Глава 7: Театральное искусство
3 июня 2024 г., 21:00
Командир сдержал слово. В течение двух недель после их страстной ночи в его кабинете Каллен не избегал Эми. Казалось, он изо всех сил старался загладить вину за свою прежнюю холодность. Каллен был внимателен, приглашал Эми в сад поиграть в шахматы и прочитал ещё одну лекцию в её классе.
Они обменивались мимолётными взглядами, его золотистые глаза мерцали скрытым смыслом. Уверенные улыбки и смелый флирт Каллена, которые заставляли Эми сгорать от желания, часто лишали её дара речи. Каллен пользовался любой возможностью, чтобы прикоснуться к её руке или предплечью или даже смахнуть выбившийся локон с краснеющей щеки. Эми так нравилось. Ей нравилась длинная витиеватая нить предвкушения, тянущаяся между ними. Нравились невидимые крепкие путы, от которых командир становился смелее, а её сердце билось чаще.
— Подожди немного… уже скоро, — утешала себя Эми, ожидая того счастливого дня, когда Каллен снова попросит её благосклонности.
Именно эти мысли мешали ей спать по ночам. Именно об этом она думала, когда должна была спать. Это заканчивалось тем, что Эми начинала тихо стонать в подушку, доводя себя до конца мыслями о твёрдом теле командира, когда он двигался над ней и внутри неё.
За пределами их маленького мира флирта приходили новости из Орлея, которые стали поводом для празднования. Инквизитор и её отряд освободили голодающих жителей Эмприз-дю-Лион и нанесли сокрушительный удар по красным храмовникам, обрывая их торговлю отравленным лириумом. На следующую неделю был запланирован банкет, посвящённый возвращению Инквизитора. Эми понимала, что скоро узнает, являлось ли увлечение командира лишь мимолётной слабостью, когда к нему вернётся истинный объект привязанности.
По крайней мере, сейчас он всё ещё был верен ей.
Эми заверила командира, что он не обязан уделять ей внимание. Шли дни, и она стала забывать о его любви к Вестнице. О её правилах и прошлых обидах. Постоянно вспыхивала надежда, что в этот раз всё по-другому.
— Не будь наивной, ты куртизанка, — отчитывала себя Эми, но ей не удавалось погасить это слабое пламя, как бы она ни старалась.
И даже если он оставит её с разбитым сердцем, она всё ещё будет счастлива. Будет счастлива видеть, как с каждой их встречей Каллен становится увереннее. Он уже не был тем заикающимся закалённым солдатом, который впервые подошёл к ней. Эми было неважно, посчастливится ли Инквизитору или другой даме однажды завоевать сердце командира. Она не сомневалась, что внесла свой вклад в то, чтобы сделать его общительным и честным возлюбленным.
Сегодня командир продемонстрировал новые навыки с ошеломительным успехом, когда они беседовали в маленьком углу библиотеки. Эми ждала Дориана, а командир, как раз проходивший мимо, воспользовался случаем, отвёл её за угол и прошептал на ухо страстные слова:
— Ты знала, что я больше не могу спокойно работать за столом? — пробормотал Каллен, касаясь чувствительной кожи, отчего Эми вздрогнула.
— Правда? — спросила она с ангельской невинностью, встретившись с его горячим взглядом.
— Да. Каждый раз, когда я пытаюсь сосредоточиться, всё, что я слышу, — это эхо твоих стонов; всё, что я представляю, — это твоя сочная, сладкая…
— Приятно видеть, что вы поладили, — с озорством произнёс Дориан, подходя к углу, и пара отскочила друг от друга.
Эми была довольно опытная, поэтому смогла сохранить спокойствие, в отличие от командира, на лице которого сразу же отразился стыдливый румянец, когда альтус понимающе улыбнулся им. К счастью, если Дориан и хотел что-то сказать, то благоразумно промолчал. Он решил разрядить обстановку случайной лекцией о своём новом говорящем кристалле.
— Я… мне надо идти, — заикнулся её не такой уж и тайный поклонник, но, прежде чем он успел уйти, Эми окликнула его.
— Я увижу вас вечером на банкете, командир?
Даже на расстоянии она заметила, как потемнели его глаза, а на губах заиграла лёгкая озорная ухмылка.
— Обязательно, — заявил Каллен, слегка поклонился и ушёл по лестнице.
