we fell in love in kinktober

У какой уважающей себя женщины нет секс-игрушек? Да у всех уважающих себя женщин есть. У тех, кто уважает себя на максимальном уровне, их несколько. А у некоторых даже целый ящик разных приблуд для удовлетворения и блеска глаз, как, например, у Марьяны Романовой. Ну, разве кто-то сомневался в том, что у этой, открытой во всех смыслах, женщины нет ничего для собственного удовлетворения? Оказывается, сомневался. Точнее, просто не задумывался над этим вопросом. И не кто-то, а сама Виктория Райдос. Это был один из тех уникальных вечеров, когда ничего не мешало им встретиться и провести время вдвоём. Дети разъехались по бабушкам, мир был послан куда подальше, оставалась только бесконечная любовь, нежность и удовольствие. И, нет, не подумайте, Марьяну абсолютно всё устраивало в пальцах и языке Райдос, но поиграться с чем-то более весомым она любила всегда. Зайти за грань, что ли. Именно поэтому с абсолютно блаженным лицом Романова вытаскивает из ящика под кроватью небольшой тканевый мешочек и тюбик со смазкой, кладёт это всё перед Викой и садится на колени, опускаясь на пятки. В одном нижнем белье и тонкой майке теперь уже рыжая ведьма выглядела довольно смешно, но внимание Виктории привлек именно мешочек и смазка. — Что это? — спокойным, но слегка заинтересованным голосом спрашивает Райдос. — Член, Вик, — отвечает Марьяна, всё ещё улыбаясь. — И что ты хочешь с ним сделать? — Вика свою любовницу знает, она просто так ничего не делает. Даже эта странная демонстрация своих секс-игрушек явно была не просто так. — Как что? Ну, мы можем попробовать с ним. Руки отдохнут хотя бы, — Романова на четвереньках подбирается ближе, подтягивает к себе мешочек и достаёт оттуда прозрачный фаллоимитатор. Вика смотрит сначала на Марьяну, потом на игрушку в руках Марьяны, а после поднимает бровь. Нет, она не ханжа, понимает, что у каждых свои причуды, но за столь долгую жизнь, в которой были разные эксперименты, до секс-игрушек как-то не дошло. Ну, мимо прошло, сначала не было так распространено, да и табуировано это всё было, а после стало не до этого, дети, проекты, съёмки. Пальцев всегда хватало и Вика не жаловалась. — Если ты не хочешь, мы не будем, — мягко говорит Марьяна, оставляя влажный от гигиенической помады поцелуй на смуглом плече. — Хочу, — Вика голову в сторону чуть склоняет, — А ты правда можешь кончить от него? — вот здесь уже интерес явный, Вика смотрит внимательно, забирая из рук любовницы игрушку. Марьяна только улыбается и чуть смеётся, снимая с себя майку легким движением. Райдос с удовольствием и лёгким покалывающим чувством возбуждения наблюдает за пышной грудью, что качнулась перед лицом. — Только от него — нет, но если подключить пальцы, — тянет Романова с улыбкой, снимая с любовницы нижнее бельё и откидывая на край кровати, — Или язык, — она раздвигает бёдра поджарые, оставляя поцелуи на животе и тазовых косточках, — Ощущения крайне интересные. Вика улыбается в ответ, чуть сползая по кровати вниз и раздвигая ноги. Ладно, звучит довольно интересно. Проникновение вещь приятная, чувство заполненности — тоже, а если к этому подключается любимая женщина, которая, к тому же, умело ласкает клитор языком... Интересно звучит, да. Райдос вертит игрушку в руках ещё несколько секунд, а после протягивает её обратно Марьяне. — Вот и умница. Отдыхай и получай удовольствие, Вик, я всё сделаю, — Романова оставляет лёгкий поцелуй на внутренней части бёдер, вызывая шумный вздох сверху. Смуглые пальцы привычным движением вплетаются в мягкие рыжие кудри, направляя. Марьяна поцелуями спускается ниже, руками бедра обнимает, подтягивая к себе, и приникает поцелуем к половым губам. Пальцами разводит их в сторону, открывая доступ к клитору, прикасается языком. Сначала широким мазком, проходится от входа во влагалище до самого верха, кружит кончиком по кожице вокруг клитора, и мягко всасывает нежную кожу. Вика пальцы сжимает, запрокидывая голову, и улыбается широко. Главное не забывать дышать и не кончить раньше времени. Потому что такие прецеденты были, Вике просто нравится, как лижет Марьяна, а Марьяна не умеет отказывать Вике, поэтому позволяет буквально трахать свой рот, достигая оргазма. Но сегодня другая история. Точнее, не только об этом. Кунилингус вещь хорошая, приятная, как для того, кто принимает, так и для того, кто делает. Романовой это дело искренне нравится, потому что только так Вика не стесняется и стонет в полный голос, теряя самоконтроль от удовольствия, простреливающего низ живота. Ровно как сейчас, Райдос прогибается в пояснице и вжимает чужое лицо в свой пах плотнее. Марьяна ей совершенно не сопротивляется, короткими и быстрыми движениями лижет клитор, а после спускается ниже и просовывает кончик языка внутрь, слизывая едва солоноватую естественную смазку. Продолжив в том же темпе, ей приходится отстраниться с улыбкой ласковой спустя некоторое время и поцеловать Райдос в коленку, установив зрительный контакт. — Готова продолжить? — спрашивает тихо. — Готова, — отвечает