Банковское дело

Панталоне не стал откладывать дату, когда мы вступили в официальный брак. Это была формальность, для того, чтобы меня избавить от влияния семьи. Ни мне ни ему, это не надо было на самом деле. Нет, не потому, что мы не воспринимали эти отношения серьезно, а потому что нам не нужна была эта формальность, я знала, что он до безумия одержим мной и не отпустит меня ни при каких обстоятельствах, а я полностью принадлежала только ему одному, мне даже не хотелось существовать в мире, где я не его. Со стороны подобные отношения выглядят очень странно, ведь как такое можно называть любовью. Счастливый брак и любовь у многих строились на взаимопонимании, доверии, нежности и комфорта. Как же я могу говорить о том, что мой брак был счастливым, когда мой муж сжимавши мою шею, как одержимый говорил, что я его вещь. Все просто, наши отношения строились на всем том же, как и у остальных, просто по нашим извращенным понятиям. Несомненно находясь рядом нам было комфортно, мы понимали друг друга даже без слов, иногда хватало одного взгляда, Панталоне очень доверял мне не только, как супруге, но и в многих рабочих вопросах, а нежность, ну, она просто специфическая, мы выражали ее по другому. Одним словом, мы дополняли друг друга, наверное, больше чем большинство пар. Приём в честь свадьбы был тоже очень относительным, просто для галочки. Единственное было два момента, которые запомнились мне. Первый - это, когда мы скрепили узы брака поцелуем. На что я рассчитывала, зная кто стоит передо мной. Даже поцелуй молодоженов был особенный. Панталоне схватил рукой мое лицо, впился пальцами и прошептал «Теперь ты точно никуда от меня не убежишь» и поцеловал грубо и страстно, хорошенько прикусив мне губу. Какая же была восхитительная реакция моей семьи, эти консервативные люди, даже представить себе не могли о проявлении своих чувств подобным образом, для них это было неприемлемо. Какой же шок мог быть у них, узнав, чем я еще занималась с Панталоне в этой жизни. Бабушка Роза, скорей всего, сразу отправилась бы к праотцам. Второй же момент - это, когда Панталоне подошел к моему брату, положил руку на плече и приблизившись поближе сказал, что он знает про то, что тот меня ударил и про все мерзкие слова, что сказал мне. Мне казалось, Винсент тогда побледнел и забыл, как дышать. Конечно, чувствовать превосходство над младшей сестрой легко, но как же жалко такой человек выглядит, когда кто-то, кто действительно имеет власть ставит его на место, а тот еле стоит на своих дрожащих ногах. Пусть хоть радуется, что его голова не полетела с плеч, Панталоне очень хотел этому поспособствовать, но все же продержался моего желания. Я люблю Винсента и очень благодарна ему за всю ту поддержку, которую он оказывал мне на протяжении многих лет, но его поступок я простить не могу. Я могла ждать подобное от кого угодно, от отца или еще кого-нибудь из семьи, но он ударил ножом в спину. Так что и с ним мои связи порваны. — Селена, вставай — меня пихнули в спину, пытаясь разбудить, но я так не хотела — Селена, ну же. Ты опоздаешь, а за опоздание полагается штраф. — Там холодно — я морщилась от света и старалась еще немного удержаться за сладкий сон. — Ничего, переживешь. — Ну почему я прихожу на целых два часа раньше тебя, это не честно. — Потому что я руководитель, а ты моя секретарша — после этих слов, Панталоне впился в мою шею своими зубами. — Ай! Ну хорошо, встаю я. Отогнав от своей шеи предвестника, я нехотя встала и направилась в ванную. — Вообще-то, благодаря мне ты недавно заключил очень выгодную сделку по экспорту древесины за очень высокую стоимость, а что в итоге, ни премии, ни отпуска, ни даже на час позже прийти нельзя — с зубной щеткой и вся в пене жаловалась на эту несправедливость. — Селена, не бубни, иначе