when evil spirits love you

— Вы что, серьезно его будете слушать? — спрашивает Крис. — Ребят, вы куда? — Пока, Чани, хорошо повеселится тебе, — хихикает Чанбин, залезая на своего коня. — Чонин душка, он тебя не тронет. — Нет, нет, стойте! Но остальные уже разворачивают своих коней, и двигаются назад к замку, помахав Чану и Чонину на прощание. Крис оборачивается, и видит, что Чонин стоит в дверном проёме, оперевшись о косяк, и усмехается. — Страшно? — Ты жжешься. Мне больно. И я все ещё не понимаю, почему я должен оставаться здесь всю неделю. Крис правда не понимает. Чонин объяснил, что для свершения ритуала между Хенджином и Сынмином хватит и одной встречи, а вот Крис должен остаться в доме Чонина до момента, пока Чонин не закончит зелье. Говорит, что раз он не существо магическое, а именно человек с силами, то у них с Чаном это будет проходить немного по-другому. — Не бойтесь, капитан, я сниму защиту с себя. При условии, что ты не попробуешь меня ночью убить. Но помни, Чан, я единственная твоя надежда спасти Минхо. Или попрощаешься со своим другом навсегда. — Шантажист, — рычит Крис. — Хорошо, но сними защиту. Это адская боль. — Да что ты, — фыркает Чонин. — А Сынмин с ней внутри почти сутки существовал, а после ещё неделю отходил. А ты бедняга пару раз почувствовал, и все, готов расплакаться. — Я не плакал, — говорит Крис, понимая, что начинает злиться. — Хватит меня унижать. — Ох, я ещё даже не начинал, — скалится Чонин. — Ещё даже не начинал, любимый. *** Крис сначала думает, что он попал на отличную сделку. Заняться сексом с красивым Чонином, а после, если вдруг он умрет, погибнет и ещё одна ведьма, которая издевалась над ним — кайф. Но понимание того, что сделка вообще ни черта ему не на руку приходит ещё в тот вечер, когда они остаются вдвоем, а все его друзья уходят со своими пассиями в замок. И он остаётся один в этой битве. И не может уйти, потому что дал обещание, и потому что Минхо все ещё его друг, и времени мало, если верить этой нечисти, и он не хочет, чтобы Минхо остался на проклятом острове. Особенно из-за того, что вообще-то все правы, это Крис довел до этой ситуации. Шутка матросов, которую он довел до реальности привела к тому, что сейчас он в доме Чонина, и по сути, не имеет здесь никаких прав. Чонин смотрит на него волком, и Крис злится. Первую ночь с Чонином, когда он пристает к нему, думая, что сейчас может всё-таки быстро отстреляться, и уйти, он мог бы провести на улице. Чонин даёт ему еду, точнее, швыряет тарелку чуть ли не как собаке. Крис на это только фыркает, но ест — и удивляется, потому что еда оказывается вкуснее всего, что он ел в жизни. Даже в замке Чанбина, а там — лучшие повара. Чонин в это время осматривает колбу с кровью его брата и мавки, читая что-то в книге, а после откладывает, и лезет в небольшой шкаф у стола, чтобы достать оттуда что-то. Чан думает — его время. Отставляет пустую тарелку, подходит к младшему ближе, и обхватывает руками за талию. Чонин очень жалеет в этот момент, что ему пришлось снять защиту. Он замирает, когда Чан обхватывает его, и чувствует, как руки капитана лезут под его одежду. Ян сдерживает себя как может, потому что накачанный Чан, несмотря на всю его вредность, все ещё красив, горяч, и мать его, любим Чонином. Младший решает, что лучший способ — направить свое желание в агрессию. Чан собирается выдернуть рубаху Яна из штанов, как замирает, услышав непонятные звуки. Он поворачивает голову и в шоке замирает — предметы, лежащие на столе и полках, стоящие на полу, начинают дрожать и подниматься в воздух. Крис убирает руки с младшего и отходит, а все добро резко падает на свои места. — Вредина, — фыркает Крис. — Советую меня не бесить, иначе будешь спать на улице. — Ты знаешь, в таком случае, я посплю в замке. Всего тебе хорошего, Чонин. Крис выходит из дома, и хлопает дверью. Коня у него нет, ну и ладно, ну и хорошо, пешком до замка дойдет. Он заворачивает туда, откуда он пришел к этому дому, шагает минут двадцать, сворачивает на нужную ему тропинку и… Приходит к дому Чонина. Чертыхнувшись, разворачивается, и снова двадцать минут идёт, а после заворачивает на другую тропинку. Наверное не так запомнил. И выходит к дому Чонина. — Ведьма чертова, — ворчит Чан, и идёт к дому. Пробует открыть, а дверь не поддается. — Чонин, — зовёт он. Но младший не отвечает. Чан пытается открыть снова, но замок словно запаяло. Крис злится, но понимает, что сделать ничего не может. Садится, опирается спиной о дверь и сидит так ещё с полчаса точно, пока Чонин не открывает дверь изнутри. Капитан вваливается внутрь, и смотрит снизу вверх на Яна, склонившегося над ним. — Нагулялся? — Ты очень злой человек, ты знаешь это? Чонин расплывается в улыбке. — Просто характер вредный. Как и у тебя. В итоге Крису разрешается посидеть на кровати, пока Чонин доделывает какую-то непонятную мазь из трав. — Если я буду здесь какое-то время, то что мне тут делать? Это нечестно, держать меня здесь, я же от скуки с ума сойду. — Будешь помогать мне по дому. Принесешь что-то, отнесешь. — Я тебе не раб. — Ну тогда посиди, отдохни. — Я не хочу отдыхать, я не устал. — Чего ты вредничаешь? Чем ты занимался на корабле? — Я… читал книги ребят, пил, общался с людьми, вел корабль. Твою избушку на курьих ножках никуда не нужно отправить? Чан замолкает, вдруг услышав, как дом словно встрепенулся. Чонин