Демоны не берутся из ниоткуда

За обедом я рассматривала зал. Днём он выглядел немного иначе, чем вчера вечером, но всё так же красиво. Мой взгляд остановился на преподавательском столе: знакомые лица директора и профессора Снейпа. Рядом с ним сидел мужчина с фиолетовой повязкой на голове, похожей на тюрбан, только вдвое больше обычного. Смотрелось это странно и даже немного смешно. Стоило мне задержать на нём взгляд, как по всему телу пробежала дрожь. В глазах резко потемнело, и я на долю секунды выпала из реальности. Перед глазами встала картинка:

***

Лес. Становилось темно, моросил дождь. Я бежала, стараясь найти укрытие, но чувствовала себя в чужом теле — лёгком и подвижном, словно ящерица или мелкий зверёк. Позади послышались шорохи, и вдруг раздался пронзительный крик.

***

Придя в себя, я огляделась. Всё было как обычно: голоса, звон посуды, смех. Никто ничего не заметил. Что это было, чёрт возьми?! Подумать об этом я решила позже, а сейчас стоило хотя бы немного поесть. На столе было множество блюд. Я выбрала мясо с тыквой, стакан воды с лимоном и ягодный пирог. Прежде чем начать, я проверила еду на примеси. Убедившись, что всё в порядке, приступила к трапезе. Я заметила, что многие чистокровные дети делали то же самое. Неожиданно взгляд упал на стол Гриффиндора. Там все ели так шумно и хаотично, что казалось, будто их выпустили из леса. Кто-то говорил с набитым ртом, кто-то тыкал вилкой в тарелку соседа. Я даже нахмурилась. Даже в приюте я знала, что нож и вилка существуют не для красоты. Спасибо мерзкому директору Фолту — хоть чему-то он научил. По пути в подземелья, где должен был пройти урок зельеварения, я невольно задумалась. Ночные кошмары, утреннее видение и странное ощущение в теле… всё это повторялось уже слишком часто. Может, совпадение? Но с каждым разом всё происходило слишком реально, чтобы это были простые сны. Погружённая в мысли, я не заметила фигуру перед собой и буквально врезалась в кого-то. Подняв глаза, я замерла — передо мной стоял профессор Снейп. Его чёрные глаза блеснули холодным светом. — Простите, профессор… я задумалась и спешила на урок, — выдохнула я, прикусив губу. Он наклонился чуть ближе. Его взгляд вцепился в меня, как когти. В тот же миг я почувствовала лёгкое тепло от одного из моих украшений. Будто что-то невидимое оттолкнуло его попытку проникнуть в мои мысли. — Мисс Поттер, — произнёс он тихо, но ледяным голосом. — Не думайте, что ваша фамилия позволит вам делать всё, что вздумается. Это ясно? Я кивнула. — Отлично. А теперь — в класс, — он задержал взгляд на моём лице чуть дольше, чем обычно, словно что-то проверяя. Потом холодно добавил: — И вечером загляните ко мне в кабинет. У меня будет разговор с вами. С этими словами он развернулся и пошёл дальше. Интересно… — мелькнуло у него в голове. Откуда у девочки стоит блок на вторжение? Впрочем, разберусь позже. Хватит проблем на этот год: директор велел присматривать за мальчиком Поттером, Люциус — за своим отпрыском. И вот теперь ещё эта девчонка… Ещё вчера, сразу после ужина, Альбус подозвал меня. Его просьба была проста и в то же время раздражающая: сегодня я должен привести к нему мисс Поттер. Видите ли, она поступила не на тот факультет, на который он рассчитывал, и теперь директор хотел бы с ней поговорить. Когда он развернулся, я ещё несколько секунд стояла, словно прикованная к полу. Казалось, холод его взгляда до сих пор цеплялся за меня. Лишь собравшись с духом, я поспешила в класс. Войдя в аудиторию, я почувствовала, что воздух здесь будто гуще и тяжелее, чем в остальных коридорах замка. Каменные стены, тянувшиеся в полумраке, и запах сушёных трав, перемешанный с чем-то едким и горьким, создавали гнетущее ощущение. Каждый шорох, каждый вздох казался громче обычного. Я устроилась за партой и сделала вид, что спокойно раскладываю учебники, но сердце никак не хотело прийти в норму. В груди стоял неприятный холодок, а украшение на шее всё ещё хранило лёгкое тепло — словно продолжало защищать меня. Я подняла глаза и заметила, что многие слизеринцы чувствуют себя здесь совершенно спокойно. Драко сидел в окружении Крэбба и Гойла, с ленивой ухмылкой переговариваясь с ними, словно это был его личный кабинет, а не учебный класс. Дафна жестикулировала, рассказывая что-то Подмор, и даже Пенси, как всегда, выглядела самоуверенно, положив руки на стол. А я… я чувствовала себя чужой. Будто стены пытались проверить меня на прочность. Этот класс был испытанием, которое я должна пройти.