будешь наказана. Дочистивши зубы и выйдя из ванной я наклонилась к Панталоне, который сидел на кресле около камина. — Что же это за наказание, когда наказуемый чувствует удовольствие? Предвестник прищурился и улыбнулся в своей любимой манере, схватил меня за волосы на затылке и натянул так, что голова откинулась назад, полностью открыв шею. — Селена, не стоит тебе меня дразнить, можешь же пожалеть потом — он провел языком по всей шее, там где еще оставался след от недавнего укуса. И кто кого еще дразнит. Кто ж знал, что этот рабочий день будет столь шокирующим для меня. Посреди дня, Панталоне подозвал меня и протянул бумагу. — Ты что шутишь? Это вообще, что такое? Приказ об увольнении? — Все верно, с сегодняшнего дня ты больше не работаешь моей секретаршей — не изменяя себе он сидел с легкой улыбкой и сложенными руками. — Ты что, планируешь меня запереть в поместье или хочешь, что бы я нашла другую работу? Знаешь ли, я не буду домашней собачкой, а с моим опытом работы на тебя, я быстро найду новую хорошую работу. — Я обязательно запомню, что ты сегодня осмелилась угрожать мне. — И ты думаешь, что я это подпишу? — Конечно подпишешь, у тебя нет выбора. — Неужели нашел себе новую девочку? — я резко уперлась в стол обоими руками с громким звуком, ничего не понимаю, какой же он иногда бывает хаотичный, сложно понять, что творится у него в голове. — Еще нет, но собеседования на должность моего секретаря уже начались. — Я тебе член откушу, когда буду минет делать, за такое. — И снова угрозы, уже вторая, ее тоже запомню. Иногда, видеть как ты злишься бесценно. У тебя невероятно твердых характер, когда дело касается работы, за это я тебя и ценю как сотрудника. — Ценишь и по этому выгоняешь с работы? — Кто сказал, что я тебя выгоняю? — А что тогда означает эта дурная бумажка, об увольнении? — Что я увольняю тебя с должности личного секретаря. — Хватит уже мучать, объясни все нормально, пожалуйста. — А вот твои мольбы я люблю больше. Ладно, думаю я уже насладился — он протянул еще одну бумажку, которую я демонстративно выхватила и начала изучать. — Заместитель и советник? Это что еще одна шутка? — Нет, с завтрашнего дня ты занимаешь именно эту должность. За тот год, что ты проработала на меня, я высоко оценил твои способности и ум. Как бы не хотелось это признавать, но иногда ты находила такие решения, которые не находил я. Мне нужен рядом человек, которому я могу доверять. — С секретарши на советника. Большой прыжок по карьерной лестнице. Теперь мне и самой кажется, что я пробилась через постель. — Селена, это заслуженное повышение, ты слишком хороша в экономических вопросах, что бы быть секретаршей. Так что теперь занимайся тем, что ты умеешь. Но я буду рад, если ты продолжишь называть меня Господином и приносить кофе. Я все еще не могла поверить, что это действительно произошло. Я мечтала об таких успехах уже давно, но не думала, что добьюсь их так быстро. Я хорошо знаю Панталоне не только в личных отношениях, но и рабочих. Он бы никогда не стал назначать меня на такую должность только из-за нашей связи. — А да, ты кстати теперь можешь распоряжаться моими средствами на свое усмотрение, но это уже, как моя жена. Я знаю, ты не станешь бездумно тратить мору, и переживать мне нет смысла. Так что, подпишешь приказ об увольнении? Вечером, после ужина наступило наше особенное время, оно было не каждый день, но после сегодняшних событий я хотела отметить свое повышение. Я сидела на коленях на полу в нашей спальне. Света было не очень много, как обычно камин и пару торшеров. На мне не было ничего, кроме белья. В этот вечер я выбрала черное, так как Панталоне, говорил, что черный цвет идеально подходит к моей почти фарфоровой коже и черным волосам. По правде говоря, это был мой любимый комплект. Лифчик