Путеводные звёзды

За время пути Алан неоднократно замечал, как Лето то и дело прикладывал пальцы к вискам, и каждый раз уточнял, всё ли в порядке. Тот лишь отнекивался, как и в тот раз, когда они только встретились в лесу. Но теперь он просто осел на землю, съёжившись словно от боли во всём теле, сжав собственные плечи. Алан бросился к нему и упал на колени, почувствовав лёгкую боль от удара. Краем глаза он успел заметить движение Клауса в их сторону, но не обратив внимания схватил друга за плечи и попытался заглянуть в глаза. — Лето! Лето, что с тобой? — воскликнул он. Тот поднял голову и с трудом приоткрыл светло-голубые глаза, от чего Алана прошиб холодный пот. — Алан… Больно… — только и смог хрипло произнести Лето, по его щеке скатилась слеза, а Алан чувствовал, как его самого начинает потряхивать. Он обнял друга, аккуратно прижав его к себе, боясь причинить боль лишний раз. Всё тело Лето словно горело, сам он сжимался сильнее и всхлипывал, не в силах даже пошевелиться, пытаясь хоть как-то облегчить мучения. Клаус присел рядом, внимательно глядя на Лето, но пока не прикасался к нему, тоже боясь сделать хуже. — Лето… что ты помнишь? — попытался поговорить с ним Алан. Тот помотал головой. — Та женщина… она приказала мне привести тебя! — с трудом произнёс Лето. Он снова не выдержал и вскрикнул. Клаус неожиданно для Алана твёрдой рукой отодвинул его и подхватил Лето, рывком поставив на ноги, от чего тот лишь сильнее сжался и замер. На ногах он едва стоял, мужчина крепко держал его за плечи, не давая упасть. — Лето, посмотри на меня, — негромко спокойным голосом попросил он. Лето поднял поблескивающие от слез глаза. Клаус одобрительно кивнул. — Умница. Смотри на меня. Ты можешь говорить? Скажи, что она сделала с тобой. — Она… Что-то сделала… И после этого всё будто в тумане, — прошептал Лето, которого по-прежнему от падения удерживали только руки Клауса. — Я всё видел, но ничего сделать не мог, даже говорить, я себя не контролировал… Я не знаю, что произошло… — Алан, — Клаус повернулся к нему, не убирая рук с плеч парнишки. — Я возьму Лето и пойду следом за тобой, постараюсь не причинять ему сильной боли. А ты беги к Искандару. Скажи, что с Лето что-то не так, конкретнее сказать не могу! Беги быстро! Алан вскочил на ноги и побежал в сторону Университета, даже не оглянувшись. Сопротивляться приказам Клауса он, даже если бы захотел, не смог. Он так и не оборачивался, просто нёсся со всех ног, едва разбирая дорогу. Добежав до территории Университета, Алан развернулся и помчался к главному зданию, где и располагался кабинет Искандара. Он влетел в двери, едва не сбил кого-то с ног и забежал на третий этаж быстрее, чем когда-либо до этого. Когда-то он недоумевал, почему кабинет ректора находится на третьем этаже, если Искандару и ходить-то тяжело, не то что по лестницам бегать туда-сюда. Только годам к тринадцати до Алана дошло, что Искандар ректором стал относительно недавно, и до него это место и этот кабинет занимал кто-то другой. Но именно сейчас он проклинал эти лестницы, которые, казалось, переплетались и лишь сильнее запутывали того, кто по ним поднимался. Но наконец ему удалось добраться до заветной двери. Алан без стука распахнул её и, задыхаясь, остановился перевести дыхание. Он увидел Искандара, который, вопреки обыкновению, не сидел за столом, а стоял перед ним и круглыми глазами глядел на своего бывшего студента, явно ошарашенный его внезапным появлением таким образом и в таком состоянии. Напротив него стоял не менее удивленный юноша, примерно на год постарше самого Алана, белобрысый и кареглазый. Они несколько раз пересекались в Университете, но Алан никогда лично с ним не общался. Он знал, кто перед ним, но