Сердце Эми бешено забилось. Для неё это прозвучало как обещание. Конечно, ей также придётся выполнять разные просьбы. Долгом Эми было присутствовать, давать мужчинам манящую возможность затащить её в постель, но она не сомневалась, под чьим телом с удовольствием хотела бы оказаться сегодня ночью. Поэтому днём Эми уделила ещё большее внимание одежде. Зная, что командир предпочитает жёсткий и быстрый секс, она решила отказаться от трусиков, надев лишь кружевные белые чулки под прозрачными слоями тюля. Эми красиво подчеркнула черты лица коралловой помадой, серебряными украшениями и, конечно же, своим кулоном из полого кристалла.
— Надеюсь, ему понравится, — с надеждой подумала Эми, покрутившись перед зеркалом.
На банкете она любезничала, танцевала, улыбалась и ждала. Она развлекала, смеялась, флиртовала и ждала. Эми оглядела зал с гнетущим разочарованием, сделала лёгкий намёк Жозефине, которая ответила, что он ненавидит такие мероприятия и приходит только с Инквизитором. Но Эми всё ждала.
Инквизитор и её отряд задерживались до утра… и поэтому командир не появился. Время близилось к полуночи. Эми получила приглашения от шести мужчин, должным образом и публично, тем самым ей пришлось принять одно из них.
Чёрт, как он мог?
Несчастная, Эми подошла к двери графа де’Форсо. Она постучала с тяжёлым сердцем, которое ещё отяжелело, когда она увидела, что после банкета мужчина опьянел ещё больше.
— Куртизанка! — громко пробурчал он, допивая последнюю каплю в бокале. — Я так долго ждал своей очереди.
Граф неуклюже развалился на диване и принялся развязывать штаны, вытащив маленький сморщенный член ещё до того, как она согласилась на его условия.
— Иди сюда и погладь меня, дорогая. Ты же знаешь, что с годами сложнее с этой штукой, особенно после вина.
Эми взяла себя в руки. Клиент не должен знать о её чувствах, она хорошо умела скрывать свои эмоции.
— Рада быть в вашем распоряжении, — произнесла Эми, показательно запирая дверь в комнату и неторопливо подходя к мужчине. Эми мило улыбнулась и провела пальцем по его щеке. — Всему своё время, дорогой граф. Сначала позвольте мне наполнить ваш бокал и налить один себе. У нас ещё вся ночь впереди, — подмигнула Эми, и не успел он возразить, как она взяла бокал из его руки, повернулась спиной и наполнила два бокала вином.
Опустившись рядом, она промурлыкала:
— За приятный вечер.
И поднесла бокал к губам, пристально наблюдая, как клиент тоже сделал большой глоток.
Ему хватило одной капли.
Граф был уже настолько пьян, что через пару секунд его голова опустилась на грудь. Эми уложила его на бок, укрыла одеялом и услышала громкий храп, эхом раздавшийся в тихой комнате. Теперь Эми могла позволить идеальной улыбке исчезнуть с лица.
— Merde, — тихо выругалась она и потянулась к кулону проверить, что пробка надёжно закрыта.
Граф проспит до утра, но она не могла уйти так рано.
— Всё-таки я ошибалась, — подумала Эми, возвращаясь в свою роскошную, но одинокую комнату. Какой наивной она была, предположив, что роман с командиром, мужчиной, который уже был влюблён, у которого поклонниц было больше, чем платьев в её гардеробе, мог привести к чему-то большему.
