Ты не безнадежен

…Тишина, что царила в это Рождественское утро в Большом зале, даже немного нервировала меня, и я то и дело оборачивался, ведь уже успел отвыкнуть от подобного. Находиться в этом помещении, когда здесь не царит полный аншлаг было очень странно, и вызывало определенные ассоциации, отчего по привычке я скосил глаза на директора. Тот, преисполненный благодушием, как обычно обсуждал что-то с Макгонагалл за чашечкой кофе, и его казалось, совсем не беспокоит тот факт, что за каждым его словом следит Аврор, что ныне круглосуточно находился в стенах замках. Убийство Амбридж вызвало определенные опасения в узких кругах министерства, и тому как позже выяснилось, были причины. Конечно, добрым словом жабу мало кто поминал, но после статьи о ее кончине, в прессе начали проскакивать то и дело статьи, в коих то и дело упоминались некрологи разных политиков. Самих некрологов в какой-то момент стало так много, что последние страницы не могли уместить все их. Это выбивалось из картины привычного, оттого я о и дело ловил себя на мысли, что снова упускаю что-то важное Кого-то из рано почивших я видел лично, а кто-то едва ли был на виду, но некрологи и тревожные статьи все чаще и чаще начали мелькать перед глазами, и поползли слухи о том, что министр следующий. Бегающие глаза и дрожащие руки, что то и дело приглядывались на колдофото статей, где тот самозабвенно вещал о том, что все в волшебном мире мирно и спокойно, говорили о том, что и сам министр уверен в этом. Фадж уже и сам очевидно потерял веру в то, в чем хотел убедить всех вокруг, отчего люди роптали, тогда как газеты продолжали писать о том, что все хорошо. Даже небезызвестная Скитер на днях разразилась статьей о критике тех журналистов, что на смерти уважаемых людей пытаются сделать сенсацию, называя их лжецами, хоть все несостыковки даже ей было трудно обосновать, пока люди из верхов один за другим покидали свои посты… Причем, я мог бы поклясться, что каждый из них, так или иначе проявил себя отнюдь не сильно хорошо в прошлом во время войны. Вот только, кто бы посмел осудить их тогда, когда они сами судили всех? А между тем уже и в новой, сегодняшней статье непрозрачно нам снова намекали на то, что очередной председатель Визгамота почил в семейном поместье, уже будучи десятым за этот месяц, тогда как факт его насильственной смерти снова не мог доказать никто. Нам уже прямым текстом говорили о том, что Авроры перерыли все вокруг в его доме, вскрыв даже тело и отработав все версии, но этих самых признаков найдено не было. Старик просто умер в постели ночью, и далее была проведена его фото, отчего я нахмурил брови, глядя на пожилого мужчину, что, как я хорошо помнил, был одним из тех, кто присутствовал на моем суде после войны. Он был тем, кто судил меня. Соответственно, он должен был дожить до сего момента, но нет… Он был мертв, отчего я растеряно отложил от себя газету, снова глянув на стол преподавателей. Лицо Дамблдора было спокойно, тогда как Макгонагалл чему-то хмурилась, сильнее чем нужно сжимая чашку в руках. Весь ее вид свидетельствовал о том, что ее беспокоит происходящее, в чем ее безуспешно пытался переубедить директор. Аврор, что был рядом с ними, лишь внимательно поджимал губы, ловя каждое их слово, очевидно совершенно не скрывая данного факта, тогда как Снейп презрительно кривил губы, глядя на весь этот цирк перед собой. Невольно наблюдая за ним, я отметил, что его лицо было более хмурым, чем обычно, а под глазами залегли круги. Он снова не спал, вынужденный ночами посещать слеты Пожирателей, отчего я вздохнул, мысленно поражаясь, как этому человеку удается сохранить присутствие духа в такие времена. Отодвинув от себя тарелку с остывшей кашей, и пользуясь тем, что я единственный со Слизерина, кто решил остаться на праздники тут, я достал листок, мысленно решив прикинь то, что имел на сегодняшний день. Я был из того числа людей, кто лучше рассуждал на бумаге, и все настолько запуталось, что мне просто необходимо было разгрузить голову, дабы не сойти с ума. «Кто убил Амбридж?» Это было первым, что написал я, ведь жуткие картинки из того злополучного коридора до сих пор волей или нет преследовали меня. Это было злободневной темой отныне, обретая все новые и новые подробности, но слухи это одного, тогда как, что случилось наверняка не знал никто. Расследование велось, причем с собой тщательностью, но… Ничего. Ни свидетелей, ни подозреваемых, ни следов найдено не было. Что было лишь наверняка, и все в замке это понимали, это был кто-то из свой, ведь проникнуть в замок незамеченным никто не мог. Нет, такого зафиксировано не было. Как и не было даже времени, в которое та отдала концы. Может это было вечером, а может и утром или днем? Оставалось лишь ясным одно — ее смерть положила начало чему-то, что шло как снежный ком, увеличиваясь в размерах и все эти смерти — это звенья одной цепи. Ценнизм совершившего это поражали. Конечно, я делал вещи и похуже, вспомнить того же Крауча или Долохова, но та зверина жестокость, с которой расправились с ней, это выбивалось из общей картины, и невольно в сознании мелькнуло: «Неужто…» Нет, я быстро зачеркнул все, даже мысленно боясь признать то, в чем уже практически уверился, тем не менее, быстро ниже добавил надпись: «Лейстренджи тоже?» И вздохнув тяжело, взлохматил волосы на голове, ведь ответ напрашивался сам собой. Я уже знал, кто был убийцей, ведь все ниточки ввели к одному человеку. Но смерти политиков… Решив не мелочиться, я вывел на листе:

«Странности: Лейстренджи — отрава. Яд кобры. Седрик — убийство? Поттер — отрава. Сложное зелье. Амбридж — жестокость. Поттер — странное поведение? Смерти политиков?»

И если первое и третье я мог хоть как-то объяснить, то что делать с остальным? А Поттер… Нет, что-то не клеилось, и вывод напрашивался только один, как меня отвлек от мыслей, новый действующий персонаж в зале: Хренов Герой, широко зевая и прищуриваясь, прошел к своему столу, тяжело осев, пока я невольно вперил в него взгляд. Все в нем было таким, как я помнил, но и одновременно с этим иным. Вроде и рубашка та самая, старая и поношенная, но отчего так тщательно отглаженная? Волосы, что беспорядочно торчат из стороны в сторону, но почему у лица аккуратно зачесаны назад. Штаны явно новые, и из хорошего материала, хоть и скрыты отчасти мантией, но у меня на такое глаз наметан уже давно. Мелочи, что кажется, совсем не играли роли, отчего-то теперь стали иметь значение, ведь даже его осанка изменилась. Это уже был не тот сутулившийся мальчишка, нет, что-то в нем преломилось, отчего я не мог оторвать от его макушки глаз. А он же… Того не замечая, а может делая вид, довольно ухмыльнулся, вздохнув аромат кофе, и с упоением зачерпнул ложку каши с удовольствием прожевав за обе щеки. Я даже не сразу понял, что показалось мне странным в этом жесте, но стоило скосить глаза на свой завтрак, я поймал себя на мысли: «Я ведь ненавидел кашу в школе. Никогда ее не ел, а стал любить во взрослом возрасте, так может…» — Мистер Малфой? — Прогремел неожиданно голос у меня над головой, отчего ведомый привычкой, я на секунду сжал плечи, уставившись на Снейпа, что застыл рядом, подобно коршуну. — Профессор! — Сглотнул я, глядя на него сверху вниз, пока он навис над мною, сканируя взглядом, недовольно сощурив глаза: — Я звал вас несколько раз. — И в тот момент я мог поклясться, что этого не было, но я послушно проговорил: — Прошу прощения, сэр. — Он на это лишь еще больше поджал губы: — Что вас так заинтересовало в мистере Поттере, что вы даже позволили себе проигнорировать меня? — Наконец выдал он, причину своего недовольства, пока я, прочистив горло, пробормотал: — Ничего, сэр. — Добавив тише: — Я задумался просто. Тот, очевидно не купившись на это, недовольно кивнул на листок, что продолжал лежать перед мной: — Что это у вас? Отчего я быстро спрятал лист за пазухой: — Домашняя работа, сэр. — Уверенно соврал я, глядя ему прямо в лицо, отчего тот недовольно скривился. — Вы о чем-то хотели поговорить? — Тут же добавил я, желая отвлечь его, но он лишь пробурчал: — Неважно! — И потеряв ко мне всякий интерес, покинул зал, отчего я проводил его фигуру недоуменным взглядом, тут же снова посмотрев на стол Гриффиндора, с удивлением отметив, что место Поттера уже пустовало… … А на следующий день волшебный мир потрясло известие о том, что Рита Скитер бесследно пропала. Журналистку, как выяснилось никто не видел уже несколько дней, отчего ее коллеги заволновались. В ее квартире не было найдено ничего, тогда как на фотографии ее жилища я с ужасом приметил муху, что покоилась по середине гостиной, чьи лапы были демонстративно вырваны из тела. Голову тоже отсекли чем-то острым. По версии Авроров это странное послание было оставлено, кем-то неизвестным, специально для Риты, отчего она могла сбежать, тогда как знающие люди, давно поняли, что произошло. Еще через три дня редактор газеты публично объявил конкурс на нового журналиста, отказавшись комментировать свое решение остальным…