сейчас не было времени думать о любезностях. — Профессор… — тяжело дыша произнёс он, на ходу судорожно подбирая слова. — Там Лето… Что-то случилось, нужна ваша помощь! — Алан, по-порядку! — рявкнул Искандар, уже немного отошедший от резкого возникновения перед ним Алана. Тот помотал головой, приходя в себя. — Прошу, вы должны пойти со мной! Я объясню по дороге, вы сами всё увидите! Пожалуйста, профессор, дело плохо... Искандар посмотрел на юношу, что стоял рядом с ним, и тот аж сделал шаг назад под разозленным взглядом ректора. — Останься здесь. — Можно мне с вами? — тихо и осторожно спросил юноша. — Нет! — вновь рявкнул Искандар, и тот сделал ещё шаг назад, немного втянув голову в плечи. — Не двигайся с этого места! Для уверенности ректор указал пальцем куда-то в пол и, прихрамывая, но настолько быстро, насколько мог, подошёл к Алану. Тот лишь надеялся, что Клаус сможет подвести Лето поближе, ибо Искандар долго не сможет выдержать быстрый темп ходьбы. Они спустились на первый этаж. Алан знал, как Искандар сам ненавидит эти лестницы, но тоже ничего с неудачной планировкой поделать не мог, добрые три сотни лет это здание стояло здесь в том же виде, и, Алан был уверен, простоит ещё как минимум столько же. Они с Искандаром вышли на площадь, и ректор уверенно направился к воротам. Алан издалека заметил Клауса, как раз подошедшего к территории Университета. Лето стоял на ногах, но опирался на плечо Клауса, а тот крепко придерживал его под руки. Глаза Искандара вновь недоумённо расширились. — Быть не может… Рован? — Можно я потом все объясню? — спросил Алан, время поджимало. — Нужно, — кивнул Искандар и быстрым шагом направился в сторону Клауса. Алан побежал вперёд и подхватил Лето, который уже, по-видимому, терял сознание. Клаус продолжал его придерживать. — Он борется, но хватит ли сил? — обеспокоенно произнёс Клаус. — Я не представляю, как помочь ему. — Клаус, что с ним произошло? — спросил Искандар. Клаус встретился взглядом с ректором, и на мгновение Алану показалось, что сейчас он огрызнётся, но Рован заговорил явно самым спокойным голосом, на который был способен в тот момент. — Я лишь предполагаю, но кажется, то, что описал Лето, похоже на влияние на разум. Мы с Аланом как раз это обсуждали, и я предположил, что это возможно… — Подобные битвы самого с собой могут очень плохо закончиться для человеческого сознания, — произнёс Искандар, по всей видимости приняв теорию Клауса за вполне вероятную. Он обеспокоенно глядел на Лето, но не подходил, они с Клаусом оба боялись вмешаться, лишний раз причинив боль. На них уже оборачивались, что самому Алану совершенно не нравилось. Сейчас не время и не место для столь пристального к ним внимания. — И что делать? — уже падая духом спросил он, пытаясь игнорировать окружающую обстановку. Искандар думал не долго. — Боюсь, Клаус прав, мы бессильны. Сейчас только сам Лето сможет вырваться из-под чужого контроля. Если ему это вообще удалось, значит влияние на его разум по какой-то причине сильно ослабло. А значит Лето сможет освободиться полностью. У него есть шанс… Главное чтобы хватило сил. Алан обнял Лето крепче, позволив ему опуститься на колени. Лето обессилел окончательно, лишь дрожал всем телом, даже не открывая глаз. Алан придерживал его, чувствуя каждый вздох друга. — Лето, борись, я знаю, ты сильнее… Лето прижался к нему, и он почувствовал его слезы на своём плече, как вдруг дрожь в теле друга прекратилась. Алан хотел уже облегчённо вздохнуть, как вдруг Лето с силой, которой у него никогда не было, оттолкнул его и вскочил на ноги, бросив взгляд тёмно-синих глаз. Тот не успел даже встать, как друг бросился в сторону Университета, но вдруг замер, окружённый голубоватым