Истории и ситуации

Свой первый секс (а точнее, его неловкую попытку) все трое решили больше никогда не упоминать и даже не вспоминать. Это было ужасно неловко, стыдно и в целом очень плохо. Каминари после этого весь вечер сидел красный, как волосы Киришимы, Киришима думал, что он больше никогда не будет даже пытаться, а Бакуго злился, что он не смог нормально сделать всё. По прошествии нескольких дней, когда все трое отошли от столь травматичной ситуации, они сели и решили провести, так сказать, работу над ошибками. После коллективного брейншторма ими было выявлено несколько проблем: 1. Ни у кого из них до этого не было секса; 2. Ни у кого из них до этого не было секса с парнями; 3. Ни у кого из них до этого не было секса втроём. В целом, вторая и третья проблемы вытекали из первой: отсутствие опыта сильно мешало бушующим гормонам, желаниям и энтузиазму. — И что нам с этим делать? — Бакуго кинул в мусорку бумажку со стола, которую он мял последние минут десять. Удивительно, что та не взорвалась и не испепелилась, а просто стала мятой. Он крутанулся на стуле и повернулся к своим парням, которые сидели на кровати: Киришима привалился к стене, а Каминари разлегся у него на коленях. — Порнуха? — неловко предложил Денки. — Не, это херня, там всё нереалистично и вылизано, не лучшее место, чтобы набираться опыта, — Эйджиро задумчиво перебирал блондинистые волосы. — Справедливо, — согласился Каминари. — Гуглить мы пробовали? — Да пробовали бля, херня тоже какая-то. Ни одного дельного совета, — Бакуго кипятился. Из них троих он больше всего переживал по этому поводу. Он действительно хотел обоих парней. Когда в жизнь Кацуки ворвались объятия, поцелуи и прикосновения, он просто охуел от того, как это, оказывается, было приятно, а не мерзко и противно, как тот раньше думал. Разумеется, ему хотелось большего, хотелось зайти дальше, получить больше, получить весь максимум удовольствия, ведь только половина его никогда не устраивала. И теперь Бакуго чувствовал себя так, словно столкнулся с препятствием на пути к первому месту, а это его всегда выводило из себя. — Чисто теоретически, у кого из наших одноклассников парней мог быть секс с парнем? — задумался Киришима. — Я не хочу, блять, обсуждать такие темы с этими идиотами, — недовольно ответил Кацуки, представляя эту тупую картину. — И уж тем более рассказывать им про… ту ебаную ситуацию. — А если с девочками поговорить? — предложил Каминари. — Не надо травмировать девочек. Им Минеты хватает, — отрезал Эйджиро эту идею. — Да и тем более, откуда у них опыт в гейском сексе? — Ты прав. Некоторое время все трое молчали, обдумывая возможные решения этой проблемы. Бакуго нервно стучал ногой по полу, Каминари залипал в одну точку, пытаясь сконцентрироваться, Киришима смотрел на Кацуки. От того едва пар не шел, и, казалось, в комнате можно было услышать, как у него в голове крутятся шестерёнки. Варианты на уровне спросить у незнакомцев в интернете отлетали — таким советам доверять было нельзя, ведь если не разбираться в теме, можно было бы принять какой-нибудь вредный совет за правильный. Эротические романы тоже в минус — уровень нереалистичности в них порой превышает уровень нереалистичности порно-роликов. Нормальных «гайдов» в интернете не было. Нужен был совет, которому они сто процентов могут доверять. От кого-то знакомого, у которого точно был опыт. От очень авторитетного знакомого. И тут у Бакуго в голове щелкнуло. Точно. — Денки, мать твою. Ты же можешь спросить у Айзавы или Мика. Они же точно тебе не откажут, и им можно верить. Каминари аж подскочил. — Ты чё, с ума сошел? Как я буду это обсуждать с ними? — Ну, вообще-то, они в данный момент твои родители по документам. А родители должны со своими детьми обсуждать такие темы, — усмехнулся Бакуго, глядя на то, как Денки краснеет. — Кацуки прав, — заметил Киришима. — У них за спиной десять лет брака и ещё несколько лет отношений. Они точно должны знать. — А чё вы у своих предков не спросите? — нервно ответил он, не зная, чем ещё защищаться. Идея была и правда разумная, просто… — Блять, это вы их только на уроках видите, а мне после такого ещё жить с ними. Меня замыкать будет каждый час. — А чем мне мои предки помогут? — разумным аргументом разбил Бакуго хрупкую защиту Каминари. — И мои тоже не очень внесут вклад. Максимум предохраняться попросят, — добил Киришима. — Ладно, вы правы, у меня больше нет аргументов. Но… дайте мне время, чтобы подготовиться, ладно? Не прямо сегодня. Подождётё несколько дней?

