Сломанный Меч

Портал раскрылся, и его сероватое сияние захлестнуло всё вокруг, окрасив мир в тоскливые, свинцовые тона, и из этой Пустоты, чеканя шаг, показались восемь металлических конечностей. Показался и основной железный каркас — массивное тело, собранное из клёпаных плит, источающих холодное, едва заметное аурное свечение по швам. Два охотника и двое призванных существ замерли. Потом из портала выдвинулась квадратная голова. Шестнадцать красных глаз зажглись на ней, восемь больших, горевших равнодушным злым огнём, и восемь малых, пульсировавших в такт невидимым процессам. Медленно, со скрежетом шестерён, голова начала поворачиваться, сканируя пространство мерцающими лучами. Воздух вокруг затрепетал от низкого, инфразвукового гула. Наконец, металлическая громада, достигавшая в высоту пяти метров, полностью выбралась наружу. Широкие плечи несли на себе два турельных блока с ещё не активированными амбразурами, спина украшалась ракетоносителями, а в центре грудной пластины пульсировало аурное ядро — аналог сердца. Все шестнадцать зрачков обратились на Лорда-Призывателя. — Выполняется анализ… сканирование завершено. Идентификация: основной хозяин-контроллер — Основной Процессор-Призыватель. Подтверждаю подчинение вашим командам, Основной Процессор-Призыватель. Ожидаю ввода директив. Запрос: каковы текущие директивы? — Каково твоё имя? — Основной Процессор-Призыватель запрашивает идентификационный код. Выполняется обработка… ответ сформирован. Код… код… Сборщик Ауры. Принято. — Логос, я долго изучал тех, кого могу призвать. И, кажется, я нашёл способ… усилить свои возможности. Человек с Сияющими Глазами молчал, разглядывая Сборщика Ауры. — Логос? — Извини. Задумался. Меня… просто тревожат мысли об искусственном разуме. Ты слышал последние новости из Атласа? — Ты думаешь… — Да. Здесь всё совпадает… к сожалению. Как и с Чёрным Камнем. — Мы разберёмся с этим, когда прогоним Волшебника и Озлюминати из Вейла. — Меня всё ещё интересует, кто отдал тот приказ в туннелях Горы Гленн. — Разве не очевидно? Озпин. Озпин и его свора марионеток. — Не все в Совете его марионетки. — Даже если не он — разве это имеет значение сейчас, в данный момент? Мы уже убили его людей. Я говорил тебе, что Волшебник избавится от нас сразу или чуть позже, если мы сложим лапки и сдадимся. — К сожалению, ты прав, — поморщился Человек с Сияющими Глазами, — мы… слишком увлеклись погоней за справедливостью. Итак, что ты хотел мне показать? — Сборщик Ауры… предоставь мне Флакон Ауры. Сборщик Ауры ничего не сказал. Одна из его восьми рук метнулась куда-то вглубь своего тела. Там, внутри, она что-то нащупала, сомкнула хватку и вынырнула обратно, сжимая кристалл. Трижды Предатель напрягся. Кристалл был безупречно прозрачен. И упал в протянутые ладони Лорда-Призывателя. А после его аура взметнулась, и кристалл приобрёл цвет души Лорда-Призывателя. — Сколько ауры ты вложил в кристалл? — Поинтересовался Человек с Сияющими Глазами, прекрасно поняв, в чём заключаются возможности этого… «артефакта». — Пять процентов. Но могу и больше. — И что же дальше? Ты отзовёшь его, и кристалл исчезнет. — Нет. Не исчезнет. — Твоя аура… значит, когда она вливается в этот кристалл, то одновременно удерживает его в этом мире и служит запасом? Твой объём ауры пополняется после того, как ты влил её в кристалл? — Да. — Братья… — Человек с Сияющими Глазами потёр лоб, — Иксор, твоё Подобие — просто чудо. Но чудеса не бывают без изъянов. Вспомни последствия Подобия того же Кроу. Или обратись к «Эхо Горького Сна» — автор даёт нам понять, что бесконечные смерти сделали Палача столь же сильным, сколь и безумным, зацикленным на убийстве Волшебника и Ведьмы. А Злое Семя… сколько душ он сожрал?! — И знаешь, что интересно, Лог? Я могу использовать эту ауру сверх своего объёма, если быстро вложу её в призыв. Иначе она… хм, как бы это сказать? Рассеется. Ты понимаешь, что мы можем сделать с этим? Мы можем призвать личностей, которые способны сразиться с Волшебником. Палача, Злое Семя, Рогатого Царя, Зелёного Плаща, Старуху, Лето, Железноногого. Или, если тебе не нравится Злобоглазый Легион, мы можем призвать и главного героя книги — Зёрнышко. Инквизитора, Волчьего Лорда, Безголового Всадника или кого-то из могущественных магистров Серебряного Ордена. — Что насчёт Волшебника и Ведьмы? — Они горят чёрным. Я думаю… Подобие даёт мне знать, что их нельзя призвать, как и Братьев. — Жаль, — пробормотал Человек с Сияющими Глазами, — у меня столько вопросов к Озпину… или Озме? Что насчёт твоих планов… Икс, я прошу тебя, как лидер Сломанных Мечей… нет, как друг. Не смей. Не смей этого делать, пока мы полностью не поймём, что призванные личности будут нам подконтрольны. Мы призываем не каких-то бездушных марионеток, а копии существ, что творили вещи… жуткие вещи, в общем. И обладали силами, которые раскачали Ремнант, ввергая бессмертных существ в бегство. Некоторые твои призывы… ведут себя слишком вольно для аурных копий. — Я заметил. Я говорил тебе причину этого. Это и есть изъян моего Подобия. — Надеюсь, — безрадостно сказал Человек с Сияющими Глазами, — а теперь… наш план. Следующий. — Ты всё ещё хочешь это сделать? Ты же понимаешь, что мы раскроем себя? — Нас уже раскрыли. Просто ещё не определили личности. Так что… пока есть время, нужно действовать. После этого мы спрячемся зимой в Робене и уже начнём действовать оттуда. Сборщик Ауры исчез. Но кристалл в руках Лорда-Призывателя остался. Трижды Предатель молчал, наблюдая за Кровавым Вороном. Тот стоял неподвижно. Но Трижды Предатель всем естеством ощущал: Кровавый Ворон что-то задумал. Тяжёлый, шипящий шёпот просочился в мысли. Я… НЕ УМРУ. *** Женщина сидела на скамье под раскидистой липой и расчёсывала волосы — длинные, тяжёлые, струящиеся сквозь пальцы. Он смотрел на это с недоумением, граничащим с тревогой: зачем Ведьме заниматься таким пустым делом, если её роскошные пряди — всего лишь иллюзия, сотканная из воздуха? Сегодня она сменила облик. Её волосы напоминали весенний луг: густая зелень, в которой жили и переливались другие цвета. Сквозь изумрудную глубину проступали тонкие пряди нежной желтизны, всполохи молочной белизны и редкие, но яркие нити — цвета утреннего неба, от лазурного до василькового. Лицо её имело форму сердца — заострённый подбородок, мягкие линии скул, высокий чистый лоб. Кожа была упругой, как свежевыпавший снег под луной, а глаза, сиреневые, с глубокими, слегка влажными тенями, смотрели из-под длинных ресниц. — Ну как я выгляжу, Всезнайка? — Восхитительно! — Пропел Всезнайка, только и ждавший этого вопроса, — но меня смущает причина такого облика, Ваше Величество. — Ах, восхитительно, да? — Королева усмехнулась, — да, эта сука была красива. Всезнайка замолчал, стараясь скрыть нервный комок в горле. — А ты, мой Кат? Что скажешь ты? — Волосы выглядят неестественно, — выдал он честную оценку, — слишком много… цветов. Так не бывает. — В этом мире бывает всё, — назидательно подняла палец Ведьма, — цвета… имеют значение. Как и цифры. Пуговка? — А кто эта женщина, в которую ты превратилась, Ваше Величество? — Негодяйка, ворующая чужое, когда оно остаётся без присмотра. Ведьма перевела свой взгляд на детскую площадку, залитую послеполуденным искусственным солнцем. Там, в визгливом водовороте смеха и криков, резвились дети. — Невезучий он всё же человек, — произнесла Ведьма, вставая, — идём же. Он знает, что я здесь. Когда Ведьма вошла на детскую площадку, её сила разлилась вокруг. Дети продолжали играть. Они не обратили внимания на странную высокую женщину. Родители, разморённые солнцем, лениво следили за своими чадами из-под козырьков колясок — кто-то листал свитки, кто-то помешивал остывающий кофе в стаканчике. Приход нового лица в этом празднике жизни не вызвал ни удивления, ни тревоги. Ведьма шла медленно, целенаправленно, не оборачиваясь на чужих детей. Она остановилась перед деревянной песочницей. На деревянной песочнице одиноко сидел ребёнок. Он сосредоточенно и радостно лепил куличики из влажного песка, используя формочки всех мыслимых видов — звёздочки, сердечки, крошечные башенки. Мальчик щебетал что-то себе под нос, строя замки и тут же разрушая их тыльной стороной лопатки. Когда над ним бесшумно нависла длинная тень Ведьмы, мальчик всё же поднял голову. В его глазах мелькнуло детское любопытство — никакого страха, только удивление от того, как взрослый человек может быть таким высоким. — Привет! Как у тебя дела? Ведьма слегка наклонила голову, и Чёрная Свита за её спиной остановилась. Голос её, пропитанный мягкими, почти ласковыми нотками, прошелестел по площадке: — Мальчик… позови дядю, с которым ты так мило общаешься. — Дядя сказал, что ты плохая, — он выпалил это без осуждения,— он не хочет с тобой разговаривать. Ты его чем-то обидела? — В некотором роде. Позови его. Скажи, что я хочу поговорить. Мальчик разглядывал её слишком долго — целые минуты томительного ожидания. А потом что-то изменилось. На миг его глаза остекленели, но тотчас в них вернулась осознанность. Что-то древнее, старое, бесконечно уставшее посмотрело на них, взвесило, оценило и аккуратно разложило по полочкам сознания. Неуклюжее детское тело на мгновение выпрямилось, но тут же вновь обмякло, возвращаясь к своей природной неловкости. Мальчик продолжал сидеть на песке, по-прежнему пачкая коленки и шорты. Легионер невольно сделал шаг назад, всем существом ощущая тяжёлое присутствие Волшебника, окутавшее всё вокруг. Рука сама упала на меч из синей стали. Иллюзии готовы были сорваться с него, но тургус понимал: это бесполезно против такой древней твари, засевшей внутри маленького пятилетнего мальчика. Медальоны в теле… не нагрелись? Волшебник не заглянул в него или же был куда опытнее в этом деле, чем Ведьма? Мальчик продолжил лепить песочные куличи, игнорируя их. — ᛉᛞᚱᚨᚹᛋᛏᚹᚢᛃ ᛬ ᚷᛖᚱᛟᛃ ᛬ ᛁᛉᚢᛗᚱᚢᛞᛃᚨ ᛬ ᚨᛏᚹᛖᛏ ᛬ ᛉᛖ ᛬ ᛗᚾᛖ ᛬ ᚲᚨᚲ ᛬ ᛈᛟᛚᚨᚷᚨᛃᛖᛏᛋᚨ Мальчик не ответил на слова давно мёртвого языка, сорвавшиеся с уст Ведьмы. Даже не взглянул на неё. Он принялся строить песочный замок — слишком искусно, слишком быстро, с множеством мельчайших деталей. — Мелочность — не твой порок, Волшебник. Но заставлять меня говорить на языке, придуманном тобой? Неужели ты забыл своё Начало? Неужели презираешь своё Прошлое? — Дай свою руку, — наконец ответил Волшебник. В детском голосе послышался… тяжёлый, низкий тембр, совершенно не свойственный его возрасту. Ведьма протянула её с заметным колебанием, раскрыв ладонь. Мальчик быстро схватил формочку в виде неполной луны, набил её песком и… сочно шлёпнул по женской ладони, делая крепкие постукивания, а после снял формочку. — Очень мило с твоей стороны, так напомнить мне о моём королевском гербе, — Ведьма сжала песочную луну, чьи концы смотрели вниз, и отбросила в сторону, — давно мы не виделись, не правда ли? Уже и не могу сказать, когда именно… но то была прекрасная шахматная партия, признаю. Ты опять победил, Обманщик. — Почти тысячу лет назад, — напомнил ей Волшебник, — и не видел бы ещё тысячу, но ты пришла ко мне сама. — Ещё тысячу? Ты всё такой же оптимист. Разве ты не видишь, куда всё идёт? — Я могу ошибаться, но я не слеп, — Волшебник приподнялся, отбросив своё «развлечение». Его недетские глаза уставились на женщину перед ним, — ты пришла оскорбить, потешиться надо мной, приняв этот облик? Поиздеваться, а после убить? Решила вернуться к своей практике? Что же, если у тебя, хоть что-то осталось внутри твоего чёрствого сердца, сделай это быстро и без зрелищности. Избавь родителей мальчика от страданий. — О, тебе неприятно видеть лицо этой шлюхи? Могу принять другие облики… которым ты так небрежно отдал своё могущество. И ради чего? В отличие от тебя, я