сиянием. Клаус, который уже практически выхватил меч, что висел у него на поясе, замер и обернулся. Искандар стоял, вытянув руку и сосредоточенно глядя на Лето. Что ж, в защитной магии ректору действительно не было равных, Алан знал это отнюдь не понаслышке, экзамен ему он сдал с большим трудом, а Искандар требовал с них лишь самую малую часть того, что умел сам. И сейчас ректор демонстрировал одно из своих совершенно уникальных умений — внутренний щит. Обычно маг накрывал щитом себя, особо сильные — могли кого-то другого. Из-под такого щита можно было выйти, но проникнуть внутрь — невозможно. Сейчас же щит Искандара защищал не Лето, а всё вокруг — от него. Зайти внутрь бы получилось, но Лето выйти не сможет, кроме Искандара, пожалуй, лишь единицы смогли бы повторить подобное. И главное, удерживать столь крохотный щит ректор мог хоть несколько дней беспрерывно. Лето обернулся, но в его ярко-синих глазах Алан прочёл лишь страх и растерянность. Ректор опустил руку, но щит не исчез. — Лето, борись, — твёрдо произнёс он. — Ты уже смог вырваться, у тебя получится. Давай. Лето зажмурился, приложив руку к груди, и медленно осел на землю. Алан не выдержал и бросился к нему, Клаус попытался поймать его за ворот, но не успел. Как и ожидал, он прошёл через щит, едва почувствовав лёгкое магическое прикосновение, и обнял Лето, опустившись рядом. — Лето, борись, я рядом... Они просидели так некоторое время, под пристальными взглядами Искандара и Клауса. Алан не знал, прошло ли несколько минут или час — он довольно быстро потерял счёт времени. Лето вообще перестал подавать признаки жизни, но наконец-то Алан почувствовал, как напряжение покидает тело друга, позволяя ему расслабиться. Только затрясло его сильнее, Лето окончательно безвольно упал на Алана. Глаза его были закрыты. — Лето… Лето, ты слышишь? — обеспокоенно позвал Алан. Тот с трудом приоткрыл глаза и взглянул на него на него, щурясь от света, своими светло-голубыми глазами… Алан облегчённо вздохнул и обнял его снова, едва не расплакавшись от напряжения. Общий облегченный вздох послышался и со стороны Искандара с Клаусом. Оглянувшись, Алан понял, что щит вокруг них исчез, а ректор потирал правое запястье. — Обсудим позже, вам троим нужен отдых, — произнёс он, но Клаус отвернул голову, слегка нахмурившись. — Мне нужно возвращаться, — довольно холодно отозвался он. Искандар покачал головой. — Ты разве не хочешь убедиться, что с ним всё в порядке, и узнать, что это было? — Какое мне дело? — фыркнул Клаус, но покосился на Алана с Лето, и во взгляде его Алан разглядел беспокойство. Он хотел остаться, волновался за них, пусть и знал всего пару дней. Не просто же так он лично пошёл отводить их сюда, рискуя встретиться с тем, кого старательно избегал много лет. Мелочь, но для Алана довольно показательная, учитывая всё, что он услышал от Клауса на постоялом дворе. Сейчас Рован просто пытался уйти от разговора с Искандаром. — Клаус, вы его уже встретили, — произнёс Алан, решив, что его нужно убедить. Лето, кажется, так и задремал в его объятиях и не шевелился. Но дышал он ровно, так что Алан практически успокоился. — Вам нет нужды уходить сейчас, вы всё равно не успеете вернуться до темноты… Простите, что так вышло. — Тебе не за что извиняться, Алан, — вздохнул Клаус. — И да, мы встретились. Но если останусь — придётся поговорить, а у меня ни сил, ни желания, если честно… Ни слов. — Вот как раз к утру, может быть, появятся, — вздохнул Искандар. — Не упрямься, останешься, ничего не хочу ни слышать, ни обсуждать. Клаус почему-то возражать не стал, но Алан лишь облегчённо вздохнул. Будет лучше, если он останется сегодня здесь, а не побежит домой в одиночку, тем более что теперь, из-за дождя и