любит старую хозяйку, — важно ответил домовик, и его уши встали торчком, как у добермана. — Кикимер теперь тоже свободный эльф и служит, кому захочет. — Он поднял костлявый палец вверх и указал на Себастиана. — Кикимер будет служить новому хозяину. Кикимер чувствует кровь благородного дома Блэк. Новому хозяину повезло взять на службу Кикимера. Какое имя у нового хозяина?        — Мне не нужен слуга, тем более оскорбляющий мою мать, — сквозь зубы процедил Себастиан.       — Новому хозяину жизненно необходима помощь Кикимера, — закряхтел эльф, и его иссохшее дряхлое тельце затряслось от смеха. — Грязнуля. Кикимер всё почистит и зашьёт.       — Кикимер, возвращайся в Хогвартс! — строго повторила Гермиона.       — Гермиона Грейнджер не может приказывать Кикимеру! — насупился он. — Кикимер теперь служит новому хозяину. — Он посмотрел на мужчину и отвесил ему низкий поклон. — Кикимер рад служить и выполнит любую просьбу нового хозяина благородного дома Блэк.       Себастиан вопросительно посмотрел на Гермиону, но та пожала плечами.        — Ты можешь просто приказать ему уйти, — предложила она. — Ну или обращайся с ним хорошо и исправно плати жалование. Хотя… у тебя же нет волшебных денег…       — Кикимеру не нужно платить. Кикимер сам может заплатить новому хозяину за то, чтобы служить ему. Если у нового хозяина нет денег, Кикимер подарит ключик хозяина Регулуса от ячейки Гринготса. Кикимер сохранил этот ключик для настоящего Блэка и не отдал его мистеру Гарри Поттеру.        — Называй меня просто Себастиан, — хмыкнул он и оценивающе оглядел волшебное существо, словно диковинного питомца. — Что ты умеешь?       — Попроси, что ты хочешь, и с вероятностью в 90% он сделает, — ответила за Кикимера Гермиона. — Только учти, он тебе не раб и ты должен обращаться с ним хорошо.        — Я бы что-нибудь перекусил, — потёр подбородок Себастиан и посмотрел на Грейнджер. — Тут есть еда? Он сможет сбегать до магазина?       — Всё, что новый хозяин Себастиан пожелает, — с отеческой любовью в голосе произнёс домовик и нетерпеливо переступил с ноги на ногу, готовый как можно скорее приступить к выполнению приказа.       — Тогда вкусный горячий ужин на троих человек, — кивнул Себастиан и осторожно добавил: – Если можно, конечно же, и если тебя не затруднит…        Эльф, преисполненный важности, чуть расправил сгорбленные от старости плечи и, щёлкнув пальцами, растворился в воздухе.       Себастиан вздрогнул от неожиданности и провёл рукой над тем местом, где только что была голова домовика.       — И это он всегда так будет делать?       — Ты быстро привыкнешь, — усмехнулась Гермиона. — И кто знает, может, с тобой Кикимер перестанет быть таким вредным ворчуном.   

***

      Выделив каждому по комнате на четвёртом этаже, Гермиона произнесла очищающее заклинание и переоделась в удобную толстовку и джинсы, что всегда лежали у неё в сумочке на всякий случай. Заколов волосы в пучок на затылке, она вышла из комнаты и постучалась в соседнюю дверь. Прислонив ухо к деревянной поверхности, она ничего не услышала и, осторожно повернув изогнутую в форме змеи ручку, заглянула внутрь.       Старую, требующую ремонта комнату для гостей заливал холодный голубовато-серый свет угасающего дня, отчего она казалась ещё более унылой. Потолок растрескался и в некоторых местах осыпался, зияя перекрытиями, обои в серо-зелёную полоску выцвели и в некоторых местах облезли, а в воздухе стоял тяжёлый запах старости и пыли, который остался даже после произнесённого Гермионой заклинания обеспыливания.        Себастиан сидел на краешке огромной кровати, занимавшей почти всю комнату, и, не шевелясь, смотрел в окно.        — Всё в порядке? — осторожно, боясь напугать резким голосом, спросила Гермиона.       