Демоны не берутся из ниоткуда

Учебный год пролетел незаметно. Последние экзамены были сданы, оставалось только ждать результатов. Я была абсолютно уверена, что по всем предметам получу «Превосходно» — я ведь старалась изо всех сил. Впрочем, в списке лучших учеников я, конечно же, не была одна — рядом со мной непременно окажется Грейнджер, эта неутомимая зубрила, которая, кажется, проводит всё своё время с книгами. Но радость от окончания года немного омрачала одна мысль: скоро придётся возвращаться в тот ненавистный приют. С квартирой в Лондоне так ничего и не вышло — гоблин из банка объяснил, что пока я несовершеннолетняя, всеми вопросами, касающимися моего места жительства, распоряжается мой опекун, а значит, директор. Более того, он намекнул, что на приют, возможно, наложены чары отслеживания — так что сбежать будет не так просто. Я всерьёз подумывала поговорить с Дамблдором, чтобы он разрешил мне остаться в Хогвартсе на лето. Здесь я чувствовала себя куда безопаснее, чем в том мрачном доме, полном равнодушных людей. Но возможность поговорить с директором всё никак не представилась — он всё время был занят, словно сам избегал встречи. Оставался ещё один вариант — профессор Снейп. Возможно, он согласится выслушать меня и поможет убедить директора.

***

Я всё-таки решилась — если не удастся поговорить с директором, то хотя бы найду профессора Снейпа. Вечером, когда коридоры почти опустели, я отправилась в сторону подземелий. Воздух был прохладным, факелы едва мерцали, бросая длинные тени на стены. Внутри росло странное беспокойство, будто кто-то наблюдает за мной. — Глупости, — пробормотала я себе под нос, ускоряя шаг. Но через мгновение услышала лёгкий звук — будто шорох мантии позади. Я резко обернулась. Коридор был пуст, только пламя факела качнулось, словно от сквозняка. Я сделала ещё несколько шагов — и в ту же секунду что-то тяжёлое ударило меня по спине. Мир перед глазами закружился, потемнел, и я почувствовала, как каменный пол больно встретил моё тело.

