Бифлифы. Другая История.

Цинсюань сидел в Доме Блаженства - именно сюда привёл его Се Лянь, - и пил горячий ароматный чай. После долгого пути, холодных ночей и тревог последних дней это было тем, что нужно для души - стакан чая в компании друзей. Ши Цинсюань никогда не думал прежде, что однажды может чувствовать себя так хорошо. Конечно, он и до этого любил проводить время с друзьями, устраивать пиры и вести непринуждённые беседы, однако всё это было совсем другим. Молодой человек чувствовал себя Дома. Ему было мягко сидеть в дорогом кресле, тёплый халат мягко щекотал нежную кожу, а горячий чай обжигал внутренности, согревая душу. Се Лянь сидел рядом, наблюдая за ним. Принц ни о чём не спрашивал и ничего не говорил, хотя ему очень хотелось. Он заметил напряжение, скованные движения и тревогу в глазах друга, а потому решил дать ему время. Не так уж и важно, где он пропал весь год - главное, что он вернулся. Живой и здоровый, а это - главное. А что касается его приключений... Захочет - сам расскажет. Самое главное - не давить на него. Поэтому Се Лянь молчал. Цинсюань тоже ничего не говорил, сосредоточенно отпивая чай маленькими глотками и оглядывая интерьер комнаты. Здесь всё радовало глаз. Дорогая мебель, алые волны тканей, мягкие ковры и знакомые занавески... Здесь пахло Домом - почти забытый за время странствий запах, знакомые лица и забота друзей. - Цинсюань... - мягко начал Се Лянь, внимательно глядя на Повелителя Ветра. - Как твои дела? Расскажешь, как провёл этот год? Я надеюсь, у тебя всё хорошо? Цинсюань смущённо улыбается, опустив глаза. Замечает несколько чаинок, вертикально плавающих в чашке, крепче сжимает её руками, и медленно выдыхает. Он чувствует интерес принца, но не знает, что сказать. С ним столько всего случилось... С чего бы начать? А может, просто молчать? Как бы он стал рассказывать о своих похождениях? В красках описать зимние ночи, когда он сидел в обвалившемся сарае заброшенного дома, кутаясь в лёгкую накидку, без крошки хлеба? Или о том, как бежал по грязным улочкам чужого города, спасаясь от погони торговца с собакой, который втридорого продал ему пару фруктов, а когда Цинсюань возмутился - прогнал его? Или о той драке, в которую он ввязался, защищая на улице ребёнка? Нет. Точно нет. Это не то, что хочется вспоминать. Тогда о чём сказать? Чашка начинает мелко дрожать в худых руках - дрожь в теле возникает неожиданно, удивляя Цинсюаня. Давно такого не было. - Хорошо. - Медленно отвечает он, стараясь скрыть дрожь в голосе. - У меня всё хорошо. Спасибо, Ваше Высочество. - Он поднимает глаза на Принца, и спокойно улыбается. У него правда всё хорошо. Здесь и сейчас прошлое не имеет значения. Ни к чему портить спокойную обстановку. Се Лянь внимательно смотрит ему в лицо, стараясь понять, врёт Цинсюань или нет. Если да - то зачем? Если нет - тогда почему так дрожит рука, сжимающая чашку? - Хорошо. Я рад, Цинсюань. Не волнуйся, я не стану заставлять тебя что-то говорить. Расскажешь, как будешь готов. Не волнуйся. - Спасибо, Ваше Высочество. Простите, я бы хотел вам рассказать, но не знаю, с чего начать, и стоит ли оно вашего внимания.. - Тихо говорит человек, поднося к губам чашку из белого фарфора. - Скажи, Цинсюань, а что... Что тебе снилось? Когда я нашёл тебя, ты так кричал.... - Вспомнил Се Лянь о происшествии в Храме Водяных Каштанов. "Цзынь!" - Фарфоровая чашка выскальзывает из рук юноши, и, ударяясь о поверхность стола, разлетается на куски. Чай выплёскивается, отчего стол и рукав Цинсюаня мгновенно пропитывает горячая жидкость. Цинсюань испуганно глядит на принца, резко подскочившего со своего места. Се Лянь хватает его за другую руку, отдёргивая от опасной близости стола. - Цинсюань! Ты впорядке? Прости меня, пожалуйста. Я не хотел. - Се Лянь быстрым движением разрывает