Пациент

Доехал до своего дома и поднялся на 4 этаж панельки. Когда зашёл в свою квартиру камень сразу же с души упал. Облегчение … Он дома, в сладостном удушающем одиночестве … защищён этими серыми стенами. Найдя сменную одежду, он направился принимать душ. Намыливая своё бледное тело до красна, усиленно тёр мочалкой, которая хорошо пенилась. Соскребая с тела все грязные и пошлые фрагменты жизни. Мозг отказался думать о пациенте, об этом бессовестном мужчине. Его существование заблокировалось в сознании врача. Выйдя из душа с мокрыми волосами, он вытирался мягким бархатным полотенцем. Накинув на себя чистую одежонку, тонкие уставшие руки искали фен в верхнем выдвижном шкафчике. Высушив волосы, фиолетовые потухшие глаза обратили внимание на мерцающий телефон. Сигма уже который раз набирает номер своего наставника, стоя у пластмассовой светло-серой двери, которая была закрыта. Неужто Фёдор Михайлович ушёл без него. Вот дурак, сам виноват, наверное, слишком поздно пришёл, опоздал, пилил себя стыдливо юноша, растерянно смотря на запертую дверь и, в который раз пытаясь дёрнуть ручку. Трубку взяли. — Здравствуйте!!! Фёдор Михайлович! — Воскликнул студент, стыдясь и стесняясь, прислонив динамик к уху. — Здравствуй. — Голос наставника был таким разбитым и тихим, Сигма уже подумал, что это он так сильно провинился и огорчил психиатра. Хотел уже тысячу извинений протараторить. — Сегодня работа с документами… возвращайся домой и сделай различные диагностики, на любую тему. — Продолжил звучать еле слышный тёмный, израненный голос. — А! Хорошо! Спасибо, до свидания! — Удивлению не было предела. Какой сегодня необычный день для студента. Уши услышали сброс звонка и гудок. — Ох… надеюсь Фёдор Михайлович на заболел. — Бубня сказал Сигма, идя в сторону выхода. . . Был уже самый разгар рабочего дня. Фёдор привёл себя в порядок, но не спешил отправляться на работу. Хрупкое худощавое тело не слушалось. Он сидел на тёплом диване, на нагретом месте, за телевизором, и смотрел новостную ленту. Желание не идти на эту адскую работу было всё больше и больше. Но… это чёртово, «но»… надо идти, а иначе лишнее внимание. Оно ему ни к чему. Идя к двери квартиры и находясь в каком-то мыслительном вакууме, он вышел на лестничную площадку подъезда, машинально закрывая дверь. Сегодня он поедет на такси. Дорогое удовольствие, но что поделать, если он поедет на метро, то прибудет только к концу рабочего дня. Стоя у лавочки, он ждёт машину. Когда к нему приехали, он сел на переднее место к водителю. Машина укачивала бедолагу, всё сильнее ослабляя и разжигая желание поспать. Оно становилось всё сильнее. Через 40 минут машина остановилась у ворот больницы. Только он вошёл в здание, его глаза сузились, увидев прям в приёмном отделении одного из своего директоров. И директор сразу же заметил вошедшего в сером длинном пальто высокого тонкого мужчину. — Ой, Фёдор! — Пожилой мужчина подошёл к русскому. Психиатр уже ждал замечаний и лишних вопросов об его опоздании, Но этого человека не интересовали такие мелочи, с его характером. Он и сам опаздывает каждый божий день, положение позволяет. — Здравствуйте, Очи Фукучи. — Спокойно сказал нижестоящий рабочий врач. — Феденька! — Его рука взяла его за талию, чтоб тот не отстранился, повёл его к гардеробу. Достоевский сразу всё понял. От него что-то хотят. — Кхэм, дорогой мой товарищ, у нас тут съезд на семинар планируется. — Фукучи не стал лукавить и всё начал говорить прямо, такой он человек. — По всей стране…- Уточнил. — Так вот наша