поднимает голову, оглядывает потолок, стены и после сверлит Чана грозным взглядом. — Кристофер, хочу тебя предупредить. У слов есть вес, и за них можно потом здорово ответить. Не всегда чем-то приятным отвечать придется. Можно и что-то потерять. Гордость, к примеру. — Понял, — сглатывает Крис. Чонин хмыкает, удивленный таким быстрым пониманием. Наверное Чану понравилось по лесу гулять. Чонин отвлекается, убирая немного в доме, и замечает, что капитан сидит на кровати совсем скучающий. Смотрит на свои ладони, а лицо потерянное. Вздохнув, Чонин вытаскивает из запасов ром, небольшой стакан из набора, который ему принес когда-то Феликс с замка (спасибо Чанбину, что отделил часть своего добра другу своего мужа) и ставит на табурет возле кровати. — Я использую его в качестве ингредиента, не смотри на меня так, — отвечает Чонин на удивленный взгляд Криса. — Я попрошу Феликса завтра принести ещё. Книги у меня тоже есть, но они в основном про зелья, магию, и прочее. Мало чего для развлечения, но ты можешь брать любую. Только пообещай, что ты не будешь пересказывать информацию из них кому-либо. Книги вон там. Чонин показывает в угол, возле небольшой коморки. Там стоит книжная полка, огромная на самом деле, для этого дома. Глубокая, книги там стоят в два ряда, и сверху них завалены другими книгами. — Кхм-кхм, спасибо, — тушуется Крис, и тянется к стакану и рому. — Вау, ты знаешь это слово. Крис фыркает, наливает себе немного рома и пробует. Отмечает, что вкус неплохой. Пока Чонин продолжает возится с уборкой, Крис отправляется к книжной полке, и берет первую попавшуюся книгу. Возвращается на кровать и налив себе ещё рома, начинает читать. На удивление, ему попадается книга, написанная женщиной из соседнего государства. Чонин видимо переписал её от руки, взяв у кого-то до этого, потому что вся книга написана тем же почерком, что и пометки на полях. Книга описывает виды необычных существ, с которыми встречалась женщина, и которых она лечила. «Лечить нечисть, какой бред», — думает Крис, и отпивает ром. А после кидает взгляд на Чонина. Тот ведёт пальцем по строке в другой книге, и дальше нарезает какой-то ингредиент. Готовит что-то новое. Хм, если он делает всякие лечебные штуки, значит тоже кого-то собирается лечить. И вряд-ли человека. Крис листает книгу, и останавливается на какой-то рандомной странице. Женщина-виверна осуществляет свой брачный период раз в году, выискивая своего партнёра среди гор, в которых обычно не обитает. Виверна не любит заводить семью, но изредка она все же делает это, чтобы вид не закончил свое существование. В пометке приписка: виверну сдерживает серебро, не использовать при работе с ней. Ещё одна приписка: яйцо виверны тяжелее тонны, при работе с ним нужно искать чем поднять и доставить. И ещё одна, мелким шрифтом: яд виверны смертельно опасен, срок, через который наступает смерть — шесть часов. Использовать женьшень. — Женьшень? — фыркает Крис. — Спасет от смертельного яда виверны? Виверны что, существуют? Он слышит смех Чонина, а после понимает, что возмущался вслух. — Существуют, — отвечает Ян. — Могут быть очень красивыми женщинами, и дорогу им лучше не переходить. А женьшень — это только один компонент для лечения, просто очень важный. — Все книги, что у тебя есть — как лечить нечисть? — Нет, но их какое-то количество имеется. И Крис, прошу тебя, перестань назвать магических существ нечистью. — Как корабль не называй, он все равно корабль. — Корыто на воде. — Эй. Чонин кидает взгляд на Чана, и снова возвращается к работе. Крис цыкает, и возвращается к книге, продолжая пить ром. Он листает дальше, как вдруг зацепается взглядом за знакомое слово. Мавки. Он пробегается взглядом по тексту, и находит кое-что интересное. Мавка забирает жизненные силы у людей не полностью, и если находит любимого человека, оставляет его в более-менее нормальном здравии, чтобы всегда иметь возможность подпитаться. — Долбанная мавка, — рычит Чан. Он слышит вздох, и понимает, что опять вслух сказал. Чонин разворачивается к нему всем телом. — Что ты сказал? — Вот, тут написано… мавка находит любимого человека и не забирает его силы сразу, а подпитывается постоянно. Получается, что Феликс сосет силы у Чанбина, то-то он показался мне немного уставшим! Думали, сможете меня надурить? — Возможно Феликс что-то и сосет у Чанбина, но это точно не силы, — отвечает Чонин и Крис аж давится воздухом, не ожидая таких слов от Яна. — Любимый человек в данной трактовке не как человек в которого влюблена мавка, а как любимая добыча. Но это не про Феликса, он заключил с Чанбином магический брак, тебе должно быть достаточно этого, чтобы верить ему. Он всегда защищает твоего брата, и следит, чтобы ему ничего не угрожало. И всегда старается сделать его жизнь счастливой. Феликс сильно любит Чанбина, и если кто-то попробует ему навредить, Феликс разорвет его на части, и даже глазом не моргнет. Ликс не тот человек, которого лучше бесить, поверь. Чан открывает было рот, но закрывает снова. — Тут вообще никакого дерьма на вас нет? — Нет. На нас и не нужно искать дерьмо. — Ещё скажи, что нормально относится к вам нужно. Чонин закатывает глаза, и отворачивается. Чан видит, что он закладывает вязкую субстанцию в специальную банку для хранения. Крис допивает остатки рома, и чувствует себя совсем опьяневшим. Отложив книгу, он плюет на все и ложится