***

Дверь в класс распахнулась с такой силой, что она громко ударилась о каменную стену. Разговоры моментально стихли. В проёме возник профессор Снейп — чёрная мантия тянулась за ним шлейфом, словно сама тьма вошла в комнату. — Садитесь, здесь не будет дурацких взмахов палочками — холодно произнёс он, даже не глядя на учеников. В аудитории установилась мёртвая тишина. Каждый звук — скрип пера, стук окаменевшей от напряжения ложки — раздавался слишком отчётливо. Снейп медленно обвёл нас взглядом, словно высматривая слабейших, на ком можно будет сорвать раздражение. Его глаза на секунду задержались на мне, и я снова ощутила этот неприятный холодок внутри, будто невидимые пальцы коснулись моего сознания. Украшение под мантией едва заметно нагрелось, и давление исчезло. — Вы здесь, чтобы учиться варить зелья, — произнёс он низким голосом, и каждое слово отдавалось в ушах. — Тонкая наука, точное искусство… Я чувствовала, как он говорит будто специально для нас, чтобы каждый проникся страхом и важностью момента. Драко, сидящий рядом, вытянулся в струнку и слушал с благоговейным интересом. Несколько гриффиндорцев в заднем ряду пытались спрятать смущённые улыбки, но при первом же взгляде профессора их лица мгновенно окаменели. Когда Снейп начал перечислять, какие зелья можно приготовить, и каким образом их используют, я поймала себя на том, что не отрываю глаз. Его слова завораживали, а обстановка в классе давила одновременно и страхом, и восхищением. — Если вы не безнадёжно тупы, — продолжил он, медленно прохаживаясь между рядами, — то мы вместе постараемся, чтобы вы научились… Я невольно сжала пальцы. Этот урок обещал быть самым интересным и трудным. Снейп резко остановился у парты, за которой сидел Гарри. Его тень упала на брата, и тот заметно поёжился. — Ах, да, — холодный голос профессора прорезал тишину. — Наш новый… знаменитый ученик. Гарри Поттер. По классу прокатился лёгкий смешок — конечно, со стороны Слизерина. Я нахмурилась: ненавидела, когда смеялись над Гарри, даже если он и раздражал меня. — Скажи-ка, Поттер, — продолжил Снейп, наклонившись чуть ближе, — что я получу, если смешаю корень асфоделя с настоем полыни? Я заметила, как Гарри застыл. Его лицо побледнело. Он не знал. — Я… я не знаю, сэр, — выдавил он. Снейп прищурился, глаза блеснули. — Не знаете? Трагично. А вы, мисс Грейнджер? — повернулся он к девочке с растрёпанными волосами. Та тут же вскинула руку. — Настойка живой смерти, сэр, — выпалила Гермиона, едва дыша. — Верно, — отрезал Снейп. — Похоже, некоторые пришли сюда, чтобы учиться. Я сжала кулаки под столом. Гарри ведь даже не дали шанса! — Ещё вопрос, Поттер. Где бы вы посмотрели, если бы я велел вам найти бейзор? — Я… — Гарри снова растерянно заморгал. — В желудке козы, — отчеканила Гермиона, и по её лицу промелькнула отчаянная надежда, что Снейп заметит. Но профессор снова уставился только на Гарри. — А скажите-ка мне, чем отличается наперстянка от аконита? — Я… — Гарри снова замялся. — Не знаете? — холодно произнёс Снейп. — И это Поттер, мальчик, о котором гудит весь магический мир? По классу прокатился новый смешок. Я почувствовала, как в груди закипает злость. Хотелось встать и сказать, что он придирается. Но я лишь стиснула зубы. — Минус десять баллов Гриффиндору за неприготовленность, — заключил Снейп, резко развернувшись. Малфой рядом со мной едва заметно усмехнулся. — Смешно, правда? — прошептал он так, чтобы услышала только я. Я улыбнулась с лёгкой ухмылкой, но задумалась: почему он так придирается к моему брату? Это явно не просто так.

