Демоны не берутся из ниоткуда

Ночь выдалась беспокойной. Джанет ворочалась в постели, прислушиваясь к гулу океана за окном, к скрипу деревянных балок и тихому треску камина. Сон не шёл — мысли, как назойливые мотыльки, били в виски, не давая покоя. Она снова и снова возвращалась к тому моменту в «Норе». Письмо. Совершенно обычный, на первый взгляд, свиток с гербом «Гринготтс». Она даже не успела дотронуться до него — Молли вырвала его почти из рук, спрятала под фартуком, будто это было что-то опасное. «Что там было? Почему мне нельзя было прочитать?» — мысли жгли сильнее огня. В конце концов, Джанет не выдержала. Сбросив одеяло, она встала и, босиком ступая по прохладному полу, вышла из комнаты. Замок спал, лишь факелы освещали коридоры мягким золотым светом. Она знала, куда идёт. Дверь в покои Лорда была приоткрыта. Джанет постучала — раз, другой, но ответа не последовало. Сердце билось всё громче. Сделав вдох, она толкнула дверь и вошла. Комната встретила её тишиной и запахом — тем самым древесно-медовым с тёплой вишнёвой нотой, который уже успел стать для неё символом безопасности. На столе догорали свечи, у окна сидел Лорд, погружённый в раздумья. — Джанет, — произнёс он, не поворачиваясь, но в его голосе не было ни капли раздражения. — Ты не спишь. Она нерешительно шагнула вперёд. — Прости… Я не могу молчать. В доме Уизли… пришло письмо. Оно было из «Гринготтса». Но я даже не успела прочитать его — Молли сразу забрала, спрятала. Лорд медленно повернулся к ней, и голубые глаза вспыхнули. — «Гринготтс»? — голос его стал ниже. — И они не позволили тебе его увидеть? — Да, — кивнула Джанет, глядя в пол. — Я чувствую, что там было что-то важное. И… что оно предназначалось мне. Повисла долгая тишина, прерываемая лишь отдалённым рёвом волн. Лорд поднялся, шагнул к ней и остановился так близко, что она почувствовала тепло его мантии. — Ты права, Джанет, — произнёс он тихо, но с той холодной решимостью, от которой пробегали мурашки. — Вещи, что касаются тебя, никому другому в руки попадать не должны. «Гринготтс» не шлёт писем без веской причины. Если письмо было скрыто — значит, там есть тайна. Твоя тайна. Она подняла глаза, встретившись с его взглядом. — Что же мне теперь делать? Его рука легко коснулась её плеча. — Теперь это моё дело. Я узнаю, что скрыли от тебя. Джанет сжала пальцы в кулаки. Её сердце билось от смеси страха и странного, ободряющего чувства. Теперь её тайна стала и его тайной. И она знала: с этого момента дорога назад для них обоих закрыта.

***

Лорд молча всматривался в лицо девочки. Слишком юная, слишком измождённая за эти дни, но в её словах не было ни капли вымысла. Письмо из «Гринготтса» не могло быть случайным. «Если гоблины написали — значит, причина веская. И раз его скрыли от неё… тем более оно может изменить многое». Мысли текли спокойно, ровно, словно узор на шахматной доске. «Значит, первым делом — банк. Они не посмеют отказать мне в информации. Я выясню, что именно пришло Джанет… и расскажу,  что это письмо оказалось у Молли Уизли, а не в её руках». Он скользнул взглядом на девочку. В её глазах горело доверие. Тонкая нить, что уже связывала их, становилась прочнее. «Но одного этого мало. Пока она числится под опекой Дамблдора — я рискую. Старик может в любой момент протянуть свои лапы и снова запереть её там, где ему угодно. Нет. Этому я положу конец». Лорд выпрямился, и в его мыслях возникла ясная картина: «Джанет должна быть признана моей подопечной. Официально. Так, чтобы даже Министерство не посмело оспорить. Тогда ни директор, ни кто-либо ещё не сможет отнять её у меня». Губы тронула едва заметная тень улыбки. Решение было принято.