на кровать. Чонин возится ещё немного и, отложив работу, идёт в кровать тоже, предварительно затушив свечи. — Двигайся, — просит он. — Тут одноместная, если ты за годы жизни в своем же доме не заметил. Куда мне двигаться? Тут только в высоту лечь, я не понимаю как ты вообще тут помещаешься. Так что единственный способ, это лечь на меня. Чонин молчит какое-то время, а после перекидывает ногу и правда садится сверху. Чан замирает, наблюдая за младшим в свете луны из окон. Тот смотрит на Чана усталым взглядом, а после укладывается сбоку от него, всё-таки заставив старшего немного вжаться в стену. Кладет голову ему на грудь, и накрывает их лёгким одеялом сверху. Чана немного ведёт, от количества выпитого алкоголя, и от того, как близко к нему Чонин. Что не говори, а Крис тоскует по возможности обнимать чье-то тело, или по сексу, когда отплывает далеко. Чонин приятно пахнет, каким-то сладким и свежим запахом. Чан зарывается в его макушку носом, вдыхая аромат. — Что ты делаешь? — напрягается Ян. — Ты так вкусно пахнешь, — признается Крис. — Аромат знакомый. — Прекращай. Крис, наоборот, только больше вдыхает, пытаясь понять откуда он знает этот запах. Фиксирует в голове, что важно запомнить его, чтобы понять где он его слышал. Младший напрягается весь на нем, но Крис больше ничего не делает. Поэтому Ян почти засыпает, как Крис начинает вошкаться — дёргается то туда, то сюда, не может улечься. Так как Чонин спит практически на нем, он постоянно просыпается. — Ты задолбал, — в какой-то момент рычит Ян. — Не могу заснуть. В моей каюте была такая удобная кровать… — Ты не в своей каюте, поэтому замолкни и спи. — А ещё без поцелуя на ночь я тоже не засну. — М, да ты что. А на корабле тебя кто целовал на ночь? Хенджин или Минхо? Крис замолкает, и хмурится. Он не ожидал, что его флирт в эту сторону пойдет. Чертов Чонин. Чан обиженно надувает губы, и тупит в потолок пьяным взглядом. А потом понимает, что Чонин все равно его обиду не увидит, так что манипуляция не прошла. Но неожиданно Чонин таки отрывается от его груди, и склонившись сверху, мягко целует губы Чана. Крис ошарашено распахивает глаза, а после зарывается одной рукой в волосы младшего, и довольно мычит в поцелуй. Чонин думает, что наверное, он идиот. Но он понимает, что скорее всего, это последняя неделя, когда он видит капитана в своем доме. Поэтому он поддается на маленькую слабость, которую клянчит его сердце, и целует самозабвенно Криса, так, словно он его даже не бесит. Чувствует алкоголь на его языке, сладкий вкус остаётся на губах младшего, и сильные руки, что обнимают тело. Он позволяет себе целовать Криса долго, очень долго, и в какой-то момент понимает, что капитан и правда заснул. Сонно отвечал на поцелуй, и вот последний раз Чонин целует его, не получая ответ, поэтому он оставляет мягкий, целомудренный чмок на губах капитана и зарывается покрасневшим лицом ему в грудь. Какой же он идиот, боже. Самый глупый идиот в мире. *** — Крис. Крис, проснись, — первое, что слышит Чан утром, от того, что кто-то его тормошит. Чан так сладко спал, несмотря даже на маленькое количество места, но видимо теплое тело и объятия с мелким отлично его усыпили. Он промаргивается, и видит, что Чонин над ним нависает. — Сядь! — Что случилось? — сонно спрашивают Крис, но садится. — Что за лишние движения с утра? Чонин на вопросы не отвечает, а касается его рубахи, и растегивает верхние пуговицы. — Вау, так секс должен был быть утренним? Чонин меряет его злобным взглядом. Отводит ткань в сторону, получив доступ к груди капитана, берет с табуретки рядом какую-то банку с кистью внутри. И начинает мазать на груди, с левой стороны какой-то знак. — Фу, что за вонючая жижа. — Умолкни, прошу тебя по-хорошему. — Зачем ты это на меня мажешь? — Сейчас сам поймёшь. Крис смотрит на Чонина с таким выражением лица, словно его не обмазали чем-то, а сделали чего похуже, а после вообще шокировано открывает рот. Болотная штука на его груди высыхает моментально и впитывается в кожу, оставляя что-то, по типу татуировки. Чонин садится и оставляет лёгкий поцелуй прямо в центре знака, который нарисовал. — Что за ритуалы непонятные, — ворчит капитан и чувствует, как от того места по телу начинает расползаться тепло. — Приворожить меня пытаешься? — Сиди тихо, понял? — Почему? — ВХОДИТЕ, — кричит Чонин, игнорируя дальше Криса и идёт за свой стол. Дверь дома открывается, и Крис аж подбирается весь, залазит на кровать и тычется в угол, закутавшись в одеяло. За дверью стоит нечто, что явно выше даже дверного проема. Потому что Крис видит существо только по грудь. Лысое голое тело, словно кости, обтянутое только кожей. Существо гудит непонятные звуки, а после склоняется, и господи блять, просовывает голову в дом, а после плечи, и заползает. Лица у него нет, словно кожу натянули на череп, а череп был гладкий. Существо занимает в комнате почти все пространство, но садится на задницу (если это можно назвать задницей) и обнимает колени. Чонин на его вид даже бровью не ведёт. Крис замечает, что на теле у существа есть несколько порезов и язв, которые уже гниют. Он морщится, но взгляд не отводит, и во все глаза наблюдает за нечистью. Чонин обмывает раны сущности каким-то вонючим раствором, а после замазывает ещё более вонючим. Крис во все глаза смотрит, как раны начинают затягиваться прямо на глазах. Спустя полчаса