Вещи-воспоминания

В библиотеке поместья было старательно прибрано. Ни одна пылинка не могла посметь надолго задержаться на разноцветных корешках. Драко вышел в центр зала и широко огляделся. Налакированный до блеска паркетри исполосованно переливался под утренним солнцем. Деревянные стенные шкафы, были плотно заставлены книгами, а кресло у высокого окна приглашающе развернуто мягкой обивкой сиденья внутрь. Малфой выудил палочку из-за пояса. — Легиллименционные учения и их упоминания за всю историю магии. Ничего не произошло. Драко повторил попытку, но ни одна книга в этой комнате не сдвинулась с места. Парень выждал несколько секунд. — Филис. Хлопок — рядом с ним тут же возник домовой эльф, вернее, эльфийка. Она боязливо сложила ручки перед собой. — Мистер Малфой звал Филис? — Почему не работает система поиска библиотеки? — После завтрака хозяйка приказала Филис заблокировать поисковую систему библиотеки на неопределённое время, — пропищал домовик и вздрогнул, когда Драко раздражённо дёрнулся. Он почувствовал как голова начинает кружиться от напряжения и зашагал к креслу. — Спасибо, Филис, можешь идти. Без лишних слов эльфийка растворилась в воздухе. Первой мыслью, возникшей в голове Малфоя, было пойти прямиком к матери в комнату и отстоять перед ней своё право пользоваться библиотечным поиском в собственном доме, но ощущал такую сильную слабость, что просто не нашёл в себе силы для того, чтобы снова спорить и ругаться. А мать будто знала, что так и будет. Драко плюхнулся в кресло и уставился в окно. Уходил из-за стола он с мыслью о том, что библиотека послужит для него надёжным пристанищем как минимум на сегодняшний день, тихим, навевающим спокойствие, но теперь находиться здесь было как-то напряжно, тревожно. Малфою стало казаться, будто он находится под прицелом чьих-то глаз, возможно, даже не одних, а нескольких. Сидят по углам в своей засаде, аки пауки в паутине, готовые вот-вот поменять своё место наблюдения, осознав, что Драко знает о их слежке. Парень собрался, изо всех сил отбросил от себя все ненужные мысли и зашагал к винтовой лестнице, ведущей на верхний ярус— решил искать вручную, пусть даже если потратит на поиски несколько дней. Как ни странно, рассматривание названий на переплётах, перебирание страниц и мимолётное чтение содержаний успокаивали. Драко расслабился и наконец смирился с неизбежным. Если он хочет что-то найти, то обязан прочесать хоть всю библиотеку, тем более, когда количество времени до начала учебного года и соответственно момента, когда он может оказаться в библиотеке Хогвартса, казалось просто бесконечным. Малфой замер, когда наткнулся на полку, отведённую для его старых школьных учебников. «Грозовой перевал» Эмили Бронте выпадал ярким бордовым переплётом из стопки. Грейнджер забыла его на подоконнике в библиотеке, когда они как-то вместе читали в поместье на каникулах. Драко так и не прочёл роман до конца. Нашёл его несколько скучным, не увлекающим, переполненным семейными конфликтами и жесткостью — в общем отталкивающим. Возможно, идея осознания смысла произведения как раз и заключалась в том, чтобы прочесть его до конца. Если бы Малфой наверняка знал, что от этого что-то может измениться, то обязательно закончил чтение романа ещё тогда, когда он по случайности попал к нему в руки. По прошествии часа поисков, пока не приносящих никаких плодов, Драко библиотека показалась какой-то невероятно огромной. Парень полулёжа устроился в кресле у окна с «Грозовым перевалом» в руках. После недолгих раздумий, он раскрыл на коленях книгу. Первым, что бросилось в глаза, был кусок пергамента с заметками, сложенный вдвое — Гермиона никогда не писала в книгах, только, разве что, загибала уголки страниц. Малфой бесцельно пролистал всю книгу, возможно, в поисках ещё каких-то бумаг, но она была пуста. За окном над благоухающим цветущей зеленью садом летела сова — было странно наблюдать её полет под ярким палящим солнцем — верно, почтовая. И Драко подумал: а может ли он запросить по почте книгу из хогвартской библиотеки? Всего на секунду задумался, прежде чем на столике у кресла возник поднос с чайным сервизом и письмом с печатью:

ШКОЛА ЧАРОДЕЙСТВА И ВОЛШЕБСТВА «ХОГВАРТС» Директор: Долорес Амбридж (Департамент магического образования) «Дорогой мистер Малфой!