рукав на одеждах Цинсюаня, освобождая правую руку. - Как твоя рука? Я сейчас... Снимай скорее! - И принц бросается прочь из комнаты, спеша найти аптечку. На крики из соседней комнаты выбегает молодой мужчина, с маской на лице. - Ваше Высочество? В чём дело?! Вы поранились?! - Восклицает он, изучая Се Ляня пристальным взглядом. - Не я. Это Повелитель Ветра... Он... Горячий чай.... Аптечка... - Се Лянь тараторит, пытаясь перевести дух, глотая слова. - Понял. Сейчас. - И Посланник Убывающей Луны, облегчённо выдохнув, тут же торопливо скрылся за одной из дверей, через несколько минут вернувшись с лекарствами. - Пойдёмте. Сейчас. Наследный принц шагает в обратном направлении, следом за помощником. Толкая дверь, Се Лянь смотрит на накрытый стол, осколки стекла и влагу, растекающуюся по столешнице - остатки горячего чая. Цинсюаня в комнате нет. На открытом окне развевается прозрачная занавеска. Сердце принца пропускает удар, и он мгновенно вызывает Хуа Чэна по Духовной Сети. Бывшего Небожителя похитили! Инь Юй растерянно сжимает в руках ставшие ненужными склянки. *** Он следил. Наблюдал со стороны, неслышной тенью скользя вслед за ними. Его он заметил сразу - хрупкий, худой и потрёпанный, но живой. Их приветствовал Город - кругом царили шум и суматоха. Кругом кричали, галдели, бросали им под ноги ритуальные деньги и махали руками. Лишь он один молчаливо скользил за ними, не отрывая взгляда от одного человека. Проводив их до самого Дома Блаженства, он остался снаружи, а затем, незамеченный, пробрался внутрь запасным путём, который соорудил для себя больше года назад. Молодые люди сидели за столом, непринужденно попивая чай. Они о чем-то говорили, но ему было не слышно. Он ждал. Наконец что-то происходит. Цинсюань вдруг роняет чашку, она со звоном разбивается, заливая всё вокруг кипятком. Се Лянь вскакивает, пытается помочь, а затем, оставив Цинсюаня одного - какая удача! - выбегает из комнаты. Хэ Сюань не теряет времени, практически в ту же минуту проскальзывает в комнату, и, подкравшись к юноше со спины, зажимает ему рот. Цинсюань дёргается, ощутив стальную хватку ледяных рук, и пинается в попытке вырваться. Демон не даёт. Одной рукой закрывая Цинсюаню рот, другой он обхватывает человечишку другой рукой, прижимая руки. Приподнимает, и вместе с ношей исчезает в проёме окна. Всё происходит так быстро, что Цинсюань не успевает даже вскрикнуть. - Если закричишь - я сверну тебе шею. - Тихий рык в самое ухо заставляет сердце пропустить удар - этот голос ему знаком лучше, чем собственный. Сопротивляться невозможно. И он подчиняется, прекращая пинать похитителя. Холодная рука убирается с лица, давая дышать. Цинсюань делает частые жадные вдохи. Черновод опускает его на землю, крепко сжимая тонкое запястье. Острые когти царапают нежную кожу, и Цинсюань тихо пищит от боли. Руку убирают, отпуская. Оказавшись свободным, Цинсюань оборачивается, поднимая голову - он уже знает, кто его похититель. Зелёные глаза встречаются с золотыми. Мелькает искра. Хэ Сюань делает шаг вперёд, и, обхватив руками Цинсюаня, прижимает к себе. Действия резкие и немного....нервные? Крепкие руки сжимают в объятиях с такой силой, что, кажется, вот-вот переломают ему кости. Цинсюань утыкается носом в плечо демона. Чёрные одежды окружают его плотным кольцом. Дышать становится тяжело. Вырваться из хватки нельзя. Сердце стучит сильно и быстро, оглушая. Что происходит? Цинсюань никак не может объяснить себе происходящее. Он подозревал, что Черновод найдёт его, стоит ему вернуться. Но он не ожидал, что это случится так скоро. Не мог предвидеть похищения, и, уж конечно, не думал, что его начнут обнимать.... Ведь это объятия? Он думал, что Черновод явится, утащит в Чёрный Замок, и убьёт его. А, может быть - снова начнёт пытать.... Словом, вариантов было