***
Несмотря на испорченный вечер, Эми пунктуально появилась на еженедельном военном совете. Инквизитор вернулась ранним утром, и после конфиденциального разговора пришли важные слуги, чтобы отчитаться о своей работе. Эми прибыла как раз тогда, когда квартирмейстер уже уходил. Она вежливо постучала и услышала, как Жозефина пригласила её войти. Было важно создать иллюзию безразличия, даже если внутренне Эми колебалась, и поэтому она поприветствовала всех в той же манере, как и всегда. Подозрительным сразу кажется намеренное избегание чьего-либо зрительного контакта или пренебрежение хорошими манерами. Командир, казалось, забыл об этом важном правиле, приковав взгляд к карте перед ним. Его рука сжимала рукоять меча, а на лбу залегла глубокая морщина. Жозефина радостно заговорила: — Мы получили приглашение на мирные переговоры, которые состоятся через три месяца! — Прекрасные новости. Поздравляю вас, посол. — Это не моя заслуга. Работа Инквизитора в Орлее стала ключевым фактором. К тому же я не сомневаюсь, что нам очень помогли ваши услуги и добрые слова. Командир усмехнулся. Эми, проигнорировав его реакцию, скромно покачала головой: — Я не буду приписывать себе никаких заслуг. Лелиана заговорила с мелодичным смехом: — Конечно, я уверена, что хвастовство графа де’Форсо сегодня утром за завтраком о вашей совместной ночи не имеет к этому никакого отношения. Глаза командира распахнулись. Невольно Эми взглянула на него — под глазами лежали тёмные круги, лоб приобрёл болезненный оттенок, а во взгляде промелькнула обида, которая переросла в гнев. — О, теперь понятно, — с грустью подумала Эми. — Он зол из-за того, кто я. Хоть Эми не было наплевать на его страдания, она дипломатично ответила: — Уверена, совет понимает, что я не могу разглашать никаких деталей. Жозефина кивнула. — Тем не менее это подводит нас к следующему пункту. Нам необходимо немедленно начать подготовку к балу. Мы с мадам де Фер занимаемся пошивом нарядов. Не могли бы вы помочь с обучением танцам? — Конечно, можно провести встречу на следующей неделе. Кого нужно обучить? — Сэру и командира. — Нет, я не танцую, — последовал мгновенный и раздражённый отказ. — Командир, от нас это ожидают, — возмущённо отреагировала Жозефина. — Я не танцую! — Каллен, — заговорила Филаур’эль. Эми совсем забыла о её присутствии. — Что, если я приглашу тебя потанцевать? Ты же не хочешь меня разочаровать? Взгляд командира устремился к Инквизитору, а затем вновь вернулся к Эми. Во взгляде читался вызов. — Конечно же, не хочу. С удовольствием потанцую с вами. Эми не была ревнивой. Много лет назад единственный мужчина, который был ей небезразличен, оставил её, но она нашла в себе силы искренне пожелать ему всего наилучшего. Но спокойное и довольное согласие командира на просьбу Филаур’эль… Мысль о том, что независимо от того, сколько раз Инквизитор оставит командира, она всегда будет первой в его сердце… Это раздражало Эми больше, чем ей хотелось бы. Во время прощания маска безмятежности не дрогнула, но тяжёлый, как свинец, ком разочарования плотно засел в животе. Несколько последующих недель командир не предпринимал попыток заговорить с Эми. И она, ограниченная правилами, не последовала за ним. Эми также опасалась последствий использования своего масла. К счастью или нет, смотря как посмотреть, её репутация не пострадала, поскольку де’Форсо не постеснялся рассказать всему Скайхолду об их ночи «страсти». Эми очень хотелось обвинить его во лжи, но это был не первый раз, когда мужчина хвастался ночью с ней, и была уверена, что не последний. Как куртизанка, она была обязана хранить тайну, в отличие от её клиентов. Несмотря на неловкость, которая наверняка возникнет между ней и командиром, Эми с нетерпением ждала урока танцев. Она знала Сэру несколько лет как Дженни, и ей было приятно познакомиться с девушкой за образом. Обычно Эми давала наставления в обычной одежде. Но не сегодня, сегодня она хотела быть во всеоружии. Эми гордилась тем, что была куртизанкой гильдии, и не стыдилась ни себя, ни своей работы. Локоны розового парика изящно спадали на плечи. Эми оделась и подкрасила губы. Платье