Паноптикум для бк

      Антон зашёл в свою квартиру, ставшую уютной благодаря Арсению — его возлюбленному и по совместительству сожителю. Мужчина, почти не поднимая ноги, доковылял до кровати, подле которой за ноутбуком, в очках с широкой оправой сидел Попов.       — Это пиздец просто, — в подушку пробасил Шастун.       — Ментов снова не любят? — наконец подал признаки жизни парень за компьютером. Шастун промычал что-то в знак согласия, а Арсений поднялся с места и присел рядом. — Поесть хочешь? — полицейский снова помычал, собеседник умилённо усмехнулся и удалился на кухню, вернувшись с тарелкой горячего супа — то, что нужно холодной осенью! С благодарностью взглянув на парня, Антон принялся за суп.       — Мы вроде вышли на след Кротов, — между делом сообщил детектив, не обратив внимания на заинтересованность Арсения.       — И что вы выяснили? — с безразличием поинтересовался он.       Антон ехидно растянул губы, прищурившись:       — Секрет!       — Ой, ну не очень-то и хотелось.       Парни рассмеялись, но скорее не от сказанного, а от того, что столкнулись взглядами и словно ощутили взаимную любовь в воздухе. Они были счастливы. Антон воодушевился нахождением новой информации о преступной группировке «Кроты», получившая своё название за совершение убийств в подвалах, подсобках с нарисованными на стенах очками, которую полиция искала уже больше десяти лет, а ему дело передали пару месяцев назад. С уст зеленоглазого детектива медленно сошла улыбка.       — Завтра буду скорее всего поздно.       — Выезжаешь на задание?       — Типа того, — задумчиво отметил Антон.       — Всё получится. Я точно знаю — ты отлично ориентируешься во всей этой теме преступников, а без серьёзных задач ты вперёд не продвинешься. Всё будет пучком, Антонь, — Арсений, отложив пустую тарелку, устроился на коленях возлюбленного лицом к нему. Он покрывал лёгкими поцелуями чуть сухую кожу и проводил на ней носом витиеватые линии. Вдруг у него зазвонил телефон и, разочарованно вздохнув, он ушёл в другую комнату для разговора. Шаст, хоть и корил себя за это, всегда был настороже, поэтому он бесшумно переместился ближе к партнёру, услышав обрывки фраз: «Ты с ума сошёл? Я не могу… Нет! Нет… не моё… Нет, понимаешь?..» Наступило молчание, и детектив во мгновение оказался на кровати. До него долетели звуки: «.ет, …а…но, сделаю. Для вас, …ру, …дете виноваты». Не дождавшись возвращения мужчины, он отправился в душ, где под струями тёплой воды в голову лезли вполне ествественные, но крайне неприятные мысли. Он обо всём догадывался — интуиция его никогда не подводила. Оставалось доказать. Боже, но как! Завтра будет шанс, и он не должен его потерять.       В постели Арсений, прижавшись к парню сзади, выстилал дорожку из поцелуев на его плечах. Антон не обратил на это внимания, стараясь лишь уйти от навязчивой мысли: «Я всё знаю? Что делать? Искать его завтра, когда он будет с бандой или арестовывать сейчас? А вдруг это паранойя?» Может, стоило бы в тот момент из прикроватной тумбочки вытащить наручники и нацепить их на парня, но Антон не решился, что повлекло следующие события.       Утром Арсений, притянув за подбородок лицо Антона, примкнул к его губам своими.       — Я тебя люблю, — прошептал он.       — Я тебя тоже. После того как дверь за его спиной захлопнулась, он понял, что больше они с Поповым не люди в отношениях, не друзья и даже не приятели. Они настоящие враги.       Сильно сжав руль потрёпанной «пятёрки» с новым двигателем, Шастун подъезжал к месту назначения.       — Антон, всё точно в порядке?       — Сань, мы, блять, на отдых едем? — раздражённо ответил детектив.       — Да ладно, не кипятись. Меня просто беспокоит, что мы одни в семистах метрах от предположительной точки сбора одной из самых опасных преступных группировок страны.       — Ты вперёд посмотри.       А впереди остановились непримечательные газели.       — Это наш спецназ и медики. С противоположной стороны нам навстречу выдвинется такая же группа. На нашем месте с этой стороны там подполковник Карина Гроза с майором Никитой Резным. Мы сидим в тылу на связи, но неизвестно, сколько их там, поэтому в крайнем случае прикрываем. Вперёд не рвёмся, бронежилеты и оружие не для этого.       — И зачем мы сюда приехали? — задал резонный вопрос Саня. — Со связью прекрасно справляются спецгруппы.       Шастун, сосредоточенно наблюдая за выплывающими из газелей людьми в чёрной униформе, ответил:       — Без понятия, — повернувшись к Сане, продолжил: — Не, Сань, я реально не знаю. Будем считать, что контролируем спецгруппы. Вылезай.       К нему подошли главы спецгрупп за указаниями. Антон чётко следовал инструкции, ясно и уверенно отдавал приказы. Спецназ разлился по лесу, изчезнув в сумерках. Одна группа осталась у машин, распределившись по лесополосе.       — Я сейчас вернусь, — вполголоса сообщил напарник.       — Сань, ответственней надо быть. Куда тебе?       — Телефон не выключил.       — Иди уже, — сказав это, Антон обернулся и, дождавшись, пока коллега уйдёт, проговорил в рацию: — Позиция «четыре» к машине.       — Посторонний человек, вооружён, позиция «десять» к машине, — последовал через пару минут ответ.       Антон обернулся на место, куда направился второй спецназовец, и тут же услышал шаги сзади. Не успев среагировать, он позволил скрутить себе руки. Знакомый до боли голос, лишивший дара речи, прохрипел в спину:       — Не рыпайся.       Антона толкнули на заднее сиденье, а рядом приземлился мужчина в балаклаве. Полицейский ткнул ему в грудь автоматом, умудрившись заодно удерживать его на определённом расстоянии.       — Я тоже вооружён и выстрелю при любом резком звуке, а через полминуты здесь начнётся хаос. Я хочу сказать.       — Я тебя ненавижу, — сквозь зубы процедил Шастун. — Мне жаль, что ещё вчера я не арестовал тебя в нашей постели, — выплюнул он, сняв шлем.       — Прости меня. Я был с тобой не ради информации из полиции, хотя это было начальной целью. Я люблю тебя. Безумно, — быстро, но с чувством объяснялся Попов с уже поднятой балаклавой. — Мне дали задание убить тебя за бесполезностью, но я не смогу.       — Мне жаль потраченное на тебя время, — будто не слыша, заявил Шастун.       — Надеюсь, ты умрёшь.       — Мразь. Я выживу тебе назло, если ты только сможешь об этом узнать.       — Прости меня. Знай, мой отец основал эту банду, и от меня зависело совсем малое. Но теперь я сам заварил эту кашу и не буду строить из себя исправившегося. Я продолжу его дело, — предательски дрожащим голосом продолжал убийца.       — Выстрелишь ты — выстрелю я.       — Прости, я испортил твою жизнь.       — Это уже неважно. Эту машину ведь подорвут?       — Должны, — на этом слове послышались выстрелы, в наушник поступил сигнал атаки. — Пока, Шаст.       Внезапно началась драка, в ходе которой Антон выпустил несколько пуль, одна из которых вошла в грудь противника. Тот тоже выстрелил, попав в плечо и, кажется, в лёгкое. В момент Попов исчез, углубившись в лес, а затем увидел машину в огне, в которой совсем недавно сидели они. Полицейский за это время так же вывалился из «пятёрки», пытаясь сделать перевязку подшлемником. Почувствовав покалывание в пальцах, он осознал, что задета плечевая артерия. Один из медиков дотащил его до газели, там же произвёл перевязку терявшему сознание детективу. Медик отдал команду выходить напарнику, и они, тише воды и ниже травы, скользили по лесу вдоль линии соприкосновения преступников со спецназом. Антону предстояла реабилитация после травм, а Арсению… Чёрт его знает. В столкновении погибли люди обеих сторон, но Попову с несколькими пособниками удалось скрыться. Антон больше о нём не слышал. В конце концов, вероятность этого была меньше — мужчина уехал в одну из Европейских стран, подписав заявление об увольнении.