Redamancy

Я умылась в тюремной ванной — ледяная вода немного отрезвила мысли. Как я и ожидала: стоило тому мужчине умереть, как сомнение отразилось на лицах всех вокруг. Теперь было очевидно — Уруми больше не могут доверять. Странно, но умер не только он: у пары человек тоже взорвались ошейники. Впрочем, меня это мало интересовало. Раз уж люди Уруми перестали верить друг другу, мне оставалось полагаться на Чишию и Иппея — только они могли сказать, какая у меня масть. Я вышла из ванной в тёмный сырой коридор и, свернув за угол, столкнулась с кем-то. Первым желанием было перейти в оборону, но я сдержалась: резко отступила назад и опустила взгляд в пол. — Прости! Прости, прости! — выпалила я и тут же начала кланяться. — Нет-нет, это я виноват, правда. Я подняла глаза и поняла, что это напарник Банды. В руках у него был тот самый пакетик с печеньем, который я видела у него в прошлом раунде. Наши взгляды встретились, я резко сглотнула и снова отвела глаза. — Ты в порядке? — мягко спросил он, наклонившись, будто хотел поймать мой взгляд. Я сжалась, едва заметно кивнув. — Тебя никто не запугивает? Я видел того блондина, твоего партнёра. Он показался холодным. Вот как он это видит. — Он кажется холодным, но со мной бывает невероятно… мягким, — соврала я, снова подняв глаза. Он заметно смягчился, вздохнул и протянул мне пакет. Я взяла, нахмурившись. — Не будь такой доверчивой. Здесь этим пользуются, особенно против таких, как мы, — сказал он и слегка поклонился. Я тихо поблагодарила и поклонилась в ответ. Он ушёл, не сказав больше ни слова. Я посмотрела на «печенье» — это оказалось фаршированным хлебом — и пошла дальше по коридору. Если он понял, кто такой Банда на самом деле, логично, что он ищет себе других союзников. У самой лестницы в подвал я заметила мусорку и, прежде чем зайти внутрь, выбросила хлеб. Внизу почти никого не было: подвал превратился в своеобразный штаб Уруми, остальные брали, что им нужно, и уходили. Не видя смысла в лишних контактах с основной группой, я подошла к столу и села рядом с Иппеем. Он вздрогнул, заметив меня, потом нервно улыбнулся. Я ответила той же маленькой улыбкой. — Веселишься? — подал голос Чишия. Он сидел напротив, спиной к столу, опираясь на него и лениво разглядывая остальных. В руках у него была бутылка персиковой воды. — Где ты это взял? — спросила я. Его губы чуть дрогнули, но он сделал вид, что не слышит. — Чишия. Пауза. Потом тяжёлый вздох — и он всё же повернулся, удостоив нас вниманием. Теперь я заметила скомканный пустую упаковку от печенья в его руке. — В одной из коробок, на нижней полке третьего ряда, — сказал он и перевёл взгляд на стеллажи. Я перевела взгляд вслед за Чишией. Женщина в строгой офисной одежде выбирала печенье. На этот раз одна, без своего партнёра, что было необычно. Она была напряжена, словно зверёк, готовый сорваться при первом же шорохе. И в её руках был знакомый пакет. Тот самый, что минуту назад был у меня. Я снова посмотрела на Чишию. Не могла понять: ему просто скучно или он уже что-то сложил в голове. Женщина быстро покинула комнату. — Ты что-то заметил? — спросила я, пока он продолжал молчать. Он поймал мой взгляд. На его обычно каменном лице мелькнуло самодовольство. — Возможно. Меня передёрнуло от его ответа. Я опустила взгляд и начала крутить кольца на пальцах.

00 ЧАСОВ 20 МИНУТ

— Пора! — пропела Уруми, подпрыгнув и закрутившись на месте. Улыбаясь, она наблюдала, как остальные собираются в круг. Между пальцами торчала леденцовая палочка. Я встала и заняла место чуть сбоку, Иппей стал рядом. — Итак, скажите мне, какая у меня масть, — Уруми снова повернулась, показывая ошейник. Трефы. — Бу-… — мужчина запнулся, а остальные уставились на него во все глаза. — Трефы, — выдохнул он уже тише. Толпа закивала, соглашаясь. С лица Уруми на секунду исчезла улыбка, но она тут же вернула её обратно, резко и неестественно. — Хорошо. Теперь ты, — сказала она. Мужчина повернулся, и на удивление она не солгала. Остальные тоже по очереди называли свои символы. Я тоже повернулась, когда дошла моя очередь.