***

Урок зельеварения прошёл довольно интересно, хотя сразу стало понятно, что это не будет просто. Мы все аккуратно расставили колбы, ступки и ложечки, а запах трав и ингредиентов сразу ударил в нос. Профессор Снейп ходил между столами, наблюдая за каждым движением, его холодный взгляд заставлял держать осанку прямо и не отвлекаться. Я внимательно следила за инструкциями, дробила травы, измеряла порошки и добавляла ингредиенты точно по рецепту. Драко сидел рядом и тихо комментировал: — Не забудь, Джанет, слишком много этого, и получится каша. Я улыбнулась ему, стараясь не показывать, что слегка нервничаю. Руки дрожали, но заклинания, которыми мы усиливали эффект зелий, помогали справиться. Когда пришло время проверить готовность зелий, я заметила, как Гарри и Рон сидят тихо, периодически переглядываясь. Гарри казался сосредоточенным, но глаза его иногда невольно цеплялись за мои движения. Профессор Снейп обошёл весь класс, иногда бросая резкие замечания, но в целом урок прошёл без серьёзных инцидентов. Когда он наконец остановился у моего стола, я почти затаила дыхание. — Хорошо, — сказал он коротко, — аккуратно, внимательнее с ингредиентами. Я кивнула, а внутренне улыбалась: получилось! Моя первая попытка зелья удалась почти идеально. Рядом Гермиона тоже гордо показывала своё произведение, а Драко тихо ухмылялся. В конце урока класс шумел, обсуждая успехи и неудачи. Я чувствовала себя довольной и уверенной — зельеварение оказалось сложнее, чем я думала, но оно мне нравилось.

***

Вечером я направилась в кабинет профессора Снейпа. Интересно, что ему нужно от меня? Надеюсь, он не злится из-за того, что я врезалась в него. Подойдя к двери, я несколько раз постучала и услышала: «Войдите!» — Добрый вечер, профессор, вы звали меня, помните? — я посмотрела на профессора Снейпа. Он сидел и что-то писал, не обращая на меня внимания. — Да, мисс Поттер, я не страдаю провалами в памяти, — сказал он спокойно. — Прошу, присаживайтесь. Я хочу с вами сначала поговорить, прежде чем мы отправимся к директору. Я поднял на неё взгляд и старался незаметно рассмотреть, не подавая вида, что она мне интересна. На удивление, раздражения от неё, как от её брата, не возникло. Может быть, потому что они совсем не похожи? Поттер был копией своего мерзкого папаши, но она… совсем другая. И на Лили тоже была непохожа. В ней было что-то иное, что сразу цепляло взгляд. Её холодные голубые глаза пробирали до мурашек, и в них сквозила сила, совсем не похожая на силу Гарри. Скорее, она ближе к Блэкам, чем к Поттерам. Лёгкая уверенность в движениях, спокойная решимость… Интересно, сколько из этого останется после того, как школа начнёт формировать её характер? Она уже проявляет хитрость, смелость и силу воли — качества, которые делают учеников опасными, если их направить в нужное русло. А ещё её взгляд… он словно бросал мне вызов, не открываясь полностью. Да, она отличается от брата. И, честно говоря, это заставляет меня внимательнее следить за ней. Интересно, какой она станет в этом мире, полном интриг и несправедливости. — К директору? Но зачем? Разве я что-то сделала не так? — спросила я, пытаясь понять ситуацию. — Не переживайте, мисс, — спокойно сказал он. — Он просто хочет поговорить с вами. Но я буду рядом и никуда не уйду. Старый интриган опасен, и мало ли, что он хочет узнать… Лучше я буду там, так он не осмелится сделать что-то с ребёнком. — А теперь нам пора. Пошлите, мисс.

***

Он шёл так быстро, а его мантия разлеталась во все стороны, что создавалось ощущение, будто он не идёт, а летит — как чёрный ворон или летучая мышь. — Сэр, можно немного помедленнее? — я пыталась угнаться за его стремительным шагом, но чувствовала, что всё равно отстаю. Он даже не посмотрел в мою сторону, продолжая уверенно двигаться вперёд. — Мы пришли, — произнёс он, и назвав пароль «сладкие карамельки», статуя, охранявшая кабинет директора, распахнула дверь. Я моргнула: неужели у директора всегда такие странные пароли?

