Призрак сокола V.1.02.

Долина Аррен. Орлиное гнездо. 274 – 277 г. от З.Э. Джейн Ройс После памятного разговора с отцом, меня и моего ребенка не тревожили два дня. Братья приходили ко мне и всячески вымаливали прощение. Говорили, что это все было не по настоящему и доказывали, что во флаконе была обычная вода. Я им верила. Но я знаю отца, и он точно убил бы Акселя. Братья может и думали, что они играют спектакль, но это не делает их невиновными. Через некоторое время отец пригласил меня в солярий, где сказал, что сделает меня леди Аррен, а своего внука наследником Долины. У Джона Аррена уже есть жена — Ровене Аррен. Она хорошая, милая девушка, с которой я дружила, и слова отца звучат, как приговор для нее. Но меня окончательно добило, когда отец поинтересовался моим мнением. Я знала, что это неправильно, что должна защитить жизнь своей подруги, но не смогла сказать ни единого слова. В своих покоях я, уткнувшись в подушку, разревелась. Это был тихий скулеж, недостойный леди, но мне было все равно. На душе было так мерзко. Этой ночью не могла заснуть. Пару раз подрывалась из кровати, хотела прийти к отцу и отменить весь план. Я знала, что он меня послушает, ведь после смерти матери именно я помогала ему со всеми делами в замке и на наших землях. Я была советчиком, чье мнение он ценил больше мнения остальных. Я просто не смогла заставить себя прийти к нему. В мою последнюю попытку, когда собрала всю волю и благородство, что у меня есть и решительно пошла к отцу, на выходе мой мальчик заревел. С его криком я забыла обо всем. Дружба, честь, благородство. Все это стало неважным. Я поняла, что сделаю все ради его счастья. Совершу самые мерзкие поступки, чтобы защитить его. Так необходимо. И сделаю все, что считаю необходимым, ради моего ребенка. Для его благополучия Ровене Аррен должна умереть. После этого меня ничего не волновало, я спала спокойно. Спустя два месяца леди Ровене Аррен скончалась от лихорадки. А спустя еще два, в начале 273 г., я вышла за лорда Джона Аррена. *** Джейн смотрела, как развеваются знамена: более тридцати знамен долины, пару из речных земель, даже один штормовой и самые почетные – Старки, во главе с Рикардом Старком. Отец взял ее за руку и ободряюще сказал: — Все будет хорошо. Мы обо всем позаботились. Джейн кивнула, впервые с момента их ссоры поблагодарила, и процессия двинулась. Семь обетов даны, свадебный гимн спет. В септе ее жених, облаченный в синий плащ с пряжкой серебряного сокола, смотрел прямо в ее глаза. — Дочь моя, — ласково сказал Робар, снимая ее плащ, — сим, я вверяю тебя под защиту твоего мужа… Робар с улыбкой передал ее плащ Элис Аррен, а та передала плащ Джона. Леди Элис накинула на брата плащ Ройсов, а лорд Робар на Джейн — плащ Арренов. — Этим поцелуем я клянусь тебе в любви и признаю моей леди и женой! — сильный и уверенный голос Джона пронесся по септе. — Этим поцелуем я клянусь тебе в любви и признаю моим лордом и мужем! — гордо ответила Джейн, вскинув подбородок. Джон улыбнулся и наклонился. — Перед ликами богов и людей торжественно объявляю Джона из дома Арренов и Джейн из дома Ройс мужем и женой. Одна плоть, одно сердце, одна душа! Отныне и навеки, и да будет проклят тот, кто станет между ними! — провозгласил септон. — Да будет проклят тот, кто станет между ними!!! — повторили присутствующие женщины. Теперь предстоял лишь свадебный пир. А завтра и послезавтра будут турниры… А еще есть ночь. *** Прошло полгода со свадьбы. Теперь меня величают леди Долины — леди Аррен. Сразу после свадьбы Джон объявил Акселя своим сыном и наследником. Было много недовольных лордов. «Как может ребенок, рожденный до брака, быть наследником! Он бастард!» — вот что начали вопить тупые или особо религиозные лорды. Это ничего не значило бы… Но есть Элберт Аррен, которого Джон ранее назначил своим наследником и, когда он поменял решение, Бельморы всячески грозились и бряцали оружием. Но альянс Арренов и Ройсов задавил это на