Когда ангелы плачут

II Раннее детство Лизка могла охарактеризовать так: вольный ветер. Это она носилась, как вольный ветер, по деревне, по всем ее улочкам и закоулкам, по лесам и полям, по всей ближайшей окрестности. За первыми цветами, за ягодами и грибами, на праздник в соседнюю деревню, за подсолнухом и за горохом - в детстве так много разных интересных и очень неотложных дел. Даже однажды случившееся с ней ужасное событие не отбило охоту к таким путешествиям… А было так: На перемене первоклашка Ольга, ее подруга «с горшка», младше на год, сообщила Лизе, что в соседнюю деревню приезжают артисты. Это было огромное событие. -Там даже фокусник будет! Тетка сказала, она вчера в гости приходила. Мы с сестрой и с мамой пойдем, потом у тетки переночуем.- Ольга аж подпрыгивала от радости. Это был просто удар! Она, заводила и выдумщица, ничего не знает и, самое обидное, никак не попадает на этот концерт. Он будет вечером и закончится поздно. Бабушка старенькая, мать в район уехала до ночи, а брату только мотоциклы интересны! А одну Лизку никто не отпустит - в чужую деревню да почти зимой! Был конец ноября, на улице шел снег, наметал сугробы. После уроков Лиза поплелась домой одна, не дожидаясь «изменщицу» Ольгу. Подруга, конечно, не виновата, что ей так повезло, но все - равно, обидно. А еще Лиза слышала, что после уроков многие старшеклассники рванут в соседние Шелестяны и после концерта все вместе собираются идти домой. Она тоже просилась, но с такой мелюзгой не захотели связываться: -На горшок и в люлю, вот твой концерт!- ехидно сказала ей Валька-пятиклассница. И созрел план! Лиза сама пойдет! Если идти сразу после уроков, то можно засветло перейти через лес, самое трудное в этом плане. Лес не большой, но высокий, густой и мрачный… А на концерт она и без билета (денег-то нет!) сумеет пройти, не впервой! А потом она просто хвостиком прицепится к старшеклассникам и вернется с ними. Не бросят же они ребенка одного в лесу! Вот только дома как быть, с бабушкой? По доброй воле она Лизу не отпустит, это верняк. Мать уехала на какие-то курсы, брат наотрез отказался идти на концерт, ремонтирует свой мотоцикл и ничего интереснее не представляет. «Ну, что ж! Пойду тайком»- решила Лиза. Так и сделала. Забросила домой портфель: -Бабушка, я не хочу кушать. Я скоро приду!- и вылетела на улицу, подальше от расспросов. Прошла через деревню, вошла в лес. Вокруг была сказка! Мохнатые деревья, искрящийся снег, красота! Не заметила, как и лес кончился. Концерт был замечательный, никто ее не заметил. Жизнь была прекрасна! Пока не вышла на улицу, в темень… И народ быстро как-то разбежался по домам, и никого знакомого Лиза не увидела… Она же не догадалась перед концертом найти своих и потихоньку следить за ними, наоборот, спряталась в углу за шторы. Чтобы не остаться одной, Лиза пошла следом за людьми, идущими в нужном ей направлении. Но очень скоро все разбрелись по улочкам, по домам и она с ужасом осталась одна на темной улице на краю чужого села. Никого здесь Лиза не знала и что делать - тоже. Потопталась на тропинке, сдерживая слезы, и несмело направилась через поле, к лесу. Взошла луна, на поле было светло, пустынно и не очень страшно. Но все ближе становился лес, черный и пугающий! Лиза подошла поближе к этой черноте, остановилась. И не смогла больше сделать ни шагу - в лесу ухало и фыркало, трещало и сопело! В отчаянии оглянулась на деревню - никого, даже огоньков уже не видно. Заплакала от страха и присела, стараясь сделаться маленькой и невидимой. Но страх не проходил, стало холодно. Плача, Лиза поглядывала на видневшуюся недалеко копну сена, полузасыпанную снегом и решилась: «Зароюсь в сено, никто меня не увидит, затаюсь и пересижу до утра». Она даже не подумала, что до утра далеко