***

Войдя внутрь, я замерла. Огромный кабинет, высокие окна, через которые мягкий свет проливался на пол, казался одновременно величественным и немного пугающим. Везде были книги, свитки, странные приборы и артефакты, от которых веяло магией и тайной. Пройдя чуть дальше, я заметила за столом самого директора. Рядом с ним величественно возвышалась оранжевая птица — Феникс. Его яркое оперение играло светом, создавая впечатление живого огня, а глаза птицы казались такими же умными и наблюдательными, как у хозяина кабинета. Из моих наблюдений меня вывел голос директора: — Здравствуйте, мисс. Можете присаживаться, — сказал директор, скользнув взглядом по гостям: как всегда недовольный Северус и его юная подопечная. Собственно, по этому поводу он их и вызвал. — Спасибо… — я слегка нервно села на стул. — Итак, я в чём-то провинилась, раз вы меня позвали? — Не совсем. Я просто очень удивился, что вы не попали на факультет вместе со своим братом. — Да, а что? Образование ведь у нас одинаковое, — голова начала раскалываться, а серьёжки в ушах грелись ещё сильнее. — Именно это и вызывает у меня интерес. Вся ваша семья училась на Гриффиндоре. Может, вы хотели бы перевестись и учиться с братом? Многие удивляются, ведь Поттеры обычно ассоциируются с Гриффиндором. А вы… совсем иная история. — Но почему? — робко спросила я. — Я думала, что это не так важно. — Важно, — мягко ответил директор. — Особенно для тех, кто придёт сюда с вашим прошлым, с вашей фамилией. Интересно наблюдать, как проявляется характер в новой среде.

***

Странно… откуда у девочки Поттеров такой сильный блок в голове, что я не могу прочитать её поверхностные мысли? Или это артефакт? А если это так… откуда она может знать об этом? Ведь девочка росла с маглами, и я не думаю, что она владеет оклюменцией. Ну ничего, подожду и найду ответ.

***

— Спасибо, но нет, так как шляпа приняла решение, что мне место на Слизерин. Кто я такая, чтобы оспаривать её решение? Да и какая разница, где спать, верно, профессор? — Не волнуйтесь, мисс, — продолжил директор. — Я уверен, что Слизерин научит вас многому. А ваш брат… он найдёт свой путь. Но мне интересно, как вы сами будете строить свою историю здесь. — Я постараюсь вас не разочаровать, сэр, — ответила я тихо, стараясь не показать, как немного напряглась. — Правильно. И не забывайте: выбор факультета — это не только про друзей и привычки. Это про вас. Про то, кем вы станете. Я сдержанно улыбнулась, но сердце слегка учащённо забилось. — Ну что ж, мисс Поттер, думаю, нам пора заканчивать. Профессор Снейп пойдёт с вами до ваших покоев — пусть следит, чтобы вы освоились. ___________________________________ Северус в это время только сжал губы, а его взгляд сверкал холодной наблюдательностью. Я встала, и Снейп шагнул вперёд, словно тень. Внутри меня смешались предвкушение и лёгкое волнение. Казалось, этот год обещает быть совсем не обычным. Пока мы шли к гостиной, я думала: могу ли я доверять этому угрюмому человеку? А директору?

***

Глянув на профессора, я решила задать вопрос этому хмурому и на вид строгому мужчине: могу ли я ему доверять. — Да, мисс. Что бы вы хотели мне сказать? — его взгляд был усталым, но внимательным. Я почувствовала лёгкое напряжение. Что же ей нужно? — Я… — я немного помялась, но решилась продолжить. — Знаете, сэр, когда я была в кабинете у профессора Дамблдора, у меня внезапно начала болеть голова, — я умолчала про артефакты, купленные в банке, чтобы не раскрывать лишнего. Увидев Джанет, я сразу понял, в чём дело. Старый интриган, как всегда, хотел проникнуть в её сознание с помощью поверхностной легилименции. Закон запрещает использовать магию против студентов, если это не лечебная магия или нет явной опасности для ученика. Но Дамблдор всегда говорил: «Это ради общего блага», и плевал на формальности. — Мисс Поттер, — сказал он спокойно, — возможно, вы просто перенервничали. Я дам вам зелье сна без сновидений. Пройдемте в мой кабинет. Мы направились в подземелья, к кабинету профессора Снейпа. По пути портреты в коридоре ворчали, требуя, чтобы мы погасили свет, будто они спят. Бред. Как они могут спать, если это всего лишь изображения давно умерших людей? Мужчина не реагировал и просто продолжал идти вперёд. Его мантия развевалась, словно крылья, создавая почти величественный силуэт. Я шла за ним, чувствуя прохладу подземелий на щеках и лёгкое дрожание пола под ногами, смешанное с тревогой. Пройдя в небольшую комнату, Снейп достал флакончик с зельем. — Пить строго перед сном, по три капли, и не чаще пары раз в неделю, — строго сказал он. Я слегка наклонилась, чтобы разглядеть прозрачную жидкость. В воздухе чувствовался резкий запах трав, почти жгучий, но успокаивающий. Мне показалось, что флакон словно излучает тепло — или это просто моё воображение. — И ещё, мисс, — добавил он, — не смотрите человеку слишком долго в глаза. А теперь ступайте в комнату. Даже у стен есть уши, поэтому я не стал говорить ей ничего конкретного. Если она не настолько глупа, как её отец, то должна будет понять. А сейчас у меня ещё много работы. Завтра у первокурсников Когтевран и Хаффлпафф стоит зельеварение первой парой.