бюстье, казался мне очень сексуальным выбором, особенно в этом комплекте, который был из прозрачной ткани. В этот набор входил еще пояс для чулков, когда я его увидела, то не взять его не могла. Сегодня он был на мне и держал мои плотные чулки. Зная, что сегодня будет, я конечно же надела стринги. В этом комплекте было для вида трусов, но сегодня нужны именно они. На шее у меня был ошейник с кольцом, к которому был прицеплен поводок. От одной мысли, что я сейчас в таком виде сижу на коленях перед Панталоне уже сводил с ума. Он же стоял величественно, только в брюках и все еще в своих элегантных очках. В руках у него был стек. Наверное потому, что мы любили верховую езду, выбор пал именно на этот тип плеток. Он хлопал им по руке. — Ну что ж Селена, с повышением, пора отпраздновать твой успех — он поднес к моему подбородку стек и подал сигнал, что бы я выше подняла голову — До чего же ты сексуальна сейчас, ты же помнишь, что делать если я увлекусь и начну переборщать? — Да, Господин — я смотрела на него таким покорным взглядом, я желала, что бы он меня подчинял. — В таком случае начнем — он взял меня за поводок, давая понять, что мне надо встать и повел в сторону постели. — Залазь и становись в позу собаки. Я послушно выполнила все его требования. Панталоне подошел и легко приподнял мой подбородок. — Сколько сегодня раз? Ты была умничкой и думаю мы обойдемся небольшим количеством. Я придумал, я же девятый предвестник, как насчет девяти? — Господин, я не могу оспаривать Ваше решение. — Вот и славно, ты ж помнишь, что считать должна ты, громко, что бы я хорошо слышал. — Да, Господин, я буду делать, как Вы говорите. — Селена, какая же ты послушная, я так это люблю — он протянулся ко мне и нежно поцеловал, оставляя влагу на моих губах, а после протер нижнюю губу большим пальцем. По пути к моим ягодицам, он протянул по всей спине стеком. После погладив правую часть ударил ее и в комнате раздался характерный звук. — Ах, раз — первые удары не самые приятные. За ним последовал следующий — Два — и следующий — Три. После пятого удара он остановился и начал гладить стеком ту часть, по которой бил. — Твоя белоснежная кожа, сейчас отливает таким красным оттенком, это завораживает, но вот вторая часть все еще белоснежная, это не справедливо — после этих слов он ударил левую часть. — Шесть! — к этому моменту я уже слегка дрожала и вскрикивала с легким оттенком стона. Когда последний девятый удар был нанесен, он снова начал аккуратно гладить. — Какая молодец, все вытерпела, за это полагается награда — он неожиданно еще раз ударил. От неожиданности я уже не произнесла число, а просто выкрикнула уже с явным оттенком стона. Мои ягодицы горели и покалывали, несравненное ни с чем чувство. Я продолжала стоять в той же позе, когда почувствовала горячую руку, которая гладила мои пылающие ягодицы. — Селена, если бы ты только видела, как это красиво — после его рука прошлась между моих ног по пропитанным влагой трусам — Но я не знаю, что возбуждает больше, твои красные ягодицы или то, что ты уже мокрая. Панталоне очень любил много говорить во время процесса, его комментарии всегда ласкали мои уши, я хотела, чтобы он продолжал говорить все эти грязные слова. — Что ж с тобой делать дальше, хочется все и сразу, но думаю сейчас время для этой вещи. Он отодвинул тот тонкий кусочек ткани моих стрингов и я почувствовала возле ануса холод железа. — Давай, расслабься, что бы легко вошла. Он надавил и я почувствовала, как в меня проникает этот холодный металл и по телу покатились мурашки, а из груди вырвался стон. — Вот и все, зашла очень легко — он оттянул ту полоску ткани и отпустил так, что бы она слегка шлепнула, когда вернулась на место. Панталоне вернулся к моему лицо и взяв поводок натянул его на себя, я же со вздохом подалась