***

Очнулась я от резкого запаха сырости и пыли. Голова гудела, в висках пульсировала боль. Я лежала на холодном полу в какой-то тёмной комнате — не то подземелье, не то заброшенный класс. Стены были голыми, только в углу тускло светился одинокий факел. Я с трудом поднялась на локти — и сердце ухнуло вниз. У дальней стены стоял профессор Квиррел. Его тёмная мантия казалась ещё более мрачной в полумраке, а на лице была странная, почти безумная улыбка. — Мисс Поттер, — его голос прозвучал неожиданно холодно, без привычного заикания. — Какая удача, что вы оказались именно здесь. Я почувствовала, как ладони вспотели. Что-то было не так. Очень не так. — Профессор… — я попыталась встать, но ноги подкашивались. — Где мы? — Там, где никто нас не побеспокоит, — ответил он, делая шаг ко мне. — У нас есть немного времени, чтобы поговорить… Он произнёс это последнее слово с таким нажимом, что холод пробежал по позвоночнику. Я моргнула, прогоняя туман из головы. Постепенно взгляд стал яснее, и я смогла осмотреться. Комната была пустой и тихой, а у дальней стены стояло Зеркало Еиналеж. Сердце ухнуло вниз — не может быть. Дамблдор же сказал, что его убрал! Или… он солгал? Медленно перевела взгляд на профессора. Он уже не выглядел запуганным, заикающимся трусом, которого я привыкла видеть весь год. На его лице была холодная решимость, а в глазах — блеск фанатичной преданности. «Я знала, что с ним что-то не так», — пронеслось в голове. А Гарри твердил, что злодей — Снейп. — Профессор, я не понимаю… — мой голос прозвучал хрипло. — Зачем я здесь? Он усмехнулся, и эта усмешка мне не понравилась. — Ты всего лишь приманка, моя дорогая. — Он говорил с пугающим спокойствием. — Чтобы твой братец-герой точно пришёл. В этот момент я почувствовала, что в комнате есть ещё кто-то. Не физически — скорее, ощущением холода, который пробирал до костей. — У моего хозяина на тебя и твоего брата… большие планы, — Квиррел склонил голову набок, будто изучая мою реакцию. — И, возможно, ты даже окажешься полезной. «Хозяин?» — пронеслось в голове. И вдруг в воздухе раздался шёпот. Тихий, хриплый, но такой ясный, что сердце замерло: «Смотри на неё… такая же упрямая, как мать. В её крови есть сила. Она может быть нашей.» Квиррел слегка кивнул, словно соглашаясь с этим голосом, и я поняла, что он его слышит тоже. Пазл начал складываться сам собой: единороги в Запретном лесу, слухи о Философском камне… Кто-то, кто отчаянно хочет жить. Кто-то, кто уже мёртв, но ищет путь обратно. — Ваш хозяин… — слова сорвались с губ сами. — Волан-де-Морт. Имя повисло в воздухе, как удар грома. Квиррел улыбнулся чуть шире, а голос снова зашипел: «Храбрая девочка. Не каждый решился бы произнести моё имя.» Мне стало страшно до тошноты, но я не могла отвести взгляд. Я стояла как вкопанная. Квиррел шагнул ближе, но теперь даже он казался тенью на фоне того, что разливалось в комнате — холодной, вязкой, почти зримой тьмы. «Подойди ближе.» Голос прозвучал внутри моей головы — настолько явственно, что я едва не оглянулась в поисках того, кто шепчет. — Кто это? — мой голос сорвался на шёпот. Квиррел ухмыльнулся и медленно повернулся спиной ко мне. Его руки дрожали, когда он начал снимать тюрбан. Моё дыхание перехватило. Когда ткань упала на пол, я увидела лицо. Нет — не лицо, а лик, прилипший к затылку профессора, бледный, как мел, с тонкими губами и красными, как раскалённые угли, глазами. — Прекрасно… — произнёс этот лик. Губы почти не двигались, но голос я слышала прямо в голове. — Джанет Поттер. Наконец-то. Я не смогла отвести взгляда. Что-то в этих глазах притягивало, будто цепи обвились вокруг моего разума. — Ты боишься? — спросил он мягко, почти ласково. — Я… — я сглотнула. — Нет. На самом деле я дрожала, но не от холода — от какой-то странной смеси ужаса и… любопытства. — Хорошо, — в его голосе прозвучала усмешка. — Страх делает людей слабыми. Но ты — сильная. Я вижу это. Квиррел стоял неподвижно, словно марионетка. «Она может быть полезна, хозяин.» — его мысль будто прорезала воздух, и я поняла, что он тоже разговаривает с этим существом. — Конечно, — тихо ответил Волдеморт, глядя на меня. — В её крови та же сила, что текла в жилах её матери. А может, и нечто большее. Я почувствовала, как в груди что-то неприятно сжалось, но взгляд отвести было невозможно. — Чего вы хотите от меня? — выдохнула я. — Пока — ничего, — ответил он. — Но скоро ты поймёшь, что твой брат не всегда сможет защитить тебя. И тогда ты придёшь ко мне сама. Его слова будто обожгли изнутри. — Я никогда… — начала я, но он перебил меня тихим, почти ласковым смехом. — Никогда? — его глаза сверкнули. — Никогда — очень сильное слово, девочка. Особенно для тех, у кого есть сила. Он сделал паузу, и в голове пронеслось что-то чужое, как будто мне вложили мысль: «Представь, что ты больше не беспомощная сирота. Что ты можешь управлять своей судьбой. Что мир склоняется перед тобой. Разве ты этого не хочешь?» Сердце заколотилось так быстро, что казалось, я вот-вот потеряю сознание. Да, я хотела быть сильной. Хотела, чтобы меня перестали жалеть, перестали считать лишней. Хотела, чтобы меня слушали. — Я… да я хочу этого! Красные глаза чуть сузились, но в них промелькнула насмешливая тень. — Посмотрим. Квиррел дернулся, будто его окатили ледяной водой. — Хозяин, Поттер скоро будет здесь… — Отлично, — прошипел Волдеморт. — Тогда у нас будет шанс проверить обоих. Я почувствовала, как воздух вокруг сгустился, будто сам замок затаил дыхание.