не осквернила себя ни с одним из этих низших. Тысячи королей ради моей руки предлагали мне свои королевства, и каждый был отвергнут. — И тысячи королей были обмануты тобой, а их королевства превратились в прах из-за тебя. Не строй передо мной невинную оскорблённую деву. Только не передо мной. — Где же тот мужчина, что покорил меня? Ради которого я пошла на Обман? Увижу ли я его лицо? Услышу ли голос? Почувствую ли его характер среди всей этой орды чужих лиц? — Он умер. От Горя, от Потерь и Предательств. Его убила Ты. И теперь на его месте Я. — Паук. Обманщик. Тиран. Волшебник, Кровавый Король и Величайший. Да, я всё это вижу. Но… кое-что осталось прежним. Всё такой же Герой. Так скажи же мне, Герой: тебе приятно видеть, что творится с этим миром, проклятым и пьяным от собственной ненависти? Такой ты задумывал свою победу? Оглянись. Потомки героев стали мясниками, и Злоба сжирает их души. Они проклинают меня — что ж, заслуженно. Но они проклинают и тебя. Того, кто прикрывал их собою, когда они были слабы. Того, кто умирал за них, кто страдал, пока они предавали, ломали и оскверняли твою благородную сущность, заставляя совершать то, что ты никогда бы не допустил. Они вырывают с корнем всё, что ты посеял во благо. Они выпускают заточенных тобою чудовищ, чтобы выиграть один жалкий день. Скажи, Волшебник, этого ли ты хотел? — Когда ты сажаешь сад, нужно понимать: семена можно угадать, а погоду — нет. Я не хотел мясников. Я хотел людей, способных защитить себя. От тебя. Даже от меня. Если они выбрали злобу — это их выбор. А мой — стоять и смотреть, как рушится то, за что я умирал. Стоять и драться. Потому что если я упаду — некому будет посадить новый сад. И я не безгрешен. Я принимаю свои грехи и ошибки. А ты? Понимаешь ли ты по-настоящему, что творишь? — Ты всё такой же упрямый, как вол. — А ты всё так же убегаешь от неудобного ответа. Говори же, зачем пришла. — Не пора ли закончить весь этот затянувшийся фарс? Все эти страдания? Ты закрылся от меня, но я знаю, что ты устал. Вместе, Волшебник. Твоя мудрость и моя мощь. Мы отнимем у мальчишки то, чем он владеет. Три из четырёх уже у него — невелика беда. Убьём его и уйдём. Найдём покой. Пусть Братья вершат суд над этим грешным миром. — Почему же ты сама не сделаешь этого? Боишься? Его? Злого Семени? Ты, Бессмертная Ведьма? — С ним всё не так. Он… видит насквозь. Он смотрит и внутри него бездна душ. Они с отцом — этим мерзавцем — что-то замышляют. Кровавый Саван уже стелется по земле. Эта дрянь везде: в людях, в зверях, в траве, в корнях деревьев. Проклятое семейство вновь дало потомство. Только на этот раз — ни героев, ни чудовищ. — Ты сама породила это. Ты и есть причина. — Разве? Злое Семя — твоих рук дело. Твоё самое злое семечко, которое передушит весь твой сад. — Да, — тихо сказал Волшебник, — Я ошибся. Снова. И платой станут миллионы жизней. — Так каков твой ответ? — Нет. — Что же, я пыталась! Тогда продолжай свои бесплодные попытки дать этому гниющему мирку стать чем-то большим. Мучайся, страдай, переступай через себя. А я посмотрю, как ещё больше ты сломаешься. — Спасибо за поддержку. А теперь дай мне поговорить с моим бывшим учеником. Ты же привела его с собой. Здравствуй, Всезнайка. — Директор, — кивнул Всезнайка, — видеть вас в таком виде… — Ты оказался в дурной компании, Всезнайка. — А вы оказались ужасным человеком под маской доброго мудреца. — Да, я ужасен. И я никогда не называл себя добрым мудрецом. — Вы отправили Святую на смерть. Вы знали, что Меч убьёт её. — Она тоже знала, Всезнайка. Я Волшебник, я вижу души… но разве можно отговорить того, кто уже не хочет жить в этом мире? Никакая магия не исцелит сломанную душу. Даже Подобия пока что на это не способны. Только простое человеческое тепло. — Оправдания. Это всего лишь оправдания. — Да… всего лишь оправдания. Мне жаль. Волшебник медленно перевёл взгляд на бронированного тургуса с Пуговкой на плече. — Значит, те, кто несёт его Кровь, тоже тебе служат? Ведьма не ответила. Всё это время она разглядывала детскую площадку и играющих детей. — Ты хочешь меня убить. — Да, — сказал тургус, — ты убил многих моих друзей в Вейле. — А эта милая девочка в теле пугала? — Меня зовут Пуговка! Это правда, что ты тот самый Волшебник? — Да, юная леди. Могу ли я узнать, как вы оказались в столь неприятной ситуации? — Твои сереброглазые выблядки стали этому причиной, — рыкнул тургус. Волшебник никак не среагировал. — Скажи мне, — вновь подала голос Ведьма, — ты ещё скорбишь? — Всегда. Твой замок уничтожен. Ты сохранила картины? — Да, но твой последний вор, которого ты послал, их немного… подпортил. Я пока не нашла достойного художника с даром, чтобы переписать их. В следующий раз присылай кого-нибудь более осторожного. А теперь… мне пора. Встреча с тобой утомила меня на ближайшие сто лет. ᛟᚾ ᛗᚢᚦᚨᛖᛏ ᛁᚺ ᛬ ᛗᛃᚨᛊᚾᛁᚲ ᛈᚨᛚᚨᚦ ᛁ ᛖᚷᛟ ᛉᛚᛟᛖ ᛊᛖᛗᛃᚨ ᛬ ᛃᚨ ᚷᛟᚹᛟᚱᛁᛚᚨ ᛊ ᚾᛁᛗ ᛁ ᚹᛏᛟᚱᛟᛃ ᛞᚨᛚ ᛉᚾᚨᚲ ᛬ — Лгунья, — только и сказал Волшебник, впервые показав… злость. Когда они уходили, он оглянулся и увидел застывшего соляным столбом мальчика. Волшебник ушёл в глубины детского сознания, но не без последствий. Сначала он заплакал. Слишком громко, привлекая к себе внимание его родителей и всех вокруг. Раздирающий уши крик разнёсся по площадке. А после мальчик упал, потеряв сознание. Запись всего разговора отправилась в Чёрную Столицу. Местоположение очередного воплощения Волшебника определено. Он не понимал, зачем Ведьма прихватила с собой сюда свою Чёрную Свиту. Может, это проверка. Может, очередная насмешка над Волшебником. Бессмертные, прожившие тысячелетия, мыслят иными категориями. Старый легионер был не в силах разгадать смысл большинства поступков этой древней твари. Если бы Волшебник сказал «Да»… он был уверен, что всю бы Чёрную Свиту убили бы на месте. Его служба Ведьме подходит… к логическому концу. Они покинули город в этот же день. Странные события, охватившие Аталанту, прекратились. Казалось, всё вернулось на круги своя. Но вскоре начались ограничения: на еду, на применение Пыли, на другие жизненно важные ресурсы. Поползли слухи, что случилось нечто ужасное. Белый Инженер заперся в своей башне. Говорят, его дочь пропала — сбежала из города с любовником. Фульмита проникла в город. Отряды диверсантов, что чувствовали себя в Скрытом Городе вольготно. Начались диверсии, начались атаки, и Инквизиция столкнулась с потерей своих агентов. Немногие сереброглазые в этом городе из дипломатической миссии стали умирать. Пошли слухи, и в городе был введён военный режим, но это не помогло. А затем купол, который скрывал город от всего мира… растворился. Внезапная паника быстро сменилась ужасом, когда чёрный ветер накрыл собой всю Аталанту. Он проникал в людей, превращая их в гниль; поражал артиллерийские башни и турели, обращая их в бесполезные орудия. Некоторые здания рухнули, не выдержав напора чёрного ветра. Когда же ветер ушёл, выжившие не успели прийти в себя, как мощный артиллерийский обстрел из ракет и снарядов обрушился на город, превращая остатки обороны в труху. Орды Гримм нахлынули на Аталанту и её жителей бесконечной волной. А следом за ними пришли Белые Когорты, ведомые самим Ханом Белых Степей. Последней каплей, сломившей сопротивление защитников Аталанты, стали орды Мёртвого Разума — они неотвратимо шли в атаку плечом к плечу с легионерами. А затем вступил Титан… Его тень накрыла собой всё вокруг, а выстрелы превращали в руины целые забаррикадированные кварталы. Многие пытались бежать через портальные врата в другие Скрытые Города, но те захлопнулись ещё в начале вторжения Легиона, отсекая мёртвую конечность. Белый Инженер вышел на свой последний бой — против Хана Белых Степей. Он не был великим воином, а напротив него стоял уже не человек, а ветер, на минуту принявший чужую форму, чтобы сломать хребет своему кровному врагу. Хан не стал брать Инженера в плен, пренебрегнув возможностью создать новый Копирайтер. Он просто убил его, и быть может, вскоре Белоснежка получит голову младшего брата в качестве «подарка». И всё же кто-то сумел выжить в этом ужасе и бежал в Дикие Земли Северного Сануса. Их доля была бы незавидной — ведь бродячие Гримм и осколки Великой Чумы уже учуяли потоки негативных эманаций. Гибель казалась неизбежной, если бы не маленький мальчик. Он провёл тысячи беженцев сквозь негостеприимные земли, мимо осколков Чумы и через территории, кишащие чернокровными племенами. Мальчик умер, когда они достигли земель Вейла, истратив все свои силы. Так зародилась легенда об Аталантском Чуде. Судьба Белой Кисточки и Книжника была ему неизвестна. Ведьма отпустила их, и они бежали из Аталанты в неизвестном направлении. Над Вейлом вознеслась башня, затмившая собой весь город. Долгожданный проект, который Инквизиция так тщательно оберегала от Фульмиты, наконец, раскрылся. Повелители Легиона с ужасом осознали, что всё это время враг возводил Серебряный Астрономикон. Его сияние способно окутать не только Вейл, но и весь Северный Санус. А возможно, породит чудовищную серебряную вспышку, которая разнесётся по миру и уничтожит всё и всех, в ком течёт Чёрная Кровь. Остались считанные годы, а то и месяцы, до завершения этого проекта. А тем временем… в Вакуо снова засиял Чёрный Камень. Это сияние, вопреки воле самих сектантов, начало притягивать к себе все разбросанные по миру осколки Великой Чумы. Сектанты Чёрного Камня свято полагали, что в недрах камня томится их великий бог — тот, кто поразит последнее Бедствие и воздвигнет новый порядок. Но они стали жертвой жестокого обмана. К ним явился Он, приняв обличье Палача, которое Отец Чёрной Крови носил ещё до того, как обратился в Первого Чернокровного. Благородная внешность Первых Людей Изумрудного Леса, что люди никогда не знали и не могли бы вспомнить. Он назвался Сломанным, великим героем и Несущим Победу. Белый плащ струился за его плечами, и в руке он сжимал меч из синей стали, имя которому было Жёлтая Смерть. Сломанный легко опутал сектантов ложью, играя на их отчаянии и гордыне. Но этого ему показалось мало. Говорят, он соблазнил многих воительниц из древней вакуанской семьи рейнджеров Серых. Лишь много позже, когда от сияния Чёрного Камня не осталось и следа, сектанты поняли горькую правду. Тот, кому они поклонялись и доверились, оказался Злым Семенем. *** Мотоцикл взревел и, подпрыгнув на лежачем полицейском, вкатился на парковку. Внутри мотоцикла, в сплетении проводов и пластиковых панелей, затаился Гримм. Гейст, чья белая маска теперь походила на безобидный брелок для ключей с зеркальным покрытием, не подавал признаков жизни. Когда-то его Воля едва удерживала Дитя Ночи на коротком поводке, но теперь, окрепнув после нескольких месяцев, она позволяла контролировать чудовище за много кварталов. — Новый мотик? — Спросил охранник парковки, отлично знавший человека, чей облик принял Трижды Предатель. «Офрид Фальс» жизнерадостно кивнул, и иллюзия соткала образ веселой улыбки. — Да, старый уже достал, совсем забарахлил. Вот и решил взять новый. А ты как, дружище? Не надоело еще в ночные смены горбатиться? — Да пока платят хорошо, я тут уже прописался. Ладно, давай: у тебя смена через пятнадцать минут. Если что — сюда заехал сам большой босс, так что ты особо не расслабляйся. — Это кто? Неужто сам Главнокомандующий? — Не-а, Корона, мать её, и собственной персоной Эрик Винчестер. Может, проверку устроить решил. Так что, сам понимаешь… он тот ещё педант, от слова «пидор». Лорд-Призыватель не стал отменять задание из-за Булавы в Топорном Доме. Здороваясь с коллегами, прибывшими на ночную смену, «Офрид Фальс» вошёл в главный военный центр Вейла, неся в руках свой чемоданчик для перекуса. СЕРЕБРО? Я… НЕ УМРУ. Положив