много, но нив одной из версий Цинсюань не выживал. Хэ Сюань держал его, словно любимую женщину. Крепко, будто боялся потерять. Словно стоит разжать хватку - и Цинсюань исчезнет, убежит, или рассеется, подобно свету. Он не мог его потерять. Больше не мог отпустить. Ему нужно, чтобы этот юнец был рядом. Он нужен ему, как кислород. Хэ Сюань понял это спустя много дней после того, как потерял его. Позволил ему уйти. Но теперь он не отпустит. Ни сегодня, ни завтра, ни через год. Он вернул своё сокровище, и делиться не собирается. Наконец, разжав стальные объятия, Хэ Сюань взглянул на Небожителя. Надо признать, выглядел он лучше, чем год назад, однако... Всё такой же бледный и несчастный, с потухшими глазами, в порванной одежде.. Жалкое зрелище, если честно. Цинсюань шипит от боли, и пытается прикрыть руку остатками рукава - безуспешно. Руку перехватывают, и внимательно разглядывают. - Ай! Пусти! - Вскрикнув, требует он. - Нет. - Холодный ответ режет, словно скальпель, острым лезвием вскрывая старые шрамы. Под кожу, через мясо и кости - прямо к кровоточащему сердцу. Отрезая тонкие куски, снимая высохшие корочки, пуская кровь... Возвращается былой страх, волнуя разум. Такая холодность и равнодушие... Снова. Внезапно Цинсюань понимает, где они находятся. Мрачные своды, тёмные стены, пол... Знакомое место. Цинсюань снова в Чёрном замке. Хэ Сюань тащит его в противоположный конец коридора. Отворяя дверь, отпускает, бросая: - Заходи. Сопротивляться нет сил. Рука болит, ноги подгибаются от страха. Цинсюань заходит, останавливаясь на пороге. Та самая спальня. Та самая кровать, стол с книгами, и ковёр... Хэ Сюань толкает его в спину - не сильно, просто чтобы заставить идти. - Садись. Цинсюань медленно подходит к кровати, практически падая - ноги подкосились в последний момент, и, если бы не кровать, он рухнул бы на пол. Небожитель неловко забирается на высокую кровать, сжимая левой рукой простыню. Правая рука жётся, и он держит её на весу. Хэ Сюань подходит к нему, и приказывает: - Снимай. - Что? - Оторопело спрашивает Ши. - Снимай. Руку надо обработать. Цинсюань замер, удивлённо хлопая глазами. Обработать. Руку. А он уж было подумал... Значит...его не будут сейчас убивать? Это плохо. Значит, Черновод снова будет его мучить, наслаждаясь криками и слезами. Цинсюань медлит, всё ещё не слушаясь приказа. Хэ Сюань недовольно рычит, принимаясь самостоятельно снимать с Цинсюаня верхние одежды. "Какой же он упрямый!" - Недовольно думает Хэ Сюань. - "Даже в такой ситуации..." - он бросает на Цинсюаня взгляд из-под сведённых бровей, и неожиданно замечает слёзы в изумрудных глазах. Слёзы? Неужели так сильно болит рука? - Хэ Сюань действует быстрее, и, отбросив ненужную тряпку в сторону, начинает обрабатывать ожог. Кожа покраснела, и Цинсюань дёргался от каждого прикосновения Черновода. - Нет. Это страх. - Взяв немного лечебной мази из коробочки, Черновод аккуратно растирает её по поврежденной коже. Цинсюань шипит, пытаясь вырваться, но куда уж там! - Терпи. Иначе не заживёт. - Буркнул демон. Когда большая часть ожога была покрыта мазью, Цинсюань заметно расслабился. Холодные пальцы демона приносили облегчение пострадавшей руке, мазь приятно пахла, и убивать его, вроде бы, никто не собирался. - Спасибо. - Неуверенно пискнул он, когда с лечением было покончено. - Ты устал. Отдохни. Поговорим позже. - Ответил демон, направляясь к двери. - Позже? Но мне нужно вернуться к Се Ляню! Он не знает, где я! Ты должен отпустить меня! - Встрепенулся Небожитель. Хэ Сюань одарил его убийственным взглядом, и нарочито медленно, смакуя слова, процедил: - Я ничего тебе не должен. Скажи спасибо, что я лечу тебя, и ложись спать. Цинсюань удивлённо замер, во все глаза глядя на Хэ Сюаня. Тот, больше ничего не добавив, вышел, и дверь за ним закрылась.