Заметив, что Себастиан так и остался в своей перемазанной кровью одежде, проигнорировав оставленные ей вещи Гарри, Гермиона вошла в комнату и села рядом с дядей, который, как ей показалось, не двигался с того момента, как она ушла.       — Ты как?       — Что со мной будет? — сглотнув, едва слышно произнёс Себастиан, продолжая смотреть в одну точку.       — Я не знаю, — честно призналась она и болезненно прикусила внутреннюю часть щеки. Себастиан ничего не ответил, отрешённо наблюдая, как покачиваются голые ветки, царапая стекло за окном, и тогда Гермиона продолжила: — Ты должен понять, что твой поступок — серьёзное преступление. Да, ты не причинял физического вреда, и я понимаю твои мотивы, но отнять силу у волшебника — это всё равно что отнять у него жизнь. Если наше правительство узнает, кто за этим стоит, то всё будет плохо. Тут я не буду врать. — Она тяжело вздохнула и, развернувшись к Себастиану всем телом, постаралась придать голосу оптимизма. — Но на твоей стороне сейчас сильнейший волшебник, у которого огромное влияние в нашем мире. И Драко со своей суперспособностью выкручиваться из любой передряги. Конечно, ты можешь возразить, что Драко сейчас в какой-то степени несвободен и лишён своих сил, но это ерунда по сравнению с тем, чего он избежал.       — Он не свободен? — задумчиво нахмурил брови Себастиан, всё также глядя в окно. — Но ты же сказала, что он не убивал вашего директора.       — Да, но у Везингамота было достаточно поводов, чтобы посадить его очень надолго, — ответила она, радуясь, что он, наконец, заговорил с ней, и положила ладонь на плечо дяди. — Не думай о плохом. Здесь ты в полной безопасности и можешь доверять нам.       — Даже несмотря на то, что я сделал? — усмехнувшись, спросил он. После чего медленно повернул голову и посмотрел на Гермиону уставшими глазами. — Даже если Веста жива, это не отменяет правды. Магия очень опасна.       — Я готова тебя простить и убедить в том, что магия это не только зло, — мягко улыбнулась Гермиона. Протянула руку и поправила завиток чёрных волос на лбу мужчины, что лез ему в глаза. — Ты знаешь уже как минимум четырёх хороших волшебников. Нас намного больше, чем плохих, вот увидишь. Давай мы сейчас поужинаем, а то я с утра ничего не ела, а с кухни доносятся такие ароматы, что у меня желудок сводит. — Она улыбнулась, заметив, как в голубых глазах дяди скользнула искорка надежды. — Это был долгий день, а завтра мы решим, что делать дальше, договорились?       — Ты отведёшь меня завтра к Весте? — осторожно спросил он, но увидев, как Гермиона прикусила губу, его взгляд тут же потух. — Прошу тебя, Гермиона…        — Не думаю, что пока тебе безопасно покидать этот дом, — нахмурилась она и, не в силах выдержать его полный боли взгляд, повернулась к окну. — Насколько я знаю, она не помнит тебя, и ты должен быть к этому готов. Она может испугаться… Наберись терпения.       — Я хочу только убедиться, что с ней всё хорошо, — взмолился он, напрягшись всем телом. — Я не буду подходить и говорить с ней. Только посмотреть… Да и как я ей покажусь. — Себастиан грустно хмыкнул и прикоснулся к культе, торчащей из-под закатанного рукава футболки. — Инвалид, да ещё и с рожей побитой собаки.       — Нууу, с рукой помочь не могу, но со всем остальным. — Она достала из кармана палочку и произнесла несложное исцеляющее заклинание. — Вот теперь ты снова красавчик, — улыбнулась она, разглядывая его правильные, аристократические черты лица. — И как я не догадалась, что ты Блэк? Неудивительно, что Вальбурга приняла тебя за своего сына.       — Это та женщина с картины? — нахмурился он. — Я бы на месте твоего друга её снял.       — Попробуй, — рассмеялась Гермиона. — Если получится, Гарри будет тебе весьма признателен.  