сущность уходит, даже не взглянув на Криса, и тот в свою очередь нападает на Чонина с распросами. — Кто это был? — Дух леса. — А что они делают? — Защищают лес, следят, чтобы деревья жили долго. — А откуда у него раны? — Люди, Кристофер, срезают молодые деревья, или здоровые среднячки, поэтому дух с ними борется. Вы все в последнее время повадились использовать хитрые средства против существ, они не могут вылечиться сами. Поэтому у меня много работы. Чонин злобно смотрит на капитана, который тоже использовал такие средства. С его пулей пришлось повозиться, но она конечно дала много полезной информации. — Кстати, Кристофер. Где ты взял пулю? — Купил у торгаша на рынке. — Расскажи где. — Хехе, — хитро улыбается Крис. — Что мне за это будет? Чонин молчит, склоняет голову удивлённо и задумывается. — А что ты хочешь? — А что ты можешь? — Просто назови свою цену! — Хочу такую мазь, — говорит Крис, указывая на мазь, с которой Чонин лечил существо. — Но для людей. И ещё вот эту, которой ты меня спрятал от существа. — Вторая без поцелуя не действует. — Ну так придумай там какой-то экстракт своих губ что-ли. Чонин смотрит на него хмуро, и говорит: — Ты дебил. — Зато красивый и сексуальный. — Если не поумнеешь, долго не проживёшь. — Угроза? — Предупреждение. В итоге, Крис все равно сдает точку. Чонин обещает дать ему мазь перед отъездом и сделать побольше, чтобы был запас. Чан радуется — что ему одна точка со средствами от нечисти, он их кучу знает. Он получает свою порцию завтрака, ест как не в себя, потому что еда опять невероятно вкусная. Но после еды его веселье уходит. Они не занимаются сексом весь день, как Крис думал. Чонин заставляет его работать, буквально, как матроса на его же корабле. Чан помнит чем кончились последние его попытки обиженно уйти, поэтому возмущается долго, для приличия, и всё-таки начинает работать. Он идёт колоть дрова, носит тяжёлые штуки, которые просит Чонин, роется на небольшом участке за домом, где Чонин выращивает всякое, и блин, даже стирает. И наблюдает за Яном. Чонин тоже много чего делает, но раз у него чуть больше свободного времени, он делает заготовки, расставляет вещи на свои места, потому что обычно времени нет, и принимает всякую нечисть. Чан даже видит виверну. Точнее Чонин ему потом сказал, что это виверна, и сказать, что Чан был в шоке, ничего не сказать. Красивейшая девушка. Крис не мог от нее взгляд оторвать, когда она появилась на территории дома Чонина. Он не спрашивал, зачем она приходила к мелкому, но его явно напугал тот факт, что он мог с такой спать до того, как у него появился амулет. Хотя… он спал и с Чонином… а он тоже не совсем человек… черт, ладно. Под вечер Крис сильно устает. Даже больше, чем мог бы на корабле. И узнает очень много нового, а ещё видит очень много нового. К вечеру к Чонину ещё и приходит Феликс. Скидывает непонятный мешок возле дома, за что Чонин его благодарит, а после они оба меряют капитана взглядами, полными презрения. — Что вы так на меня смотрите, бестии? Что в мешке? — спрашивает Крис. — Товар твоего купца-мудака. — Ого, весь что-ли? — Весь, — мягко улыбается Феликс. Его улыбка такая нежная и добрая, что Крис виснет на пару секунд. — Неужели он не понял, что перед ним мавка и все тебе продал? — Продал? — уточняет Феликс, а после заливисто смеётся. Чонин на это тоже улыбается, и теперь Крис подвисает на улыбку младшего. — Я забрал. — И он тебе так просто отдал? — У него не было выбора. — Черт, Феликс, что ты с ним сделал? Где он? — Пропал без вести, — скалится Ликс. Крис ошарашено открывает рот. — Да ну, вы же не убили его? — Мы? Убили купца, который уничтожает существ? Нет, что ты, Чан, мы не настолько злые. Просто поговорили и отпустили жить долго и счастливо. Чан думает, что скорее всего настолько, судя по очень довольному лицу Феликса. Вряд-ли купец сейчас в этом мире. Мавка уходит, Чонин даёт Крису ужин, а сам пьет непонятную заваренную траву. Чан доедает, и уже собирается идти к книгам, как Ян останавливает его, и даёт стакан с такой же травой. — Выпей. Пожалуйста. — Ого, даже через пожалуйста. Явно что-то важное, но ты же знаешь, я просто так пить не стану. Чонин усмехается. — Выпьешь это и мы займёмся сексом. Чан фыркает недоверчиво, смотрит на Чонина… и выпивает траву залпом в следующую же секунду. Ян улыбается, забирает стакан, и зажигает пару новых свечей. Крис заворожено смотрит на то, как Чонин стягивает сначала свой пояс, а после обувь и штаны, и уже босый, подходит к капитану. Оглаживает его плечи, и подталкивает лечь. — Могли и вчера травку выпить, разве нет? — Болтун, умолкни уже, — говорит Чонин, взбираясь на Криса сверху. Он садится к капитану сразу на пах, проезжаясь голой задницей там, где член Криса, выбивая у него вздох, а сам пробегается пальцами по рубахе, расстягивая. Вытягивает ее из штанов, распахивая и рассматривает тело под собой. — Нравлюсь, да? — усмехается Крис. — Сними рубашку, Йенни. Я хочу на тебя посмотреть. — Обойдешься. Чонин приподнимается, растегивает штаны Криса, и слегка приспустив ткань штанов и белья, вытаскивает его уже возбуждённый член. Пристраивается, направляя внутрь себя головку и насаживается. Морщится, когда входит сразу, а после сразу проталкивает в себя весь член, простонав. Крис выдыхает, и хватается за бедра младшего, явно не ожидая, что Чонин сразу возьмёт в себя весь его член. — Тебе не