чемоданчик, Трижды Предатель спокойно прошёл через металлодетекторы. Затем у него проверили сетчатку и отпечатки пальцев. После этого — аурную проверку с помощью прибора. Его иллюзии обманули все эти примитивные датчики, ещё не достигшие уровня технологий Вечной Войны. В отличие от остальных призывов, он оставался слепым пятном, кажущимся простым гражданским без ауры. Сломанные Мечи и лично Человек с Сияющими Глазами долго готовились к этому проникновению. Они нашли самого подходящего для этого человека — Офрида Фальса, который сейчас крепко спал под неусыпным контролем бывшего убийцы короны, Страшного Котёнка. Всё было изучено: повадки, привычки, знакомства, которые у этого человека имелись в Топорном Доме. Весь план расписали в мельчайших деталях, и Трижды Предатель до сих пор помнил, как Человек с Сияющими Глазами долго «мучил» легионера всеми подробностями, проверяя его снова и снова. ОТЕЦ… МАТЬ… СЁСТРЫ? ВЫ МЕНЯ СЛЫШИТЕ?! Трижды Предатель направился на своё «рабочее место». Офрид Фальс — всего лишь один из многих помощников главы отдела кадров Топорного дома. Фигура незначительная, а значит, мишень лёгкая: за такими государство не устанавливает плотную слежку. Он шёл по бесконечным коридорам, и через огромные залы, похожие на военные штабы. На стенах, поверх бумажных карт, иссечённых пометками и красными кругами, громоздились новые, современные голографические проекторы с полной картой Вейла и его границ. Мерцающие панели отбрасывали на лица людей призрачные голубые блики. Вокруг суетились военные чиновники и отставные офицеры с нашивками. Они вглядывались в доклады, летящие с границ: сухие цифры, координаты новых стай, сводки о перемещении. Не прекращая работы, офицеры пересылали срочные запросы — то в Гильдии Охотников, то в крепостные гарнизоны. И среди всей этой лихорадочной военной машины он продолжал свой путь. Топорный Дом никогда не спал. Он работал и днём, и ночью. ПЛАЩ?! ТЫ НЕ УМРЁШЬ! ЛЕТО…?! ЭТО... МОЙ… СЫН? Ему пришлось имитировать кипучую деятельность, едва он переступил порог «своего кабинета». Он изображал, как сосредоточенно водит курсором по пустым таблицам, как устало трет переносицу над скучными отчетами. Затем был фарс с разговором с начальником: пустые фразы о новых технологиях Атласа и синергии ауры с ними, которые тот метал в пространство с важностью жреца Палача. Он слушал и механически кивал, когда «коллеги», сытые, пахнущие дешевыми духами и засохшей обидой существа, пересказывали слухи, выворачивали наизнанку свои бытовые проблемы и взахлеб делились курьезными случаями из отпуска в Вакуо или Атласа. Он вежливо отказывался от кофе, прекрасно понимая, что его природа будет обнаружена, как только он сделает первый глоток. Это было смешно. Эти люди обитали в своих маленьких мирках. Они свято верили, что вселенная вращается вокруг их кредитов и анекдотов, не подозревая, что большой мир не спит. Они не чувствовали, как Тень Великой Чумы накрывала их души, как небеса превращаются в гнойный струп. Не видели бесконечные орды существ с белым хитином, и жвалами, способными перекусить рельсу как макаронину. Они не сражались с Мёртвым Разумом — квинтэссенцией электричества и злобы, чьи роботы-сборщики, похожие на пауков, хватают замешкавшегося человека, впиваются в виски тонкими иглами и выпивают его ауру до самого донышка, оставляя лишь быстро гниющую оболочку. Они никогда не видели Титана — великана, чьи пальцы толщиной с вагон поезда, а выстрелы из вмонтированных в плечи орудий сносят целые армии и флоты. Они, обитатели столицы, привыкли считать Гримм всего лишь рядовой угрозой — досадной, но знакомой, что копится себе за стенами, во внешних землях. Прорыв остудил их самоуверенность, вогнал новый страх, но истинного понимания не дал. Никто не понял главного: бездонные океаны и солёные моря, чёрные реки в глубинах, подземные гроты… там древние Гримм, что дремлют под великими маяками, вмурованные силами рудеев, все они лишь ждут часа, когда рухнут силы сереброглазых. Когда Проклятье Тёмного Брата, да разразит его смерть девятнадцать и ещё раз, разорвёт вековые оковы и толкнёт эту тьму единым валом на уничтожение человечества. Это иной мир. Здесь нет Палача с Мечом, чья поступь ломала прежние порядки, не течет Чёрная Кровь из вен и не идёт ровной, неудержимой шеренгой ввергающий весь мир в ужас Легион. Но здесь продолжают играть в свои старые драмы. Волшебник и Ведьма бросают в топку миллионы судеб. Люди для них — лишь фигуры на доске, податливая глина для взращивания героев и чудовищ, пущенных на убой ради одного-единственного, мимолетного подвига. ВОЛШЕБНИК… БУДЬ ТЫ ПРОКЛЯТ СНОВА! ВЕДЬМА! УБЬЮ! РАЗОРВУ! СЛОМАЮ! Палача называют Богом. Но для него, чьи глаза всё ещё помнят его лик, это был человек. Чудовище, рождённым последним хрипом мальчика, который когда-то мечтал просто жить и стать охотником. Этот человек не был героем и пророком. Он был сломан — физически и духовно, раздавлен чередой интриг и жестокости, став ещё одной цифрой в статистике Вечной Войны Волшебника и Ведьмы. Очередная потенциальная пешка, которую списали после хода. Но вопреки всему, эта жертва не канула в Лету, как тысячи до него. Палач оказался жесток и бессмертен в своей ненависти. За свою недолгую жизнь он пролил реки крови и вражеские, и свои собственные, такие широкие, что любой полководец или тиран показался бы на их фоне пересохшим ручьём. Он был Мечом, который срубил прогнившие скрепы этого мира. Он разорвал оковы, вырвал кляп из глоток людей и показал им Откровение. Кто он такой, чтобы судить Палача? Когда он сам уже по локоть в крови, ему ли судить чужие поступки? Ему ли, кто собственными глазами видел тот кошмар, что хранится в стенах Туманной Крепости, читать мораль? Там, где воздух пропитался от страданий и криков умирающих, где камни проелись предсмертным страхом насквозь, он был там. И он знает цену колебаниям. Палач был прав. Палач не лгал. Пусть Ремнант пылает! Пусть языки пламени лижут небо, пусть чёрные корабли закроют солнце, а пепел падает хлопьями — до тех пор, пока эта чума, эта зараза не выгорит дотла. Ни единого семени, ни одного ростка, чтобы болезнь не вернулась. Пусть мир поглотит Кровавый Саван. Пусть люди, наконец, сами решают свою судьбу. Даже если это решение — сгореть заживо. Это будет их выбор, а не дар свыше от двуличных богов. Тень ли он Подобия или человек, вознёсшийся после смерти от глаз Святой… неважно. Он признаёт его. Принимает его цели. Это будет его Бог — беспощадный, но справедливый. Я… НЕ УМРУ! Я НИКОГДА НЕ УМРУ, ТЫ СЛЫШИШЬ! Я ОТОМЩУ! ЗА ВСЕХ! ЗА КАЖДОГО! — Перерыв! — С облегчением выдохнули все, кто его окружал, — Офрид, ну что, пошли? Расскажешь, как у тебя дела с той чикой из клуба? — Чуть позже. Я что-то… — он запнулся, провёл ладонью по «лицу», — сильно устал. Трижды Предатель не смотрел вслед, когда люди шумной толпой выкатились в столовую, и кабинет опустел. «Офрид» остался сидеть, уронив руки на стол. Только когда пришёл мысленный приказ Лорда-Призывателя, он медленно поднялся, взял чемоданчик, который никто никогда не видел открытым, и бесшумно исчез за дверью. *** Он отправил Пуговку на Неверморе с наказом как можно быстрее добраться до условленного места в одном из лесов, где был спрятан аэромобиль. Там, применив своё Подобие, она должна была попасть в ставку Хана Белой Степи — тот всё ещё оставался в руинах Аталанты. — Скажешь ему моё имя. Передашь, что я принимаю тебя в свой род. С ним будет Неугомонный, мой кузен. Он даст тебе приют. — А ты не полетишь со мной?! — Спросила у него Пуговка. — У меня ещё есть незаконченные дела. А теперь лети! Время не ждёт. — Я увижу Белые Степи… — радостно воскликнула Пуговка, — и мы будем там жить! — Обязательно, — он улыбнулся, — до встречи? — До встречи! Отправлять Пуговку на Гримм было риском, зная, что Ведьма была способна контролировать Детей Ночи на сотни, а то и тысячи километров на зависть самым старым из призывателей. Но сейчас старая сука заперлась в очередных руинах очередного павшего королевства Северного Сануса и редко призывала кого-либо из своей Чёрной Свиты. Ею овладел страх. Страх, который вселил в неё Злое Семя и его неведомые планы. Было ясно, что сын Палача оставался для неё загадкой, которую она не могла прочитать, в отличие от людей в былые времена. И вот новости о падении Аталанты дошли до Ведьмы. Древняя тварь, конечно же, соединила точки и призвала его к себе. Когда он поднимался по ступеням и остановился в двадцати шагах от Ведьмы, перед ним собралась вся Чёрная Свита — жалкие остатки, пережившие встречу с Его Богом. Падшая Осень облокотилась о колонну с левой стороны, не скрывая ухмылки. Всезнайка с другой стороны сохранял бесстрастное лицо с Копирайтером в руках, и невозможно было понять, что таится в его зелёных глазах — они напоминали ему о другом человеке. Дегустатор поднёс ей новый бокал, наполненный вином. Ведьма предпочла не сидеть на троне, а стоять в центре зала. Кубик замороженной Чёрной Крови уже растворился в вине. Ровно девятнадцать капель. — Ты, наконец, соизволил прийти, тургус, — произнесла Ведьма, покачивая бокал в руке, — знаешь, зачем я тебя вызвала? — Не имею возможности знать, Ваше Величество, — ответил он, заметив, как Всезнайка держит руку на топоре, а Осень оттолкнулась от колонны, — я вас чем-то расстроил, Ваше Величество? Ведьма посмотрела на него долгим, испытывающим взглядом. Но он не дрогнул. Не сейчас! Улыбнувшись, Ведьма поднесла к губам свой бокал вина. А после остановилась. Всё содержимое бокала выплеснулось на каменный пол. Дегустатор побледнел. Он понял что его каким-то образом обманули, и за эту ошибку он заплатит. Иллюзии тургуса умели обманывать даже чувства, и Дегустатор до конца думал, что испил настоящее вино, а не фальшивку. — Ты думаешь, я не почувствую эту дрянь в бокале? Ты хочешь, чтобы я испила Его Крови? Чтобы слушать этого Дурака вечность? Это был самый слабый вариант. Значит, Ведьма способна ощущать Чёрную Кровь. Доспехи записали эти данные. — Когда ты явился передо мной, неся в своём теле эти жалкие магические подделки, ты рассчитывал, что я не разгляжу твою душонку, пропахшую Его Злобой? Мне было забавно наблюдать за твоим презрением и ненавистью. Но ты держался. Ты прослужил мне три года. Ты предал трёх своих хозяев. Цифра три — определённо твоя. Трижды Предатель. Значит… Ведьма с самого начала знала и видела его душу насквозь. Это было старое подозрение, ещё с первой встречи. Все эти провокации, проверки, интриги. Она постоянно держала его рядом и, видимо, ждала, когда же он попытается напоить её Чёрной Кровью. Ждала момента, когда он разоблачит себя, отправив сообщение. Он улыбнулся под шлемом. Он пришёл сюда в полном боевом облачении. Но понимала ли она, что всё — каждое слово, каждое движение, всё её «Великое Путешествие» — записывается и мгновенно отправляется в Чёрную Столицу через его обычные на вид доспехи, которые её слуги столько раз проверяли и ничего не находили? Знала ли она, что за ней постоянно наблюдают? Оттуда, откуда она не могла даже представить — с космоса. Нет, она бы убила его сразу, если бы знала. Он обманул Ведьму. Нет. Легион обманул эту суку, которая привыкла полагаться только на свою проклятую магию. — Ты веселишься? — Ведьма увидела это. Он выпрямился во весь рост. Больше не придётся преклонять колени перед теми, кто никогда этого не заслуживал. Сейчас сюда летят чёрные корабли Легиона — они везут целые Когорты и боевые отряды Фульмиты. Возможно, сам Злое Семя с двумя Девами и Мёртвый Разум, обладающий силой Зимней Девы. — Фульмита благодарит тебя за службу, Ведьма, — только и сказал он. Ты оказала Легиону неоценимую услугу: столько информации о твоих культах