всего остального, большую часть пути ему пришлось бы преодолеть в темноте. Внезапно Алан услышал приближающийся к ним звук шагов. Очень быстрых шагов. Он обернулся и сердце его сделало счастливый переворот. Это была Джоан. Она подлетела к ним и хотела было обнять, но вовремя затормозила, увидев, в каком состоянии Лето. — Алан… Что с ним?! — как-то неестественно для себя пискнула она. — Джо… — вздохнул Алан и почувствовал, что не может подобрать слов. — Давай поговорим после. Я всё расскажу вам с Мирой, только не сейчас, умоляю. Джоан фыркнула, по всей видимости, даже присутствие ректора её нисколько не смущало. — Какие же вы… — начала было она, но закончить своё предложение не смогла — не пришёл ей в голову тот нелестный эпитет, какой выразил бы все её эмоции в полной мере. А Алан наконец-то счастливо улыбнулся. Неужели он дома? — А где Мира? — спросил он, поглаживая Лето по спине. Джоан немного стушевалась. — В комнате… Она немного устала, отдыхает. Ты лучше сам зайди к нам потом, — произнесла она, и от радостного воодушевления Алана не осталось ни следа. Он аккуратно потряс Лето за плечо, нужно было отвести его в комнату. Друг тихо недовольно промычал, и Алан вздохнул. — Лето, просыпайся давай. Нам нужно дойти до общежития. Там и отдохнёшь. — Да, — кивнул Искандар. — Отведи Лето, объясни всё Джоан, и пускай она за ним присмотрит. А сам потом зайди ко мне в кабинет. — Ругать будете? — с опаской спросил Алан. Искандар кивнул. — Буду, Алан. Буду. Клаус остался помочь Алану довести Лето до общежития. Это было весьма кстати, вдвоём с Джоан им бы, скорее всего, понадобилось больше времени. Да и видно было, что оставаться наедине с Искандаром у Рована нет никакого желания. Сам он с ними, понятное дело, не пошёл. Вряд ли прихрамывающий ректор смог бы чем-то им помочь. Лето окончательно очухался только около здания общежития. Он огляделся по сторонам и остановил свой взгляд на Алане, который поддерживал его с одной стороны. — Я должен тебе кое-что сказать… — хрипло произнёс Лето. — Тише, давай доберёмся до комнаты сначала… — начал было Алан, но друг протестующе замотал головой. — Алан, это важно! Ту женщину зовут Алерия, она может подчинять себе разум людей, и не одного, а нескольких сразу! Ей нужен трон Северного королевства, и она отправила меня убить Дениэла Армана! — Паршиво… — произнёс Клаус, но его словно ничего и не удивило. Алану же, чтобы осознать произнесённое другом, понадобилось несколько секунд. Клаус тем временем продолжил. — Но как она хочет сесть на трон, если к ангелам не имеет никакого отношения? — В том то и дело! — воскликнул Лето, неаккуратно дёрнувшись, и снова обессиленно повис на руках Алана и Клауса. — Этого я не знаю, но она очень уверенно себя ведёт. Значит план у неё есть и сообщники — тоже. Дениэл здесь, в Университете, и его жизнь в опасности! — Я знаю, — кивнул Клаус, приподнимая Лето и помогая ему удержаться на ногах. — Мы передадим Искандару и примем меры, а тебе нужно отдохнуть. Я надеюсь, что ты освободился окончательно и больше тебе ничего не угрожает. Лето замер, словно прислушиваясь, и помотал головой. — Думаю нет, чтобы установить связь — ей нужен непосредственный контакт. Для её поддержания в нём нет необходимости… — Но, похоже, нужна сосредоточенность, — кивнул Клаус. — Которую она потеряла. И ты смог освободиться. Ты большой молодец, Лето. Алан кивнул, облегчённо улыбаясь и обернулся на Джоан. Она шла следом за ними. Алан не стал пока что ничего ей объяснять, слишком много времени на это понадобится, слишком много вопросов возникнет. Так что они молча поднялись в комнату и уложили Лето на кровать. Тот безвольно упал на спину и посмотрел на Клауса, похоже воспоминания о прошедших днях