***

Денки решался на этот разговор три дня. Он думал, у кого из двух своих приёмных родителей спросить — у Шоты или у Хизаши. А может, у обоих сразу? Айзава для Каминари порой всё ещё ощущался как строгий школьный учитель, поэтому он в итоге решил обсуждать секс не с ним. А ещё мужчина, честно говоря, выглядел так, будто секс его вообще не очень интересует. Поэтому Денки дождался, пока Шоты не будет дома, чтобы поговорить с Хизаши. Он вышел из комнаты, проговаривая про себя то, что хотел сказать. Ямада сидел на диване и что-то читал, выглядел он не особо заинтерисованным. Каминари очень медленно подходил, борясь с желанием сбежать и закрыться в комнате. Так, сейчас он подойдёт и скажет… — Ты что-то хотел? — вся проработанная речь Денки в эту же секунду вылетела из головы. Хизаши отложил книгу и посмотрел на него. — Выглядишь взволнованным. Что-то случилось? И что вообще он там должен был сказать? — Я, эм, да, — Каминари сел на диван рядом. — Можно с тобой, эм, поговорить? Про… — он сглотнул, сминая в руках край своей футболки. Следующее слово далось ему с трудом и он почти прошептал, чувствуя, как краснеет, — секс. Пожалуйста. Хизаши тепло улыбнулся, глядя на то, как Денки за считанные секунды стал красным от кончиков ушей до шеи. — Конечно. Дай угадаю, вы с парнями не нашли в интернете ничего полезного? — Именно, — Каминари смотрел куда угодно, только не на Хизаши. Он и не догадывался, что у них есть трещина на потолке. И что на ковре в одном месте нет ворса. И что кошкам очень понравилось в последнее драть вот тот угол. — Интернет за десять лет не изменился, — усмехнулся Ямада, вспоминая их с Айзавой неловкие попытки выяснить хотя бы что-то среди горы бесполезной информации и очевидно вредных советов. — Ты хочешь узнать что-то конкретное? — Мы просто в принципе не понимаем, как это должно происходить и что делать. Расскажи просто… всё, что посчитаешь полезным, — к Каминари на колени запрыгнула Хонока и довольно начала мурчать, когда Денки запустил руку в её пушистую шерсть. — Ну, из банального скажу, что вам всё равно надо предохраняться, даже с учётом того, что забеременеть никто из вас не может. И не стоит черпать какой-то опыт из порно, потому что там всё максимально далеко от реального положения дел. Думаю, это тебе и так понятно, — Каминари кивнул и Хизаши продолжил. — Первое, что вам нужно, это активное согласие — вы должны убедиться в том, что вы втроём этого хотите, вам всем комфортно и никто не против. Заранее обсудите какие-то свои «нет», что вам может быть неприятно, а что наоборот, нравится. Разговаривать друг с другом на такие темы вообще очень полезно. — И очень неловко, — пробурчал Денки в ответ. Он всё ещё сидел красный и увлеченно рассматривал интерьер квартиры, словно видел его в первый раз. — Ну, без этих разговоров ничего не получится, — усмехнулся Хизаши. За этим следовал почти часовой рассказ про то, какие виды секса бывают между парнями, про разные виды лубрикантов и для чего они нужны, про безопасность и осторожность во время самого процесса. Каминари сидел красный, особенно на слишком подробных описаниях, но всё запоминал, чтобы потом пересказать это все Киришиме и Бакуго. Он усиленно игнорировал тот факт, что мозг подкидывал разные картинки, которые ему очень даже нравились. Хорошо, что мозг не подкидывал картинки с Шотой и Хизаши. Как только Каминари об этом подумал, воображение тут же нарисовало всякие непристойности. Так, нет, пора было делать тактическое отступление. — Я всё запомнил. Пойду, ребятам перескажу, — Денки дождался, пока Хизаши кивнет и пулей оказался в своей комнате. Нужно было занять свой тупой мозг, который не думает, когда надо, и думает, когда не надо, другими вещами. Он открыл первое попавшееся аниме и сконцентрировался на сюжете, стараясь полностью выбросить из головы совершенно ненужные картинки. Хизаши усмехнулся, вспоминая свой первый раз с Шотой.

