Уже не цветы, но еще не снежинки

      Арсений удивился, зайдя в квартиру, из которой даже на улице была слышная классическая мелодия, которая от чего-то казалась мужчине знакомой. Но то было не так важно: больше его интересовало, с чего вдруг Шастуна заинтересовала подобная музыка. В гостинной он обнаружил Антон, что смотрел на схему на экране ноутбука, стараясь повторять шаги, изображенные там. До Попова вдруг дошло — видимо, учиться танцевать. — Шаст? — Антон, сначала не заметивший партнера, дернулся от испуга, услышав свое имея. Он и забыл совсем, что забыл закрыть дверь. Мужчина попытался закрыть рукой экран и выключить играющую на фоне музыку, смущенно улыбаясь, — Ита-а-ак, чем занимаешься? —Ничем! — выпалил Шастун, при виде недовольного ответом Арсения задумавшийся о том, сказать ему или нет. Все таки Попов живет с ним в одной квартире, в любом случае рано или поздно увидит, — Ну.. я короче в детстве вальс совсем не мог научиться танцевать. Прям не получалось, я путался вечно, и из-за этого партнерша моя на выпускном предпочла уйти вообще к девушке блин! Я и подумал... —Что сейчас самое время? — Шастун кивнул, на что Попов лишь тихонько усмехнулся, — Серьезно, Шаст? В тридцать? Думаешь, пригодится еще? —Тебе сорокет исполнился недавно, Арс. А ты все еще с зайцами плюшевыми играешь, так еще и спишь с ними. Мне приятно по твоему? А это хотя бы не мешает никому, — ответил Шастун нарочито обидчивым голосом. —Да ладно тебе, я же шучу, — Арсений подошел к парню, приобняв его со спины. — Если хочешь, я могу помочь тебе, прям без шуток, — Антон взглянул на него скептически, а Арс же протянул тому руку. Шастун, хоть и опасаясь миллиарда шуток, все же взял его за руку и положил руку на плечо партнера, — Даже так? — Попов нажал на кнопку, включающую музыку на ноутбуке и положил парню руку на талию и улыбнулся.       Попов принялся объяснять, что же нужно делать и как, стараясь дать прочувствовать ритм Шастуну, которому до этого было на самом деле как до луны. Арсений указывал изредка на схему, которую нашел Антон, показывая сначала самостоятельно, что нужно делать, а после пробуя вместе с Антоном. Лишь с попытки седьмой, когда мелодия играла третий раз подряд, у Шастуна началось получаться хоть что-то. —Уже неплохо, Шаст! — произнес Арсений, когда у парня на первых двух кругах вышло не запутаться в собственных ногах. —Смешно, спасибо, — закатил глаза Антон, отвечая все также в танце, старательно следя за своими движениями, что сделать было довольно непросто. И говорить, и двигаться не особо получалось. — У меня нихера не получается, ты не видишь? —Ну так, я вполне серьезно! — Арсений остановил музыку, оборачиваясь на обеспокоенного медленными продвижениями в обучении Шастуна, — Антон, ты делаешь уже огромные шаги. Если в начале ты вообще в ногах своих путался, то сейчас, через полчаса ты уже можешь спокойно станцевать какую-то часть. Разве это не не успех? Ты огромный молодец, что решил к этому вернуться, — Арсений взял мужчину за руки, и глядя прямо в глаза произнес, — Мне ты и без этого глупого танца нравишься безумно, дорогой. А если у тебя есть желание научиться чисто для себя, то мы сделаем все, чтобы вышло ровно так, как ты хочешь. —Спасибо... — Антону каждый раз как в первый были приятны любые слова поддержки Попова. Для него слова всегда много значили, поддержка даже в самых незначительных вещах была необходима для того, чтобы парень чувствовал себя уверенно. Проявление помощи со стороны любимого человека — всегда максимально приятно. А если это именно Арсений, тогда приятно вдвойне. —Мы сделаем это вместе, дорогой, — Арсений знал, как важны слова для парня. Потому оставлял часто добрые записочки, отправлял милые картинки, поддерживал во всех начинаниях потому что знал, что это делает Антона счастливее. А счастье Антона для него превыше всего. — Именно вместе? — Именно вместе.