постепенно стали к нему возвращаться, Алан это понял по тому, каким виноватым сделался вдруг взгляд друга. — Спасибо вам. И простите, пожалуйста. Я вёл себя просто ужасно… — Ничего ужасного, — пожал плечами Клаус, опускаясь на стул Алана рядом с кроватью. — Тем более это не твоя вина. Да и ничего по-настоящему плохого ты совершить не успел, так что не волнуйся. Наоборот, своими силами предотвратил огромную трагедию. Ты сильный человек, Лето. Лето, как и Алан с Джоан, посмотрел на Клауса и благодарно кивнул. — Я посплю, пожалуй… А то очень устал, — произнёс он, закрывая свои светло-голубые глаза. Алан облегчённо вздохнул и протянул руки к Джоан. Та цыкнула, но обняла его, ероша волосы на затылке. — Мы так волновались… Точно, идите к Искандару! С Мирой увидишься после. А то профессор ругаться будет, — сказала Джоан. Алан хотел возразить, но вовремя вспомнил, что с ней лучше не спорить. Он бросил разочарованный взгляд на собственную аккуратно заправленную постель и тяжело вздохнул, но выбора не было. Так что они с Клаусом покинули общежитие и пошли в сторону главного корпуса. Оба не особенно спешили: Алан наслаждался видом родных мест, а Клаус просто оттягивал момент неприятной встречи с ректором. — Клаус, а вы знаете, кто такая Алерия? — спросил Алан, когда царящее молчание стало немного тяготить. Клаус кивнул, не поворачивая головы. Он глядел себе под ноги, словно пребывал в глубокой задумчивости. — Знаю, к сожалению… Алан, скажи, Кайла упоминала что-нибудь о своей матери? — Да, говорила… что она погибла. Алан вгляделся в лицо Клауса, пытаясь прочитать в нём хоть что-нибудь. Но в его глазах не было страха или вины, которые он ожидал увидеть. Лишь засевшая очень глубоко печаль и тоска. — Я не знаю точно, — после недолгой паузы произнёс Клаус и поднял голову, посмотрев, наконец, на Алана. — Но всё указывает на то, что это сделала Алерия. Она убила Маргарет. Алана передёрнуло. Клаус говорил спокойным тоном, каким и обычно, и лишь взгляд его янтарных глаз напоминал о том, что говорит он о своём любимом человеке. Внутри вдруг что-то больно кольнуло от этого вида. Клаус тем временем продолжил. — Она властолюбива, горда и самоуверенна. По всей видимости последнее и дало Лето возможность вырваться из-под её контроля. Скорее всего, она по какой-то причине ослабила своё на него влияние… — А можно спросить… Клаус? — Да? — он удивлённо посмотрел на Алана, ожидая вопроса, а тот всё никак не мог подобрать правильные слова. — Как вы смогли смириться с её смертью? — тихо спросил Алан. Клаус замолчал, раздумывая. — Не смог, — ответил он, наконец. — Я не знаю, Алан, постепенно тоска стала притупляться, но от этого не менее больно. Скорее, более мучительно. Я в последнее время очень скучаю по ней... Алан больше ни о чём спрашивать не стал, да и Клаус ничего не говорил, погруженный в невесёлые мысли. Они в тишине дошли до кабинета Искандара. По лестнице поднимались медленно, то ли от усталости, то ли от нежелания вообще туда идти. Но всё-таки спустя пару минут оба стояли на пороге кабинета ректора. Тот юноша оказался на том же месте, где Алан застал его в первый раз. Будто действительно не шелохнулся по приказу Искандара. Это и был Дениэл Арман. Алан вошёл первым, а Клаус сделал шаг и остановился на пороге, поклонившись юноше. Тот вежливо склонил голову, но поклоном это было, конечно, не назвать. Скорее уважительный кивок. Искандар посмотрел на них, ожидая, когда формальные приветствия закончатся, а Алан понял, что уже второй раз теряется, когда надо поприветствовать королевскую особу. — Лето сказал что-нибудь ещё? — спросил Искандар наконец, когда и Клаус, и Дениэл выпрямились и обратили на него внимание. — Да, — кивнул Клаус. — Его