вперед. — Я только начал, а твое лицо уже горит такой звенящей похотью. А теперь скажи, ты хочешь продолжения? — Прошу, Господин, продолжайте дарить мне удовольствие — мольбы одна из вещей, которую он очень любил, я всегда баловала его этим. — Не сильно убедительно — он дернул за поводок. — Ах — вырвалось из моих уст в этот момент — Господин, я правда хочу, что бы вы продолжали, молю, не останавливайтесь. — Неужели тебе так нравится, когда тебя наказывают? — Да, Господин, я очень люблю, когда вы это делаете, прошу я больше не могу, продолжайте. — Какая хорошая девочка, ну раз ты так просишь, так уж и быть. Он потянул меня за ошейник и приказал лечь на спину. — Что бы ты никуда не убежала, надо тебя привязать — взяв мои руки и он надел наручники, которые зацепил за изголовья кровати. Кошмар, мы такие развратные, что я предложила сделать специальный зазор для фиксации наручников к кровати. — Ну вот, теперь никуда не денешься. Ты так вытянулась, словно кошка — он протянул рукой от низа живота до подбородка, пока я выгибалась действительно, как кошка, которая хочет, чтобы ее ласкали и покрывалась очередной волной мурашек. — Ты же знаешь, что твои глаза мне напоминают голубые сапфиры? Они очень дорогие. Но увы, сегодня мне не суждено в них смотреть — на мои глаза натянулась маска и все покрылось тьмой. Теперь я могу только слышать и чувствовать. От того, что нет зрения, все другие чувства обострялись. — Этот лифчик красивый, но он скрывает, что-то более красивое, так что если не против, я избавлюсь от него — расстегнув его в нескольких местах, так как мои руки уже были зафиксированы, снять его обычным способом не вышло бы. — Ну вот, так то лучше — теперь его руки гладили мою грудь, пока что очень нежно — Меня всегда удивляло насколько твоя грудь упругая и пышная, а эти розовые соски, они же как цветки сакуры в Инадзуме — он слегка сжал один из них, моя реакция не заставила себя ждать — А еще они у тебя крайне чувствительны. Тогда им нужно особое внимание. Я почувствовала, как что-то холодное прикоснулось к правому соску. Вот черт, зажимы, как подло, знает же, что они сводят меня с ума. Зафиксировав один он слегка натянул его, что вызвало покалывание, которое сопровождалось удовольствием по всему телу. От чего я вся напрягалась и соответственно сжималась. И тут меня ждал еще один подвох. Анальная пробка давила на чувствительные места. — Господин… — выдавила я задыхаясь уже от двойных приятных ощущений. — О эта мелодия, вот бы слышать ее всегда, но не стоит отвлекаться, у нас еще много работы. Он сделал тоже самое со вторым соском, от чего все повторилось. Чем сильнее давила пробка, тем сложнее было перестать напрягаться, а это создало порочный круг. — Да, Селена, стони еще громче, ощущаешь как твое тело постепенно сходит с ума, а я ведь не сделал еще ничего такого — он шептал мне на ухо манящим бархатным голосом, от которого мне становилось еще лучше. После он принялся за свое любимое дело, губами ласкать мою шею. Я чувствовала его дыхание, его горячие губы, его укусы и все засосы, что он делал с влажными звуками. Когда он еще раз натянул зажимы и протяжно застонала. — Да ты сейчас кончишь, знаешь как я это понимаю? Селена, я знаю тебя всю, когда ты на грани, ты закусываешь губу. И что-то мне подсказывает если я сделаю так, то ты кончишь — он еще раз дернул зажимы, но теперь не один, а оба. Меня накрыл оргазм. — Ну вот ты, кончила, а я нет, тебе не кажется это несправедливым, пока ты наслаждаешься, я стою в стороне получается? — Господин, прошу, дайте мне помочь Вам кончить. — Милая Селена, ты так любишь мне служить — он переместился к моим ногам и стащил с меня стринги, попутно отстегивая чулки от пояса, но их снимать не стал — Да тут целый потоп. Теперь ясно почему у тебя гидро глаз бога и