корню. Бельморы утерлись, но не забыли. В Орлином гнезде слуги приняли меня осторожно, но спустя время растаяли. Особенно они полюбили Акселя. Я часто видела служанок, которые по своей инициативе играют с ним и всячески развлекают. Джон тоже минимум раз в день приходил навестить его и при этом с постоянной улыбкой на лице. Первое время он был насторожен, но, когда Аксель сказал «папа», ходил с дебильно-гордой улыбкой. И его можно понять. Джон уже не молод и почти смирился с тем, что у него не будет сыновей. Это кстати одна из причин такой любви к своим воспитанникам – Роберту Баратеону и Эддарду Старку. Но вот! В кроватке лежит его сын и наследник, его наследие и наследие всех поколений Арренов. Как бы это странно не было, но Роберт и Нед добровольно прибегали и играли с Акселем. Роберт постоянно строил смешные рожицы, и этим заставлял смеяться Акселя, а за ними наблюдал улыбающийся Нед. Можно подумать, Роберт ведущий, а Эддард ведомый, и это будет правдой, но за что Нед стоял на смерть, так это за право учить фехтованию Акселя. Джон услышал об этом споре и прилюдно сказал — «Моего сына будет учить только самый сильный». Хоть все понимают, что это фикция, но мальчикам нужен только повод. С тех пор они постоянно пропадают на ристалище. Они даже начали вести счетчик побед и поражений. Пока на два очка вел Нед. Не знаю, как у остальных, но мне в радость быть с Акселем. Кричит только по делу, то есть ради еды или когда в штаны наложит. Жутко любопытный ребенок с бесконечной энергией. Если его что-то заинтересовало, то будет постоянно требовать это. Особенно меня умиляет, как он пытается читать книги. От его детского лепета на сердце становится тепло. Я каждый день благодарю старых и новых богов за дар материнства. В пять месяцев Аксель научился ползать, в шесть сказал первое слово – «мама», в восемь начал неуверенно ходить, а в год уже во всю бегал от нянечек. Только мне, Джону и Неду удавалось успокоить его. Увы, Роберта он не слушал, но его не сильно печалило это. Теперь он смотрит, как тренируются Роберт с Недом, отчего они выкладываются сильнее, ведь им нравится купаться в восхищении их маленького братика. Я очень долго смеялась от этих детско-серьезных разговоров Роберта и Неда. «Если мы с Робертом братья, а Джон нам второй отец, то Аксель наш брат», — вот что мне выдал Нед, а Роберт кивком поддержал. Помимо наблюдения за тренировками воспитанников лорда Аррена, Аксель обожает играть в солдатиков, слушать сказки и бегать, прятаться от нянечек. Няни соответственно не любят догонять и искать его, поэтому всячески поддерживают его любовь к другим занятиям. Она сами с ним играют в солдатиков, часто и много рассказывают сказки, но это им особо не помогает, ведь когда сказки становятся неинтересными, Аксель убегает. Однажды они нашли его у престарелого гвардейца Арренов — сира Матиса Темплтона, который рассказывал ему о своих приключениях. Аксель полюбил этого старого гвардейца и, когда ему становилось скучно, убегал послушать об увлекательных приключениях. Так у Акселя появился первый присяжный меч. Когда Акселю было четыре года, у нас с Джоном получилось. Я забеременела. Все родственники были рады этому известию. Каждый написал письмо, заверяя, что они молятся каждый день о моем и ребенке благополучии. Хоть и лесть, но приятно. Надеюсь, что, когда я рожу, смогу погостить в Рунном камне. Хоть у меня с семьей сора, но с годами мой гнев на них утих, осталась тоска по братьям, по родному дому и даже по отцу. Аксель — мой маленький рыцарь, носился со мной, как с хрустальной вазой. Его попытки везде помочь больше вредили, поэтому мы его отвлекали. Джон дал задание подобрать имя для ребенка. С тех пор он не мешал, сидя почти все свободное время в библиотеке, читая о своих предках и пытаясь подобрать лучшее имя. Все в замке на это только посмеивались. В итоге решили назвать мальчика - Озриком, а девочку – Алисой. Поскорее бы подержать на руках свое второе дитя.