было вызывающим и соблазнительным. Если командир не сможет вынести её вида, тем лучше. Это станет своего рода устрашением для привередливого командира. Яркое предупреждение, чтобы он держался от неё подальше, как от экзотического существа из Антивы. Ему лучше держаться подальше, ведь её маска была тонкой, как бумага. Когда они оба пришли к назначенному времени, Эми заметила, что Каллен тоже во всеоружии, хоть и выглядит мрачным и усталым. — Командир, в доспехах не танцуют, снимите их, пожалуйста. Сэра, давай начнём с тебя. Эми больше ничего ему не сказала и начала урок. — Ты рада, что Филаур’эль вернулась? — спросила она Сэру, когда они сделали несколько шагов. Командир, снявший весь металл, задумчиво стоял в углу. Эми попросила его следить за движениями, чем он и занимался. Пристальный взгляд Каллена не отрывался от Эми ни на минуту. Хоть она хотела, чтобы это доставляло ей удовольствие, его недавние оскорбительные намёки по поводу её профессии сделали бы этот поступок неуместным. — Пф-ф, конечно нет. Фифи заботится только о славе эльфов, а точнее, о славе одного эльфа. Ты просто не слышала, как они делят палатку, постоянно эти «Венан» и «Арлатан». Трахаются без остановки, как наги. Хотя Эми и обиделась, она не была жестокой. Командиру, должно быть, было неприятно это слышать, поэтому она сжалилась над ним и быстро сменила тему. — Сэра, у тебя отлично получается! — воскликнула Эми с наигранной радостью. — Держу пари, ты в детстве даже представить себе не могла, что придётся обучать танцам Рыжую Дженни и простого, как ботинок, командира, — заявила Сэра, и Эми рассмеялась над этим отвлекающим манёвром. — Конечно нет. Если честно, я хотела стать сестрой-мирянкой, но церковь Оствика была слишком строга к новым послушникам. — Чё? — Я была девственницей, но, так как я уже была обручена, они закрыли передо мной дверь. — Эми начала передразнивать голос старой карги из Церкви, матери, которая отказала двадцатилетней ей: — Как ты можешь быть невестой Создателя, если в его глазах ты уже замужем? — Она, похоже, была той ещё сучкой! Эми усмехнулась и рассказала об одном из своих первых триумфальных моментов остроумия: — Я сказала, что спрошу Андрасте. Она жила с мужем, спала с ним и рожала детей, пока Создатель не решил, что из замужних женщин получаются лучшие любовницы! Взрывной смех Сэры почти заглушил тихое фырканье командира, за которым последовал тихий вздох раскаяния.***
Я идиот. Это был не первый раз, когда Каллен вёл себя так, и точно не последний. В ночь банкета его ломка вызвала худшие из симптомов. Вместо того чтобы прийти и позволить Эми увидеть его потным и слабым, Каллен остался на чердаке, чтобы пережить лихорадку в одиночестве. Он по глупости надеялся, что Эми придёт к нему без приглашения, но она, конечно же, этого не сделала. У неё были правила, и он должен уважать их. Как же он ошибался. На следующее утро Каллену не стало лучше, но он решил поговорить с Эми как можно скорее и объяснить ситуацию. Между ними что-то было, он знал это в глубине души и не хотел, чтобы одно недоразумение растоптало росток настоящей привязанности. Так Каллен думал, по крайней мере, до тех пор, пока не услышал, как этот чёртов граф хвастался, пока не узнал, что она выбрала другого любовника в ту ночь, хотя должна была быть с ним. После неудачного опыта с Инквизитором Каллен знал, что он был очень ревнив. Волна ревности проникала в каждую его клеточку. Это чувство было ни с чем не сравнимо. Прекрасная куртизанка околдовала его, а после, что неудивительно, переспала с другим, как того требовало её положение. Каллен чуть не впал в ярость. Он вёл себя резко во время совета, делая вид, что его заботит хорошее мнение Инквизитора о нём, но на самом деле все его мысли были только об Эми. Каллен отчитывал себя, наблюдая за танцем Эми и Сэры. Почему он так себя вёл? Она не его собственность. Как и любой другой покровитель, он не мог требовать от Эми больше времени, больше места в её сердце, и всё же страстное желание… горечь, которую он испытывал от мысли, что его променяли, причиняла боль. Это ранило Каллена больше, чем отказ Вестницы. Хотя за неделю