ей Вика, перебирая пальцами пряди. В их паре учитывалось только устное согласие, поэтому как бы ей не хотелось просто кивнуть и подтолкнуть любовницу обратно вниз, она отвечает, как взрослая и находящаяся в рассудке женщина. Романова берёт в руки тюбик смазки, выливает себе на пальцы с характерным хлюпающим звуком и тут же размазывает смазку по входу. Вика чуть дёргается из-за перемены температур, всё-таки тёплый язык и холодная смазка не одно и то же, но пальцы быстро согревают её, и становится хорошо. Вторая порция смазки размазывается по члену уверенными движениями руки, да так, что Виктория задумывается о том, что что-то явно упустила в этой жизни. Как минимум, разнообразие в мастурбации. Искусственная головка ложится на вход приятно и правильно, Райдос губу закусывает и кивает, подгоняя любовницу. Марьяна выдыхает шумно и проталкивает игрушку внутрь. Вике не слышно, но ей — да, и она слушает этот влажный звук, с которым раздвигаются малые половые губы и пропускают внутрь фаллоимитатор. Романова облизывается плотоядно, кинув наверх возбуждённый взгляд. Вика ответила ей таким же. Марьяна смазки не пожалела, поэтому как только Вика приняла игрушку полностью, она вытащила её обратно, наслаждаясь этими звуками. С каждым толчком игрушки хотелось всё больше и больше. Марьяне хотелось и Вике — тоже. Райдос снова тянет за пряди, склоняя мягко чужую голову ниже, и эту просьбу понимают без слов. Марьяна немного меняет положение, лижет теперь только клитор, нависая чуть сверху, чтобы удобнее было трахать Вику игрушкой и в этот же момент отлизывать. Реакция не заставила себя долго ждать. Стоило Романовой соединить эти два приятных действия, стало вообще замечательно, Вика стонет довольно, ноги шире разводя. Приятные и простые по своей сути действия вместе создают какой-то невообразимый коктейль из ощущений. Нет, Вике определённо нравится. Марьяна увеличивает скорость движений языком, чередуя точные и резкие касания самым кончиком, быстрые и влажные облизывания плоским языком и всасывание клитора в рот. Игрушка, хоть и играет важную роль, но не является главным звеном. Она лишь приятное дополнение, закрывает потребность в том, чтобы что-то было внутри в этот момент. Но Вику всё устраивает, и Романова не останавливается ни на секунду. Как бы это ни было странно, но Райдос в этот самый момент думала, что это как секс с мужчиной, только тебе ещё и отлизывают в этот самый момент. Только в реальности, на практике, всё оказывается куда лучше — у неё секс с женщиной, с проникновением и с куннилингусом. Кажется, она словила джекпот в виде Марьяны Романовой и её идей по разнообразию сексуальной жизни. Вика выгибается, стонет довольно и снова вжимает лицо чужое в себя, намекая на то, чтобы Марьяна ускорилась. — Ну, не медли. Хорошо ведь... Мне нравится, — бормочет Райдос тихо, прикрывая глаза. Марьяну почему-то подстёгивают именно эти слова. Внизу живота сладко тянет от возбуждения. Она активнее начала двигать игрушкой, чуть меняя угол проникновения, и Вика в её руках вдруг задрожала. — В-вот тут, да, очень хорошо... Не останавливайся только, — просит так же тихо, крепко удерживая рыжие волосы в руках, подключая вторую. Покалывание и лёгкое тянущее чувство внизу живота усилились. Марьяна трахала ровно так, как нужно было, вместе с быстрыми движениями языка на клиторе это вообще было что-то необычное. У Вики были разные эксперименты, но такого она ни с кем не испытывала. Было ли дело в самом сексе или же смысл заключался в том, с кем именно этот секс случился? Думать об этом не хотелось. Райдос бёдра немного приподнимает и закусывает губу. Движения максимально правильные, с каждым ощущения накрывают новой волной, и последующая сильнее предыдущей. Ей нужно ещё немного, ещё чуть-чуть, буквально пару сильных и глубоких толчков игрушки внутри и ощущения вакуума вокруг клитора. Совсем немного, резкий и громкий стон, слабая боль для Марьяны, которую дёрнули за волосы и тишина. Марьяна осторожно и медленно двигает игрушкой внутри, продлевая удовольствие и отрывается от Вики, целуя её в бедро. У них обоих сбито дыхание, и, хоть кончила только одна из них, удовлетворены обе. — Иди ко мне, — шепчет Райдос, губы пересохшие от частого дыхания облизывая. Романова вытаскивает игрушку и послушно подтягивается наверх, ложась прямо на грудь головой. Вика гладит её по волосам и пытается восстановить дыхание. Понятно, значит, у Марьяны было настроение сегодня удовлетворить только Вику. — Мне понравилось. Я заберу его у тебя, — Вика ухмыляется, смотря на блестящий от смазки член, лежащий на покрывале. — Забирай. У меня ещё целый ящик всякого, — довольно урчит Романова в ответ, прикрывая глаза. Постепенно успокаивающееся сердцебиение Вики убаюкивало и вводило в транс. — Попробуем что-нибудь ещё? Первый опыт с игрушками мне понравился. — Первый? — Марьяна голову приподнимает, смотрит с искрами во взгляде. Вика смеётся искренне, прикрывая глаза. Обязательно попробуют. И не один раз, и не одну игрушку. Всё-таки, они уважающие себя женщины.