почему ты его не используешь, с такой киской, которая так сильно течет он не нужен. Панталоне провел пальцами у меня между половых губ собирая влагу. А после подтянул мне эти пальцы и засунул в рот. — Попробуй какая ты на вкус, скажи вкусная? Лично я очень люблю твой вкус — я очищала его пальцы очень активно — Как же ты работаешь своим ртом, к этому мы еще вернемся позже. Он развел мои ноги пошире и разместился между и начал водить своим твердым членом смешивая наши жидкости. От этих движений я понимала, что оргазм опять начинает постепенно скатываться внизу живота. — Скажи, что ты сейчас хочешь? — Я хочу, что бы вставили в меня — он не отвечал и просто продолжал дразнить, иногда нажимая головкой на клитор — Прошу вставьте его, я очень хочу, что бы Ваш член вошел в меня глубоко — он все еще продолжал свои действия, а я уже начинала бедрами тянуться на встречу, уже почти хныча и скуля — Прошу, прошу, я очень хочу, вставьте его в меня — опять никакой реакции, а мое тело ныло только сильнее — Блять, Панталоне, да вставь ты уже! — не выдержав я сорвалась в крик. — А моя кошка умеет шипеть, ну раз тебе так неймется, то получай то что ты просишь — одним резким движением он вошел в меня, да так, что я немного отъехала назад. Это уже был не стон, а крик удовольствия, я чувствовала что глаза под маской намокли. Он трахал меня так сильно, что громкий звук шлепков был почти сравним с тем, как стонала я. Он держал меня за бедра, не давая мне отъезжать. — Селена, твою мать, как можно быть такой… — видимо он чувствовал тоже, что и я, так как его стоны, которые были почти как рычание смешивались с моими и со звуками шлепков. Когда он двигался, задняя стенка влагалища прижималась к пробке, за это я ее любила, благодаря ней была двойная стимуляция, а это я даже не знаю, как описать. Наверное подходит слово экстаз. Панталоне продолжал двигаться резко и быстро. Его толчки были невероятно глубокие. Я уже была на пределе. — Я…я…, Панталоне, я… — Я знаю, не сдерживайся — внезапно он дернул за зажимы и все во мне взорвалось с оглушительным звуком. — Блять, Селена, не сжимай так, я… — он оборвал свою речь и со всей силы вырезался в меня издав громкий рык переросший в стон. Он побыл во мне еще какое-то время, мы оба выравнивали дыхание, очень шумно. С недавних пор, Панталоне привез таблетки из Ли Юэ. Их изготавливал, то ли травник то ли врач, я не помню, но Панталоне проверил дательно их безопасность. Конечно не без помощи Дотторе, но он не говорил для чего, а узнал ли доктор или нет, остаётся только гадать. Благодаря им мы смогли избежать нежелательную беременность, так как дети в наши планы не входят и теперь Панталоне может кончать в меня, без риска. — Селена, что ты со мной сделала, у меня была моя привычная жизнь, а, Селена, я занимался своими делами и не о чем не беспокоился, но тут появилась ты. Селена, ты же сделала меня зависимым от тебя, теперь я словно наркоман. Селена, ты никогда не посмеешь теперь уйти от меня. Я найду тебя, где бы ты не спряталась — он очень нервно дышал, когда говорил это. — Мой Господин, я никуда не уйду, моя жизнь только твоя. Наконец он вышел из меня. После он снял зажимы и достал пробку, но все еще оставил наручники и маску. — Перерыв? — немного уставши спросил предвестник. — Я хочу пить, освободи меня — но вместо этого я услышала, как он встает с кровати — Эй, освободи — я дернулась, но наручники мешали сделать хоть что-то — Ты издеваешься, я пить хочу. — Я услышал с первого раза. Меня немного раздражало, что я даже не вижу что он делает, а по звукам было сложно ориентироваться. Однако ощущения тактильные все еще хорошо работали, поэтому я почувствовала как он приблизился к моим губам, я машинально открыла их. Чертов сумасшедший извращенец, как вообще можно быть таким развратным. Через