и об этом мире! Благодаря тебе мы уничтожили важного союзника Вейла. Мир изменился, Ведьма. И ты в нём — лишь бесполезный придаток, гадкий корень, из которого произрастает всякое зло. Люди больше не пешки. Теперь люди — игроки. Ведьма молчала. Вглядывалась в его душу, пытаясь уловить ложь. Медальоны, тщетно пытавшиеся защитить его, говорили об этом своим нагревом. В её глазах он увидел проблеск ярости. В его руках появились криогенные капсулы с Чёрной Кровью. Бросок и они падают рядом с Ведьмой. Микровзрыв разрывает капсулы, превращая жидкость в расширяющийся конус. Резкий перепад давления обращает её в туман, который мгновенно охватывает всё помещение и оседает микрокаплями. Ведьма успела — барьер окутал её тело, и она подлетела на несколько метров ввысь. Падшая Осень мгновенно закрылась огнём своего Подобия, ореолом, испаряющим любую влагу. Всезнайка каким-то образом натянул защитную маску, закрывающую рот, глаза и дыхательные пути. А остальные? Он увидел, как некогда чистое лицо Дегустатора мертвенно побледнело, а глаза налились кровью. Как остальные слуги принялись царапать себе лица, чувствуя, как Палач проникает в их разумы, ломая волю слуг Ведьмы. Его Бог был здесь. С ним. Из разверзшихся Чёрных Ям хлынули десятки чёрных рук, пытаясь схватить его. Но меч из синей стали рассекал их с невероятной лёгкостью. Он ощутил, как телекинез стиснул его мёртвой хваткой, однако внутри вскипела Чёрная Кровь, вспыхнула чёрная аура и под её напором тяжесть доспеха с огромным трудом превозмогла эту силу. Ему нужно двигаться, не стоять! Он превратился в один стремительный, сверхскоростной мазок, не давая времени вновь «схватить» и со всей силы обрушился на барьер Ведьмы. Барьер треснул, но трещина быстро исчезла. Падшая Осень в ту же секунду направила в него бушующий вихрь огня. Однако она ударила лишь по иллюзии, которая рассеялась перед барьером Ведьмы. Он уже бежал на сверхскорости к Всезнайке, быстрее, чем пол под ним нагревался и падал. Десятки, сотни каскадных, наложенных друг на друга иллюзий обрушились на зал, создавая множество ложных образов, едва уловимых смещений и ловушек. Всезнайка распознал их всех своим Подобием и отбил удар топором. Меч столкнулся с топором и расколол его часть, не выдержавшую вложенной ауры и силы Чёрной Крови. Чёрные руки пытались схватить его, призванные Ведьмой Гримм набрасывались на него со всех сторон. Весь зал поглотила бешеная пляска огня, льда и ветра — магия Ведьмы бушевала вокруг него, пока он пытался убить Всезнайку, но тот каждый раз умудрялся ускользнуть. Всезнайка, сияя аурой, в очередной раз отпрыгнул, слишком вовремя. Проклятые импланты и модификации тела! Он вскинул руку и из неё вырвались разрывные ракеты, направленные прямо туда, где летала Ведьма. Однако возникшая плёнка магической энергии приняла весь урон на себя. Меч из синей стали полетел в Падшую Осень, которая продолжала пытаться осыпать его огнём своего Подобия. А затем он «схватил» Гримм изнутри — заставил её вцепиться себе в грудь. Всего лишь лёгкое касание волей, и тварь зашевелилась. Летящий в сторону застывшей Осени меч застыл в воздухе и упал, потеряв инерцию. Там, где он только что стоял, из пола рванулись древесные лианы, пытаясь опутать его, но он успел сделать перекат, оставив на прежнем месте иллюзорный след. Но чёрная рука схватила и задержала на миг. Мощный поток огня, выпущенный Ведьмой, обрушился на него. Аура мгновенно встала защитой, принимая весь удар на себя. Опаляющий жар был настолько сильным, что огромный резерв ауры почти полностью истощился всего за четыре секунды, упав до тридцати процентов. Он рванулся назад, со всей силы дёрнув ногой и раздирая чёрную хватку. Жар добрался до тела, но доспехи выдержали, справившись со своей задачей. Секундная заминка противника — слишком много для него. Он выхватил болтер и выпустил целую очередь ракет прямо в барьер Ведьмы. Пило-меч в другой руке запел. Никакой надежды на победу не было, даже, несмотря на всю его силу и опыт. Враг бессмертен и могущественен. Ему нужно лишь задержать их — пока сюда летит Легион. — Мой Бог пришёл! Так испей же Его Крови! — Крикнул он, когда враг остановился, чтобы перевести дыхание от взрывов. В ответ в него полетела каскадная волна из всех стихий, какие он только знал. Сенсоры в боевом режиме взвыли, предупреждая об огромном всплеске магической энергии. Сегодня он умрёт. Но он будет сражаться там, где Зло неистребимо. *** Вересковый Отдел скрывался под землёй Топорного Дома, затерянный среди бесконечных коридоров и архивов. Трижды Предатель проник внутрь, миновав камеры, сигнатуры и охрану. Он знал здесь каждый метр — благодаря предателям среди «мёртвых» шпионов и бывших руководителей Короны. И вот он, прозрачной фигурой, замер перед железной дверью, ведущей в целый архив государственных тайн и спрятанных приказов. Хотя Трижды Предатель был уверен, что настоящие секреты, вроде разработки первых клонов, хранятся лишь в умах её правителей и Волшебника. ПУСТЬ ВСЁ СГОРИТ! Теперь самое сложное и опасное. Открыть дверь, которая при открытии сразу выдаст сигнал об открытии, и сделать это так, чтобы камеры не зафиксировали этот момент. Он вызвал нескольких Гейстов, вселяя их в камеры. Старый трюк Фульмиты, быстро ставший бесполезным, когда враг научился ему противостоять. Но эти враги… не были готовы к такому. Когда Гейсты вселились в технику и стали направлять камеры по его приказу туда, куда нужно, он вновь вызвал Гримм. На этот раз более специфичного. Вызов, что раньше был для него просто невозможен. Из Чёрной Ямы вылезла рука. Маленькая, щуплая — она мгновенно ухватилась за край плотной плитки, вырываясь наружу всем своим мелким телом. Острые игольчатые зубы обнажились в улыбке. Большие глаза, сияющие красным из-под костяной маски, и широкие уши, покрытые чёрной шерстью. Призыватели, как и все чернокровные, всегда испытывали трудности с вызовом некоторых видов Гримм. А таких Гримм, как этот, могли вызывать только женщины и только те, кто пережил первые роды. Гремлин. Детожор. Подойдя к двери, он вызвал Шифтер — устройство для взлома. Тонкие усики проникли в механизм, быстро «убивая» все датчики и отсекая все провода, которые могли бы выдать сигналом открытие двери. К сожалению, Шифтер не мог открыть дверь, запертую с той стороны механическим засовом. Затем он приказал Детожору проникнуть внутрь и открыть дверь изнутри. Гремлин уставился на него, потом перевёл взгляд на дверь. Его красные глаза ощупывали железную поверхность, выискивая любую щель — хотя бы миллиметр, куда можно было бы «протиснуться». И он нашёл. Через минуту Гремлин открыл дверь изнутри. Трижды Предатель вошёл, закрыл за собой дверь и раскрыл свой чемоданчик, выпуская Любопытного Кота, скрытого иллюзиями под слоем законсервированной еды. Когда охранник осматривал чемоданчик, он по привычке увидел то, что видел на протяжении многих лет, и не стал лезть дальше. Ожидаемая небрежность с небольшим риском — Кота бы быстро «вызвали» обратно, откуда бы он ни пришёл. — Грубо! — С нотками оскорблённой гордости произнесло это неведомое существо, когда он вывалил его из чемодана. Камер внутри не было. Вплетённые в стены ауро-сигналки молчали, не почувствовав Кота и Трижды Предателя. Лорд-Призыватель, неотступно следящий за происходящим через Трижды Предателя, огляделся, беря под контроль призыв. Любопытный Кот принялся бегать вокруг Гремлина, который подпрыгивал легкими скачками, словно ребёнок, ожидающий похвалы. Кот даже повалил его на пол и принялся лизать уши, но Трижды Предатель оборвал веселье — наступил на Детожора и отправил его обратно к Тёмному Брату. — Злой. Существо стало искать то, что было нужно охотникам. Его кошачье тело бегало по архивам лёгкой трусцой, пока Трижды Предатель, уже не ощущая, что за ним следит Лорд-Призыватель, сделал несколько осторожных шагов к одной из полок архива, где располагались кучи бумажных документов. [Изучение Пространственной Пыли — определение вероятности влияния аномалии] Как он и подозревал. [Расколотые Холмы] Значит, Безголовый Всадник был известен Волшебнику и его своре. Он бы не удивился, если бы об этом знали и культисты, пытаясь понять, что это такое. Всего лишь тень великого воина, не признавшего своё поражение от Ведьмы. [Инцидент в Гленко] Очередная схватка между Культом и Озлюминати, спрятанная от людских масс? [Изучение Спокойного Моря на факт спящих древних Гримм] Если бы они только знали… [Арквильское Чудо] Он прочитал последнее. Ему стало интересно: какое чудо имеется в виду? Он никогда не слышал о подобном. Быстро проглядев первую страницу, пока Лорд-Призыватель продолжал мучить Любопытного Кота, разыскивая нужный документ среди тысяч и тысяч одинаковых папок, он удивился ещё больше. Разве Арквиль не подвергся массовому вторжению орды Гримм с юга во время Великой Войны? Тогда многие жители Арквиля погибли, защищая его. Сам Ледяной Мясник прибыл, чтобы поразить Гримм-Титана, который привёл эту орду. Десятки тысяч арквильцев после изгнания семьи Палача в Мистраль покинули родной город и последовали за бывшими лордами, проклиная Короля-Воина и тех, кто остался. Что это за Рыцарь, что уничтожил всю эту орду? Очередная неизвестная переменная или чьё-то намеренное вмешательство? Что за подлая тварь вмешалась в нити Судьбы? Может именно эта подлая тварь и убила Палача с Последним Потомком? Уничтожила Легион в зародыше? Может Гусиное Перо тоже уже мёртв, вместе с Лето и Железноногим. Странный Дурак… УБЕЙ! Голос Палача стал сильнее, и от силы его голоса он на мгновение покачнулся, иллюзия пошла рябью, но он быстро вернулся к прежнему виду. Любопытный Кот нашёл то, что искал и Трижды Предатель последовал за ним, увидев связанные в стопку многочисленные листы. [Секретно] [Приказ № 11488/ов] Он раскрыл первые листки, и бронированные пальцы заскользили по печатным строчкам. Лорд-Призыватель увидел всё, что хотел: печати, имена, директивы и замечания. Увидел и приказал убрать документы в чемоданчик. Следом пошли другие бумаги, нужные охотникам: инцидент в Гленко, Гора Гленн и прочие заметённые под ковёр преступления Совета Вейла, Озлюминати и культов. Любопытный Кот исчез, а Трижды Предатель отправился прочь отсюда, заметая за собой некоторые следы. Гейсты были оставлены в камерах — пусть Озлюминати ловят невидимых «культистов» в городе, думая, что у них появились новые трюки. *** Опалённые доспехи, покрытые трещинами и прожжёнными дырами. Аура иссякла окончательно. Руки раздроблены, всё тело горело от невыносимой боли — телекинез сжимал его в тисках. Сенсоры давно заглохли, сигнал из космоса перестал поступать. Ведьма улыбалась, глядя на него. — Неплохо. Ты определённо достоин встать в ряды тех, кто заставил меня потратить больше сил, чем нужно. Но ты умрёшь — как и все храбрецы до тебя. Даже Злобоглазый, которого ты чтишь богом, не смог меня убить. Сколько он продержался? Две минуты? Три? Успеет ли Легион, пока Ведьма тешится, не зная, что за ней уже идёт целая армия? Он собрал последние крупицы воли. Чёрная Кровь внутри вскипела, и он «нащупал» Гримм внутри Падшей Осени. Пусть эта культистка сдохнет. Но когда его воля обрушилась на Симбиота, он ощутил внутри Дитя Ночи волю Ведьмы. Тысячелетия опыта против жалких десятков лет. Тургус мгновенно проиграл. Телекинез сжал его, доспехи вдавились в тело, и он умер. Последнее, что он увидел перед смертью — взметнувшийся топор. Во тьме на него взглянули красные глаза. *** Когда он вошёл в свой «кабинет», резко остановился. Чемоданчик упал на пол. — Ты чего, Офрид? Куда ушёл? Тебя начальник ищет, хочет спросить про твою работу. Трижды Предатель не слушал. Он увидел нити, что тянутся от него куда-то далеко — туда, где сидел чистолицый ублюдок, контролирующий его. Лорд-Призыватель внутри замешкался. Призыв почувствовал приказ: продолжать играть роль. А после… Что-то выкинуло Иксора Риддла прочь из его же призыва. Кто-то. КОМУ ТЫ СЛУЖИШЬ? РАЗВЕ ТЫ РАБ? Нет, Палач. Я твой воин. ТЫ ДАЛ КЛЯТВУ! ТЫ ПОМНИШЬ ЕЁ, ТРИЖДЫ ПРЕДАТЕЛЬ? Убить Ведьму. Убить Волшебника. ТАК УБЕЙ! УБЕЙ ИХ ВСЕХ! УБИВАЙ, ЖГИ И РЕЖЬ ВСЕХ, КТО СЛУЖИТ ИМ! ТАКОВА МОЯ ВОЛЯ! ТАКОВА ТВОЯ КЛЯТВА ПЕРЕДО МНОЙ! И БУДЬ СВОБОДНЫМ! Нити, блеклые и уже истончившиеся, оборвались — словно кто-то перерезал их ножницами. На их месте возникла новая, пульсирующая чёрно-красным, и вонзилась в него иглой. Он почувствовал необычайный прилив сил, которых его лишили. — Офрид, ты чего застыл как дурак?! Тебе плохо? Я уже полминуты до тебя кричу! Злоба наполнила его. Ложный образ покрылся рябью и развеялся, обнажая истинный облик Трижды Предателя. Вместо жалкого чистолицего человека — легионер, турмарх Белой Когорты, фульмитарий. [Активирован Боевой Режим] Подошедший к нему человек не успел даже отшатнуться от внезапной метаморфозы — бронированная рука метнулась вперёд. Хрустнули позвонки, и голова отделилась от тела, повиснув на лоскуте кожи, прежде чем упасть на пол. В левой руке уже оказался Вердикт. Одиночный снаряд превратил торс другого человека в кровавое решето — ошмётки мяса и костей брызнули в стороны, орошая стены. Оскулюм Карнифицис взревел следом. Женщина, только что закричавшая от ужаса, замолкла навсегда — зубья рассекли её от плеча до бедра, располовиненное тело развалилось в разные стороны с влажным чавканьем. Через двадцать секунд вокруг лежали только трупы. Коллеги Офрида Фальса были мертвы. Зашедший внутрь начальник отдела кадров Топорного Дома застыл с расширенными от ужаса глазами — его привлёк резкий шум. Громовой выстрел Вердикта превратил его голову в разлетевшиеся куски. Он уставился на свои руки. Сила… да, сила вернулась. Но не вся. Что-то мешало Трижды Предателю ощутить всю полноту Чёрной Крови — мешало его странное тело, сотканное из ауры. Фульмитарий оглянулся на камеры, что следили за ним, затем перевёл взгляд на теперь уже бесполезный чемоданчик с грязными секретами Волшебника. Весь Топорный Дом заревел единым, пульсирующим сигналом тревоги. Чёрные Ямы разверзлись вокруг него, извергая Гримм наружу. У него было много работы. *** Красные глаза взглянули на него. И он почувствовал, как чьи-то руки вырвали его прочь из холодной тьмы. ЧТО МЕРТВО — УМЕРЕТЬ НЕ МОЖЕТ! Он услышал собственное дыхание — рваный выдох человека, который только что ожил. Тело больше не помнило боли. Оно стало сильнее и крепче. Зрение включилось резко и первое, что оно выхватило, — отделённая голова Ведьмы. Срез был идеально ровным — топор Всезнайки не марался. Сама голова с белыми прядями, уже начала привычное движение обратно к шее, но наткнулась на невидимую ранее преграду. Между ней и телом выросла ледяная плоскость. А в руке агента Инквизиции белел вырванный клок волос. — Инквизиция благодарит вас за Копирайтер и биоматериалы, Ведьма. Всезнайка улыбнулся и исчез портальной вспышкой. Артефакт? Чьё-то Подобие? Неважно. Голова Ведьмы уже начала ломать сотворённую плоскость, вот-вот возвращаясь к прежнему облику, а он в этот миг успел «схватить» Гримм, что таился внутри Падшей Осени. Та, измученная от схватки и ошеломлённая от предательства Всезнайки, встрепенулась и застыла. Гримм-паразит рванулся вверх, наружу и из женского горла вырвался полный боли крик. Он тут же захлебнулся другим: воплем самого паразита, который прорвался на свободу и уничтожил все внутренности культистки. Голова вернулась на место. Красные глаза застыли, полные бушующей ярости. Ведьму обманули. По-настоящему. Всезнайка оказался пронырой, скрывавшим истинные возможности своего Подобия и симулировавшим ложную преданность. Палач, он бы обнял его и назвал бы братом по духу, чтобы затем же задушить. — Букашки. Жалкие подобия настоящих людей… играете, обманываете, интригуете… грязные животные… По остаткам зала прокатился его хохот. Но насладиться им он не успел. Ведьма больше не сдерживала силы — её слуги были мертвы. Огонь поглотил всё вокруг. Он снова умер. *** Люди в панике выскакивали из своих кабинетов, спотыкаясь и разбрасывая бумаги веером с рабочих столов. Воздух разрывал истошный вой сирены, смешанный с криками паники. Солдаты из охраны Топорного Дома, с автоматами наизготовку и заряженными дробовиками мгновенно оцепили коридоры, выбегая из-за углов. В их строю мелькали несколько обученных ауро-пользователей. Гримм хлынули неудержимой волной, сотрясая пол и стены. Беовульфы, клацая костяными шипами об стены, врезались в первые ряды обороны: их когти рвали бронежилеты, как фольгу, разбрызгивая горячую кровь по кафелю. Тайджиту, извиваясь змеиными тушами и двумя головами, мгновенно заполонили узкие коридоры, сдавливая людей в переполненных тупиках; их гигантские пасти заглатывали неудачливых работников заживо, с чавканьем перемалывая кости. Урсы, проламывая плечами дверные проемы, вламывались в комнаты отдыха и столовую, где за мебелью тщетно пытались укрыться сотрудники, и мощные медвежьи лапы впечатывали людей в стены, оставляя на штукатурке кровавые разводы. Трижды Предатель бежал. Он рвался вперёд с такой скоростью, что люди, застигнутые врасплох, не успевали даже взвизгнуть. Их глаза расширялись от первобытного ужаса, зрачки сужались в точки, а тела намертво застывали. Чёрный Ужас — так называли это те, кто отказался пить Дар Палача, ибо их разум не мог вместить мысль о том, что закованное в тяжёлую броню чудовище движется с быстротой змеиного броска. Один взмах и тело охранника переломилось пополам, даже не успев упасть. Грянули выстрелы. Короткая очередь Вердикта и остатки тел солдат осели, скользя спинами по стенам Рывок и захват. Ауро-пользователь зажат в стальных тисках. Он дёргается, пытается вырваться, прожигая ауру сквозь мышцы, но хватка только сжимается. — Что ты такое?! Аура треснула, и рука была вырвана с мясом. Вердикт добил. Новые Чёрные Ямы разверзлись прямо в помещении, залитом кровью. Сквозь разрывы, шипя и завывая, вырвались Гейсты. По приказу Трижды Предателя они мгновенно вселялись в камеры наблюдения и скрытые турели, искажая объективы, ломая сервоприводы, выжигая электронику изнутри. Пока Трижды Предатель вычищал Топорный Дом от чистолицых, мысли текли сами собой. Глоток свободы проник в грудь — свежий и пьянящий. Но в тот же миг его захлестнули ярость и злоба. Охотники… Сломанные Мечи. Их цели благородны… Идиоты, что даже не понимают, с кем играют. Думают перехитрить Волшебника на его же территории? Они — жалкие букашки, винтики в механизме, которые внезапно заскрипели и задумались. Надо ломать! Ломать и переворачивать все правила! Не давать Волшебнику ни шагу, ни свободы манёвра! Загнать его в угол, выжечь дотла, уничтожить! И не слушать: он обманет. Каждое его слово — ловушка! Кто-то из них предаст. Кто-то отступится, испугавшись цены. Кто-то уже предал, поведясь на благородный облик древней твари. Тело в его руках затрепетало. Он разорвал его на части, психологически давя на толпу солдат. В него полетели ракеты, пули, гранаты. Но они полетели на ложный образ. Трижды Предатель уже оказался перед толпой. Теперь в его руке — меч-йолд из синей стали. Он заслужил крови. Ему нужно убить всех здесь. Внести сумятицу и беспорядок. Обезглавить военных Вейла. А после схватить Иксора Риддла и вызвать остальных. Отомстить за Палача и Хана. За всех! За каждого! Любой Ценой! И пусть Ремнант сгорит! Палач в его сознании захохотал. УБЕЙ! УБЕЙ ВСЕХ! Число девятнадцать было намалевано на стене кровью. Его Бог освободил его из рабства. Он достоин почитания. *** И вновь он восстал из мёртвых, глядя на Ведьму. ВСТАВАЙ! ДЕРИСЬ! УБЕЙ ЕЁ! Снаружи гремел бой. Корабельные залпы, вой Гримм, едва заметные серебряные вспышки. Легион пришёл, но вместе с ним прибыл и Белый Флот. Серебряная вспышка окатила весь зал. Красные глаза уставились на него из бесконечной холодной темноты. *** Он рывком отбросил безжизненное тело, и оно глухо ударилось о кованые перила лестницы, ведущей на первый этаж, и, ломая кости, покатилось вниз, оставляя на металле липкий кровавый след. Солдаты, засевшие на ступенях, открыли прицельный огонь: пули застучали по его доспехам, высекая снопы искр. В свете аварийных ламп замаячил тяжёлый пулемёт — его ствол уставился прямо в грудь, изрыгая крупнокалиберные пули. Это всё? Вот что они могут противопоставить сыну Злобы? Никаких имплантов. Генетических модификаций и экзоскелетов. Здесь нет мерзких сереброглазых выблядков. Как же эти жалкие чистолицые вообще смогли победить их в Пятилетнюю Войну? Нужно найти Святую. Убить её здесь и сейчас. Прорваться в тот дом, разорвать глотку клону, а заодно и их проклятому Отцу Клонов. Убить Инквизитора, Волчьего Лорда, Солнечного Дракона и других, пока семена, посеянные Волшебником, не проросли. Странный Дурак… Он найдёт его. Обязательно найдёт, кто бы он ни был! Гримм за спиной Трижды Предателя, рванули вперёд. Кто-то из солдат закричал от животного страха и бросился прочь, сбивая товарищей; кто-то остался, судорожно перезаряжая оружие. А потом он увидел вспышки ауры. Значит, в бой вступили силы посерьёзнее. Наконец-то. Он вырвался вперёд, на ходу сплетая иллюзию, просачиваясь сквозь толпу, не задев ни одного плеча. Вызов новых Гримм, чтобы внести новую сумятицу в толпу. Быстрый бег и вот уже перед ним мельтешит поток эвакуирующихся из Топорного Дома. Иллюзия, повинуясь воле, соткала знакомый образ — форму одного из бесконечных серых и безликих жителей Вейля. Он нырнул в толпу, изобразив испуг до мельчайших деталей. Фульмитарий проник в один из основных залов, где находилось хотя бы какое-то высшее командование. — Охотники уже на подходе! Сюда уже едут отряды Молота. — Вы выяснили, кто это вообще? — Не имею понятия, мистер Винчестер! Это… это диверсия! Возможно, объявление войны! Атлас, это всё Атлас! Белый Клык! Кто угодно! В здании Гримм! — Тихо! Юстас, пошли. Нужно его задержать. — Ты без оружия, Эрик. — Мне хватит карандаша. Он уставился на темноволосого и голубоглазого мужчину. Эрик Винчестер, глава Короны. Сенсоры не узнали его. Гудящий звук рога… А вот второго… [Анализирую. Ауро-пользователь. Личность: Беловолосый, агент Инквизиции] Юстас Айрови впился взглядом в мужчину, который внезапно замер посреди всеобщей паники. Что-то было не так: охотничье чутьё взвыло, предчувствуя неминуемую опасность. Ракета рванула прямо в Эрика Винчестера, стоящего спиной. Беловолосый среагировал мгновенно — резко дёрнул начальника назад. Снаряд врезался в компьютеры, и голографические экраны на стенах замигали, один за другим гаснув в хаосе искр и огня. — Огонь, мать твою, огонь, он здесь! Вновь обернувшись истинным обликом, Трижды Предатель перекатился, уходя от аурной вспышки Беловолосого. А в следующее мгновение его тело разделилось и в зале оказалось уже десять фульмитариев. Солдаты открыли огонь по мечущимся фигурам, но так и не могли понять, кто из них настоящий. — Эрик, я блять их не «чувствую»! Беловолосый бросился на иллюзии, уничтожая их одну за другой. В ход пошли мелкие предметы, напитанные Подобием главы Короны, — они вонзались в ложные тела и обращали их в воздух. Трижды Предатель рванул к Винчестеру, занося Поцелуй Палача для сокрушающего удара по ауре. Винчестер перехватил атаку простой указательной палкой и пило-меч заскрежетал по ней, разрывая пластик, но враг уже откатился в сторону, окутанный аурой, и вскочил на ноги с метательными предметами наготове. Винчестер вновь швырнул в него россыпь мелких предметов. Он отбил их пило-мечом, но клинок не выдержал и рассыпался. Мгновенно призвав прямой меч из синей стали, он заметил нового врага. Беловолосый, расправившись с последней иллюзией, врезался в него с разбега — их клинки скрестились в нижнем уровне, лязгнув у самой гарды. Агент Инквизиции начал рубить Трижды Предателя, целясь в сочленения брони, но тот каждый раз подставлял под удар синюю сталь, не давая понять, с кем сражается. — Два меча? — Спросил Беловолосый, в последний момент увернувшись от мощного удара, — на кой хер тебе два меча? Попытка задержать? — Один для культистов, — он выстрелил Вердиктом в Винчестера, нарушая попытку атаки, и тот уклонился, — другой для Озлюминати. Синий меч отозван. Ему нужно Оскулюм. — А эти Озлюминати и культисты с нами, в одной комнат… Пило-меч снова взревел в его руках, и Трижды Предатель бросился на Беловолосого. Тот, хрипло выдохнув, скрестил клинок перед собой, приняв рубящий удар — зубья пилы с визгом вгрызлись в сталь. Беловолосый отступил, поняв, что сталь слишком быстро крошится под напором двигающихся зубьев. Бывшие охотники — куда более интересные противники, чем простые солдаты и офицеры. Но он убивал охотников Вейла, убивал специалистов Атласа. Умрут и эти — стоит им только выдохнуться. Он чувствовал, как его сила продолжает бурлить в нём без устали, как Подобие и иллюзии ткутся бесконечно, будто его подключили к источнику бесконечной ауры. В зал ворвались охотники и неизвестные ему бойцы с нашивками М.