***

— Ну как? — Шота с задумчивым видом с кровати наблюдал за тем, как Хизаши роется на очередном странном форуме. Он перебирал руками свои ленты и чего-то ждал. — Да хуйня какая-то. Тут, по ощущениям, одни извращенцы, я почти уверен, что видел комент Немури там, — он развернулся к Айзаве на кресле с колёсиками и вздохнул. — Мне кажется, нам никогда не светит заняться сексом. Шота вспомнил события двухнедельной давности, когда они оба, возбужденные и желающие сделать хоть что-то, столкнулись с тем, что не могли понять, как действовать. В момент осознания этого ситуация превратилась из горячей в неловкую, а всё желание пропало и в итоге так они за эти две недели и не продвинулись. Выяснилось, что Айзаву до Ямады вообще секс не интересовал, он не смотрел порно и очень редко удовлетворял сам себя, а Хизаши смотрел только какую-то хрень, из которой нельзя было черпать никакой опыт. Тупиковая выходила ситуация. Они оба пытались искать что-то в интернете, но находили только контент сомнительного качества и совсем щепотку полезных советов. Шота несколько часов провел на порносайте, просматривая без особого интереса раздел с гей-порно. Ни о каком реализме, действительно, и речи не шло, но кое-что полезное он оттуда всё же подчерпнул. Если бы прямо сейчас его веб-камеру кто-то взломал, и захотел бы шантажировать роликом с тем, как он передёргивает на гейскую порнушку, то этот хакер бы очень разочаровался, глядя на очень серьезное и сосредоточенное лицо полностью одетого парня по ту сторону экрана. Хизаши решил потянуться на кресле, подняв обе руки вверх, и в этот же момент Шота метнул в него ленту, связывая. — Эй, ты чего делаешь? — недовольно спросил парень, пытаясь освободиться. — Оставь свои тренировки, ты сегодня в школе от них не заебался? Развяжи, ну. Он понял, что его не собираются развязывать, когда Шота, видимо, для большей надёжности, привязал его ещё и к креслу. — Так, не смешно, ты чего… — Хизаши не договорил, потому что Айзава в этот момент подкатил его поближе к кровати и подтянулся ближе, чтобы поцеловать. Пока у него появились решимость и желание, нужно было ловить этот момент. Ямада, кажется, уловил его настроение и ответил на поцелуй, пытаясь вывернуться из лент. Крепкие, зараза. Он соврал бы, если бы сказал, что это его не заводило. Особенно, когда Шота делал так на тренировках, когда их ставили в пару… единственный раз, когда Хизаши был рад проиграть. Сейчас он тоже находился явно не в выигрышном положении. Айзава уже одной рукой забрался под домашнюю футболку, второй прижимал его к себе ближе за затылок, пальцами перебирая светлые волосы, а Ямада даже сдвинуться не мог. — Что ты хочешь сделать? — сбито спросил он, когда Шота отстранился. Он пытался восстановить дыхание — что ж, Хизаши действительно завёлся только с того, что его связали и поцеловали. — Ты