поцелуй он напоил меня. — Еще? — Да. Так повторилось еще несколько раз, после чего переросло в страстные поцелуи. Ты же сказал, что перерыв, Фатуи верить нельзя. Он не освобождал меня и похоже не планировал. Навалившись сверху, он жадно, словно голодный зверь, целовал меня, терзал мои губы, иногда переключался на шею и ключицы, но возвращался к губам. Мне хотелось раствориться под его напором. Рукой он пробрался к моей груди, которая еще ныла от зажимов и с силой сжал, от чего я застонала ему в рот, но он перебил меня снова глубоким поцелуем. Я не знаю сколько времени потратили поедая друг друга, по другому я не могу это описать, однако вскоре я почувствовала бедром, что его член уже встал снова и терся об меня. — Дай мне его — в промежутках между поцелуев попыталась сказать, чего я хочу — Дай мне свой член, я хочу его, хочу что бы он был у меня во рту. Панталоне без слов потянулся к наручникам и расстегнул их. — Маску не снимай. Освободившись я интуитивно и на ощупь нашла, где располагался Панталоне. Я накинулась на него словно сумасшедшая, которую спустили с цепи. Решив не сразу переходить к действию, я впилась в его шею, точно так же как он любил делать мне. — Селена… Он всегда доминировал, управлял и мучал меня. Иногда, когда мне удавалось пробить его защиту, он начинал скулить как щенок. Похоже, мне совсем сорвало крышу от удовольствия. Я облизывала, кусала, целовала и царапала все его тело. Соски на самом деле чувствительные не только у меня. Панталоне боялся потерять надо мной контроль, так что, когда мне удавалось взять верх я использовала этот шанс полностью. Как и сейчас, его тело в моей власти. Я повалила его на спину. Все еще ничего не видя я двигалась словно крот. Когда я добралась до его груди, он попытался меня остановить, но я схватила его руку и откинула. — Не лезь — прошипевши я продолжила свои действия. Найдя сосок я облизала его всем языком. За этим последовал стон. Панталоне стонал во время секса, но это было больше рычание победителя, сейчас же его стоны были похожи больше на мои. Моя игра с его грудью началась. Я придавливала ее, очертила сосок языком, а потом прикусывала, просто присасывалась. — Селена стой… — теперь ноет он. Решив, что с его сосками хватит, я жадными поцелуями пошла по его прессу, иногда облизывая. Я спустилась в самый низ. Вот он, так ждал меня. Его член был тверже камня, пульсировал и подрагивал, так желая, чтобы ему уделили внимание. — Ты смотришь на меня — держа его член у своего рта решила поинтересоваться — Я хочу что бы ты смотрел как я сосу твой член. — Да, я смотрю. Я пустила немного слюны на головку, я знала, что он смотрит, я сделала это для него. Накрыв губами головку я двинулась вниз, помогая при этом рукой. Моя рука надрачивала его ствол, а рот работал по самым чувствительным местам. Я облизывала его со всех сторон, брала в рот, проходилась по уздечке и получала этот сладкий стон. Неожиданно для него, моя вторая рука сжала его яйца, как же он выкрикнул. — Блять, Селена, что ты… Не дав ему говорить я все так же интенсивно работала с его членом и мошонкой. Решив что руки мало, я бросила его член и стала облизывать и присасываться к яйцам при этом продолжая двигать рукой по стволу. Мне кажется он задрожал в этот момент. Как же ты себя чувствуешь, когда игру ведешь не ты. — Еще чуть-чуть и я кончу, я хочу что бы ты приняла все в рот. Как бы то ни было, выполнять его желания, часть моей роли в постели. Вернувшись ртом к члену, я знала, как заставить его кончить. Придавив сильнее его длину и ускорив движения, я взяла в рот полностью головку, а языком вылизывала его чувствительную точку. Прозвучал ноющий стон и мой рот наполнился вязкой жидкостью. Я сделала еще пару движений, чтобы вышло все и конечно же проглотила. До меня доходило его