больно? Разве не нужно растянуть? — Ты не сильно волновался больно ли мне, когда трахнул в первый раз, — говорит Чонин и делает пару поступательных движений. — Ну так, больно? — игнорирует Крис этот выпад, чувствуя, как приятно его сжимает в себе Чонин. — И почему так легко идёт? — Я готовился. А почему так легко идёт — ты не хочешь знать, — предупреждает Чонин, и насадившись на член капитана ещё раз, стонет, понимая, что нашел простату. — Черт. — Ну скажи. Чонин фыркает. — Слизь русалки. — Фу, черт, — шипит Крис, пока младший с него хохочет. — Не переживай, она просто берется с её кожи. — Да все равно фу. — Слушай, — Чонин склоняется над Крисом, дышит сбито, а на его щеках стелится красивый румянец. Капитан зависает от того, насколько Ян красив. — Ты либо делай дело, либо давай я сделаю, а то чувствую, все твои «умения» — лишь разговоры. Крис скалится, и подхватив Чонина под бедра, переворачивает спиной на кровать. Ян вскрикивает, судорожно хватаясь за плечи капитана, и стонет, потому что старший тут же начинает вталкиваться в него быстро и резко, не давая даже нормально вздохнуть. Чонин дышит тяжело, изредка постанывая на ухо Чану, и тот победно усмехается. Отстраняется, тянется к рубахе младшего, и растегивает так, чтобы все видеть. Он трахает Чонина сидя, придерживая под бедра, и буквально натягивая на себя. Чонин перехватывает подушку и кутается в нее лицом, постанывая и позволяя капитану брать тот темп, который ему хочется. — Нравится? Это же то, чего ты хотел? — улыбается довольно Крис, одной рукой оглаживая тело младшего, перехватывая его член и начиная надрачивать. — Ты же хотел меня, правда? Чонин молчит, лишь кутается в подушку и продолжает тихо стонать. Крис злится, склоняется над Чонином и оттянув подушку от его лица, скидывает ее на пол. — Эй, смотри на меня, — грубо зовёт он, и видит, что Чонин немного потерянный. Радужка глаз его стала красной, он дышит тяжело, и вид такой, словно улетает куда-то. Крис тянет его за подбородок, заставляя взглянуть в свои глаза. Чонин смотрит, словно сейчас заплачет, и Чан не знает что делать. Находит единственный способ — поцеловать. Он целует младшего, продолжая вбиваться в него своим членом, и чувствует, как руки Чонина обвивают его вокруг шеи, кутая в невероятно приятные объятия. Крис зависает в них, целует младшего. Ему немного душно, но так хорошо. Он вслушивается в стоны Чонина, стараясь трахать его так, чтобы ему было приятно и за это получает благодарные поцелуи. То, как смотрит на него Чонин, то, как прижимает к себе, и зарывается пальцами в волосы, как наслаждается обычным сексом с ним, путает Криса морально. Но он оставляет эти мысли на потом, его толчки становятся рваней, грубее, и стоны младшего тоже. Чонин в какой-то момент закатывает глаза, обнимает Криса крепче, и кончает, сжимая так, что старший не может двигаться. Чан целует младшего, пока тот дрожит, тяжело дыша и жмется ближе. Когда хватка становится слабее, Крис выходит из младшего, и кончает ему на живот, догоняясь дрочкой. После склоняется над Чонином, наблюдая за состоянием. Радужка его глаз меняет цвет на обычную, а Чонин вспотевший, и покрасневший, пытается восстановить дыхание. — Нормально все? — уточняет Крис. — Отлично, — говорит Чонин. — Эм, подожди, — вдруг вспоминает капитан. — Разве мы не должны были сделать какой-то там ритуал? — Должны, но не в этот раз. — Эм, я не должен был что-то делать? — Нет, ты сделал все правильно, капитан. Просто срок ещё не наступил. — Зачем тогда ты переспал со мной? — уточняет Чан, совсем запутавшись. Чонин смеётся, садится на кровати и тянется к полотенцу, начиная вытирать себя. — Поверь, Крис, мы с тобой это ещё сделаем и не раз. Я тебе говорил, что мы с тобой отличаемся немного, и нам нужно это делать по-другому. В следующий раз кончай в меня, и боже, ты что, знаешь только одну позу? Чан как раз успевает застегнуть штаны, в момент, когда слышит эту фразу. Он злобно смотрит на младшего, а тот усмехается и спрыгивает с кровати. Он идёт в своей растегнутой рубахе к столу, она еле прикрывает его задницу, и Крис падает на кровать, рассматривая Чонина. Тот замачивает полотенце, немного убирает стол, и возвращается к кровати. — Двигайся, будем спать. — Вход на кровать платный, — говорит капитан. — Один минет. — Ах вот оно что, — усмехается Чонин, садится на капитана сверху, как в прошлый раз, и нежно гладит пальчиками его тело. — Тогда ты сначала расплатись со мной за вчера, а после, если ты сделаешь это хорошо, я возможно заплачу тебе за то, что ты сейчас занял кровать раньше. Крис усмехается на это и притягивает младшего за бедра к себе на грудь. — Ну так бы и сразу, а то играл постоянно недотрогу. *** Если сначала Крис думал, что попал на отличную сделку, а потом разочаровался, то теперь он забирает свои слова назад. Потому что после вчерашней ночи, он получает столько секса, сколько не получал никогда. Чонин все ещё принимает существ, все ещё заставляет Криса делать кучу работы по дому, но теперь это проходит веселее. Когда у них есть свободное время, Чонин пристает к нему, раздевает, и у них обязательно что-то происходит — либо они занимаются сексом на кровати, либо на столе, либо один раз на улице, за домом. Кончают оба именно в тот момент, когда приходит новый клиент. Чана это веселит, да и вообще, он чувствует себя просто невероятно хорошо. Он мстит