что-то узнал… ну… Айзава вместо ответа снял с запястья резинку и завязал свои отросшие волосы в неаккуратный хвост. Чуть-чуть отодвинул кресло, только для того, чтобы сползти на пол. Он, всё ещё не говоря ни слова, потянул с парня вниз сначала спортивки, а затем и трусы, откидывая их в сторону. Шота удобно устроился между его разведенных ног и, вспоминая весь просмотренный контент и подчерпнутый из него опыт, на пробу провел языком по возбуждённому члену. Хизаши в эту же секунду просто выпал. Вид Шоты с этого ракурса и то, как он с задумчивым лицом, словно решает какой-то тест, облизывает его член, был мягко говоря, горячим. Сразу же нахлынули приятные ощущения, до этого неизведанные, он издал сдавленный стон, захотел закрыть рот рукой, но вспомнил про свое неудобное положение. Пока парень тонул в новых приятных ощущениях, Айзава на пробу постарался взять поглубже, стараясь понять, как это вообще делать так, чтобы было удобно. На экране выглядело проще. — Тебе нравится? — спросил он после пары минут неумелых попыток. Хизаши посмотрел на него сверху вниз и подавился стоном от такого ракурса. Шота, смотрящий на него исподлобья, с его членом возле лица — это было самое горячее, что он вообще когда-либо видел в своей жизни. — Ты… ты ещё спрашиваешь? — сбито ответил он. — Ну, вдруг я делаю что-то не так. У меня же нет опыта. — Да, например, спрашиваешь очень тупые вопросы. Шота слегка улыбнулся и вернулся к своему занятию. Он попытался взять поглубже, но у него не очень это получилось, поэтому он вернулся к прошлому ритму и был награждён за это довольными стонами. Хизаши не отводил взгляда от него, запоминая каждое мгновение, каждый звук и каждое ощущение. Если бы он завтра умер, он бы вообще не расстроился. С каждым движением по его телу разливались волны удовольствия, его вело ещё и от того, как же Шота всё же старался. Айзава, замечая, что стоны стали громче, ускорил темп, чтобы уже через пару движений Хизаши кончил, выгибаясь на кресле. Удивительно, как тот не потерял контроль над причудой — было бы забавно, если бы весь дом услышал, как ему хорошо. В реальность Хизаши вернулся, когда почувствовал, как Шота развязал ему руки и отвязал от кресла. Только сейчас он заметил, как у него всё затекло. — Ну, как тебе? — спросил парень, развязывая свои волосы. — Ты… Ты где это подсмотрел? — Я несколько часов залипал на порносайте. Из всего, что я там видел, минет казался самым простым, поэтому я решил начать с него, — Шота говорил это таким тоном, будто математику объяснял. — Мне очень понравилось, правда, — он приземлился на кровать рядом и поцеловал парня. — А ты… ты не хочешь? — Не сегодня. Я хотел доставить тебе удовольствие, сам не хочу, — он улыбнулся, обнимая Хизаши, который повалил его на кровать и улёгся сверху. — Можно это считать за первый раз? — Я думаю, что да.