организация должна отправить на выступление несколько человечков… — Продолжал подводить. — Помнится, ты уже участвовал в прошлом году, мистер Шибусава (Научный академик, известный детский психолог и директор многих приютов для детей, финансово поддерживающийся государством, получивший премии и признания в сфере психологии с помощи своих статей и наработок) был в восторге! От ваших работ: Дазая и тебя, Феденька! — Хвалил мужчину директор, но Достоевский сразу начал морщиться. Старикан это заметил. — Федяяя!!! — Умоляюще тот схватился за плечи бедного подчинённого. Психиатр отворачивался от своего начальника. — Поучаствуй в этом съезде. Пожалуйста!!! — Вопил на всё отделение старикан. — Я прошлый раз участвовал, почему не могут припахать другого специалиста? — Ворчал русский, не желая встречаться с этими напыщенными академиками. Особенно этого Шибусаву видеть не хотелось. По бледному телу пробежали мурашки от воспоминаний. Этот помешанный на детской психологии мужчина болен явно, пусть разберётся со своими психическими процессами для начала. Богатенький, от скуки всякие съезды устраивает, чтобы в телеке промелькнуть и о себе напомнить. Белый павлин показушник. Пришла в голову мгновенная ассоциация. — Кого?! Огай Мори (2 директор корпуса психической больницы) отправит Коё Осаки. Юкичи Фукудзава (1 директор псих. Учреждения) отправит Дазая. А я?! Кого мне из своих подчинённых отправить?! Тэтте Суэхиро?! — Не стесняясь окружающих говорил харизматичный мужчина, прилепившись так жалко к неравному ему статусом человеку. — Чтоб он выступил на сцене с докладом как правильно делать омлет из яиц лягушек?! — Как же он громко вопил. Достоевский всё больше и больше морщился. — Ну, здоровая и полезная пища, хорошая тема для мед. семинара пусть проезжает. — Усмехнулся русский, косясь и хотев уже сбежать, уходя к лифту. Фукучи отпустил бедолагу. Его голос и стойка поменялась. — Фёдор Михайлович, ну вы подумайте, подумайте. Потом своё решение скажете. — Тембр голоса был низок, как и положено вести себя директору. Когда его настрой менялся на более серьёзный сразу и отношение, и отказаться не так уж легко. Голова психиатра не повернулась в ответ, не кивнула. Он поднялся по лифту. Оставив свои вещи и надев новый белоснежный халат, направился в рабочие кабинеты. Придя к Суэхиро. — Здравствуй. — Фёдор подошёл к сидящим за столом коллегам. Увидев, гостя он удивился, но молча кивнул в знак приветствия. — Могу я тебя попросить, заменить меня. Я, кажется, заболеваю… Схожу только к самому сложному пациенту, проведаю, а потом домой. Мог бы ты проведать остальных… — Фёдор очень редко просил кого-то о чём-то. Рядом сидящий Сайгику Дзёно усмехнулся. — А ты знаешь к кому нужно обращаться. — Съязвил слепой, намекая, что он бы не согласился. А вот его доброму наивному другу, сбагрить работёнку так просто. Он уже хотел вмешаться. — Хорошо, без проблем. — Сказал Тэтте Суэхиро, не понимая реплики друга. Просто и не принуждённо войдя в положения русского. — Спасибо. — Болезненно улыбнулся Фёдор, идя к выходу. — Кстати, директор сказал, что скоро мед. семинар в Токио. Я в прошлом учувствовал, думаю, уступить нашим специалистам, вот он — шанс стать известными личностями в нашей сфере. Так что Дзёно, жди звоночка от нашего старика. — Спокойно сказал Достоевский, захлопнув дверь и чувствуя, как у слушателя подгорает. Суэхиро повернулся к своему слепому другу, искренне и доброжелательно сказав. — Вау, круто, поздравляю! — — Дурак, молчи! — Воскликнул, обиженный на мир, Дзёно.