Чонину за фразу с позами, трахая буквально во всех, что знает, а знает он много. Привыкает даже к слизи русалки, потому что если бы не эта штука, вряд-ли бы Чонин выдержал столько секса. Один раз он даже просит Чана ему помочь заложить внутрь лечебную мазь, и капитан в шутку спрашивает сделать ли ему это языком, а после находит себя, трахающим младшего там внизу, языком, как он и пошутил. Ему даже не противно, и в конце, он и правда закладывает эту чёртову мазь. — Если тебе больно, давай остановимся, — говорит Крис, когда они снова одеваются. — Нет, мне не больно и ничего со мной не происходит, расслабься. Это страховка и подготовка одновременно. — Подготовка? — не понимает Крис. — Ты кажется ещё тряпки не постирал? Они мне будут нужны. — Вредина, — шипит капитан, но послушно идёт на улицу стирать эти чёртовы тряпки. Через пару дней Чонин говорит, что они этой ночью будут делать это на улице. И чтобы Крис снова выпил травы. И несмотря на то, что сказал младший, Крис все равно натягивает его на свой член перед тем, как зайдет солнце. С каждым разом, Крис становится все мягче в сексе. Если обычно это гонка, и попытка как можно грубее и сильнее выбить из кого-то оргазм, то сейчас, с каждым сексом, он становится нежнее, сам себе удивляясь. Он просто отмечает, по реакции Чонина, что чувственный секс даёт другой эффект. Что если трахать мелкого медленно, и смотреть ему в глаза, он смущается, покрывается мурашками и жмется к Крису ближе, а это приятно. Если издеваться над ним, не давая насадиться, или зажимать грудью в стенку, играясь с его членом, то младший будет сам его умолять. И после этого, Чан даже не отхватит за это по голове, как обычно бывает, если он дерзит. Когда Крис спит с ним так, словно они занимаются не сексом, а… любовью, это всегда даже другой оргазм. То, как в такие моменты целует его Ян, сводит капитана с ума. Один раз он кончает так сильно, что даже почти отключается, а все потому, что мелкий в этот раз почему-то такой податливый, нежный, и любвеобильный. Это плавит Кристофера как внутри, так и снаружи. В день икс, Чонин просит вытащить его кровать на улицу, чертит что-то вокруг дома. Объясняет это тем, что ограждает их. На вопрос, почему на улице, говорит, что им нужна луна. Сегодня полнолуние, и что-то там это важно. Крис чувствует себя жертвой на ритуале, но думает — секс будет? Будет. С податливым сексуальным Чонином? С ним. Остальное — не ебет. Наблюдает, как Чонин расставляет на табурете возле кровати нож и колбу, а вокруг раскидывает какие-то травы. — А травы зачем? — Эээ, честно, просто лепестки для красоты, — пожимает плечами Чонин, и слышит, как капитан с него смеется. — Пойдем со мной. Но сначала разденься. — Слушай, за нами же не будут следить всякие там духи и животные в процессе? — Нет, Крис, не будут. Я поэтому чертил вокруг дома защиту. Нас вообще никто не увидит. Раздевайся. — Вот так сразу? Я стесняюсь. Они переглядываются. Конечно, это не правда, просто Крис опять выделывается. — Пожалуйста, разденься. — А что мне за это будет? Чонин закатывает глаза. Крис хмыкает, и всё-таки раздевается. Всю одежду оставляет на входе в дом. Чонин делает тоже самое, и они вместе идут куда-то на задний двор. — Крис, мы с тобой сделаем кое-какие вещи, и я буду говорить всякое, и пожалуйста, умоляю тебя, не вставляй свои тупые вопросы и не беси меня. — Это ещё почему? — Потому что это важно. Если тебе важно спасти Минхо, просто послушай меня. Мы с тобой занимались сексом всё это время на твоих условиях, дай мне один раз сделать это на своих. Это важно. Крис цыкает, но кивает послушно. Чонин смотрит на него недоверчиво, но все же вздыхает, видимо надеясь на благоразумие капитана. — Завтра ты уже уедешь отсюда, так что твои мучения кончатся. — Сложно назвать мучениями регулярный секс с красивым и горячим парнем. Чонин злобно смотрит. — Прости. — Ты уедешь отсюда уже моим мужем, брак будет скреплен на магии, я дам тебе лечебные мази с собой, постарайся не умереть в первую неделю, ладно? Потому что ты убьешь и меня. Крис молчит, сдерживаясь, чтобы не съязвить что-то. Чонин видит это, и усмехается. Заносит руку и нежно гладит Чана по щеке. Крис на это движение теряется, удивлённо смотря. — Постарайся сейчас расслабиться, хорошо? И доверься мне. — Хорошо. — Закрой глаза. Крис послушно закрывает глаза, и чувствует, как Чонин его касается. Нежно, пальцами гладит тело. Оглаживает грудь, касается сосков, после руки, идёт вниз, и касается члена. Крис прикусывает губу, потому что руки младшего приятно гладят его внизу. Чонин в обе руки оглаживает его член, заставляя возбудиться, и его касания такие приятные и спокойные. Он нежно гладит головку, спускается к яйцам и вдруг его руки пропадают. Чан чувствует поцелуй на головке, а после, как Чонин хватает его за руку и тянет куда-то. Капитан послушно идёт вслепую, становится на какую-то дощечку и снова остаётся один. — Не пугайся, это вода. Чан чувствует, как Чонин льет на него воду, прямо на голову, и она стекает по всему телу. Вода теплая, приятная к коже, и Крис становится мокрым через несколько таких проливов. После он слышит, что Чонин делает тоже самое и с собой. А после обтирает его тело чем-то непонятным, но пахнет вкусно. Крис слепо тянется к младшему, а касается его тела и гладит кожу. Чонин замирает, наблюдая, как капитан, который обычно не любит кого-то