***

— Так типа, мы сейчас должны обсудить то, что нам не нравится? — спустя пару дней они собрались у Киришимы дома. Каминари несколько дней назад описал им всё, что узнал, а потом, в этот же день, только вечером, нашел на своей прикроватной тумбочке упаковку презервативов и несколько баночек с разными лубрикантами, с запиской: «Чтоб не накупил всякой хрени. Хизаши». Всё это он запихал в сумку. И вот сегодня, когда у Киришимы дома никого не было, они собрались и решили попробовать ещё раз, с новыми знаниями. Они втроём сидели друг напротив друга на большой кровати и решили поговорить перед всем этим. — И то, что нравится, тоже, — Каминари уже чувствует, как краснота проступает на щеках. — Может, типа, по очереди? Только давайте не я первый, ладно? — он немного волновался и чувствовал, как на пальцах появляются искорки. Ему нужно было сосредоточиться и успокоиться перед такими откровениями. — Ладно, придурки, — Бакуго сжал кулаки и решил начать первый. — Мне нравится вас целовать, кусать, облизывать и так далее, но на мне, пожалуйста, никаких следов. На видных местах, по крайней мере. Увижу — прибью обоих и разбираться не стану. И я не хочу быть снизу. И не надо, пожалуйста, никаких грязных разговоров, мы не в порнухе. У меня всё. Предпочтений особо нет, попробуем и узнаем. — Окей, тогда дальше я, — Киришима потянулся и очень спокойно начал говорить, как будто они тут погоду обсуждали. — Я тоже не горю пока желанием быть снизу. А ещё боюсь вам отсасывать — боюсь сделать больно своими зубами. Всё. Денки, теперь ты. — А, эм… Ну короче, — Каминари, на самом деле, долго думал над своими «да» и «нет» после разговора с Хизаши. — Мне будет очень некомфортно, если я останусь совсем без одежды. Может, потом станет проще, но сейчас, пожалуйста, можете не снимать с меня футболку? А так, больше ничего такого. Я не против быть снизу. Он сам не понимал, почему ему было некомфортно остаться полностью голым. Может, потому что Бакуго и Киришима были сложены куда лучше, чем он — их телосложение позволяло им накачать гору мышц, в отличие от телосложения Каминари — он был куда более тощим, поэтому и смущался. А может, ещё какая-то причина. Денки надеялся, что со временем это пройдет. — Без проблем. — Не забывайте, что в любой момент каждый из нас может сказать «нет», попросить остановиться, сказать, если что-то больно или неприятно, — добавил Каминари. А дальше наступила та неловкая ситуация, когда все трое смотрели друг на друга и не знали, что делать дальше. Они типа, должны были как-то после всего перейти к сексу? В прошлый раз оно получилось как-то само, они это не планировали, а сейчас всё было ровно наоборот. Они целенаправленно собрались здесь для того, чтобы заняться сексом, все трое это понимали, и, видимо, просто ждали, пока кто-нибудь из них проявит инициативу. Первым не выдержал Бакуго. Он дёрнул Каминари за руку на себя и поцеловал, усаживая того на свои вытянутые ноги. Киришима тут же подполз сзади, руками пробираясь под футболку Денки и прижимаясь грудью к напряжённой спине. — Расслабься, — прошептал он ему на ухо. Эйджиро сейчас чувствовал себя куда увереннее, чем в их первый раз. Теперь он хотя бы примерно понимал, что надо делать. Им нужно было больше времени уделить прелюдиям. Чтобы все они расслабились и как следует возбудились. Киришима это хорошо запомнил. Он понял, что Бакуго, в целом, особо не нервничает (или не показывает), в отличие от Каминари. Пока Кацуки активно и напористо целовал его в губы, Эйджиро прижался ближе, прикасаясь губами к открытой шее, а сильными руками уверенно проводил по напряжённому торсу. Денки поймал себя на мысли, что ему очень нравится, когда его так зажимают. Его трогали и целовали, казалось, одновременно везде. Приятные ощущения, разливавшиеся по всему телу отвлекали от ненужных мыслей и волнения. Бакуго не врал, когда сказал, что ему нравится целоваться. Поцелуй с ним был мокрым, немного агрессивным и увереным. Он не давал перехватить инициативу, но Денки даже не пытался — его всё более чем устраивало. Одной рукой он держал Каминари за подбородок, а другой слегка