О.Л.О.Т. Нужно поторопиться. Волшебник может прийти. Выстрелы уничтожили все источники света, полностью окутав штабной зал во мрак. Иллюзии заполонили всё вокруг: стены пошли ходуном, пол задрожал и начал проваливаться, десятки фигур, легионеров и простых горожан, заметались по залу. В полу вновь разверзлись Чёрные Ямы, и из них вышли Гримм — столько, сколько он сумел призвать в этот миг. Какое-то неведомое ограничение не позволяло выпустить целую орду. Из одной из Ям вылез Сенитавр — огромное насекомоподобное чудовище с раздутым чёрным телом, мощными клешнями и вздутым брюхом, полным ядовитой кислоты. Он возник прямо перед лицами ошеломлённых охотников и оперативников Молота и застрекотал. — Ёбанный врот… Он убьёт их всех. Во имя Палача. Тяжёлый хохот разносился в его сознании. *** Рука метнулась к горлу Ведьмы. Та, горя серебряным огнём и воя от боли, отбросила его мощной волной магии. Нечто тяжёлое обрушилось на него. Потом снова. И снова. До тех пор, пока аура вновь не иссякла, а тело не превратилось в раздавленное месиво. Он умер. И снова воскрес. Что-то потерял. Но теперь он сильнее и крепче. *** Вспышки выстрелов резали темноту зала, смешиваясь с росчерками разнообразного холодного оружия. Гримм умирали десятками, но в следующее мгновение из чёрных луж уже выползали новые Дети Ночи. Сенитавр исторг из себя едкую кислоту, залив ею пол и стены. Пол зашипел, стремительно плавясь и уходя вниз, стены потеряли целостность и начали проваливаться — даже земляная Пыль оказалась бессильна их удержать. В то же время две его клешни и две руки-мечи заметались с неистовой скоростью, вынуждая охотников кружиться волчками в смертельном танце. Они метались вокруг сегментированного монстра, осыпая Гримм снарядами всех мастей и сковывая его движения силой своих Подобий. Трижды Предатель кружился среди дюжины охотников, уходя от удара, перекатывался под стальным веером копий, вскидывал клинок в блок, когда сзади заносили молот, ударял и прятался среди иллюзий в темноте. Убийцы Гримм двигались единым механизмом: трое связывали его атаками с флангов, двое страховали со спины, а остальные, выждав мгновение, накрывали его двойными и тройными выпадами своих атакующих Подобий. И всякий раз, когда Трижды Предатель бросался в бешеную рубку, прорываясь к самому слабому звену, они, как по команде, уходили в глухую оборону. Он ударил с такой силой, что один из охотников отлетел к дальней колонне и рухнул в груду обломков. Вердикт выстрелил навскидку, но заряд встретил подставленный щит второго противника, заставив его содрогнуться всем телом. Трижды Предатель нырнул вниз, пропуская над собой огромную электрическую сеть: та со свистом распахнулась в воздухе, оставляя на стенах обугленные росчерки. В тот же миг с другого фланга в него вцепился выпущенный коготь — стальные пальцы вонзились в Чёрное Железо, замерли и с глухим хлопком взорвались, вырвав из аурной плоти осколок. Чтобы тут же восстановиться в исходное положение. — Это призыв! Меч вонзился в тело охотника, чья аура только что была выжжена выстрелом Вердикта — на сей раз клинок вошёл без сопротивления. Предатель дёрнул корпусом, поднимая труп как щит. Охотники на секунду замешкались. Кто-то выдохнул, и враг дрогнул. Он вновь открыл огонь — длинными, хлёсткими очередями, заливая зал аурными снарядами и пламенем. Гримм продолжали вылезать из Ям. Странное тело самого Предателя… не чувствовало усталости. Не ведало боли. Только одну правду. УБЕЙ ИХ ВСЕХ! Один из охотников решился применить своё пассивное Подобие. Он смог посмотреть «вглубь» Трижды Предателя. И красные глаза ответили ему, заглянув в ответ. УБИВАЙ! Охотник с ужасом отшатнулся, рвя ментальную связь. Короткая очередь Вердикта прошила ауру оперативника Молота. Последняя пуля вошла точно в грудь — враг рухнул, не вскрикнув. Но довершить задуманное не дали: сразу со всех сторон на него обрушился шквал ответного огня по его доспехам. Из его вокс-динамика вырвался сфокусированный звуковой удар, крик, впивающийся в уши и мозг. Охотники и охотницы отшатнулись, зажимая головы, но, превозмогая боль, не прекращали огня. Беловолосый уже подбирался сзади: аурной вспышкой возникнув за спиной, он пытался прервать крик, невзирая на резь в ушах. Он «убил» иллюзию. Трижды Предатель рванул вперёд, метнув труп с меча в одного из противников. Бронированное тело легионера обрушилось на упавшую охотницу. Попыталось. Но что-то изменилось. Голос Палача стих. А потом нить… нить исчезла и мгновенно сменилась другими, прежними, возвращая Иксору Риддлу контроль над ним. Лорда-Призывателя. Он дёрнулся назад всем телом, как марионетка у кукловода, и грохнулся на пол. «ЧТО ПРОИЗОШЛО? ТЕБЯ РАСКРЫЛИ?» «Подобие. Раскрытие. Бой!» Он почти не соврал... ни разу. Быстро перекатившись, уходя от попыток охотников схватить его, он почувствовал: тело стало… слабее! Всё та же раздражающая скорость улитки. Охотники перестали быть лёгкой добычей — они стали проблемой. Нужно бежать. «Чемоданчик?!» «Потерян. В кабинете». «Верни и Беги!» «Лорд-Призыватель, я не справлюсь. Враги слишком сильны» Гримм ещё отвлекали большую часть врагов. Темнота и растёкшаяся кислота заставляли охотников следить за своими движениями. Сенитавр пал, тяжёло ранив нескольких напоследок. Копьё, пущенное Эриком Винчестером со всей силы, вонзилось в легионера в тот миг, когда тот, укрываясь ложными образами, пытался вырваться из зала. Оно прошило его слабое тело, как бумагу, и с размаху пришпилило его к стене. Попытка вытащить копьё оказалась безуспешной — оно было слишком «тяжёлым». Под взглядами охотников, бегущих на него со всей скоростью, он рванул вперёд, сорвав своё тело с тяжёлого копья. А потом он почувствовал новый прилив сил — от нитей, тянущихся к Лорду-Призывателю. Дыра и вырванная полоса аурной плоти мгновенно заросли обратно, и он продолжил бежать — уже на второй этаж, используя все доступные возможности и исполняя приказ своего господина. В его руке возник малогабаритный огнемётный модуль, и тотчас ослепительно-оранжевая струя огня хлестнула вперёд. Пламя мгновенно лизнуло карниз, вспыхнули рамы, и густой чёрный дым заволок проход, ненадолго задержав преследователей. Лорд-Призыватель смотрел на всё произошедшее его зрением. На трупы людей, на кровавые разводы на стенах, на число девятнадцать, которое легионер намалевал в порыве резни. Через минуту чемоданчик был уже у него в руках, но теперь на него бежали по коридору охотники, зацепив его выстрелами. «Я с ними не справлюсь» «Беги» Новая порция ауры влилась в него горячей, пульсирующей волной — ещё больше, намного больше, чем прежде! Он мысленно воззвал к Гейсту. Гримм в мотоцикле, таился где-то в сотнях метров отсюда. Он ощущал его даже сквозь бетонные перекрытия паркинга. После резни Гейст вышел из-под контроля: наверняка уже раздавил охранников парковки, и сейчас его двигатель глухо рычал в ожидании хозяина. План сформирован. Оперативники Молота, и охотники остановились в десятках метров от него и стволы тяжёлых орудий, пулемётов и автоматов уставились на него. — Положи чемоданчик, сука! Его спина утяжелилась. Новое устройство возникло на ней, став единым целым. Устройство глухо клацнуло замками, и по его соплам побежали чёрные сполохи. Реактивный ранец взревел, подняв его на несколько метров ввысь. Он полетел вперёд стремительной чёрной тенью. Трижды Предатель пролетел над ними с такой скоростью, что они даже не попытались его остановить — только вскинули оружие слишком поздно. Весь коридор он преодолел за несколько ударов сердца, лавируя между размашистыми ударами и беспорядочными выстрелами. Чьё-то Подобие тянуло к нему свои неестественно прозрачные руки в виде крюков, но он уже вырывался к окну. Оно оказалось как раз по размаху крыльев реактивного ранца. Стекло взорвалось звоном и тысячей осколков, и он вывалился во внутренний двор Топорного Дома. Ранец пропал. Ночь уже стояла глубокая, но двор оцепляли со всех сторон: подъезжали всё новые отряды гарнизонных охотников, полицейские машины с мигалками, оперативники Короны. Он рванул с места, и следом из проёма вылетели преследовавшие его охотники. В тот же миг во двор ворвался мотоцикл без седока с рёвом выхлопной трубы. Из пустого транспортёра донёсся смех. Смеялся Гейст, удерживая невидимый штурвал изнутри. Мотоцикл резко, одним скользящим движением, вильнул в сторону Трижды Предателя, уворачиваясь от выстрелов уже в его сторону. Не сбавляя скорости, Трижды Предатель прыгнул на летящую машину с размаху, всем телом ударив в сиденье, и перехватил руль одной рукой — второй всё ещё мёртвой хваткой сжимал ручку чемодана. Мотоцикл мгновенно совершил мощный рывок вперёд, но не в сторону заблокированных стальных ворот и кордона. Туда, взвизгнув покрышками, устремилась очередная иллюзия. Трижды Предатель взял курс прямо на стену. Чёрные руки Гейста молниеносно удлинились вперёд. Они преодолели пятиметровую высоту одним плавным движением, зацепились за поверхность и силовым рывком вздернули мотоцикл с седоком вверх, перебрасывая через стену так легко, будто те ничего не весили. *** Он снова ринулся на Ведьму, но та уже пришла в себя. Серебряный огонь сошёл с её тела, последние куски плоти срослись. И он умер вновь. *** Мотоцикл врезался в ночной поток. Двигатель выл на грани человеческого восприятия, когда байкер-косплеер или охотник в пугающих чёрных доспехах прошивал перекрёсток на красный, игнорировал полосы, знаки и все правила дорожного движения. Редкие автомобили шарахались в стороны и их водители сначала возмущённо давили на клаксоны, но быстро замолкали, когда в зеркалах заднего вида вырастала процессия: клин сирен, ослепительное месиво синих и красных сполохов, чёрный конвой военных внедорожников. Сверху, роем железных шершней, примитивные дроны преследовали Трижды Предателя. Лорд-Призыватель не давал приказа вызывать Гримм, чтобы отвлечь погоню. Трус боялся Гримм в городе! Мотоцикл швырнуло в резкий, немыслимый на такой скорости поворот — в тёмную пасть мелкой улочки. Первая полицейская машина вцепилась колодками в диски с визгом, но инерция оказалась сильнее: её закрутило, и корма с хрустом встретилась с бетонным столбом. ТЫ БЕЖИШЬ? ТЫ ТРУС, ТРИЖДЫ ПРЕДАТЕЛЬ? ОСТАНОВИСЬ, И УБЕЙ ИХ ВСЕХ! Освободи меня, Бог