его гнев остыл и теперь напоминал дымящийся уголёк, он знал, что мог вспыхнуть в любой момент. Каллен не мог позволить этому случиться. Хоть пара и танцевала в другом конце маленькой комнаты, он всё равно слышал каждое слово их разговора. Теперь Каллен знал, что Эми была помолвлена, что ей самой не повезло в любви. Без сомнения, она была обещана сыну какого-нибудь торговца или ещё кому-нибудь, но печальные известия разлучили их. И добавила горечь к этой печальной истории церковь, которой Эми была так рьяно предана. Она подвела её и привела к той жизни, которая была у неё сейчас. Каллену отчаянно хотелось узнать подробности печальной судьбы Эми. Хотелось узнать больше о её истории и воспитании. Были ли у неё другие родственники, кроме умершей сестры? Что до родителей или друзей, Каллен даже не знал, откуда она. Каллен печально вздохнул от стыда. Его ревность и холодность всё испортили. И Каллен ревновал. Ревновал к её бывшим любовникам, ревновал к тому, что она когда-то была обещана другому, ревновал к её привязанности, которую она дарила всем в Скайхолде: как низшим классам, так и высшими. Наблюдая за танцем, Каллен с отвращением размышлял о своих эмоциях. Он выглядел усталым и взбешённым и даже не пытался скрыть это. Вскоре настала очередь Каллена вести, и Эми была дружелюбна, несмотря на постоянные издёвки над ней. Добрая и терпеливая, несмотря на легкомыслие Сэры и его нежелание. Эми была бы самой доброй, милосердной из сестёр-мирянок, если бы её судьба сложилась по-другому. Каллен не смог сдержать любопытство и, когда затанцевал с Сэрой, вне предела слышимости Эми сказал: — Кажется, ты хорошо знаешь леди Эми. — Конечно, у нас давние отношения. Брови Каллена нахмурились, ведь Сэра была совсем не похожа на клиента Эми. — Подожди, ты что, ревнуешь? Был ли смысл отрицать? Каллен даже не стал пытаться, ведь его щёки тут же покраснели. — Ха-ха-ха, ты и правда ревнуешь! — Говори потише, — прошипел Каллен. — Я тебя не виню, у неё большие сиськи и пухлые губы. Но я не её клиентура, ну, по крайней мере без серьёзной оплаты. Каллен напрягся при неприятном напоминании о профессии Эми. Сэра заметила это и украдкой от их терпеливой наставницы пнула его по голени. Она прошептала: — Хватит вести себя как тупица. Это такая же работа, как и все остальные. Болваны вроде тебя любят судить. Неважно, скольким нищим Эми помогла, в твоих глазах она никогда не будет добродетелью, потому что она не глупышка с оленьими глазами. Критика Сэры была оправдана. Каллен мог лишь размышлять о своих резких и необоснованных предубеждениях, от которых, казалось, не хотел отказываться. Они закончили танец. Сэра сделала неловкий реверанс, а Каллен склонился над её рукой. Леди Эми попрощалась с Сэрой, перед тем как она выскочила из комнаты, и повернулась, чтобы пожелать хорошего дня и командиру. — За час я заметила у вас хороший прогресс. Не сомневаюсь, на балу вы будете великолепны. Эми повернулась, чтобы уйти, и Каллен занервничал. — Потанцуете со мной?! — Прошу прощения? — В-в смысле, думаю, мне нужно ещё немного практики, — тихо произнёс он. Эми внутреннее боролась с собой, нерешительно покусывала губу, пока её профессионализм не взял верх, и она согласилась, слегка кивнув. Как только Эми подошла к нему, Каллен инстинктивно притянул её к себе. Он с облегчением вздохнул, снова заключив её в объятия. Эми напряглась, сделала шаг назад и, избегая взгляда Каллена, поправила положение его рук. — На счёт «три», как я вам показывала, — спокойно сказала Эми, когда они задвигались. Каллен не знал, как долго они танцевали, но был рад, что снял доспехи. Он чувствовал жар её тела и, когда они прижались друг к другу, ощутил прикосновение её изгибов к груди, разжёгшее огонь страстного желания. Его рука заскользила ниже по её позвоночнику, и хватка Эми на его плече слегка усилилась. Они двигались как единое целое. Просто и красиво. Когда Каллен взял Эми за руку, чтобы покружить, он почувствовал, как под большим пальцем бьётся её пульс. Между их телами вспыхивали невидимые искры. Каллен был полностью поглощён танцем и безмолвным общением через их мягкие и робкие прикосновения. Их