очень сбитое дыхание. Черт, как же здорово, когда я тоже довожу его до пика. Пристав, снова интуитивно ползла к нему. По пути я почувствовала, как маску на глазах поддели пальцем и сняли. Сначала в глаза ударил свет, хоть и неяркий, но после полного мрака он все равно был неприятный. Когда же глаза привыкли я увидела уникальную картину. За все время, что мы спим я всего несколько раз видела его в этом состоянии. До жути красное лицо, прерывистое дыхание, полные блаженства глаза и растрепанные волосы. — Селена… Я не удержалась и бросилась на него. К этому моменту мы были уже полностью мокрые и горячие. Набросившись на него с поцелуями, я обвила руками его за шею и вцепилась в волосы, Панталоне же сжал меня в сильных объятиях. — Селена…, мне нужен перерыв. — Никакого перерыва. Схватив меня, он одним движением перевернул меня на спину, прижал к кровати и нависнув надо мной. — Вот так значит, хочешь по плохому? Будет тебе по плохому. В следующий момент в меня уже вошло два пальца и сразу начали грубо и быстро двигаться. Так как я не кончила, пока делала ему минет, эти действия были для меня смертельны. — Нет, Нет, перестать! — я извивалась как змея, предвестник знал одну мою тайну. Место от которого меня сводило судорогой. — Что такое? Больше не весело? Хочешь перерыв? — безжалостно рычал мне на ухо. Придавив мою шею у меня образовался дефицит кислорода, его движения во мне были все такие же резкие и быстрые и он ударял в том месте с невероятной силой. По телу пробежала судорога, я вцепилась в Панталоне когтями и пронзительно громко закричала, почти надрывая голос, глаза были полны слез, которые стекали по лицу. Это были слезы сильнейшего оргазма. По бедрам потекла жидкость. Время от времени он доводил меня до этого, но в этот раз это было сильнее, чем обычно. Опустив мою шею он схватил мое лицо впиваясь пальцами. — Ну что получила, знала же что не надо нарываться — не дав мне ответить он властно, словно победитель поцеловав меня, не дав даже отдышаться, от чего я снова начала задыхаться. Я была его по плечам, пыталась вырваться, но его хватка была сильнее. Когда же он меня отпустил я начала жадно хватать воздух словно рыба, которую выбросило на берег. Панталоне упал рядом. — Я же просил перерыв, сама виновата. В ушах стоял дикий звон, а глазах только начинала проходить темнота. А можно умереть от оргазма? Мне показалось тогда, что именно это может со мной произойти. — Ну что, отдохнула, пора продолжать. — Что нет, подожди! — схватив меня и с силой поставил в коленно локтевую, прижимая мою голову к постели. Мои бедра были мокрые, как и чулки. Вошел он быстро и резко, пока я еще пыталась освободиться из его хватки. Он был яростным, в этот раз он решил двигаться, не столько быстро сколько грубо и глубоко. Все что я могла это уже хрипло выдавать звуки при каждом ударе. Наконец-то он отпустил голову, но за этим последовал сильный шлепок по истерзанным в прошлом ягодицам. Я была очень чувствительна после того раза, поэтому понадобилось немного времени, чтобы я кончила снова. — Уже все? Быстро как-то, жаль я еще не закончил. — Прошу, я больше не могу… — Селена, я знаю, что можешь. Он снова меня перевернул, подхватив он усадил меня на себя сверху и помогая руками начал двигать на себе. Я просто уткнулась в его плече и продолжала постанывать, хотя у меня уже болело горло. Откинув мою голову для того, что бы впиться в мою грудь он ее закусил с такой силой, что я не выдержав схватила его за волосы и оттянула, за что поплатилась ударом по ягодицам. Все, что мне оставалось это расцарапывать его спину. И вот я кончила снова. Понятия не имею сколько раз я кончила, перестала читать после пятого раза, и как долго он меня мучал. Я потеряла какой либо счет. В конечном итоге я с полностью обессиленном и ватным