царапал шею сзади. Периодически Денки чувствовал, как Киришима касается губами и зубами пальцев Кацуки. — Эй, делись давай, — прозвучал притворно-недовольный голос Эйджиро прямо у него над ухом. — Я тоже хочу его поцеловать. Бакуго отстранился и ухмыльнулся, взглядом показывая Каминари, чтобы тот развернулся. Денки кое-как переместился лицом к Киришиме, который тут же впился ему в губы не менее горячим поцелуем. Руки тот снова запустил ему под футболку. Остатки смущения исчезали без следа, уступая место нарастающему возбуждению. Каминари почувствовал, как Бакуго зубами прихватил кожу на шее, оставляя первый за сегодня след. Это заставило его сдавленно простонать Киришиме в рот. Кацуки на одном засосе не остановился — он чередовал просто поцелуи в шею с укусами, по которым потом проводил языком. А потом ещё слегка дул на мокрый след, вызывая мурашки. Эйджиро тоже с губ перешёл на шею Денки, иногда случайно сталкиваясь с Бакуго губами и языком, а иногда и специально. Это ощущалось слишком горячо для них троих сразу. Оставив достаточное количество следов, они, довольные, одновременно отстранились и тоже поцеловались, при этом не переставая трогать Каминари под футболкой. Он всё ещё был зажат между ними, ему становилось жарко. Свои руки Денки пристроил на спину к Киришиме, слегка царапая её на особо чувствительных моментах, заставляющих его издавать сладкие стоны. Всё шло куда лучше, чем в их первый раз. Всех троих охватило возбуждение, они были куда увереннее, потому что теперь хотя бы примерно знали, что делать, и за счёт этого могли не отвлекаться на нервные мысли и смущение, а полностью посвятить себя друг другу. До Бакуго в какой-то момент дошло, что стоит строить все их взаимодействия во время секса вокруг кого-то одного, а не пытаться уделить внимание сразу всем, чтобы не получалось просто беспорядочной возни руками и прочими частями тела. Сейчас они с Киришимой зажимали Каминари между собой, и обоих это более чем устраивало, так как это приносило удовольствие троим сразу — это было понятно по вздохам и стонам, которые наполняли комнату. Бакуго был полон решимости довести дело до конца сегодня. В какой-то момент они повалили Каминари на кровать и оба нависли сверху. Бакуго стянул свою футболку, отбрасывая её в сторону, а Киришима уже давно от неё избавился, и теперь разглядывал красного от возбуждения Денки с разукрашенной засосами шеей. — Всё окей? — уточнил Кацуки, пытаясь отдышаться. — Пойдем дальше? — Да, — уверенно ответил Каминари. Он очень хотел пойти дальше. — Я тоже в порядке, — Киришима кивнул. В тот раз, к этому моменту он уже ничего не хотел, кроме как одеться и убежать. А сейчас ситуация была диаметрально противоположная. Хотелось раздеться и продолжить. Собственное возбуждение неприятно упиралось в джинсы, хотелось уже хоть что-то сделать, чтобы его снять. — Так, — Бакуго обдумывал дальнейший план действий. — Ты же всё взял? — Да, в рюкзаке в маленьком кармашке, — ответил Каминари. Пока Кацуки полез за смазкой и презервативами, Киришима не удержался и ещё раз поцеловал Денки. Ему нравилось целоваться с ним ещё с момента их неловких первых попыток. С Каминари было не так, как с Бакуго — более спокойно и аккуратно, нежно и чувственно. Поцелуи с Кацуки же больше были похожи на соревнование, в котором победитель заведомо определен. Киришима вклинил ему свое колено между ног, задевая давно вставший член, прикрытый тканью. На это действие Каминари простонал ему в губы и прижался ближе, чтобы снова повторить это ощущение. — Двигайся, — Бакуго слегка пихнул его в бок и заставил отстраниться, возвращая их обоих к нему. — И сними уже штаны. Киришима обратил внимание, что Кацуки уже остался в одних трусах. Денки же на их фоне был слишком одет — на нем всё ещё была футболка и спортивки. Пока он сражался с ремнем на своих джинсах, Бакуго уложил Каминари набок и оставил его без всего низа, открывая прекрасный вид на его красивую задницу и возбуждённый член. Недолго думая, Киришима снял свое нижнее белье вслед за штанами и лег рядом, тут же целуя и просовывая руку между ними, чтобы подарить долгожданные