Сказки Солёной земли

      — И всё же совсем отрекаться от своего дома несколько… — Олаф задумался, вспоминая слово, но нашёлся. — Безумно. Да. Мне было бы грустно. Недавно я ездил к кузинам всего на два месяца и не мог дождаться, когда вернусь домой. Хотя там было и неплохо. Теплее и много зелени. А наш дом старый и скрипит. И дверь в подвал очень тяжёлая и постоянно захлопывается, и, если нет старших, можно простоять в леднике четверть часа, и всё равно… Это же мой дом.        «Вполне возможно, что Вирго был немного безумен. Но великие правители все мыслят несколько не так, как простые жители. К тому же я не думаю, что он не скучал по дому. Просто дом не обязательно место. Твой народ — это тоже дом. Но это вы, наверное, поймёте, когда станете постарше».       — Не уверен, — Мишель недобро хмыкает. — Брата в Железных Скалах соплеменники шпыняют только так. Это сейчас мы дружим, — мальчик показал на Этьена и Олафа, — а когда подрастём — всё может поменяться.       — Я не хочу с тобой драться, — Олаф чуть не плакал, по крайней мере, глаза у него здорово увлажнились. — Во-первых, ты меня в любом случае побьёшь, а во-вторых, я вообще не хочу драться. Ни с кем. А совсем-совсем не драться не получится, да?        Последний вопрос был предназначен уже Жрецу, но тот не успел ответить. Мишель встал и, пересев ближе к Олафу, притянул его к себе и обнял. Не очень ловко, зато искренне. Сразу было видно: средний сын в семье, который периодически возится с младшими и, о чудо, кажется, не воспринимающий это как нечто постыдное.       — Я тебя бить не буду. Но ты вырастешь. И, возможно, будешь даже больше и выше меня. И характер у тебя поменяется. Может, это ты захочешь кого-нибудь поколотить?        Выражение лица у самого младшего участника компании стало очень забавным: одновременно испуганным и ошарашенным вкупе с детской открытостью и непосредственностью.        «Драться не обязательно, но, скорее всего, придётся. Мы не самый добродушный вид на планете, хотя из каждого правила есть исключения. Что до сверстников твоего брата, Мишель… Железные Скалы суровое место. Оно закаляет не только тело, но и дух. Но вовсе не обязательно меняет. Разве супруг нашей Наместницы гневлив или зол?»       — А лорд Тристан был таков.        «Лорд прошёл военную кампанию, да и до того не отличался покладистым нравом. Если в котёл на костре постоянно подливать кипяток, глупо надеяться, что он хоть когда-то остынет».        Последней мысли юные слушатели явно не поняли, и Жрец вздохнул, понимая, что сказал лишнего.        «Это мы тоже обсудим попозже, когда вы подрастёте и выработаете собственный взгляд на вещи».       — Но в целом же можно сказать, что Северу везло с правителями? — Агата расправила складки своего красивого шерстяного платья и чуть склонила голову. — Ну, кроме тех, что постоянно воевали.        Мишель гортанно хохотнул, и Жрец в который раз заметил: в мальчике явственно проступают отцовские повадки. Горько-ироничные и не очень приятные. Потому как палачи обычно осведомлены о многих вещах лучше обывателей и думают на этот счёт самое разное.        «Ты не согласен с Агатой, Мишель?»       — Она просто не знает, что у нас были безумные правители. Не только в Виесте, но и на Севере. И я думаю, она не знает о запертом и забытом Хого Прошедшем по морю.       — О ком?       — Вот вырастешь — спросишь у папы.        Агата насупилась и хотела возразить, но Ингрит толкнула товарку в бок. Если ей так надо знать об этом Хуго, у них есть папа самой Ингрит — историк, а главное, прагматик. И ещё папа не Мишель — не задирается почём зря и чётко отвечает на вопросы. Эта черта родителя маленькой инаре бесконечно нравилась.        Жрец не стал комментировать перепалку. Мишель не проболтается, а отцы вряд ли расскажут девочкам, что один из наместников Севера затопил целый полуостров, когда там убили его супруга. И, уж конечно, не расскажут, что совсем потерявшего разум правителя пришлось почти обезглавить и вытащить в прибрежные пещеры во время отлива в полдень. Соплеменники не проверяли, что прикончило их бывшего правителя — пришедшая вода или светило. Им вполне хватило того факта, что после у берега передохла вся рыба, а на сушу хлынули крабы-агабы и месяц ещё бежали через города, снося дома, пожирая скот и распространяя зловоние. Сложно сказать, было ли второе событие связано с тем, что народ соли предал своего наместника и отступил от клятвы служения, но урок усвоили хорошо. По крайней мере, стали очень осторожно относится к семьям правителей. А то ведь мало ли что.        Но сейчас этого детям не расскажешь.