телом лежала на нем. Мои плотные чулки каким то образом порвались, а пояс он сорвал в какой-то момент, я даже не знаю в какой. А вот за это обидно, он мне нравился. Нет, все что произошло не было насилием, я знала, как это остановить, если бы хотела и он бы остановился, без проблем, дело было в том, что я не хотела. — Мне кажется, что такого у нас еще не было — я наконец-то нарушила тот шум от тяжелого дыхания двух людей. — Надо будет повторить. — Но не скоро! Я и так завтра еле встану, все будет болеть! — иногда после таких игр, на следующий день у меня болело все тело. Когда это произошло первый раз, Панталоне разнервничался, что это из-за него, ну по сути это и было из-за него, но он думал, что что-то мне сделал, навредил, поэтому вызвал врача. Это был мой самый неловкий осмотр у врача, думаю врач тоже был очень смущен тем, что приехал к пациентке, которая просто всю ночь занималась диким, животным сексом. Конечно ничего страшного не было, просто надо было отдохнуть. Но что же будет завтра? — Наверное, завтра никуда не пойдем. Так, я пойду набирать ванну и позову слуг, а потом приду за тобой. Панталоне всегда после таких вещей очень был нежен. Мне было запрещено самой идти в ванную, только он мог на руках меня туда отнести. Это было правило. Мы лежали в теплой ванне всегда вместе, пока слуги меняли постель. Это еще одна очень смущающая вещь, которая по началу мне очень не нравилась. Пока мы отдыхали в теплой воде, слуги убирали весь тот кошмар, который оставался. Конечно, сейчас я уже привыкла и просто игнорирую это, слуги наверное тоже, в конце концов, те крики, которые стоят в поместье во время наших развлечений дают понять, что происходит за закрытой дверью. Кстати, в отличии от меня Панталоне это вообще никогда не беспокоило. Я встала снять чулки, единственное, что осталось от того красивого образа и то, порванные. Вскоре вернулся виновник торжества и мы уже лежали в ванной, я думала, что прям там растворюсь. — Через неделю мы едем в Инадзуму, ты ж там давно хотела побывать? — Да, но зачем? — Надо удалить некоторые вопросы при личной встрече, а еще провести несколько переговоров о разных сделках, потом расскажу подробности, ты все равно сейчас вряд ли запомнишь. — Хорошо — я полностью облокачивалась об его грудь. Как же мне хорошо и спокойно, я никогда не думала, что в моей жизни будет такое, что я буду просто счастлива. Буду заниматься тем, что мне интересно, жить так как хочу я и с кем хочу. Такой свободы у меня не было никогда, как с этим человеком, который постоянно напоминает про то, что я не смогу от него сбежать и я принадлежу ему. Но зачем мне сбегать, когда я так счастлива и счастлива принадлежать ему. Разместившись уже в постели, которую сменили, Панталоне протянул мне стакан молока. Я очень любила перед сном пить теплое молоко и он всегда его приносил. — Спасибо. Выпив его я легла в объятии мужчины, которого любила больше жизни. Время было далеко за полночь и спать хотелось до жути. — Спасибо тебе за все, что ты сделал для меня. Если бы не ты, то у меня ничего бы не было. —Селена, про что ты говоришь? Ты взяла все сама, хватит себя обесценивать. Ты сама усердно училась многие годы, сама всегда думала, сама из кожи вон лезла, когда я тебя гонял даже без дела. Ты сама очаровала меня, тем что ты это ты. Я буду жестче тебя наказывать, если ты продолжишь так про себя думать, ты поняла меня? — Как же я рада, что ты есть в моей жизни, скажи хоть как я могу тебе отблагодарить? — Мне ничего не надо, у меня все есть, а чего нет я могу купить в любой момент. Просто будь моей всегда, никогда не уходи, принадлежи только мне одному. Чтобы не случилось стой на моей стороне и иди только за мной. Если я умру, то умри со мной. Это все что мне надо. — Хорошо, если ты умрешь, я умру с тобой.