Рады сообщить, что Вы приняты на дополнительный курс для учащихся 1991 года по обновлённой программе обучения. Список необходимой литературы, инвентаря и программа претерпели некоторые изменения. Лист соответственно прилагается к письму. Рекомендуем тщательно с ним ознакомиться, и надеемся, что к началу учебного года Вы будете осведомлены обо всех нововведениях. Занятия начинаются 1 сентября. С уважением администрация департамента магического образования.» Драко развернул второй лист и бегло просмотрел лишь заголовок списка, сложил вдвое и снова засунул в конверт. Прихватив несколько книг, отдалённо связанных с легиллименцией, парень отправился в свою комнату. — Ты получил письмо из школы? — Да. Отец отбывал на службу. — Программа обучения изменилась. Я бы рекомендовал тебе приступить к её изучению уже в ближайшее время. — Люциус бережно подбирал рукава формы под перчатки. — Я могу обеспечить тебя необходимыми материалами для изучения, если обращусь... — В этом нет необходимости, — холодно отозвался сын. — Все должны быть в равных условиях. Я приступлю к учёбе как и все ребята после первого сентября. — Драко, я думаю, папа прав, — Нарцисса деликатно втиснулась в их диалог. — Если начнёшь занятия сейчас, обеспечишь себе хорошую успеваемость. Малфой-младший развернулся и стал подниматься по лестнице. — Хотя бы попробуй запросить у Хогвартса необходимую литературу. Парень замер и посмотрел на мать. Библиотека Хогвартса сможет предоставить ему книги? — Я могу отправить им сову? — Конечно. — миссис Малфой улыбнулась. — В любом случае они должны... — Я подумаю над этим.

***

Это был один из холодных зимних вечеров в промозглых стенах замка. Было слишком поздно, чтобы спешить в гостиные факультетов до комендантского часа, ведь их всё равно поймают по дороге туда: Грейнджер в башню, Драко — в подземелья. Слизеринец глубоко вздохнул, и бледное облачко пара слетело с его губ — за толстой и холодной стеной кружила страшна метель, а в коридоре погашены все факелы. — Может совсем не будем ложиться спать этой ночью? — обратился Малфой к Грейнджер. — Нет уж. — девушка поплотнее запахнула края зимнего пальто, надетого поверх пижамы, и прижала к себе стопку из двух книг. — Я планировала с утра позаниматься, а отсутствие сна, как ты знаешь, исключает эту перспективу. Сплошное дежавю. Драко фыркнул, а потом приблизился к гриффиндорке и склонился к её лицу так близко, что их ресницы могли соприкоснуться. Голубоватый свет, исходящий от её палочки в правой руке, выхватил из темноты половину тонкого улыбающегося голубоглазого лица. Гермиона даже не шелохнулась. Она тяжело вздохнула и ответила не менее пристальным взглядом. — Сегодня был сложный день, Драко. Неужели тебе охота слоняться по замку всю ночь да ещё и в такой мороз? Малфой был бы счастлив слоняться по замку всю ночь в мороз, отвлекаясь от всего, что происходит в его жизни в последние несколько месяцев. Даже посиделки в библиотеке за домашним заданием до позднего вечера под нудное ворчание Грейнджер казались ему чудесным способом времяпровождения. Тогда Драко сделал то, чего сам от себя не ожидал: приблизился ещё плотнее и прикоснулся губами к губам Гермионы, мягко, невесомо, не дыша совершенно. — Не надо. — зашептала Грейнджер и слабо надавила ладонью на его грудь, отстраняясь — Почему? Столько было досады и печали в этом коротком вопросе, что даже у самого Драко защемило в груди от звука собственного голоса, ведь он сам прекрасно знал ответ. Парень открыл глаза и посмотрел в те, что были напротив, умные и такие печальные. Казалось, что этот маленький милый человек знал и понимал абсолютно всё, что происходит в жизни Драко, даже мог прочесть его мысли, но Малфой не боялся, а наоборот желал быть понятым и выслушанным, думал неприкрыто, без утайки, чтобы Грейнджер всё знала. Было в этих глазах что-то, что говорило громче любых слов, громче са́мого болезненного надрывного крика. Гермиона прижалась тёплой щекой к холодному уху Малфоя, зарылась носом в его платиновых волосах. — Не бойся, — вдруг произнесла она. — Я не боюсь, Грейнджер. Разве... — Ты должен вспомнить. Драко отстранился. — Что?... — Ты должен, Драко. Голова закружилась, каменный пол под ногами превратился в дрожащее желе. — Вспомни. В следующие секунды Малфою показалось, что он теряет сознание: свет, исходящий от палочки Гермионы, стремительно мерк, в груди потяжелело. Голос всё ещё звучал, но откуда-то изнутри: «Вспомни.»