Вслед за серым котом

Туман. Завораживает или пугает, успокаивает или вселяет тревогу. Для каждого ощущения глубоко субъективны. Туман имеет свой характер, свои неповторимые качества, в зависимости от того, как, где и когда он формируется, как распространяется, какой объем занимает, как и какое пространство он заполняет. Меня сейчас этот туман тоже заполняет. Где-то внутри. Мысли буйным потоком несутся в голове. Вокруг не видно ничего больше чем на метр. Даже отойди сейчас от меня демон хоть на шаг — я просто не увижу его. Адреналин проступает через кровь, по всему телу течёт, бьёт в уши невыносимым потоком. Я хвастаюсь за рукав парня, как за спасительную ниточку всего вездесущего. Он усмехается, осторожно проступает вперёд, делая следующий шаг. Топь. Гиблое место. Мутная тёмная вода, кругом ни души, даже птицы не поют. Бальтазар по пути рассказал множество историй о том, сколько путников сгинуло в водах, между зыбкими кочками. Да. По тем самым кочкам, мы пробирались сейчас как сапёры. Если бы не его истории, может я и не сжимала бы его рукав так сильно сейчас. Не закусывала бы губу до крови, опасливо озираясь по сторонам. Чертов придурок! Зачем он меня напугал всеми этими историями про кикимор, что затаскивают путников под мутную воду?! Дикий смех разносится эхом где-то в пространстве. Мы оба замираем. Но только на секунду. Бальтазар делает очередной шаг вперёд, а я как вкопанная остаюсь на месте, не в силах пошевелиться. — Что ещё? — он раздражённо оборачивается назад, на меня, а я не двигаюсь, лишь не моргая, смотрю вниз, в ноги. Чья-то костлявая рука держит мой сапог, что выдали в таверне. Крепко. Мёртвой хваткой. Кажется, у меня лицо сейчас белое, как первый снег. Демон ногой наступает на основание кисти, а затем носком ботинка откидывает сломанные кости в сторону. — Нужно уходить. Один бы… — Знаю, — коротко отрезала я его, — один бы ты без проблем со всем разобрался, но с такой обузой как я — у тебя нет столько времени… — мне самой противно от своих слов. Главное сейчас не заплакать и не показать свою слабость. Это сейчас не к месту. Он явно дал понять, что ему совершенно плевать на мои личные мысли и переживания по этому поводу. — Именно. — он соглашается. Без тени сомнения. Не задумывается ни на секунду. Просто соглашается с моими словами. Чертов придурок! Как же он бесит тем, что он прав! Он тянет за руку, за собой, но в какой-то момент я опять оказываюсь на его плече, потому что меня постоянно кто-то за ноги хватает и пытается утащить. Его это бесит, но ничего другого он сделать не может. Не видно ничего. Ничего, кроме пугающего тумана, застилающего перед собой все на своем пути будто пеленой. Напоминает саван. Такой же белый как этот туман. Таким накрывают мертвецов. А что, если я и правда умерла? Это мой ад? А может, я просто в коме? Соседка нашла мое бездыханное тело на полу. Вызвала скорую. И вот, сейчас я лежу под аппаратом искусственного обеспечения и медленно умираю?! Никто не придет меня навестить. Что за бред! Нет! Это все не может быть настолько реальным! Пока я тут раздумываю над тленностью бытия, прямо передо мной появляется черная тень, она хищно улыбается и хватает меня за руку. Тянет за собой. Демон чертыхается, тянет в свою сторону, но их становится все больше. Постепенно туман рассасывается, и я вижу перед собой странных существ. Они отдаленно похожи на людей, вот только эти странные платья на них, похожие на тину, перерастают в ноги. Казалось черные как смоль волосы тоже тина, все они покрыты ей, а еще странной чешуей, от которой так и несет болотом. — Чертовы кикиморы! — только и ругается демон. А им счету нет. Мы падаем, под воду. Между теми самыми кочками, стоит Бальтазару сделать еще один шаг. Нас окружают, но он, одной рукой держит меня, второй отбивается. Кажется, заканчивается воздух. Я начинаю слышать голоса. Наверное, галлюцинация. «Не слушай их, даже не вздумай» — голос Бальтазара эхом разносится в ушах, или все же в голове?! Ничего не понимаю. Одна из тех называемых кикимор подплывает практически к моему лицу. Теперь ее «ноги» приняли форму хвоста. — Пойдем с нами… и, твой друг останется в живых! — Нам нужна только ты и он останется жить! — снова это эхо. Она говорит будто все они одновременно. Я оборачиваюсь, Бальтазар уже отпустил меня. Отбивается обеими руками, коротко поглядывает назад. Я просто обуза. Для него, для кота, для всех. Мы потонем здесь вместе, а так хоть он жить останется. — Не смей, дура! Слышишь?! — кричит он мне, а я-то слышу. Да. — Ты просто обуза… пойдем с нами… Он останется жив… И я киваю. Соглашаюсь, потому что не могу жертвовать и им тоже. Я бы в любом случае умерла. Либо тогда от лезвия в руке, либо как только попала сюда. Кто-нибудь давным-давно поужинал бы мной. Если бы не он. Постоянно у него из-за меня проблемы. Кикимора берет меня за руку, бережно, тянет на дно за собой. А остальные следуют ее примеру, обходят демона стороной. Кажется, он и правда будет жить. Они сдержали обещание. Я? А что я? Просто приму все как должное и умру. Здесь, на этом дне. В глазах все темнеет. Кислород в груди заканчивается, и я проваливаюсь в сон. Снова этот темный коридор. Кто-то зовет меня по имени, но я не отзываюсь. Будто и не свое имя слышу. Только чувствую, как слезы текут по щекам. Мне тяжело дышать, начинаю задыхаться и… распахиваю глаза. Еще живая? Но… Где же я?