Когда разговор стих, и огонь в камине стал затухать, Джанет поёжилась. Тишина дома, шум океана за окнами — всё это казалось слишком большим и пустым. Она украдкой взглянула в угол, где свернулись кольцами Нагайна и Лисц. — Лорд… — тихо начала она, подбирая слова. — Можно… можно я возьму их с собой? Волан-де-Морт приподнял бровь, его тонкие пальцы остановились на подлокотнике кресла. — Для чего? — Мне страшно одной, — прошептала Джанет, опуская взгляд. — Но со змеями не так. Они… мои. Они рядом, и тогда я сплю спокойно. Нагайна лениво приподняла голову, будто понимая каждое слово, её глаза блеснули странным светом. Лисц, наоборот, уже медленно скользил к ногам Джанет, словно подтверждая её просьбу. Лорд некоторое время молчал. В его взгляде мелькнула тень удивления: страх девочки не отталкивал змей, а напротив, тянул её к ним ближе. Это было… необычно. — Если так ты найдёшь покой, — произнёс он наконец, — забирай. Джанет облегчённо улыбнулась, погладила Лисц и взглянула на Нагайну. Та, чуть шипнув, плавно поднялась и двинулась следом. Девочка осторожно обвила обеих змей, прижимая их к себе так, словно они были защитой, а не угрозой. — Спасибо, — прошептала она, прежде чем выйти из комнаты. Волдеморт следил за её маленькой фигурой, исчезающей в коридоре, и думал: «Даже во сне она ищет опору в том, чего другие боятся. Не в людях, а в змеях. И всё же — приходит ко мне».

***

Через пару дней Лорд направился в «Гринготтс». Для всего мира он был теперь Джейми Костер — аккуратный, строгий мужчина с холодными голубыми глазами и уверенной, сдержанной поступью. Никто уже не мог вспомнить того, кем он был прежде, и это давало ему полную свободу действий. Он шагал по мраморным залам банка с ровным, отмеренным ритмом, словно каждый камень под ногами подчинялся его воле. В этом облике не было места прежним страхам и легендам — теперь он был лишь Джейми Костер, официальный опекун Джанет, человек, обладавший законной властью над её счетами и будущим. — Мистер Костер? — обратился к нему один из гоблинов, внимательно сверяя документы. — Да, — спокойно ответил он, не меняя голоса, хотя в каждом его взгляде проскальзывала ледяная острота. — Меня привело к вам серьёзное дело. Недавно вы присылали моей подопечной письмо. Оно было похищено посторонними, и я хотел бы узнать, что именно в нём содержалось. Гоблин задержал на нём внимательный взгляд, затем коротко кивнул. — Подождите здесь, мистер Костер. Он отдал распоряжение коллеге, и вскоре Лорда проводили по длинным коридорам, украшенным факелами, к кабинету управляющего. Там его уже ждали. Гоблин знал, с какой целью пришёл этот человек: не говоря лишних слов, он достал запечатанный свиток с гербом «Гринготтс» и положил его на стол. Красный сургуч мерцал в свете огня. Джейми Костер взял свиток и сломал печать. Его глаза сверкнули, когда он развернул письмо. «Теперь всё станет ясно», — холодно отметил он про себя, ощущая, как нити контроля в его руках становятся ещё прочнее. Он внимательно прочитал каждую строчку. Письмо содержало отчёт гоблинов о проведённом расследовании. Ещё летом кто-то пытался снять крупные суммы со счетов обоих Поттеров, но эти попытки оказались безуспешными: вмешательство хранителей и магическая защита банка пресекли кражу. Теперь же, после долгих проверок, виновные были установлены. Гоблин заговорил первым, не дожидаясь вопросов. — Итак, мистер Костер. Так как вы теперь являетесь официальным опекуном мисс Поттер, я обязан сообщить: ещё летом мы зафиксировали попытки неправомерного снятия средств со счетов обоих Поттеров. Расследование позволило выяснить, кто именно стоял за этим. — Гоблин сделал паузу, его глаза блеснули. — Ключ от сейфов передавался некому постороннему лицу. Оказалось, что бывший опекун мисс Поттер и нынешний опекун её брата время от времени предоставлял доступ к хранилищу… Молли Уизли. — …Молли Уизли, — закончил гоблин, чуть замедлив голос, словно испытывая удовольствие от шока, который неизбежно должен был последовать. В кабинете повисла тишина. Где-то вдалеке слышался скрежет перьев о пергамент и звон монет, но здесь, в узком каменном пространстве, всё стихло. Джейми Костер медленно поднял взгляд от письма и посмотрел прямо в глаза гоблину. Его лицо оставалось непроницаемым, но за холодными голубыми глазами сверкала опасная сталь. — Вы хотите сказать… — начал он тихо, почти мягко, но в его голосе прозвучала угроза, — …что некая женщина, у которой не было ни права, ни полномочий, получала доступ к сейфам Поттеров? И банк допустил это? Гоблин чуть дёрнул ухом, но не дрогнул. — Мы не допустили. — Голос его был резким, как удар клинка. — Попытки были зафиксированы и пресечены. Ни один галеон не покинул счетов Поттеров. Но факт остаётся фактом: ключ был в её руках, и она пыталась воспользоваться им несколько раз. Лорд откинулся на спинку стула. Внутри него разгоралось пламя холодного гнева. «Молли Уизли… Директриса семейного уюта, мать-наседка, обожающая сунуть нос в чужие дела. Значит, именно она дерзнула протянуть руки к тому, что принадлежит Джанет? Не просто вмешательство. Это посягательство. Кража. А главное — союз с теми, кто желает подчинить девочку». — И Дамблдор знал? — спросил он всё так же спокойно, хотя пальцы на подлокотнике кресла сжались сильнее. — Мы подозреваем, что да, — кивнул гоблин. — Учитывая его влияние как тогдашнего главного опекуна. Без его ведома ключ вряд ли оказался бы у посторонней. На губах Лорда мелькнула тень улыбки. — Как удобно… — тихо произнёс он, и в этих словах не было ничего, кроме хищного удовлетворения. В голове его мысли складывались в ясный план. «Значит, теперь у меня есть неоспоримое доказательство. Дамблдор позволял Уизли распоряжаться состоянием Джанет. Они оба должны были понимать: рано или поздно я это узнаю. Теперь у меня в руках повод, законный и весомый, раз и навсегда лишить их права даже приближаться к ней». Он вновь посмотрел на гоблина. — Я требую официальный протокол. С печатью банка. Всё, что касается этих попыток: даты, магические следы, каждый факт. Это станет приложением к моему опекунскому делу. — Разумеется, мистер Костер, — склонил голову управляющий. — Мы подготовим копию в течение часа. Лорд кивнул, поднимаясь. Его фигура отбрасывала длинную, острую тень по каменному полу. — Хорошо. — Голос его звучал холодно, но спокойно. — А с Молли Уизли я поговорю сам.