шаги сменились простым лёгким покачиванием, и всякое притворство улетучилось. И Эми наконец-то, наконец-то подняла на него глаза. Каллен не мог сопротивляться её вопросительному взгляду и тут же признался: — Я не могу перестать думать о тебе. Эми моргнула, по её лицу ничего нельзя было прочесть. Воцарилось неловкое молчание. — Скажи что-нибудь, — настаивал Каллен, рисуя пальцами круги на её спине. Челюсти Эми сжались, и она заговорила ровным тоном: — Мне нечего сказать вам, командир, ничего, что не было бы сугубо профессиональным. Каллен заслужил её гнев. — Эми, мне жаль. Я всю неделю хотел поговорить с тобой. — И что тебя остановило?! — огрызнулась Эми. Забывшись, Эми показала проблеск своей личности и оскорблённых чувств, которые она тщательно скрывала за красивым фасадом. Растерявшись, Каллен открыл рот, придумывая ответ. Эми настойчиво продолжила: — Не пытайся оправдываться. Ты ни разу не подошёл ко мне, хотя обещал. Как я смог так всё запутать? Взгляд Каллена устремился к плечам Эми, и он прикоснулся к прелестному розовому локону. — Я хотел. Каллен не успел ничего сказать, как Эми отвернулась — раздражённая, но не желающая показывать ему свои эмоции. Когда Эми начала отстраняться, Каллен подался вперёд и обнял её. Он отчаянно прижал её спину к своей груди, так желая исправить то, что почти наверняка разрушил. Каллен мог просто рассказать Эми правду о том, что был болен… но вместо этого снова взвалил бремя на неё. — Ты могла бы послать за мной, — слабым голосом произнёс Каллен. Эми хмыкнула и вырвалась из объятий, свирепо глядя на него. — Командир, у меня есть правила, которых я должна придерживаться. — Я знаю. — Каллен шагнул вперёд, но Эми отступила. — Я куртизанка, — гордо заявила она, высоко вздёрнув подбородок. — Я знаю, — повторил он, медленно наступая на Эми, пока её спина не упёрлась в холодную каменную стену. — Я горжусь своим положением и работой, и мне не стыдно выполнять свой долг. Её ладони прижались к стене позади, а грудь тяжело вздымалась. Предательский румянец выступил на щеках Эми, а губы приоткрылись, когда Каллен подошёл ближе. — Я знаю, — повторил он, прижимая Эми к стене. — Правда? — с вызовом сказала она, её зелёные глаза были полны смятения, похоти и замешательства. Каллен не прикасался к Эми, лишь положил руки по обе стороны от её лица и пристально взглянул в глаза. — Да, но я также знаю, что никогда не испытывал ни к кому такого желания, как к тебе. Эми радостно вздохнула, но не предприняла никаких попыток заговорить или отодвинуться. Ему нужно убедить её. — Я должен обладать тобой, — заявил Каллен. Эми молчала, ожидая. Она хотела большего от него. Он нежно поднёс руку к её щеке и взмолился: — Пожалуйста, я не хочу твоей благосклонности, я хочу тебя. Глаза Эми опустились на его губы, на её лице промелькнула улыбка. — Да, — согласилась Эми слегка удивлённым голосом. — Да? — Каллен чуть не закричал, когда соединил их губы в нежном, ласковом поцелуе. Мягкое прикосновение губ быстро переросло в горячее. Рука Каллена на щеке Эми скользнула в волосы и слегка потянула, запрокидывая её голову и обнажая линию горла. Эми гладила его одетое тело, избегая области, которая больше всего нуждалась в прикосновениях, тем самым сводя его с ума. Каллен целовал и лизал чувствительную кожу, пока Эми не выдохнула: — Я всё ещё зла на тебя. Каллен что-то пробормотал. Он понимал её злость. Каллен сам всё ещё злился. Даже несмотря на то что теперь Эми была в его объятиях… позволяла его голодному рту поглощать её, Каллен мучился от болезненных мыслей о том, что кто-то ещё пробовал Эми подобным образом. Кому ещё она позволяла покрывать поцелуями своё обнажённое плечо, вдыхать манящий запах? И для кого ещё она издавала такие приятные, полные удовольствия вздохи? Его гнев вновь вспыхнул. Нежные ласки быстро переросли в агрессивные. Каллен посасывал и покусывал впадинку на её горле, пока не появился красный след. Он откинул голову назад с довольной ухмылкой оттого, что пометил её как свою, по крайней мере на данный момент. — Ублюдок, — жалобно простонала Эми и попыталась оттолкнуть Каллена от своего разгорячённого