***

Когда я шла к двери комнаты, холод подземелий обжигал кожу рук и лица, а лёгкий ветер от открытой двери проходил сквозь мантии. Сердце слегка учащённо билось, а мысли метались: «Можно ли доверять этому мужчине? Что ждёт завтра на зельеварении?»

***

Утром меня разбудил звонок будильника моей соседки. Я лениво села на кровать и ещё раз оглядела спальню. Свет утреннего солнца мягко пробивался сквозь зелёные занавески, отражаясь на тёмных деревянных панелях стен. Общежитие Слизерина мне очень нравилось. В нём было что-то знакомое, словно я уже когда-то здесь бывала. Может, это ощущение безопасности? Или просто ощущение, что это место… моё. В воздухе витал лёгкий запах камня, свечей и старинной древесины, а тёмные кожаные кресла и диваны выглядели строго, но уютно. Когда Дафна и Пэнси завершили свои утренние процедуры, настала моя очередь. Каждая спальня имела собственную ванную комнату — это казалось роскошью. Вспомнились дни в приюте: на всё помещение было всего две ванные для девочек и столько же для мальчиков. Я всегда была брезгливой, поэтому старалась купаться первой. Но чтобы это сделать, приходилось вставать едва рассвет наступал. Иначе шла последней, терпеливо выжидая, пока все закончат, чтобы хотя бы немного побыть одной в воде. Тогда я могла спокойно помыться, но часто приходилось пропускать завтрак. А еда там была… не то слово. Сырость, непонятные каши и сухие хлебцы — больше напоминало наказание, чем завтрак. Здесь же всё было иначе. Вода была тёплой, ванна просторной, а мыло и полотенца — настоящие, чистые. Я даже позволила себе немного расслабиться, чувствуя, как тело наполняется теплом и спокойствием. Пока я стояла под струёй воды, мысли текли сами собой. Как интересно устроена эта школа, как всё продумано для комфорта учеников. И, несмотря на строгость преподавателей, тут есть уют, который заставляет чувствовать себя частью чего-то большего. Даже мысль о предстоящих уроках больше не вызывала паники, а скорее любопытство. Когда я вышла из ванной, тело свежее и бодрое, а волосы пахли вишней , я ощутила лёгкую радость. Здесь, в Слизерине, я могла быть собой — такой, какой я хочу быть, а не той Поттер, о которой все уже слышали. И это чувство… было приятным, почти освобождающим.