***

Выйдя из тесного кабинета, Лорд шёл по коридорам «Гринготтса», не ускоряя шаг, но внутри него кипела ледяная ярость. Мраморные стены отражали его силуэт — высокий, прямой, безупречно собранный. «Молли Уизли… Дамблдор. Значит, они оба решили, что могут распоряжаться чужим. Моим. Джанет. Сиротой можно прикрыться, оправдать любое воровство заботой и хлебом на столе. Но теперь — всё иначе». Он почти видел, как в будущем встанет перед ними, глядя прямо в глаза, и медленно разобьёт их жалкие оправдания. Но пока — тишина. Пока — пауза. «Нельзя тратить этот козырь сразу. Держать в тени, как яд, который ждёт нужного момента. А вот Джанет должна знать. Но не всё. Ей нужна правда — не для того, чтобы разжечь ненависть, а чтобы укрепить доверие ко мне». Лорд вышел на лестницу, ведущую к главным залам, и на мгновение задержался, глядя вниз, где гоблины, как муравьи, таскали свитки, золото, документы. Мир казался уравновешенным, но он знал — в этой гармонии достаточно толкнуть одну фигуру, чтобы рушилась вся конструкция. Он поправил мантию, и холодная усмешка скользнула по его губам. «Скоро я заберу у них всё. А пока… пора домой».

***

Возвращение в особняк сопровождалось тихим шелестом океана за окнами. Дом встретил его тем же спокойствием — лишь мягкий свет ламп, расставленных вдоль коридоров, разгонял тени. Воздух был наполнен запахом воска и лёгкой прохладой каменных стен. Джанет сидела в кресле у камина в гостиной, с раскрытой книгой на коленях. Она вскинула голову, когда он вошёл, и глаза её загорелись смесью облегчения и ожидания. — Лорд… вы вернулись. Он скользнул взглядом по её лицу — бледному, но уже не такому уставшему, как в первый день. Девочка училась дышать свободно. И всё же в её взгляде было что-то ещё — жажда правды. — Да, — ответил он спокойно, снимая перчатки и бросая их на стол. — Я был в банке. Книга в её руках чуть дрогнула. — И?.. Он сел напротив, сплетя пальцы в замок, и наклонился чуть ближе. — Я узнал, кто пытался забрать твои деньги. Джанет затаила дыхание. — Это была Молли Уизли, — произнёс он тихо, но с той стальной холодностью, от которой слова вонзались в сердце. — С ведома Дамблдора. Книга упала с её колен на ковёр.