тела. Каллен взял Эми за руки и прижал их по бокам, устремив на неё похотливый и опасный взгляд. — Много мужчин ты затащила к себе в постель с тех пор, как я последний раз был с тобой? Звук, похожий на недовольное рычание, завибрировал у Эми в груди. — Не спрашивай меня об этом. Недовольство сменилось криком, когда Каллен скользнул бедром по её клитору и прижался к Эми всем телом. Член затвердел в штанах, и Каллен гладил его её мягкими изгибами, а Эми двигала бёдрами о мускулистую ногу. Когда она попыталась плотнее прижаться к бедру для трения и намеренно отодвинуться от его тела, Каллен перехватил её руки. Подняв их над головой и крепко сжав одной рукой, Каллен принялся развязывать переднюю часть платья. — Я хочу знать, — серьёзно заявил Каллен, расплетая ленты на груди. Корсет быстро ослаб под яростным натиском, и тяжёлые груди наконец освободились от оков. Каллен увидел, как соски затвердели под его пристальным взглядом. Он поднял свободную руку и поддразнил чувствительную плоть. — От их членов тебе так же хорошо, как от моего? — спросил Каллен, ничуть не смутившись, когда его игривые ласки на груди стали настойчивее. Он ущипнул сосок. Голова Эми откинулась назад, с приоткрытых губ сорвался стон. — Или их вялые члены тебя не удовлетворяют? Её возмутили его расспросы, и Эми зарычала в ответ: — По крайней мере, у меня были любовники. Скажи, какие отношения у Инквизитора с Соласом? Каллен проигнорировал насмешку и прижался горячим ртом к её грудям. Он поцеловал каждую. Всё ещё разгневанная Эми захрипела от удовольствия. — Я слышала, что они давали друг другу обещания. Каллен, раздражённый её поддразниваниями, слишком сильно потянул сосок, заставив Эми вскрикнуть. Он прикоснулся к одной груди, а к другой прильнул ртом. Его рука скользнула вниз и задрала юбки. Эми дёрнулась и застонала, когда Каллен провёл рукой вверх по бедру, но его путь перегородило тонкое нижнее бельё. Взбешённая отсутствием реакции на её язвительные слова, Эми процедила: — Думаю, ты помнишь, что он умеет путешествовать в Тени. Даже если бы ты оказался в её постели, она бы трахалась с ним во сне. С разъярённым рычанием Каллен разорвал что-то под её юбкой. Глаза Эми закатились, когда его пальцы прикоснулись к обнажённой сердцевине. Эми раскраснелась и потерялась в ощущениях, когда Каллен раздул пламя её удовольствия. Она была красивой, но в то же время униженной. Каллен почувствовал, как его гнев рассеивается с каждым тихим стоном Эми. — Меня не волнует ни она, ни тот, с кем она спит. — Но тебя волнует, с кем я делю постель? — захныкала Эми, когда Каллен погладил её влажный вход. — Да! — Каллен зарычал и скользнул одним пальцем в лоно, ощутив, какой мокрой была Эми. Он наслаждался изгибами тела, пока её накрывали чувства. Отпустив её руки, Каллен крепко поцеловал Эми. Его язык исследовал рот, а палец поглаживал влажные стенки. Каллен хотел показать действиями то, что не мог выразить словами. Он лизал её, изучал, и всё это время его эрекция болезненно пульсировала в кожаных штанах. Полные удовольствия глаза Эми удивлённо распахнулись. — Почему? Почему? Каллен не понимал. — Потому что я… — Прижав их лбы друг к другу, Каллен вытащил палец из её лона и поднял многослойные юбки. Крепкой хваткой приподнял Эми за бёдра, и она обхватила его талию длинными ногами. — Я… — Он попытался вновь заговорить, но желание взяло верх. Удерживая Эми между стеной и бёдрами, Каллен расшнуровал кожаные штаны. Пульсирующий член вырвался на свободу, и, сделав шаг вперёд, он прижался к влажному жару. Каллен должен быть в ней, они должны стать единым целым. Ничто другое не имело значения. — Я… — Все слова покинули его, когда с удовлетворённым стоном Каллен насадил Эми на свою длину.***