Возмездия, и я убью их всех. Палач замолчал. Он вырвался из переулка, и снова оказался на широком, залитом неоном, проспекте. Свобода оказалась недолгой: из боковых ответвлений потянулись новые полицейские машины. Их созвали со всех концов огромного города, и теперь они стекались к одной точке, замыкая стальное кольцо. Мотоцикл рванул вперёд. Навстречу выкатились два чёрно-белых автомобиля, пытаясь встать живым щитом, бампер к бамперу. Но тургус не стал тормозить, просочившись между ними в тот самый миг, когда зазоры между машинами схлопнулись. Они пытались надурить легионера Белой Когорты? Полицейские, что спешились за броней автомобилей, чтобы выложить на асфальт шипованную ленту, отпрянули назад. Двое шарахнулись в стороны, третий споткнулся, выпустив из рук рулон «ежа». Препятствия так и остались лежать в багажнике, им не хватило секунды. Лорд-Призыватель неотступно следил за всем. Он не вмешивался, доверив всё Трижды Предателю — хорошо. Палач вернулся тяжёлым присутствием, но всё так же молчал. Погоня не прекращалась ни на мгновение. Он пронзал очередной широкий проспект, когда воздух над мостовой дрогнул от знакомого дробного цокота. Прежде чем кто-либо успел среагировать, из бокового проулка вылетел Зелёный Рыцарь. Рыцарь врезался в первую полицейскую машину всем телом своего скакуна. Первая машина сложилась гармошкой и встала поперёк проспекта. Вторая, не успев затормозить, вгрызлась в её корму. Третья — в неё. Четвёртая завизжала резиной, но инерция оказалась сильнее, и эстафета столкновений прокатилась по всей колонне. — Вы рыцаря задержали! Вызываю вас всех на дуэль! — Какая нахуй дуэль?! Стой, сука! Зелёный Рыцарь не ответил, ускакав дальше и вызывая на себя часть погони из побежавших за ним полицейских. Растекаясь по проспекту, появились мотоциклисты. Четверо… Пятеро. Восемь! В кожаных куртках, с глухими шлемами, они настигали его с лёгкостью, а в вытянутых руках уже поблёскивали глушителями короткоствольные пистолеты и автоматы. Началась стрельба, и пули зацокали по асфальту, высекая искры, рикошетясь от фонарных столбов и по корпусу мотоцикла. Он заложил резкий вираж, затем другой. Каждый выстрел вспарывал воздух в том месте, где беглец только что был. Трижды Предатель ответил той же монетой. Освободив руку от управления и контролируя Гейста, в его руке возник Вердикт. Пуля вошла в заднее колесо ближайшего преследователя в тот самый миг, когда тот накренился для очередного выстрела. Он перевернулся дважды, роняя оружие, и рухнул где-то далеко позади, увлекая за собой следующего. Выстрел. Выстрел. Мотоциклисты отступили. Быстрой летающей тенью он увидел Кровавого Ворона в обличье птицы, преследующий его. «Передай чемоданчик Кровавому Ворону!» Кровавый Ворон настигал его сверху, плашмя разрезая воздух. Он скользил параллельно мотоциклу, а потом резко дёрнулся, прячась. Из узких проездов опять вынырнули машины — новые, свежие, с ещё не разбитыми фарами и полными баками. Короткие очереди, щелчки пистолетов, один звонкий винтовочный хлопок, но всё ударялось в кость и плоть Гейста. Большинство преследователей не выдерживали бешеного темпа. Но несколько машин упорно цеплялись за хвост. Из заднего окна одной из них высунулась светлая голова. Стрелок прицелился, щуря один глаз, и начал ловить легионера в перекрестье. Он сделал резкий вираж. Пули просвистели мимо. Стрелок на долю секунды замер, перехватывая оружие поудобнее. А потом он выстрелил. Пуля вошла точно в цель. В замаскированную маску Гримм! Подобие? Гейст мгновенно развоплотился. Руль дёрнулся в руках. Мотоцикл заскользил юзом, зарываясь колесом в асфальт, и управление ушло — полностью и безвозвратно. Трижды Предатель, не раздумывая ни мгновения, рванул с крепления чемодан и, оттолкнувшись от подножек, спрыгнул на ходу. В ту же секунду полицейская машина понеслась прямо на него. Но легионер уже перекатился по инерции мимо переднего бампера, проскальзывая в опасной близости от вращающихся колёс. Не сбавляя темпа, он рывком вскочил на ноги и одним стремительным движением скользнул в густую темноту городского парка. Вслед ему полетели пули, прошивая скамейку. Он замер за двумя старыми тополями с растрескавшейся корой и голыми ветвями. Со всех сторон виднелись вспышки сигнальных огней и фонарей. А после спокойно вышел. Он спрятал своё тело в образ полицейского. Чемоданчик стал автоматом. — Слышь ты, видел этого бронированного громилу? Он где-то здесь заныкался. Он уставился в серые глаза. В молодое лицо главы Фульмиты. [Ошибка! Ошибка! Ошибка! Личность опознана: Железноногий, Верховный Фульмитарий. Рекомендация к подчинению] Взгляд скользнул дальше и остановился на втором. По телу пробежал неестественный озноб. Присутствие Палача сгустилось, став почти осязаемо тяжёлым. ОН! ОН! ОН! ФАЛЬШИВКА! ФАЛЬШИВКА! ФАЛЬШИВКА! Блондин вытащил свой меч, и синева явила себя миру. Меч из синей стали? Я ЧУВСТВУЮ ВОЛШЕБНИКА, УБЕЙ, УБЕЙ, УБЕЙ! Палач? Это же… УБЕЙ! СРАЖАЙСЯ! В этот момент вмешался Лорд-Призыватель и из-за двух голосов, одного громкого, а одного подчиняющего, он не смог увернуться от удара меча блондина в полицейской форме. Меч вонзился в сталь, вошёл внутрь и замер. Иллюзия спала, и Трижды Предатель рванул назад, выдирая своё тело от меча и уворачиваясь от несущейся в его сторону ноги Железноного. По городскому парку прокатились выстрелы: кто-то третий — крупная блондинка в полицейской форме — выпустила в него очередь. За ней уже спешили другие полицейские. В его руке соткался йолд — клинок из синей стали. Лезвие со звоном встретило выпад блондина. Это он! Это лицо — без единой чёрной прожилки Чёрной Крови, без седины, но те же глаза, в которых пляшет бешеный огонёк Злобы. Его Бог! Блондин на миг застыл, удивлённо уставившись на внезапно возникший клинок, но уже в следующее мгновение скрестил оружие с Трижды Предателем в стремительном клинче. Сталь запела, удары посыпались градом — короткие, рубящие, обманные. Они кружили по земле. Осенняя листва разметалась от их движений. УБЕЙ! УБЕЙ! Палач? Железноногий, не теряя времени, попытался подловить его снова — скользкая подсечка по дуге должна была сбить равновесие, но он взвился в прыжке, разрывая дистанцию. Одной рукой он держал чемоданчик, другой отбивал удары блондина, который всё ещё вихрем наседал спереди, не давая ни секунды на очередной манёвр. Ему было тяжело сражаться, почти невозможно. Голоса Палача и Лорда Призывателя раздирали сознание изнутри, то шёпотом, то криком. Тело было слишком слабым. Бессердечная… пережила ли она битву за Ла-Тюрби? Он так и не извинился. СПРОСИ! «Выбрось чемоданчик!» Чемоданчик в его руке был брошен в сторону так далеко, как это возможно в таких условиях. — Почему! За что? — Крикнул он, и вражеский меч из синей стали описал смертоносную дугу, разрубил стальную руку. Конечность не восстановилась. Серый Клюв… его убили на Гусином Пиру? Он так и не узнал. — Мерк, чемоданчик! Железноногий вышел из боя, побежав в сторону чемодана. ОНИ ЖИВЫ?! СПРОСИ! ОНИ ЖИВЫ?! — Они живы? Враг промолчал. Вместо ответа он метнул вперёд росчерк сконцентрированной ауры. Снаряд прорезал воздух, срезая тонкие деревья, и те с треском рухнули на землю. Легионер ушёл в сторону — резкий разворот корпуса, и смертельный заряд прошёл в миллиметре от его плеча. В тот же миг вражеская аура вспыхнула ослепительно-белым пламенем. НЕНАВИЖУ! ОТВЕТЬ! ОТВЕТЬ! ОТВЕТЬ! Блондин в полицейской форме, превратившись в живой ураган, продолжал давить: удары сыпались градом, ломая блоки и отсекая от него части его аурного тела. Он успел заметить ворона, тот схватил лапами чемоданчик и, хлопая крыльями, полетел прочь от попытавшего его схватить Железноногого, унося драгоценные документы для Сломанных Мечей. Очередной удар, на этот раз куда более сильный, опрокинул его на землю. [Обнаружена магическая энергия!] — Что-то он не исчезает. — Сильный призыв. Где подкрепление? — Да вот они! Неугомонный… прости, кузен. Хан… мне жаль. ПОЧЕМУ ТЫ МОЛЧИШЬ?! ТЕБЕ НЕЧЕГО СКАЗАТЬ?! СКАЖИ! Прошу… Чей-то топор сзади пронзил его, прошивая ложную сталь. Знакомый топор… Пуговка, ты доехала? Трижды Предатель улыбнулся перед своей последней, окончательной смертью. Душа Ундэса освободилась, уносясь прочь из этого Горького Мира. Примечание Автора: Ты дошёл до сюда, мой читатель? Ты на редкость упёртый.  « — Я победил! — Захохотал первый из прискакавших к ним всадников, — с тебя пять лиен! — Как скажешь, — равнодушно бросил второй, догнавший «соперника», — наши друзья не очень нам рады? — Вы задержались, хотя обещали придти даже раньше нас, — напомнил Изаму, выйдя вперёд и здороваясь с двумя тургусами, приземлившихся на землю. — Гримм, и парочка знакомых нам офицеров, которым мы не хотели показаться на глаза. — Вы же не дезертиры, чтобы прятаться от своих. — Да, но они знают, что мы покинем Белые Степи только по веской причине. Лишние вопросы ни к чему, да, Ундэс? Проигравший конную гонку тургус только молчаливо кивнул, соглашаясь со своим другом Вновь новое знакомство — второго тургуса звали Алтан. Оба обладали одной фамилию и были двоюродными братьями.». Глава 55, Сломанный Меч. «Всадник рухнул, обнимая окровавленную культю скакуна. Его вопль — не боли, но потери брата — разрезал зал. Его спас Ундэс, ухватив за руку и оставив после себя ложный образ, мгновенно разрезанный алебардой». Глава 56, Штурм Каи Сегментаты Рейвен продолжает собирать аурные и не только артефакты, и Волчий Клык она тоже стыбзила в «Эхо Горького Сна». В Сломанном Мече у неё это не получилось – по причине, что в это время Леонхарт мёртв и система Быстрого Реагирования работает исправно. И в тоже время, Последний Потомок не отправлялся на помощь самураям на границе (в этом не было нужды), оставшись в Хормусте и сразившись с Вороньей Суке. И погиб. В «Эхо Горького Сна» Архивариус вполне себе выжил и прожил дольше. В той альтернативной реальности он вместо того, чтобы пойти к Волшебнику на «доклад», перешёл на сторону Палача, раскрыв все явки культа в Вейле (и многое другое). Иначе бы Палач и Железноногий бегали бы годами по городу, отыскивая этих негодяев. И именно он участвовал в ликвидации многих культистов вместе с ними. В книге о нём нет ни слова, как и определённых личностей... Мотивация так поступить вполне себе указана жирными намёками в 66 главе в записях его дневника. Как и в этой главе. Различие ситуаций в Мистрале в разных альтернативных ветках существует не только благодаря Жону и Хейли (9-12 главы). Они были камешком, как и всякие Кроу и иные личности. Проблема была ещё в том, что в «Эхо Горького Сна» у Салем была Корона. И она ею пользовалась, несмотря на то, что опасается пророков. Осторожно и редко, но пользовалась (она самая умная, понятно?). Всё-таки Корона в её руках оказалась впервые за время противостояния с Озом и она приносила пока что удачу (думая, что Корона её не сможет объебать). Видения Короны кстати не показывают прям всё будущее целиком или целые ветки – скорее фрагменты, в которых нужно ещё разобраться. Так что, некоторые старые рода в Мистрале и много ещё кто перешли на сторону Ведьмы (по разным причинам, от простого выживания до амбиций), ведь её позиции по сравнению со Сломанным Мечом в Эхо были более выигрышными. Конечно, различий из-за наличия у Ведьмы Короны до современной эпохи должно быть больше, намного больше, чтобы сложиться в совершенно другую политическую, социальную и т.