и можно замерзнуть. Сейчас было главное - спрятаться от этого сопения и треска. Лиза подошла к копне, обошла ее, благо снега было еще мало, выбрала себе место и стала разгребать сено, делая углубление, чтобы зарыться полностью. Ярко светила луна. Под руки попалось что-то твердое. Лиза отодвинула сено и увидела темный, длинный предмет, торчавший из стога. Присмотрелась - и завизжала от ужаса- это была женская нога в черной туфле! Дико визжа, Лиза кинулась прочь! Она бежала через лес, крича, падая и не замечая боли от ушибов! Два километра пролетела, не останавливаясь, задыхаясь и хрипя от бега, от страха, от мороза. Она уже не слышала ни сопенья, ни уханья. Она видела только эту страшную ногу в черной туфле. На краю леса увидела людей, узнала брата с друзьями и упала без сознания им под ноги. Это бабушка не дождалась ее и подняла тревогу. Брат Виктор, поразмыслив, понял, куда могла деться малая зараза. Он вышел навстречу возвращающимся с концерта, надеясь увидеть Лизу с ними. Не найдя ее, уговорил двух друзей, пообещав по пачке папирос, пойти искать сестру. -Ну, засранка, ты у меня получишь!- злился Виктор и вдруг услышал то ли плач, то ли хрип и встревожился. А когда под ноги кулем упала никакая Лиза, то и вовсе испугался. Попытался привести ее в чувство, сыпал снегом в лицо, хлопал по щекам, но бесполезно - девочка была, как неживая. Принесли ее домой, раздели, растерли, уложили в постель. Перепуганная бабушка поднесла к носу Лизы дымящийся кусок шерсти - отрезала клок от пальто, в котором была Лиза. Девочка несколько раз вдохнула дым и очнулась. Повела сумасшедшими глазами, узнала своих и зашептала, опять побелев от страха: -Бабушка, Витя, там кто-то лежит! Там нога! И черная туфля - схватила бабушку за руку - не уходи, я боюсь! Они долго успокаивали перепуганного ребенка и никому не пришло в голову ругать ее за эту выходку – и так бедной досталось. Утром Виктор пошел в сельсовет (милиции у них в деревне не было) и рассказал про ногу в стогу. Ему сначала не верили, но потом кто-то сказал: -А помните, почти два месяца назад в Шелестянах пропала девушка? Кажется, Светлана, выпускница? Мать сказала, что она поступила в училище, но соседка разнесла по селу, что история какая-то странная. И вещи та не взяла с собой, и не возвращается почему-то, и где находится мать не говорит? После этого председатель решился, позвонил в район, в милицию. Там тоже долго уточняли, переспрашивали. -Ладно,- сказали - разберемся. А к вечеру в село приехали аж три милиционера. Они хотели вызвать «свидетельницу» в сельсовет, но когда узнали, что это маленькая напуганная девочка, до сих пор не встающая с кровати, поехали к ней сами. Вернее, поехал один, видимо, старший. Он ласково смотрел на Лизу, вздыхал и не спеша расспрашивал. Потом вежливо попрощался и, пообещав больше не беспокоить их, уехал. И правда, никто Лизе больше про эту историю не напоминал. А в Шелестянах раскрыли убийство девушки Светланы. Мать приревновала дочь к отчиму и убила. Так люди говорили, но судили отчима. Тот все взял на себя, то ли правда любил Свету, то ли пожалел троих маленьких детей, оставшихся бы без матери… Когда увозили его, сильно плакал. А мать девушки слезинки не уронила на похоронах. Люди осуждали ее, кто-то даже столкнул ее в могилу к гробу, мол, закопаем суку по людскому приговору. Дети ее завизжали от страха, приговоренная – от ужаса и сама выкарабкалась наверх. По весне вся семья куда-то уехала и село облегченно вздохнуло. Обо всем этом Лиза узнала гораздо позже, когда подросла чуть. А в ту зиму она долго болела и учительница приходила к ней домой, учила ее. Но детство забывчиво на плохое и уже летом Лизка гоняла везде и всюду, одна и с подругами, познавая мир. А, взрослея, Елизавета стала слышать Голос…