ласкать, пробует пройтись по его коже нежно пальцами. Поджимает губы, жмурясь. А после выдыхает и тянет капитана за собой к кровати. Крис уже столько шуток собрал. И что его маринуют, и что он жертва ритуала, и ещё много всяких, но послушно не говорит. Если собьёт сейчас чего, вряд-ли Минхо потом оценит, что он застрял на сто лет на острове, потому что у Криса разговорное недержание. Чонин помогает ему лечь на кровать, и разрешает открыть глаза. — Поза меняться не будет. И в какой-то момент мне нужна будет твоя ладонь, левая. Я скажу. Приподними голову. Крис послушно приподнимается насколько может, и Чонин вливает ему травы, а после отпивает сам. Крис сильно морщится, потому что эти травы не такие вкусные, как давал Чонин до этого. Горькие, отвратные на вкус. И он чувствует, что влияют они на его тело не так, как те. Те немного расслабляли, а эти вызывают странное чувство. Тягучее такое, словно и к кровати придавливают, но и кожа от них горит. Чонин сидит на нем, пока что просто потираясь задницей о его член, а после упирается в грудь и насаживается. Сидит, и хотя ему уже особо не нужно привыкать после их безудержного веселья все эти дни, все равно настраивает себя. Крис видит, что он меняется. Глаза меняются, и в этот раз, белок тоже краснеет слегка. Чонин облизывает губы, и Крис видит, что его резцы немного удлинились, и кожа на ощупь стала более гладкая. Капитан пугается слегка, но после думает — это же Чонин. Сколько бы он его не мучал, Чонин все равно к нему добрый. Значит ему можно доверять. Тянется руками к его заднице, и укладывает сверху просто, не двигая младшего никуда. Гладит ягодицы, ноги, нежно проходясь пальцами по коже. Чонин смотрит на него сначала потеряно, а после говорит: — Капитан? — М? — Можно я стану твоим? Крис замирает, наблюдая за младшим, а после ухватившись за его бедра, насаживает на себя немного сильнее, заставляя испустить вздох. — Ты давно мой, Чонин. Ещё с первого нашего раза. Чонин выдыхает, и начинает медленно двигаться, насаживаясь на член старшего. Крис вдруг ощущает, что все не так, как в прошлый раз. Что он возбуждается больше, что ощущает все сильнее, что чувства гоняют по его крови как ненормальные, заставляя сглатывать, гнаться за удовольствием, крепче держать бедра Чонина. Он хочет перевернуть его и трахать до самого рассвета, но помнит, что нельзя. Что за долбанная трава и почему она так на него влияет? Чонин тоже другой. Стонет громче, выгибается сильнее, насаживается на нем, откинувшись немного назад на руки, смотрит на капитана томно, не стесняясь ни своей наготы, ни того, что они занимаются сексом прямо посреди леса. Сам водит бедрами, толкаясь членом Кристофера внутрь, и Крис не может оторвать от него взгляд. Это лучшая картина, которую он видел в своей жизни. Такой раскрепощенный Чонин, в лунном свете, жадный к его члену, ускоряется сам. Возвращает руки на торс капитана, насаживается быстрее и сильнее, рычит, сжимая пальцы на чужой коже. В какой-то момент совсем сходит с ума. Когда член достает до простаты, он приоткрывает рот, простонав, и ускоряется так, что на секунду дёргается кровать. Крис хочет его затормозить, но не может. Откидывает голову назад, рычит, потому что это слишком. Чонин ненормальный, но ощущения, которые проходят по телу капитана просто невероятные. Он чувствует, что вот-вот и кончит, как Чонин замедляется, просит его левую руку и берет нож. Он видит, как младший сначала режет свою ладонь, потом ладонь Чана, и пока что над колбой не ставит. Смешивает их кровь, отслеживает луну на небе, а после склоняется над Крисом. — Теперь двигай бедрами ты, — шепчет он, слегка съезжая вперёд и проскулив, потому что капитан тут же приподнимает бедра, начиная двигать ими послушно, вбиваясь в горячее тело Яна. — И слушай внимательно, Бан Кристофер Чан. Крис сглатывает, смотрит на младшего, и не отводит взгляда от красной радужки. Он чувствует, что Чонин смешивает их кровь через глубокие порезы, которые сделал, как она капает на землю, держит его свободной рукой за талию. Чонин склоняется ниже, и шепчет ему в губы: — Я люблю тебя. Крис хочет остановиться, но Чонин рычит и заставляет его дальше двигаться. Капитан ошарашено смотрит на младшего, в его глаза, и пытается отторгнуть чувство, которое пускает по его телу Чонин. — Я люблю тебя, — повторяет младший мягче. — Каждую клеточку твоего тела и твоей души, Кристофер. Чан чувствует, что дрожит. Чертов Чонин, почему его слова так сильно его будоражат?! Крис же его не любит, почему он так реагирует. — Я люблю тебя, и буду любить вечность, Кристофер. Даже когда земля разверзнется и заберёт наши тела, я буду любить тебя с такой силой, что никто не сможет разрушить чары. Крис выгибается, чувствуя как младший сжимает его внутри. Он видит, что с его глаза вдруг стекает одна слеза, кровавая и хочет увести взгляд, но не может. Чонин целует его, и его губы холодные, в сравнении с тем, какие горячие оба их тела. Крис растворяется в поцелуе, наслаждаясь им, и плюет на все — Чонин его любит, пускай любит. Он чувствует, как младший уводит их руки, видимо, к колбе, но целует Чонина, не смотря. Давит на ладонь в ответ, чтобы крови точно хватило. И в какой-то момент пропускает, как возбуждение завязываются тугим узлом, и вдруг лопается, заставляя резко дёрнуть бедрами внутрь младшего, и кончить. Он стонет, прямо в поцелуй, и ловит