omniscient’s death.

Клик. Дверь в комнату Коломбины запирается, и Арлекино наблюдает за ней. Служанки кланяются ей и спешат прочь от двери. Она не сдвинулся с места ни на дюйм, все еще глядя. «С глаз долой, долой из головы. Подходит же это выражение, не так ли? Когда огни и лампы в крыле дома Коломбины гаснут один за другим, погружая Арлекино в одиночку во тьме, она ничего не может сделать, кроме как беспомощно смотреть на дверь. — Это к лучшему, — говорит она себе. У неё не возникнет искушения напомнить себе о том, как она потеряла все. Это к лучшему. —— ୨୧ —— «Ах эти фейерверки. Насколько они символичны человеческой радости и человеческой жизни». «Какую нелепую метафору ты сейчас придумываешь?» «Они взлетают так высоко в небо, горят так ярко, что освещают его, но это длится лишь мгновение, не так ли? Потом они выдыхаются и превращаются в ничто». Она смотрит на сверкающие взрывы, взрывающиеся с обильным пылом, и мычит. «Возможно, эта метафора не так уж и смешна». Она ловит проблеск легкой улыбки, но она исчезает так же быстро, как и появилась. «Что ты будешь делать, когда я, наконец, выдохнусь и превращусь в ничто?» "... Ничего. Я ничего не буду делать». —— ୨୧ —— Озеро начинает замерзать. Теплый ветерок целует её в щеку и взъерошивает волосы. Нет. Достаточно. Лед трещит у её ног, а потом всё исчезает.