00 ЧАСОВ 5 МИНУТ

«Все игроки должны вернуться в камеры.» Группа тут же бросилась врассыпную. Я схватила Иппея за рукав, прежде чем он успел уйти. Он обернулся, одарив меня испуганным взглядом, и я тут же отпустила. — Можешь сказать, какая у меня масть? Он растерялся, но всё же кивнул. Я повернулась к нему спиной, откинув волосы. — Червы. Чишия всё это время сидел и наблюдал. Услышав ответ, он поднялся и подошёл. — Спасибо, — пробормотала я. — Не за что, — Иппей поспешил дальше. Я оставила волосы сбоку и посмотрела на Чишию — он уже изучал мой ошейник. Потом встретил мой взгляд и коротко кивнул. Напряжение слегка отпустило. Мы пошли рядом. Я замедлила шаг и отодвинула его волосы, чтобы посмотреть его масть. Он напрягся от моего прикосновения, а я тут же убрала руку, когда увидела, что было нужно. — Бубны, — тихо сказала я — зная, что он услышит. Он никак не отреагировал — только сунул руки в карманы и пошёл дальше со скучающим видом. — В следующем раунде надо убить его, — сказала Уруми где-то впереди. Двое рядом с ней переглянулись. — Но ведь он не может быть Валетом… правда? — спросил один нервно. Уруми окинула его раздраженным взглядом, но быстро смягчилась. — Какая разница? Он пытался убить меня. Если не сделаем это сейчас, то следующими будете вы.

***

Три фотографии погасли на экране. Ни одна не оказалась из группы Уруми. — Они что, так и будут врать друг другу? — пробормотал Иппей, уставившись на закрытый пакет чипсов. С каждым раундом он становился все бледнее и бледнее. Я промолчала. Мой ответ ему точно не помог бы. В этом месте никто просто бы не выжил, если б никого не убивали. — Пики, — сказал Чишия, подходя сзади и садясь рядом. Он откинулся на стол и поставил передо мной бутылку той самой персиковой воды. — Ах… — Иппей коснулся воротника и вежливо кивнул. — Спасибо. Я смотрела то на бутылку, то на Чишию. Он не собирался её пить, всё внимание было на печенье. Бутылка явно была закрыта. Я медленно подтянула её к себе. Он опять никак не отреагировал. Я открыла крышку, взглянув на него краем глаза. Он всё так же хрустел, будто ему вообще нет дела. Я улыбнулась и глотнула сладкую воду, закрыв крышку и прижав бутылку к себе. — Уруми скоро вылетит, — сказал он вдруг. — Что? Почему? — голос Иппея дрогнул. Чишия только перевёл взгляд на стол справа. Мы последовали его примеру. Уруми выбирала леденец на стеллажах. Но главное — трое её людей следили за ней с тревогой. Среди них был тот самый мужчина, который соврал в прошлом раунде. Они шептались, слишком явственно, чтобы скрывать заговор. Мужчина уже почти трясся, бормотал себе под нос, не сводя взгляда с Уруми. Двое рядом обменивались понимающе-решительными взглядами.

00 ЧАСОВ 20 МИНУТ

Уруми повернулась к своим людям: — Ну что, пора назвать масть? — пропела она, улыбаясь, как на сцене, и глядя прямо на дрожащего мужчину. «В этом раунде умрут двое.» Иппей поднялся на ватных ногах. Я тоже хотела встать — но Чишия ловко выхватил у меня бутылку и сделал глоток на ходу. — Эй, это же- — Я не говорил, что ты можешь её забрать, — перебил он меня, слегка усмехнувшись, и пошёл к группе. Ответить я не успела. Уруми подняла бровь и поманила меня. Я вздохнула и подошла. — Итак! Какая у меня масть? — пропела она. — Трефы, — сказал дрожащий мужчина. Голос у него теперь был твёрже, но это была ложь. Я взглянула на двух других — они молчали и избегали взгляда. Этим они подписали ей приговор. Я тоже промолчала. Не то чтобы я хотела её смерти, но она и правда была опасна. Каждую ложь она использовала как повод убить. Скоро бы она добралась и до остальных… а потом и до нас. Уруми повернулась. В глазах дикий блеск. Она откусила леденец, и хруст заставил некоторых вздрогнуть. — Теперь ты, — сказала она. Мужчина колебался, но всё же повернулся. Ещё одна ложь. Мы по очереди называли масть. Когда очередь дошла до меня, я впервые за весь раунд посмотрела на Иппея и Чишию за подтверждением. Иппей едва заметно кивнул. Чишия смотрел прямо, не мигая, и от этого по спине пробежал холодок. То, что он был «неплохим», не делало его союзником. Я могла только надеяться, что Валета найдут как можно скорее. Иначе моя судьба окажется в его руках.