высочество, принц Северного королевства Дениэл Арман находится в большой опасности. Это Алерия захватила разум Лето и отправила его убить принца. Дениэл округлил глаза, осознавая, что буквально только что ему угрожала серьёзная опасность. — Я получил письмо из дома, — произнёс он, однако, твёрдым голосом. — Мой младший брат пропал. — Который из них? — уточнил Клаус. — Алланис, средний, — ответил Дениэл. — Могут ли эти два события быть связаны, лорд Рован? — Вероятно, — кивнул вместо Клауса Искандар. — Дениэл, территорию Университета не покидай, один не ходи. Сам ничего не предпринимай. Я обсужу несколько вопросов с Клаусом и Аланом, и завтра утром хотел бы видеть вас троих вместе в своём кабинете. — Хорошо, — кивнул Дениэл и практически не поворачивая головы посмотрел на Клауса, что стоял чуть в сторонке. Искандар одобрительно кивнул. — А теперь иди. Свободен. — Один? — спросил Дениэл. Несмотря на серьёзность ситуации, Алан едва сдержал смешок. Принц и сам, судя по появившейся на его губах лёгкой улыбке, произнёс это шутя, но тем самым действительно поставил ректора в тупик. Тут, на их удачу, в дверь постучали. — Войдите, — произнёс Искандар, стараясь придумать, как выйти из неловкого положения. На пороге кабинета показался Альфред. Он заметил Алана, и, казалось, сразу позабыл, зачем пришёл. Да и Алану на секунду стало плевать на всё и всех вокруг. Он быстро подошёл к Альфреду и обнял его. Преподаватель прижал его к себе, пальцами зарываясь в волосы. — Вернулись, слава богам… Ты нашёл Лето? — Да, я… — Альфред, ты очень удачно зашёл, — прервал их Искандар. — Не мог бы ты проводить его высочество до общежития? Я поговорю с Аланом и Клаусом, и потом вы пообщаетесь в менее спешной обстановке. — Да, разумеется… — кивнул Альфред, всё ещё одной рукой обнимая за плечи Алана. Он поймал взгляд Клауса и кивнул ему. — Отлично, проводишь принца — потом вернись к нам, я объясню тебе что происходит. Вижу вопросы в твоих глазах. Дениэл посмотрел на Клауса и вновь кивнул ему с лёгкой улыбкой на губах. Рован и сам улыбнулся. Алана даже удивляли эти переглядки, будто они были давними знакомыми. — Рад встретить вас, ваше высочество, — улыбаясь, произнёс Клаус. — Я о вас также наслышан, лорд Рован. Для меня это честь. Я много слышал о вашей семье, и даже нам вы неоднократно приходили на помощь. Моя мать очень дорожит дружбой с вами… — произнёс Дениэл, подтверждая, что с Клаусом лично знакомы они до сих пор не были. Тот хотел что-то ответить, но дальнейший обмен любезностями прервал Искандар, вежливо выпроводив принца с Альфредом за дверь. Когда они покинули кабинет, ректор сел за свой стол и указал Клаусу и Алану на стулья напротив себя. Пока они садились, Искандар сложил пальцы домиком и шумно втянул воздух. — Клаус, переночуешь у нас, завтра вернёшься домой. Сегодня всё равно уже поздно. — Хорошо, — согласился всё-таки Клаус. — А теперь я прошу рассказать, как так вышло, что вы встретились. Алан, я хочу знать всё. Буквально всё. И Алан с Клаусом рассказали Искандару всё, что произошло за последние дни. О пропаже Кайлы, о том, как Алан её нашёл, привёл домой, как они нашли Лето и как вернулись в Университет. Алан упомянул и Синеглазку с Ленардом. Искандар слушал, не перебивая. Когда же они закончили свой рассказ, он кивнул. — Что ж, ты отлично справился. Пойти к Синеглазке было довольно смело, это значительно упростило вам жизнь, — произнёс Искандар, а Алан, вспомнив о Синеглазке, вспомнил и о ещё одном важном моменте, который напрочь вылетел у него из головы. — А могу я спросить? — перебил он Искандара, боясь, что потом его не станут слушать или, того хуже, Клаус с ректором разругаются, воздух между ними, казалось, слегка потрескивал от