такой же стон младшего. Чонин сжимается на нем, скулит, тяжело дыша и кончает на живот. Чан кончает внутрь Яна, загоняя сперму парой толчков внутрь и откидывает голову назад, тяжело дыша. Чонин падает на него сверху, так же судорожно дышит ему в шею. Крис гладит его тело поддерживающе, и чувствует, что Ян плачет. Его сердце сжимается. — Эй. — Завались нахрен. Крис замолкает. У Чонина начинается истерика, и Крис первый раз такое видит. Он аккуратно из него выходит, обнимает и заставляет уткнуться себе в грудь. Гладит, пока Чонин ревет. Плачет так сильно, будто кого-то потерял. Сжимается весь, заливая Криса слезами. Он плачет долго, и Крис чувствует себя так тупо — лежать в кровати посреди леса и утешать парня, с которым только что переспал. Но ему немного Чонина жалко, хоть он и не понимает причины такой реакции. В итоге, Ян успокаивается и отлипает от Криса, но капитан перехватывает его и вытирает его лицо. — Можно уже говорить? — Можно. — Я могу тебе помочь? Ты так плакал сильно, что случилось? — Тс, ты умеешь переживать за кого-то? Жаль меня? — Жаль. — Все в порядке, Чан. Сильный всплеск эмоций, это нормально. Мне не было больно, и тебе не о чем беспокоиться. Крис хмурится, но молчит. Он переводит взгляд на колбу, и видит, что они действительно наполнили ее своей кровью. Но в отличии от крови Феликса и Чанбина, и Хенджина с Сынмином, чьи колбы были со светлой кровью, их кровь черная. — Эм, это нормально? Что наша кровь черная. Ты ведь когда доделывал компоненты, они цвет меняли. У Хенджина с Сынмином была бирюза, у Чанбина с Феликсом темно-зеленая. А нашу ни в какой цвет не выведешь. — Не переживай, она все равно подойдёт. Брак заключён, это главное. — Ладно. Так ты теперь мой муж? Чонин хмыкает, слезает с Чана и садится на кровати. — Ты точно в порядке? — Да, просто голова болит. Сейчас я приду в себя и мы занесем кровать, сможешь лечь. — Я помогу убраться, — говорит Чан, и видит, что Чонин кидает на него странный взгляд. — Я просто переживаю, разреши помочь. Днём же помогать даёшь. Чонин кивает. Крис пока идёт за их одеждой к дому, и когда возвращается, видит, что Чонин смотрит на колбу с их кровью, а взгляд его невероятно потеряный. Крис помогает ему одеться, убирает все, и Чонин относит колбу в дом. Они заносят кровать, и Крис буквально насильно заставляет Яна лечь спать. Чонин сначала сопротивляется, но после укладывается ему на грудь. Когда Крис практически засыпает, он чувствует, как его грудь снова намокает, и понимает, что Чонин опять плачет. Он кутает его в объятиях сильнее и вырубается. *** — Ну что, готов ехать? Хенджин, Сынмин, и Феликс заезжают к ним утром, забирая Криса на корабль и пакуя все, что дал ему с собой Чонин. Феликс просто провожает, а Сынмин и Хенджин возвращаются на корабль с капитаном. — Ага. — Как себя чувствуешь после смерти? — О чем ты? — хмурится Крис. — Он не умирал, — говорит Чонин, опираясь о дверной косяк, и наблюдая за ними. Он выглядит невыспавшимся и хмурым. — У нас был немного другой процесс. — Ну, пора прощаться? — усмехается Крис. — Поцелуешь мужа на прощанье, мммм, Йенни? Чонин выравнивается, подходит к Крису и заглядывает в глаза. — Поцелуешь меня так, как никогда до этого? Хотя бы представив, что ты меня любишь? — просит Чонин. Крис хмурится. — Зачем создавать видимость того, чего нет? Но я тебя поцелую, детка, и очень хорошо. Крис прихватывает Чонина за подбородок, тянет к себе и целует. Страстно, ловит такую же страсть от Чонина, и ещё чувство, будто… это их последний поцелуй. Чонин целует его, отдаваясь полностью, прихватывает губы, лижет рот и очень крепко обнимает. — Вау, ты так можешь, — усмехается Крис, когда Чонин отрывается от него. — Мне понравилось. До встречи, муженёк. Крис отпускает младшего, разворачивается и собирается уйти, как Чонин зовёт его: — Крис? — Да? Капитан оборачивается, и видит, что Чонин стоит и держит перед собой раскрытую ладонь. На ладони странный песок, словно дробленные кристаллы, и он не успевает сориентироваться, как Ян дует со всей силы и весь песок попадает Чану в глаза. Он шипит, склоняется, трёт глаза и понимает, что делает только хуже. Эта хрень шипит в его слизистой, доставляя жуткую боль, но всего на несколько секунд, а после проходит. Чан поднимает голову, думая, как он выскажет сейчас этому мелкому за его вредные проделки и… не видит никого перед собой. — Где этот ублюдок? — рычит капитан, оборачивается, и видит, что Хенджин так и сидит на коне, а кони Феликса и Сынмина стоят пустые. — Они что, все сбежали? — О чем ты? — не понимает Хенджин, а потом вдруг раскрывает рот буквой «О» и ошарашено смотрит перед Крисом, на Чонина. — Прощай, Крис, — говорит младший, разворачивается и уходит в дом. Феликс с Сынмином переглядываются. Сынмин спрыгивает с коня. — Я останусь с ним, это хреново. — Что происходит? — не понимает Чан. — Где все? Где твоя русалка? — Да он прямо возле тебя стоит, — говорит Хенджин. Сынмин подходит к капитану и касается его. Крис чувствует это, но испугано отшатывается. — Эй, это Сынмин. Но Крис не слышит его. Только оборачивается напугано, пытаясь понять что его толкнуло. — Чан, — зовёт Хенджин и капитан оборачивается на друга. — Ты больше не можешь видеть и слышать существ. — Чего? — А они тебя могут. Тебя только что пнул Сынмин и говорил с тобой. — Что ты имеешь ввиду? — Ты больше не видишь их, понимаешь?