***

Первая неделя в Хогвартсе пролетела быстро. Джанет уже привыкла к новым правилам, расписанию и соседкам по общежитию. Учеба давалась ей легко: заклинания, зелья, трансфигурация — всё, к чему прикасались её руки, будто слушалось без сопротивления. На занятиях она быстро схватывала материал и часто оказывалась одной из лучших учеников в классе. Никто и не догадывался, что за уверенной, аккуратной и умелой ученицей скрывается девочка из приюта. Ни одна из старшекурсниц, ни преподаватели не подозревали о её прошлом. Джанет тщательно следила за собой, и её лёгкая решительность, аристократичная манера держаться и внимательность создавали впечатление, что она росла в совсем другой среде. Однажды, идя по коридору, она столкнулась с профессором Квиреллом. Он держался слегка взволнованно, запутавшись в собственной мантии, и, не заметив Джанет, сделал резкий шаг в её сторону. В попытке извиниться, она протянула руку, чтобы поддержать его, но случайно схватила его за ладонь. В тот же момент Джанет ощутила странное внутреннее напряжение — как будто кто-то внезапно открыл дверь в её мысли ___________________________________  Я не сразу поняла, что произошло. В глазах резко потемнело, но я вовремя оперлась на стену. Воспоминания вспышками влетели мне в голову. Это место было до боли знакомо мне. Всё те же стены приюта, только вот обстановка была немного не та — вся мебель другая. Но свою спальню, в которой я прожила столько лет, я ни с чем не спутаю. Я сидела на кровати, когда в комнату зашла женщина в несовременном одеянии. Она сказала, что пришёл врач, и он хочет осмотреть меня. В груди нарастала злость, и я крикнула, что я не псих, мне не нужен доктор. ____________________________________ Прийдя в себя, я уловила на себе заинтересованный взгляд профессора. Сердце застучало быстрее, и мне стало немного неловко. — Простите, профессор… — выдохнула я, стараясь улыбнуться, но глаза сами собой искали что-то знакомое вокруг. Не задерживаясь дольше, я быстро повернулась и выбежала на улицу. Холодный осенний воздух обжег щеки, но это было именно то, что мне было нужно. Свежесть подействовала успокаивающе, и я сделала несколько глубоких вдохов, ощущая, как мысли постепенно приходят в порядок. приездом в школу всё поменялось, и это точно что-то значит! С чем связаны эти воспоминания, а точнее, с кем? На этот вопрос у меня пока не было ответа. Не успела я полностью прийти в себя, как услышала свой голос: — Джанет! Обернувшись, я увидела Гарри. Его глаза, полные неожиданного удивления, встретились с моими. Ну что ему нужно? Натянув на лицо фальшивую улыбку, я повернулась к нему. — Ещё раз привет, я искал тебя, — сказал он, слегка наклонив голову. Его взгляд был настороженный, но в нём читалась искренность. — Ты выглядишь так, будто тебе нехорошо. — С тобой всё нормально? Может, позвать кого-то? — продолжил он, с тревогой в голосе. — Нет, всё хорошо, — ответила я, стараясь звучать спокойно. — Так о чём ты хотел поговорить? — Пошли, присядем, и тогда сможем тихо обсудить всё. Мы подошли к лавочке под старым деревом, где утреннее солнце мягко пробивалось сквозь ветви. Сели, и первые минуты молчали, слушая шуршание листвы и отдалённый гул замка. Я ощущала лёгкое напряжение в груди, смешанное с любопытством. Наконец я не выдержала: — Ты так и будешь молчать? Или хотя бы сообразишь что-то? — Да, прости, — сказал он, опустив взгляд на свои руки. — Просто я не знаю, с чего начать. Я только что узнал, что у меня есть сестра. Это… шокирует. Я хочу знать всё о тебе. Как ты жила? Где была всё это время? — Хорошо, раз тебе так интересно… — начала я, делая глубокий вдох, чтобы собрать силы. — Я не знаю, как так получилось, что мы жили раздельно. Не знаю, что случилось в ту ночь, когда убили наших родителей. Но одно знаю точно: меня нашли на пороге приюта с запиской, где было указано имя и дата рождения. Если бы директор приюта не пришёл на работу раньше, я бы умерла от переохлаждения. Там я жила до того момента, пока не узнала, что я ведьма. Слова давались мне с трудом. Каждое воспоминание обжигало, заставляя сердце сжиматься. Я видела на лице Гарри бурю эмоций — удивление, тревогу, гнев — но он слушал внимательно, не перебивая, сдерживая себя. — Знаешь… — сказал он тихо, наконец подняв глаза на меня. — Мне очень жаль, что так вышло. Жаль, что нас разделили. Со мной поступили почти так же: меня нашли на пороге с запиской у тёти, маминой сестры. Жизнь там тоже была непростой, но услышав твою историю, я понял, что тебе было в разы хуже. Надеюсь, мы сможем продолжить общение? Я слегка кивнула, сердце слегка разогрелось от его слов. — Конечно, — сказала я мягко, — но на твоём месте я бы была осторожна с друзьями. Он кивнул в ответ, глаза его на мгновение стали задумчивыми, словно он пытался уловить моё настроение. Не объясняя больше ничего, я встала. Лёгкий ветер трепал мою мантию, а листья шуршали под ногами. Я направилась в подземелья, чувствуя, как мысли постепенно приходят в порядок. Нужно было многое обдумать — всё происходящее, воспоминания, новые связи и предстоящий год в школе.