прикосновения. — Не торопитесь там, — Бакуго тем временем возился со смазкой. — Хотя, ты правильно делаешь, Денки, сейчас может быть немного неприятно. — Пока… меня все устраивает, — выдохнул он Киришиме в губы, поддаваясь к нему ближе. Кацуки в ответ на это только слегка усмехнулся и аккуратно протолкнул внутрь один смазанный палец. Благодаря стараниям Эйджиро Каминари был максимально расслаблен и даже не особо выражал дискомфорт, поэтому спустя небольшое количество времени Бакуго добавил второй палец. — Нормально? — уточнил он, приподнимаясь, чтобы посмотреть на выражение лица Денки. — Ага, — ответил Каминари, всё же слегка морщась. Киришима тут же поцеловал его и ещё раз двинул рукой по возбуждённому члену, чтобы отвлечь от неприятных ощущений. Сам он весь горел, хотелось, конечно, побыстрее получить разрядку, но Бакуго попросил не торопиться, так что он почти не прикасался к себе. Каминари сходил с ума от нахлынувших с двух сторон приятных ощущений. Они и до этого были, но сейчас всё усилилось в сто раз. Он не знал, к кому поддаться ближе — к Бакуго, который активно растягивал его уже тремя пальцами и целовал в шею сзади, или к Киришиме, чья рука периодически оказывалась у него на члене. Прикосновений было одновременно и слишком много, и невыносимо мало. Его парни, казалось, не заботились о собственном удовольствии, сконцентрировавшись на том, чтобы подарить максимум только одному Каминари. Удивительно, что его обычно не очень чувствительная ко внешним воздействиям кожа сейчас горела от каждого прикосновения. Ему было жарко, и он всё-таки стянул с себя футболку. И тут же стало ещё жарче, ведь теперь преграды между ним и двумя такими же горячими телами не было совсем. — Сразу бы так, — прошептал Бакуго ему на ухо, прижимаясь совсем близко. Киришима повёл руками вверх, прикасаясь к до этого скрытым частям. Интересно, почему Каминари ещё не вырубился от переизбытка эмоций? Бакуго ненадолго отстранился, и судя по звукам, начал возиться с упаковкой презервативов. Он пару раз проматерился, пытаясь вспомнить, что там Каминари про них рассказывал пару дней назад. В моменте он задумался над тем, как все трое ещё держатся. Лично Бакуго был уже почти на грани. Вспомнил, в итоге, что там должна быть правильная сторона, и через всего две попытки у него получилось надеть его. Всё трое ненадолго замерли, когда Бакуго плавно толкнулся внутрь, давая Каминари время немного привыкнуть. — Хватит медлить уже, — прошептал Денки через буквально несколько мгновений. — Иначе я тут с ума сойду. Его парням этого было достаточно, чтобы снова начать двигаться. Бакуго начал осторожно толкаться внутрь, постепенно ускоряясь, а Киришима вернул руку Каминари на член. Наконец-то наступило то, к чему они шли всё это время. Денки чувствовал, как от нахлынувших с новой силой приятных ощущений отлетает куда-то в неизвестность. Контраст плавных движений спереди и рваных и уверенных сзади ощущался слишком остро. Он стонал Киришиме в губы, царапал ему плечи и выгибался к Бакуго навстречу. Надолго его не хватило, он кончил первым, утягивая за собой и остальных. И кажется, всё же, вырубился. Пришел в себя он уже тогда, когда Бакуго принес из кухни воды, а Киришима вытирал его влажным полотенцем. — Мы подумали, что тебя коротнуло, — улыбнулся он. — Ты как? Каминари в два глотка осушил стакан с водой и слегка приподнялся, чтобы одеться. Ноги дрожали, а по всему телу разливалась приятная усталость, будто после хорошей тренировки. А в голове было пусто и так хорошо, как никогда до этого. — У нас получилось, — пораженно произнес он. — Ну типа, — ухмыльнулся довольный собой Бакуго. — Будем считать, что это был наш официальный первый раз. Тот позор вспоминать не будем. — Я вообще не понимаю, о чем ты, — подыграл Киришима. — Вот-вот, — поддакнул Каминари. Он нашел время, чтобы написать Хизаши короткое «спасибо». Тот в ответ прислал только смайлик с большим пальцем вверх, но Денки знал, что тот сейчас сидит и довольно улыбается, а вечером придет Шота и тот обязательно всё ему расскажет. Но он, собственно, не злился. Пусть порадуются за них вместе.