напряжения, хоть и разговаривали они вполне спокойно. — Смотря о чём, — кивнул Искандар. Клаус тоже с интересом перевел на него взгляд, а Алан вздохнул, собираясь с мыслями. — Вы знаете, кто такой Этриган? Искандар слегка изогнул бровь и удивлённо посмотрел на Клауса, но наткнувшись на столь же недоуменный взгляд, вновь перевёл его на Алана. — Откуда ты знаешь это имя? — Синеглазка рассказала мне… Так вы знаете? Ректор тяжело вздохнул. — Я полагаю, что понимаю, в каком контексте… Не хотел я, чтобы ты узнал. Алан, Этриган действительно маг-целитель, очень известный и, вероятно, самый сильный из тех, кто когда-либо существовал. Он смог бы помочь Мире, исцелить её… Но не питай в отношении него больших надежд, прошу тебя. Я ищу его вот уже два года, но никто ничего не знает о нём. Он мастер прятаться. — Но неужели его вообще никак нельзя найти? — в отчаяние произнёс Алан. На этот раз подал голос Клаус. — Это сложно, ведь… Этриган помимо целительства обладает уникальной способностью менять свою внешность. Мне кажется, за всю историю лишь единицы были способны на такое. Цвет и длина волос, цвет глаз, кожи, рост… Лишь лицо у него всегда неизменно. Алан, услышав это, почувствовал, как душа полетела куда-то в пятки. — Значит… Найти его практически невозможно, — подытожил он сам и опустил взгляд в стол. — Я стараюсь, Алан, — вздохнул Искандар. — Я ограничен в передвижении, но не в информаторах. Можно попробовать спросить Ленарда… Если не знает он — вряд ли знает хоть кто-нибудь. — Но почему? — воскликнул Алан, не выдержав. — Почему имея такую способность он прячется? Он ведь может помочь стольким людям! — Он и помогал, Алан, — вздохнул Клаус. — Но однажды к нему явился Илай… Помнишь, кто он такой? — Бог мёртвых, — кивнул Алан. — Не люблю его… Да и он меня, — поморщился Клаус. — Так вот, Илай заявился к нему во сне и заявил, что если Этриган продолжит в том же духе, то боги лишат его сил… Или жизни, это уж в каком настроении будут. — Что? — не поверил Алан своим ушам. — Как? Боги сами запретили ему? — Так и есть, — кивнул Искандар. — Илай ведь, как ты верно подметил, бог мёртвых, бог смерти. А Этриган столько людей от неё спас. Это нарушает установленный порядок вещей. Болезнь — это испытание. Люди борются с ней, своими силами или обращаются за помощью к целителям, которые могут лишь немного помочь, облегчить боль и страдания. А Этриган… Исцелял людей от смертельных болезней одним касанием. Конечно, Илаю это не нравилось. — Но они ведь всё равно умрут, просто позже!.. Постойте, вы сказали, что ищите его. А вам он зачем? — Затем же, зачем и тебе. Я ищу способы спасти Миру, все эти два года искал. Не ради тебя, ради неё. Алан почувствовал, как ком подступил к горлу и поспешил сглотнуть его, но всё равно почувствовал влагу в уголках глаз. Он-то всегда был уверен, что Искандару всё равно. Клаус посмотрел на Алана, в глазах его читалось сочувствие. — Так вот зачем ты спрашивал про Маргарет… Алан покивал, пытаясь привести в спокойствие разволновавшуюся душу. А то, казалось, она вот-вот выскочит из его тела и упорхнёт куда-нибудь. — Я хочу её увидеть… И убедиться, что Лето в порядке. Да и вообще… — Ты устал, отправляйся отдыхать, — закончил за него Искандар. — И, Алан… Не сильно надейся на Этригана. Шансы найти его у нас чертовски малы, шансы, что он согласится помочь — ещё меньше. И это при том, что… Мы не знаем, сколько времени отпущено Мире. Алан сглотнул ком в горле, вставая. — Я пойду… — тихо произнёс он. — Доброй ночи, — кивнул Искандар, по-видимому, уже поняв, что последняя фраза была лишней. Клаус тоже кивнул. — Спокойной ночи, Алан. Алан не смог ответить, лишь кивнул, ещё раз окинул их взглядом и спешно покинул кабинет Искандара.