***

      Проснувшись рано утром, Гермиона спустилась на кухню и обнаружила уже во всю хозяйничавшего эльфа, готовящем шикарный завтрак. Стащив несколько горячих оладушек, она написала Себастиану и Космее записку, что ушла на работу и должна вернуться не раньше трёх. Оставив лист бумаги на столе, скептически посмотрела на эльфа и строго настрого запретила выпускать его нового хозяина вместе с матерью на улицу, даже если они будут настаивать, объяснив это угрозой смертельной опасности. Кикимер, насколько она могла судить, понял её предостережения, но категорически отказался обратиться к ней за помощью в случае непредвиденной ситуации. Придя к компромиссу, что эльф в случае опасности немедленно свяжется с Гарри, Гермиона переместилась в Хогвартс.       Школа чародейства и волшебства встретила своего профессора привычной суетой и нескончаемым потоком сплетен. Вчерашнее отключение магии достигло стен школы, на несколько часов выведя из строя весь замок и повергнув в ужас не только учеников, но и персонал, не знающий, как угомонить паникующих студентов. За завтраком только и слышны были разговоры о том, что делать и когда авроры, с лёгкой подачи Скиттер, отправят Малфоя в Азкабан. Назначенный на сегодня турнир по Квиддичу между Болгарами и командой из Колдовстворца отменили, а гости всерьёз планировали убраться с территории Британии как можно скорее.        Услышав испуганные шепотки заграничных учителей, Гермиона поспешила заверить Макгонагалл, что Гарри во всём разобрался и перебоев с магией больше не будет. Директриса немедленно собрала педагогический состав приехавших школ и смогла убедить гостей остаться, но матч в целях безопасности решили отложить на конец недели до официального заявления властей.       Первым уроком у неё стояли пятикурсники. Выдав всем учебники и обозначив задание, Гермиона села за свой стол и в десятый раз за утро проверила телефон на наличие новых сообщений.       Проведя большим пальцем по экрану, она открыла переписку с Драко и перечитала последнее сообщение, полученное вчера около полуночи:       Сексуальный Смауг: «Почти дочитал твою книгу. Кольцо сгорело в топке Ородруина, Моя прелесть может спать спокойно».       Насколько она могла судить из зашифрованного послания, план Драко удался, но всё ещё был не закончен. Задавать вопросы было опасно, и она ответила короткое:        Моя прелесть: «Жду полноценный отзыв, когда дочитаешь. Приятных снов, мой любимый Смауг».       На этом их переписка закончилась, и Гермиона сходила с ума от беспокойства. Внутренний голос разрывал её на части, призывая то довериться Драко и Гарри и позволить разобраться со всем самим, то провоцировал немедленно броситься на помощь, ведь если они не отвечают, значит, попали в беду.         Ученики подливали масла в огонь, и на каждом из уроков Гермиона едва сдерживала себя, чтобы не сорваться. Всех интересовало только одно, что сделают с Драко, когда поймают, а вовсе не её лекции. Последним занятием у неё стояли первокурсники, единственные, кто задали правильные вопросы: будут ли работать артефакты, распространяется ли отключение на другие континенты, теряют ли волшебную силу магические существа, такие как вампиры или оборотни, и как с ними предстоит бороться, если магии не будет.       Её стёртая до мозоли на языке фраза «Магия больше не исчезнет», не подкреплённая весомыми аргументами, игнорировалась, так как ученики прекрасно знали, что так говорят все взрослые, когда не хотят наводить панику. От невозможности рассказать всем правду, так как не знала о планах Драко и Гарри и не хотела всё испортить, Гермиона мечтала только одного — заткнуть уши и кричать. И когда к ней забежали Пэнтал с Витой, она не выдержала и вывалила на подростков практически всё, что знала.        Гермиона рассказала о Вербене Гринграсс и Реликварии Поллукса Блэка, об их дочери, что запечатлела всё в песнях, о замке и волшебнике, что хотел отомстить за смерть близкого человека, лишив магии всех. Закончив моментом с отрубанием руки, она, наконец, смогла прикусить язык и замолчать.       Вита сидела белее мела и крепко держала Пэнтала за руку, и когда Гермиона поблагодарила её за невосполнимую помощь, то расплакалась.       — Эй, ну ты чего! — выдохнул Пэнтал и притянул свою девушку к груди, крепко сжав в объятиях. — Всё же хорошо закончилось. Ты настоящее чудо, я же говорил… А вот ты. — Он перевёл взгляд на Гермиону, тут же став серьёзным, и свёл брови в одну точку. — Какого Салазара, ты сбрасывала мои звонки? И вообще не перезвонила? — отчитывал он её, продолжая нежно поглаживать спину притихшей подруги. — Я вообще-то засомневался в Малфое после той статьи и не хотел вообще ничего ему отправлять, не посоветовавшись с тобой! Если бы Вита не убедила меня, рыдали бы сейчас всем миром!       — Ох, — только и смогла выдохнуть Гермиона, чувствуя, как в горле образовался ком. — Простите. Я… Без вашей помощи мы бы точно не справились… Вита… Прошу тебя, не плачь… Я и весь магический мир у тебя в неоплатном долгу.        — Нет, — всхлипнула она и, размазав слёзы по покрасневшим щекам, посмотрела на профессора. — Это мой долг. Я… Я просто от облегчения. Простите… — Она выдавила из себя подобие улыбки и ещё раз шмыгнула носом. — Простите, что разрыдалась как маленькая.       — Ты не должна извиняться, — Пэнтал поцеловал её в макушку и, вернув тяжёлый взгляд на Грейнджер, хищно сощурил глаза. — Значит, того мужика с рисунка поймали?       — С этим всё сложно, — не стала лгать Гермиона. — Я жду вестей от Гарри, но Реликварий точно разрушен и магия больше не пропадёт.       — Хорошо, — кивнул он с серьёзным видом. — Значит, турнир не отменят.       — Только это всё между нами, — предупредила их Гермиона. — И Пэнтал. Пока идёт расследование, тебе лучше ничего не писать Драко. По решению суда он не должен общаться с волшебниками, и если узнают… Он может пострадать.       — Понял, — кивнул он. — Но ты держи нас в курсе. И не говори Малфою, что я засомневался в нём.       Ещё раз поблагодарив учеников за помощь, Гермиона закрыла свой кабинет и прошла в учительскую. Бросив горсть летучего пороха в камин, она вошла в зелёное пламя, собираясь назвать адрес Гарри, но в последний момент передумала и громко произнесла адрес Святого Мунго.       Помня о прошлых неудачах попасть на закрытый под карантин этаж, Гермиона отмахнулась от помощи привет-ведьмы и отправилась прямиком к главному лекарю. Спустя десять минут угроз и психологического давления на несчастного старичка, ей сделали исключение и выдали пропуск.        Гордо ткнув пластиковой карточкой в лицо санитару, посмевшему встать у неё на пути, Гермиона приказала немедленно показать интересующую её палату.        — Ну, наконец-то! — воскликнула Джинни, едва увидев Гермиону, и, молниеносно спрыгнув с кровати, врезалась в подругу, крепко сжав в своих руках. — Я так волновалась! — пискнула Уизли и, ослабив объятия, завалила Гермиону ворохом вопросов. — Как Гарри? Он так ничего и не рассказал, просто оставил меня здесь и велел молчать. Ты в порядке? А Малфой? Как ты там оказалась? Значит, это Себастиан? Как ты? Ты догадывалась? Он что, волшебник?        — Давай по одному, — засмеялась Гермиона и, заметив, что Джинни стоит босиком на холодном полу, подвела её к постели и заставила забраться под одеяло. — Себастиан и правда оказался волшебником, но мы сейчас делаем всё, чтобы его спасти.       — Гермиона, я понимаю, что ты влюблена в него, но он… — она понизила голос до шёпота и наклонилась к ней, — чуть не убил нас.       — Убийство, это громко сказано…       — Пуля в плече Гарри, это, по-твоему, тихо?        — Тут всё сложно, — поморщилась Гермиона и решила сменить тему. — И я не встречаюсь с Себастианом. Всё это время я жила с Драко. Мы вроде как пара.       — Ты и Малфой? — взвизгнула Джинни и открыла от удивления рот. Гермиона мысленно похлопала себя по плечу за то, что смогла переключить внимание подруги. — Серьёзно? Ты должна мне всё немедленно рассказать.       — Лучше скажи, как ты? — смущённо хмыкнула Гермиона. — Получается хоть какое-то заклинание?       — Только самые простые. — Она потянулась к палочке, лежащей у подушки, и начертила руну света. Из кончика волшебного древца вылетел слабый огонёк и завис над потолком. — И через раз.       — Это хорошо, — с облегчением выдохнула Гермиона. — Значит, магия восстановится.       — Но я заметила, что заклинания работают только с этой уродливой штуковиной. — Джинни вытащила из-за ворота кулон Космеи, что Гермиона повесила ей на шею, когда та была без сознания. — Не знаю, откуда он взялся.       — Это мой. Точнее, моей бабушки… В общем, не снимай его пока, ладно? — Гермиона положила руку на ладонь Джинни и сжала её пальцы. — Я рада, что с тобой всё в порядке.       — Значит… — Уизли опустила глаза на ладонь Гермионы, накрывающую её, и с надеждой подняла вверх, встречаясь взглядом с подругой. — Мы снова друзья?        Заметив, как Гермиона замялась, не зная, что ответить, Джинни сама схватила её за руку и прижала к своей груди, отчего Гермиона едва не упала ей на колени.       — Я не отпущу тебя, пока ты не скажешь, что всё в прошлом! — запричитала она. — Ты моя единственная и самая лучшая подруга! И я не перестану любить тебя, даже если ты больше не хочешь меня видеть, но ты же хочешь. Верно? Иначе бы не пришла…       Гермиона поймала себя на мысли, что могла бы поспорить с этим утверждением и окончательно расставить все точки, но вместо этого поджала губы и неловко улыбнулась.        Они проговорили ещё несколько минут, и целительница попросила Гермиону покинуть палату, так как Джинни нужно было выполнить ряд процедур. Пообещав, что непременно навестит её завтра, Гермиона переместилась в пустой дом на Гриммо, 12.        Оббежав все этажи, она даже обратилась к портрету Вальбурги, но та лишь брезгливо смерила её взглядом и отвернулась. Отметив, что после появления Себастиана ещё не слышала от вредного портрета старухи ни одного оскорбления в свой адрес, Гермиона решила начать свои поиски с Мэнора и не ошиблась.       Вышагнув из богато инкрустированного мраморного камина в поместье Малфоев, она тут же увидела расхаживающего вдоль стен Себастиана. Держа в одной руке коктейль с высокой стеклянной трубочкой, он с заинтересованным видом рассматривал многочисленные портреты волшебников, а те с не меньшим любопытством разглядывали его, отложив все свои дела.       — Себастиан! — С облегчением выдохнула Гермиона, но тут же разозлилась и, подойдя к дяде, легонько ударила его в плечо. — Я чуть с ума не сошла! Космея тоже здесь? — Повысила голос она. — Разве я не говорила, что вам нельзя покидать дом?       — Ты запретила выходить на улицу, мы и не выходили, — пожал плечами он и, сделав глоток из бокала, улыбнулся. — И я оставил записку на холодильнике, что Кикимер перенесёт нас к тётке. Ты не видела?       — Нет, — зло буркнула Гермиона и, шумно набрав воздуха в лёгкие, призвала себя к спокойствию. — Ладно. Я забираю вас обратно. Где Космея? Она с Нарциссой?       Не дожидаясь ответа, Гермиона направилась к высокой узкой двери, ведущей из каминного зала, но Себастиан поймал её, останавливая.       — Тебе лучше им пока не мешать…       — Что? Это ещё почему? — возмутилась Гермиона.       — Им нужно ещё пару часов, как минимум, — коротко ответил Себастиан, но видя, что Гермиона ждёт подробностей, закатил глаза и пояснил: — Понимаешь, они очень эмоционально встретились. Рыдали, просили друг у друга прощения, и сейчас пьяные дрыхнут в обнимку на диване.        — Что? — округлила глаза Гермиона. — Нарцисса и Космея напились?       — Я сам в шоке, — фыркнул он. — Мама вообще кроме бокала шампанского ничего не признает, а тут на десять минут оставил, и бутылка огневиски ушла в ноль.       — Допустим, — попыталась смириться с этой информацией Гермиона. — Ладно. Космея здесь в безопасности. Путь отдыхают. Но ты возвращаешься со мной!       И, проигнорировав желание Себастиана остаться, заставила его ступить в волшебный камин и произнести адрес их нового дома.        Тем же вечером на Гриммо вернулся Гарри и сообщил, что Себастиан вне подозрений.       — Это отличная новость! — воскликнула Гермиона, крепко обняв лучшего друга. — Я вами так горжусь! Но как? Как вам удалось?       — По официальной версии, волшебник, заваривший всю эту кашу, мёртв, — с уверенностью заявил Поттер, кивнув Себастиану, и перевёл взгляд к его руке, заканчивающейся в районе локтя. — Твоя рука, которую нам пришлось откопать из-под завалов, пошла как доказательство. Диагносты попытались проверить, кому она принадлежала, но, к счастью, кость не поддалась, блокируя любую магию. Я пошёл на опережение и попросил Дадли, который сейчас работает в клинике, выслать мне магловское заключение ДНК-теста с одним из выдуманных имён. Перепроверять они не станут.       — Спасибо, — кивнул Себастиан и протянул Гарри левую руку, которую он тут же пожал. — Я твой должник.       — Ещё рано расслабляться. И тебе пока лучше не появляться на людях без чар иллюзии. Гермиона тебе с этим поможет, а потом, может, и сам научишься накладывать.       — А вы не сможете вырастить мне новую? — поинтересовался он у Гарри и перевёл взгляд на Гермиону. — Какое-нибудь заклинание или особая мазь?       — Уже нет, прости, — виновато пожала плечами Гермиона. — Целители могут восстановить утраченную кость только в течение суток, а мы не могли рисковать и обратиться к ним за помощью.        — И нет гарантий, что магия бы подействовала, — поддержал её Гарри. — Ты так быстро восстановился, потому что та часть кости, что была отрублена, уже давно перестала быть твоей, и твоя магия восстановила то, что и так считалось давно зажившим.       — Ясно, — коротко кинул он, стараясь выглядеть невозмутимым. — Всё равно это лучше, чем смерть или ваш Азкабан.       — Предлагаю переместиться к Драко, — оживилась Гермиона и взяла обоих мужчин под руки. — Мы обязаны это отметить!       — А вот с этим проблема, — виновато поморщился Гарри, высвобождая свой локоть из-под захвата. — Да, с него сняли обвинения в исчезновении магии, но Робардс, руководитель ИЗЪЯНа, настаивает на аресте. С какой бы благой целью Малфой не снял браслет, его это не волнует. Он нарушил соглашение.       — Но, Гарри…       — Мне пришлось попросить Кингсли надавить на Робардса, и до суда Малфой останется дома, а не под арестом, — устало пояснил Поттер. — И чтобы не усугублять его положение, тебе пока лучше остаться у меня. Мне очень жаль.       — Но его же не посадят? Это же такая глупость! Магия всё равно отсутствовала…       — Он пользовался своей палочкой после включения. Этого для них вполне достаточно.       От обиды и возмущения у Гермионы свело все мышцы, и она, упрямо скрестив руки на груди, рухнула в кресло. В её голове проносились сотни ругательств в адрес Министерства, десятки доводов, чтобы немедленно снять с Драко браслет и принести извинения, но она молчала. Но больше всего на свете она хотела переместиться в Полиантес и успокоить самого Драко. Как бы тяжело ей не было принять эту новость, она понимала, что чувствовал сейчас он, и хотела быть рядом.        Ближе к полуночи на телефон Гермионы пришло смс с незнакомого номера.        Прочитав его, она тут же нажала кнопку вызова и, услышав знакомый голос, чуть не расплакалась от облегчения.       — Драко, мне так жаль! — всхлипнула она вместо приветствия, прижимая телефон к уху обеими руками. — Как ты? Это твой новый номер? Я так рада, что ты написал!       — Да, старый у меня забрали, — спокойно, как ни в чём не бывало, ответил Драко. — Я успел удалить приложение и подчистил контакты, так что они всё равно ничего не найдут.       — Это так несправедливо! — всхлипнула она. — Гарри нам всё рассказал, и это ужасно…       — Эй, ты там что, рыдаешь? — нахмурился он. — Я всё решу, слышишь? Не волнуйся. Нет ещё такой передряги, с какой бы не справился Малфой. Лучше расскажи, как там наш калека? Освоился?       — Потихоньку, — сквозь проступившие слёзы улыбнулась она. — Сегодня познакомился с Нарциссой и просил передать, что у тебя классная мама.       — Конечно, классная, — фыркнул Драко. — Моя ведь не вживляла в своего единственного ребёнка кость от трупа.       — Да уж, — тихонько рассмеялась Гермиона, забираясь с ногами на кровать. — Это на самом деле ужасно. Но угадай, что сделали Нарцисса и Космея, когда встретились?       — А что там угадывать, — зевнул Драко, и Гермиона услышала, как заскрипели пружины старенького матраса. — Моя мать настоящая леди, и если у твоей бабки сохранились остатки Блэковского воспитания, так что, скорее всего, они выпили чаю с пирожным и, возможно, прогулялись по оранжерее.       — Как же плохо вы знаете свою мать, мистер Малфой…       Проговорив до рассвета, Гермиона так и уснула, крепко прижимая телефон к уху, слушая ровное сопение, раздававшееся в ответ.