***

Хизаши и Шота наконец-то вернулись. Сегодня утром, в выходной день они с утра ушли, написав Каминари сообщение с намёком, что их не будет примерно до семи вечера, и он может заниматься в квартире чем угодно. Поэтому они нисколько не удивились, когда застали на кухне Бакуго и Киришиму, пьющих чай. — Здравствуйте, — хором поздоровались они. — Добрый вечер, а где Денки? — уточнил Шота. — В ванной, — они переглянулись и захихикали. Каминари вышел из ванной спустя пару минут, и тут Айзава и Ямада поняли, почему смеялись эти двое. На шее и ключицах у Денки живого места не было — всё в засосах и следах от острых зубов. Хизаши с трудом удержался от красноречивого комментария, Шота протянул «ууу, понятно» и вернулся к раскладыванию продуктов по полкам холодильника. Эйджиро и Кацуки же в открытую ржали, наблюдая за тем, как лицо Денки по цвету приближается к волосам Киришимы. — Вы, два придурка, хватит ржать! — ему было ужасно неловко. Он прекрасно понимал, на какой вид деятельности намекали ему утренние сообщения от его приемных родителей, но всё равно мечтал бы прямо сейчас провалиться этаж так на первый. — Прости, — из глаз у Бакуго аж слезы потекли. Было видно, что он нихрена не раскаивается. Киришима ржал за компанию. Каминари накинул на шею полотенце и, всё ещё краснея, утащил их в комнату, откуда после послышалась ругань и ещё более громкий смех. Хизаши наконец-то позволил себе засмеяться. Он вспомнил одну ситуацию со школьных лет, когда Шота поставил его в неловкое положение.

***

— Прям здесь? Ты с ума сошел? — Хизаши был прижат к прохладной стене душевой. Все уже ушли после тренировки на большой перерыв, они остались одни. Шота очень недвусмысленно намекал. Такие моменты вообще-то надо было ловить, ведь у Айзавы редко был настрой на секс, но не в школьной душевой же! В Ямаде боролись два желания — согласиться и поддаться, потому что неизвестно, когда ещё ему перепадёт, или не заниматься таким экстримом. — Расслабься, все уже ушли, — черт, его голос ещё никогда не звучал так соблазнительно. — У нас есть минут двадцать. Первое желание победило. Конечно же, они опоздали. Хизаши с трудом привел себя в порядок, но галстук нормально завязать не успел, точно так же, как и застегнуть рубашку, поэтому, когда они зашли в класс, всем было видно красноречиво разукрашенную шею парня. Особенно учителю, который, слава всем богам, сделал вид, что ничего не понял и заставил их просто сесть на свои места. Несколько одноклассников присвистнули. Ямада конечно любил быть в центре внимания, но не настолько же! Он посмотрел на Айзаву — а тот только улыбался. В этот момент Хизаши подумал, что готов попадать в тысячи подобных неловких ситуаций, если только Шота будет так же ухмыляться и сыто и довольно лыбиться.