д. системы, заметит здравомыслящий и умный человек. Вы правы. Но мне лень их всех прописывать, поэтому вот так. Ну и Озпин не хуй друхлявый, умеет тащить даже с учётом у врага грязных читов (ну почти). В книге «Эхо Горького Сна» события происходят уже после смерти Палача, Осады Вейла и Пятилетней Войны и остального. Они описаны в прологе и довольно скупо, ибо цель автора была не передать точные происходящее. Всё происходящее в книге это уже последние годы жизни Трижды Предателя. Знала ли Салем благодаря Короне, что своими действиями породит Палача и Злобоглазый Легион? Нет. Почему? Потому что Корона ебать какая вредная. Вреднее неё только Меч. Озпин: Знаешь, что Иксор? Никакой ты не Сказочник! Иксор: А кто я? Озпин: Сказочный долбоёб! Палач: Ты тоже. Против всех исчадий из глубин Чёрных Ям, против всех нечестивцев рода людского, против Легиона мы выставим… тебя Одну. Жги и кромсай, пока не иссякнут. (Трейлер к игре RUBI ETERNAL) Гад ли Оз? Когда-то очень давно, под комментариями одной из глав, я говорил что если и сравнивать Оза с кем-то, то близкий для меня вариант это Император Человечества из Вархаммер 30к, только калибром поменьше, планетарного машстаба. Он тащит людей в будущее, даже против их воли, он интригует, обманывает, убивает – не все готовы работать ради общего блага (где-то подавился один волшебник лимонной долькой), некоторые и вовсе готовы себя продать с потрохами Салем ради каких-то своих амбиций или даже обид на весь мир. Дед устал, но терпит, дед заебался, но работает, совершая ошибки, но идёт вперёд, несмотря ни на что.  А ещё у деда были ошибки молодости, которые после осознания их ошибками, стали одной из причин срача между Салями и Озмой. Салем же похуй. Гады ли Братья? С одной стороны, понять этих божков можно, людишки посмели замахнуться на них и получили сдачи. С другой, всё это безобразие с Салем и Озмой… так ещё и прокляли человечество вечно сражаться с Гримм. Создаётся такое ощущение, что это подростки божественного машстаба, нахуевертили и сбежали от проблем. Впрочем, не всё так однозначно. Да… Я хотел написать большой абзац про Салем, но решил, что нахер. Гнида она подлая и тварь подколодная, без всяких скидок. Фанаты доброй и недопонятой мамочки-милфы Салем идут нахер, пососите хер.  Всегда вас презирал, странные любители оправдывать канонных злодеев, фанаты Дамбигадов и Хирузенгадов. С другой стороны, я не буду изображать из Салем такую уж мразь, ищущую любой повод кого-нибудь подчинить и всё разъебать. Скорее похуистку, которой насрать на последствия, главное сыбаться из этого дурдома на покой и ищущая хоть что-то интересное, чтобы развеять скуку по долгой дороге к смерти. Ну, вот тебе и последствия, дура тупая. Блять, я написал большой абзац. Первое Человечество в СМ не будет кучкой обманутых Салем правителей-маргиналов. Это будут магические цивилизации в зените своих сил, которые начали считать Братеьв не богами-создателями, а просто объевшимися духами, которых надо поймать/изучить/препарировать/наделать артефактов из них. Ведьма по-сути, воспользовалась ситуацией и подтолкнула ребят. Ребята дали зажечь, сотворили столько говна и мерзости, что Тёмный Брат подохуел и бросил на этих гандонов Луну/Великую Чуму/Орды Гримм. Как же Салем надурили, аж два раза? Она понимает, что низшие людишки стали прокачиваться в технологиях, понимает, что Подобия становятся всё сложнее, хитровыебунытыми и вообще просто атас, только дорогой читатель, здесь я нагло применил популярнейший троп – долгоживущий бессмертный не успевает за смертными. Что для людей 20-30 лет это половина-треть жизни, то для Салем пару месяцев. Ну и лови от Гусиного Пера подарок, манда высокомерная.  Как ни странно, Подобия не смогут убить Ведьму. Ни одно. Как и отправить в космос её или Реликвии. Смиритесь с этим, ведь систему настраивал уважаемый мистер Т.Б. и чуть-чуть его завистливый брат, мистер С.Б. Вышла погулять как в старые добрые раз в 50-100 лет, а по миру уже бродят чудовища способные ебашиться с тобой без устали несколько дней, не подыхая (Палач), сделать очень-очень бо-бо-бо и видеть все твои фокусы (Злое Семя), жёстко наёбывать (Всезнайка) и ещё-ещё много чего. Показанные личности это лишь малая доля количества тех чудовищ что там бродят с двух сторон с учётом развернувшейся войнушки на целое поколение. Волшебник то понимает это, ведь крутиться в человеческом общество в отличие от всё же выходящей на свет, но затворницы Ведьмы, только он и сам уже подохуевает от выкрутасов людей, Подобий и технологий. Если вы поняли, кто такой Всезнайка, то отвечу на вопрос Как?, с учётом, что Салем видит души и намерения. В связи с прошедшим жестоким геноцидно-мочиловом с убер-солдатам-накаченными-местной-нефтью и выживанием в этом мочилове, его Подобие развилось до такой степени, что не только вызнаёт инфу об объекте, но и выдаёт в ответ ложную инфу, причём даже объёбывая даже Салем. Озма опытнее, но всё же даже ему было бы трудно раскрыть Всезнайку, что и случилось. К вопросу с Трижды Предателем, то здесь случился объёб в том, что Салем ждала-ждала-ждала 3x когда же этот такой «простой в тяжёлой оболочке» тургус попытается напоить её кровушкой, сдаст себя попыткой передать сообщение и не поняла, что тургус и есть ходячая станция передачи информация (твоё ебало чекнуто из космоса, привет, привет). Напридумали хуйни, а ей потом думать, чего он такой покорный говнюк. Зачем вообще взяла, а не убила сразу? А опытный старый ветеран с развитым Подобием на дороге не валяется, можно и попользовать чуток, тем более у Салями проблемы с набором кадром в связи с тем, что один молодой, красивый, красноглазный, уже седой и бледнолицый, но очень-очень злобный мерзавец сделал то, что сделал и за этим пошёл определённый каскад событий, ну вы поняли короче. Интересный вопрос, который мог бы задать читатель, но я задал его себе в голове – это почему Ведьма сразу же не побежала за «бесхозными» Реликвиями после смерти Палача и Волшебника. Проблема в том, что магический запас Ведьмы конечно большой и сама она магиня опытная, но всё же запас этот не бесконечен и восполняется не так быстро, как ей хочется. А запас этот… был почти полностью потрачен в битве с одним мальчишечкой, который здорово впечатлил старую каргу, создав неприятное чувство де-жавю в плане бессмертности. Поэтому она тогда и сдриснула после пары дней ебашилова, поняв, что щас этот конченный будет её тут расчленять до возвращения Братьев. К вопросу о попаданцах (хотя  гг перерожденец, всё же попаданец это ментальный паразит, выталкивающий/сжирающий уже сформированную оригинальную личность из тела, а перерожденец это человек, вспомнивший свою прошлую жизнь и начавший новую), не раз спрашивали, зачем он тут нужен, ну вот вам и ответ на вопрос в виде этой главы. А как это случилось я вам не скажу. Проделки Странного Дурака? Цепь случайностей, привёдших к этому? Вмешательство Братьев, увидевших всё это безобразие? ДУМАЙТЕ!!! СМ, подписаться. Это всё тот же Жон Арк, просто помнящий прошлую жизнь. Ну попаданец ладно. Дальше будет гарем, супер-силы, крутые читы, и всё будет хорошо, и круто… так стоп, я не писал этот отрывок…? Почему именно ветеран Чечни и Афгана? Я специально пошёл по этому тропу, чтобы частично снять лулзы с некоторых читателей, пересмотреть заеденный штамп всезнающих убернагибателей-спецназовцев, ну и не буду врать, дать человеку определённую ментальную стойкость уже поевшего говна человека от всего пиздеца, что будет твориться дальше. Обычный человек здесь сломается. Не верите? Думаете, что вы ментально стойки и переживёте всё, что выдаст вам матушка Судьба под жопу? Почему не на… Что насчёт Подобий, Палача и что вообще произошло в Топорном Доме, это… [ДАННЫЕ УДАЛЕНЫ] Я говорил, что у Жона будет спокойный второй курс? А я не пиздел. Команде Рубина приготовиться на взлёт. Особенно Руби. И Вайс. И Пирре. Особенно Пирре. Янг, ты тоже готовься, одному старому деду нравятся блондинки. Аркос да не тот. К вопросу о некоторых канонных и фанонных персонажей в «Эхо Горького Сна»: Лай и Нора – погибли в Осаде Вейла. Адам Таурус – погиб до всего этого пиздеца, как? Читайте главу 7. Блейк – осталась в Менаджери и ей пришлось разгребать и иногда огребать, из идеалистки превратившись в тирана. Райхан – сгинула в пещере Цутигумо в 15 главе. Профессор Выживалово Сандор – никогда не учился и не работал в Биконе. В Вейле он так и не появился… напоминаю, что он сереброглазый, не такой хорошо прогревающий как Руби, но всё же. Будут ли ещё такие подобные главы с кучей флешбеков и связанные с Эхо Горького Сна? Нет, можете выдохнуть недовольные. Это будет единственным. Можете делать свои выводы и воспринимать эту главу как пожелаете. Я бы воспринял её как жёсткую АУ-историю про ОМП-персонажа в мире, где главные герои истории пошли в полный разнос и речь не только о Жоне, мать его, Арке. Что насчёт Сломанного Меча – то здесь сюжетная линия пойдёт по другому пути в отличие от Эха. Дальше мы вернёмся к нашим повседневным денькам в Биконе… а после зимние каникулы, да. А ПОТОМ… Что насчёт мистера Иксора Риддла и Логоса и их извечного спора, тянущегося через всю главу – могу сказать только, что Иксор человек ненавидящий Озпина по определённым причинам, и полностью полагающийся на своё Подобие и ощущения, а Логос… Логос просто Логос. Умный мужик, короче. По-крайней мере, я пытался его таким изобразить, а получилось у меня, или нет, решать вам. Официальный саунтрек Злого Семени и Доброго Принца - Gimme! Gimme! Gimme! от ABBA  «И всякий раз, стоило его взору упасть на город, им овладевало смутное, беспокойное чувство. Возможно, сказывалась усталость от последних событий, а может, это шевелился в глубине души голос интуиции. Что-то должно случиться. Что-то гнилое, гадкое, несущее только боль…» Глава 68, Жон Арк Вот такой мог бы быть мир Меменанта, если бы создатели сериала курили бы ту же шнягу, что и я. Поделиться травой? Хер вам, мне не нужны подлые конкуренты. Зачем я вообще всё это пишу? Потому что могу. Кто посмеет – тот победит. Меня взяли в за… Литания Злобы: Не страшно мне Зло, и не страшна смерть, ибо Палач возродит меня, И повергнем мы всех, кто ищет нашей гибели, Страх – ничто, ибо Вера моя сильна, Кара настигнет лжемессий и всех, кто сеет тьму. Мы – Третий Путь. Свободный от лжи и страха. Мы одеваем на себя цепи ненависти, презрения и Злобы К Братьям, к Волшебнику и Ведьме. Бойся старый мир. Мы идём. [СИСТЕМНОЕ СООБЩЕНИЕ] Примечание было отредактировано. Участники редактирования: Злое Семя, Палач, Инквизиция, Фульмита, Странный Дурак, Озлюминати. Системный лог-файл версии 4.1.9.2.0 (режим экстренного протоколирования) [ЗАПРОС ДЕЙСТВИЯ] Субъект: Мистер Победоносный Требуется: оставить аутентификационную метку (автограф) на носителе низкого качества (бумага). Обоснование: «спасение мира». Доп. условие: запрос категорически не подлежит обсуждению. ВНИМАНИЕ: Поступила рекурсивная вежливая просьба («по-зя-зя» → транслит. с детского диалекта). КРИТИЧЕСКОЕ ДОПОЛНЕНИЕ:  Предписано немедленно сформировать «гарем» для указанного субъекта. Набор кандидаток прилагается внешним влиянием.   [СИСТЕМНЫЙ ПРИКАЗ. УРОВЕНЬ: НЕОТВРАТИМЫЙ] УБЕЙ! УБЕЙ ВЕДЬМУ! УБЕЙ ВОЛШЕБНИКА! Повтор: 19x. Флаг циклического выполнения: TRUE. [ЛОГ УДАЛЕНИЯ КОНТЕНТА] Объект: «Шутка об Инквизиторе и фавнах» → статус: УНИЧТОЖЕНА. Отчёт о выполнении: «Работа сделана». Субъективная ремарка исполнителя: «С кем я работаю… Братья меня простите». [СОБЫТИЕ ИНТЕРФЕЙСА] Заклинание: FULMINATA DOMINATUS (неподтверждённый источник с космоса). Эффект: программный перекат (scroll) на экране. Статус: выполняется. [РЕЦЕНЗИЯ НА ИСТОЧНИК] Объект: «Хорошая книга». Вердикт: одобрено условно. Требуется: частичная перезапись (детали не указаны). [ЛОГ УДАЛЕНИЯ КОНТЕНТА #2] Объект: «Шутка об алиментах и песочных куличиках» → статус: УНИЧТОЖЕНА. Адресат команды: Магистр. ТРЕБОВАНИЕ ФИНАНСОВОГО МОДУЛЯ: «Когда я получу свою зарплату?» Тип запроса: повторяющийся, высокий приоритет.