omniscient’s death.

Впервые за долгое время Арлекино снова бродит по Заполярному дворцу. Глаза у неё тусклые, кожа бледная, и облако висит над ней, куда бы она ни пошла. Но она вышла. Уже прогресс. — Это было тяжело, не так ли? — спрашивает Тарталья, когда Арлекино проходит мимо него в коридоре. Она смотрит на Тарталью с угрюмым и усталым выражением лица. Одиннадцатый сияет, как всегда источает жизнь, несмотря на мутные глаза. Судя по тому, что она слышала от самого этого человека, он тоже многое потерял. Как он может позволить себе быть таким веселым, когда призраки прошлого постоянно царапают его по пятам? — Я уверен, она рада за тебя. — Субретка никогда не чувствовала радости за другого, — говорит она, прежде чем успевает остановиться. Тарталья только смеется. — О, но она всегда чувствовала к тебе столько всего. Она была бы так рад, что ты наконец-то пойдешь дальше. Впервые за долгое время Слуга не вздрагивает при мысли о том, чтобы отпустить её. 
 —— ୨୧ —— 
 "Арлекино?" Они кружатся синхронно, волна темно-красного мерцающего шелка следует за их движениями. Целый бальный зал зовет на танец, тесно сплетенный воедино. Среди высоких золотых колонн и белоснежных стен двое грешников покачиваются под звуки одинокого скрипача. "Хм?" "Думаешь, ты будешь жить вечно?" "Что за вопрос?" Еще одно мерцание шелка, когда она отходит и снова поворачивается в объятия своей партнерши. "Ты знаешь, что я смертна с мимолетной продолжительностью жизни. Раньше ты тоже была такой." "Я обязательно переживу тебя," — весело отвечает она и снова кладет руку на бедро Коломбины. "Тогда могу я попросить тебя об одолжении?" "Ох! Одолжение от меня? Ты, Субретка, должена знать, что за услуги всегда приходится платить." Один шаг, два шага, и она снова прижимается к груди Арлекино. Когда она смотрит вниз, он видит, что лицо Коломбины меланхолично. "Цена уже будет высокой. Услуга, Арлекино, вот в чем: когда меня не станет, не забывай, как жить. Пока скрипка достигает крещендо, и они вдвоем совершают пируэт по комнате, подстраиваясь друг к другу, шаг за шагом, словно они рождены, чтобы сочетаться друг с другом, как осколки разбитого зеркала, Арлекино мычит. Прижавшись лбом ко лбу Коломбины, она снисходительно улыбается. Звучит последнее натяжение тетивы. "Я не буду. Я обещаю тебе, что не буду." 
 —— ୨୧ —— 
 "Ты готова?" Может быть. "Пора." Я боюсь. Легкий весенний ветерок дует над озером, снова колебля поверхность и развевая волосы ей на лицо. Она больше не боится тепла. "Всё нормально." Вода плещется у его ног с того места, где он стоит в центре озера. "Вы готовы?" Да. Волны в последний раз обрушиваются на берег.