Эми так и не услышала ответа, почему Каллена заботили её любовники. Да и ей было всё равно. Не было ничего лучше, чем чувствовать командира рядом, внутри неё, вокруг неё. Его твёрдый и толстый член растягивал её приятным покалыванием. Вены, выступы и кончик стимулировали пучок нервов внутри. Их бёдра тёрлись друг о друга, когда Каллен прижимал её тело к стене. Сначала Каллен двигался мучительно медленно. Не торопясь, он приподнимал Эми, а затем снова входил в её тепло. Каллен оставлял метки на коже поцелуями и прикосновениями — на бёдрах. — У тебя самая сладкая, самая узкая пизда, — похвалил Каллен, снова входя в её ножны, поддерживая за бёдра, чтобы двигаться с большей настойчивостью. Необходимость, отчаяние и нужда. Вот что было между ними. Казалось, воздух превратится в пламя, если они не станут единым целым. Они не могли долго сдерживаться. Это чувство горело между ними слишком ярко и горячо. Скоро оно закончится, Эми знала это. Если это их последний раз, то Эми хотела бы пометить его так же, как Каллен сделал это с ней. Несмотря на то что командир всё ещё был в рубашке, Эми водила ногтями по его спине, пока он не зашипел. Посасывала кожу на шее, пока не оставила красный след. — Да, Эми, милая! — простонал Каллен, и Эми сделала всё, чтобы обладать им хотя бы на это короткое время. Она пыталась восстановить хоть какое-то подобие контроля над своим телом и эмоциями, пока он насаживал её на член. Наконец Эми смирилась со своим бессилием, позволив ему держать и трахать её с той жестокостью, которую она видела в его глазах на тренировочном ринге. Невидимая нить, которая тянулась между ними эти недели, плотно обвивалась вокруг их тел, отгоняя все остальные мысли, кроме тех, что были о них самих и о том, как хорошо им было вместе и как всё было правильно. Это было слишком горячо, это длилось слишком долго. Эми, вцепившись пальцами в плечо командира и крепче обхватив бёдрами его талию, достигла оргазма с пронзительным криком. Командир издал прерывистый стон: — Да! — И завладел её губами, быстро двигая бёдрами. Их поцелуй приглушил стон. Член командира запульсировал, а затем излился в неё. Как и в прошлый раз, Каллен прильнул к её телу. Руки болели, а дыхание прерывалось, но он всё ещё держал Эми, не выходя из неё и переживая чувства без оргазма. — Я хочу, чтобы ты была моей, — пробормотал Каллен в изгиб шеи Эми. Эми слышала это и раньше, но не так тихо и не так скоро после обоюдного завершения… Эми проглотила комок в горле. Впервые в жизни она пожалела о своём выборе. — Я сама себе хозяйка, — заявила Эми, скрывая от Каллена внутреннее смятение, но она должна была сказать это. Каллен поднял голову и нежно коснулся её щеки. Вспомнив их ссоры, он ответил мягкой грустной улыбкой. — Я знаю. Они поправили одежду и, взявшись за руки, направились к выходу. Хватка командира усилилась, когда они поднимались по лестнице. Он не желал расставаться до тех пор, пока это не выйдет за рамки приличия. Эми старалась поддержать светскую беседу: — Как я вижу, ты стал намного увереннее в выражении желаний. Это было преуменьшением. Он стал разговорчивее, быстрее спрашивал и демонстрировал свои желания. Ревность была ужасной эмоцией, но она ему так, так шла. Командир слегка покраснел от её похвалы. — Да, ты была терпеливой наставницей, — поддразнивающе ответил Каллен, и Эми тихонько захихикала. Это приятно. В груди разлилось тепло, а в сердце появилась лёгкость. — Что ж, если ты захочешь больше уроков, тебе стоит только попросить. Ранее я была довольно сдержанна, но теперь готова поучить тебя… Каллен остановился прямо перед входом в центральный зал и повернулся к ней: — Что ты имеешь в виду? Может быть, пришло время сделать прыжок веры? — Я принимаю клиентов раз или, возможно, два раза в месяц. Остальные двадцать восемь ночей я абсолютно одинока. — Эми? — спросил Каллен с надеждой в голосе и безмерной радостью от её предложения. — Я была бы рада провести с тобой больше времени без должных обращений, только если ты не будешь упрекать меня за то, что я куртизанка. — Пожалуйста, соглашайся, — с тревогой подумала Эми. В его ответе не было и нотки сомнения: — Да. Эми, да. Я больше никогда, никогда этого не сделаю. Клянусь Андрасте. Каллен поцеловал Эми, и её глаза закрылись от нахлынувшего чувства принятия и, возможно, чего-то большего. От его настойчивости, мягкости и нежности у неё всегда подкашивались ноги. Каллен потёрся с Эми носами. — Я возьму от тебя всё, что ты готова мне дать. Улыбка Эми была широкой и искренней. — Тогда увидимся вечером, командир.
