October_challenge_BKam

      Среда. Арсений безумно любил среды. Это были дни его свободы. Читательский клуб, организованный в стенах университета им самим — это отдушина, глоток воздуха среди рабочих будней.       Возможность высказаться, обсудить, окунуться в атмосферу произведения, ценил не только Попов, но и те ребята, которые так же с удовольствием оставались вечером после пар, чтобы провести время в приятной компании. Спокойные, рассудительные и начитанные ребята каждую неделю радовали Арсения Сергеевича интересными теориями, неожиданными фактами и вопросами, над которыми стоило задуматься.       Детище Попова процветало. С каждой неделей в стенах библиотеки, где и проходили занятия, появлялись новые лица, горящие и жаждущие знаний. Это невероятно грело душу мужчины. Встречи всегда проходили в приятной, спокойной, дружественной атмосфере за кружечкой горячего чая, пока в один из дождливых дней не произошла необычная история.       Все были уже в сборе, время начала миновало и очередное собрание клуба официально началось. Сегодня все были несколько вялые, но всё равно не молчали. Через двадцать минут после начала дверь в библиотеку распахнулась и явила всем удивительное зрелище.       В проходе стоял худой долговязый паренёк в спортивном костюме, хмурый и мокрый. Он оценивающе оглядел небольшой читательский зал, ненадолго задержался взглядом на Арсении Сергеевиче, который так же рассматривал нежданного гостя.       — Заблудились, молодой человек? — Попов встал со своего места, откладывая раскрытую книгу.       — Я так не думаю, — парнишка, в насквозь промокших кроссовках подошёл к самому дальнему стулу в не особо освещаемом углу, оставляя после себя не только грязные разводы, но и комки грязи, и уселся там, ещё раз обводя всех хмурым взглядом.       — Представитесь? — Арсений Сергеевич хотел было сделать шаг по направлению к мальчишке, но передумал, когда тот огрызнулся.       — Не сегодня, — ответ заставил Попова сесть обратно, возвращаясь к тому, на чём он остановился.       Все остальное время встречи прошло как обычно, правда чуть живее, чем было в самом начале. То ли ребята хотели завлечь молчаливого новичка, то ли наоборот напугать, но говорили практически все заумно и пафосно, звуча при этом неестественно вычурно.       Паренёк просто наблюдал за происходящим, лишь изредка презрительно фыркая после слов некоторых участников. Занятие уже подходило к концу, когда ребята зачитывали свои любимые цитаты из книги, и объясняли почему выбрали именно эти строки. Остался один человек, девчонка, имени которой никак не удавалось запомнить Арсению Сергеевичу. Мужчина даже записывал, как её зовут куда-то в свой блокнот, но листать сейчас не хотелось. Пришлось просто улыбнуться, поддерживая девчонку.       — Я, как все Вы знаете, очень люблю красивые сильные фразы, и для сегодняшнего дня я выбрала такую цитату, — щуплая девочка прочистила горло и, напрягая связки, не своим голосом выдала, — «Я совсем один, но шагаю словно вступающее в город войско.» Мне показалась эта строчка очень многозначительной, потому что здесь автор говорит о том, что он самодостаточен, что он велик, что он…       Из угла послышался скрежет отдвигаемого стула.       — Чушь! — новичок был явно разозлён или просто расстроен, по его лицу было не разобрать, — Как можно нести такую чушь? Если бы ты прочитала на несколько страниц вперёд, то смогла бы узнать, что герой сам порицает себя за этот пафос, что не отождествляет себя с ним. Ему чужды пышные фразы. Он называет эту фразу дурацкой!       — Хватит! — впервые за всё время существования клуба Арсению Сергеевичу пришлось повысить голос, — На сегодня мы закончим, все свободны, а Вас, молодой человек, я попрошу задержаться.       Аудитория медленно пустела, девочка, выступающая последней, была жутко подавлена и, кажется, собиралась плакать, поэтому Попов подошёл к ней и что-то шепнул на ухо, отчего та закивала, неловко улыбнувшись, поблагодарила преподавателя и вышла. Арсений Сергеевич наткнулся на острый взгляд новичка.       — Теперь с Вами, — Попов полез в небольшую кладовку в самом конце кабинета, доставая оттуда швабру, — Для начала: мы не ходим здесь в грязной обуви, это показатель невоспитанности. Будьте добры убрать за собой учинённый бардак, — мальчишка без сопротивления поднялся и принялся за уборку, — Во-вторых, мы никого не оскорбляем, у всех есть право на собственное мнение, и если Вы с чем-то несогласны, то мы высказываем это после окончания выступления, как ваши мысли, а не как критику другого участника клуба. Это понятно? — мальчишка кивнул, не отрывая взгляда от так усердно натираемого пола, — И, наконец, в-третьих, отчего же Вы, такой самоуверенный и наглый, ничего сегодня не сказали сами? Почему решили выказать себя умным за счёт другого?       — Я не специально. Мне просто некомфортно в новом коллективе.       — Хотите сказать, это была защитная реакция? — Арсений Сергеевич вырвал швабру из побелевших и вцепившихся в неё рук подростка, — Сядьте!       — В ваше элитное общество сложно влиться, — мальчишка сел и оленьими распахнутыми глазами наивно смотрел на мужчину.       — Но Вы же даже не попытались, и мы не элитное общество. Это такие же студенты, как и Вы.       — Можно ко мне на ты, пожалуйста. Антон, — мальчишка не смело улыбнулся, — Вообще то я здесь не учусь, — Арсений удивлённо поднял вверх одну бровь, — Не ругайтесь только. Я часто вижу Вас в книжном магазине, где подрабатываю. Вы всегда так вдохновлены и счастливы, когда выбираете книгу. Мне просто было интересно. И я всегда читал то же, что и Вы. Мне очень всё это понравилось, но в моём окружении не с кем обсудить. И я решил… Может, Вы мне позволите… — парень взволнованно сглотнул слюну, замолкая, так и не закончив свою просьбу.       — Ты хочешь приходить к нам в клуб? — догадался преподаватель.       — Да, если можно.       — Нужно, Антон! Нужно. Меня зовут Арсений Сергеевич, работаю тут на кафедре филологии, преподаю. И я очень рад, что ты тянешься к знаниям. Это похвально. А где учишься, если не секрет?       — Я… эм… Я ещё учусь в школе. В 11 классе. Последний год.       — Школьник значит? — мальчишка вновь кивнул, — Хорошо. Восемнадцать есть? Нет. Ладно, тогда мне нужно будет твоё заявление и согласие от родителей. Банальные формальности. Я тебе дам все образцы, — Антон радостно закивал, — И раз уж ты сегодня, так сказать, присутствовал, то может быть ты поделишься со мной своей любимой цитатой, — мальчишка задумался, — Ну же, Антон, меня тоже стесняешься?       — Нет, — задумчиво протянул новобранец, — Выбираю что-то одно. Дословно не помню. Разрешите вашу книгу, — Арсений доброжелательно одолжил свой экземпляр, — Это было где-то в начале, страница семидесятая, или около того, — тишину в кабинете нарушал лишь шорох перелистываемых страниц, — Нашёл! Слушаете? — Попов, сев напротив, заинтересованно кивнул, — «…для того, чтобы самое банальное происшествие превратилось в приключение, достаточно его РАССКАЗАТЬ.» Вы только подумайте, как всё просто. И одновременно с этим гениально. Люди же зачастую даже не замечают того, что с ними происходит, воспринимают всё как должное: это вот хорошая ситуация, это плохая. А на самом деле это всё приключение, их собственное, личное. И вся жизнь игра!       Арсений Сергеевич, замерев, слушал мальчишку, который самозабвенно и эмоционально объяснял свой выбор. И каким бы странным не было это совпадение, но именно эта единственная строчка была подчёркнута во всей книге у мужчины, любимая цитата, такая ёмкая строчка, нашедшая отклик не только у профессора филологии, но и мальчишки, которого явно ждало большое будущее.       — Я очень рад, Антон, что ты пришёл ко мне. Буду ждать тебя в следующую среду. Здесь же. В пять, не опаздывать!       — Спасибо! Спасибо Вам огромное, обязательно приду! — и вприпрыжку мальчик вылетел из библиотеки, оставляя Попова наедине со своими мыслями.       Быстро всё убрав на свои места и собравшись, Арсений Сергеевич, с загадочной улыбкой не спадающей с его лица, вышел из здания университета, неспеша направляясь к своей машине. Накрапывал мелкий дождик, но это не раздражало, наоборот, успокаивало, хотя, несомненно, хотелось посильнее закутаться в пальто.       На глаза попалось светлое, скачущее из стороны в сторону пятно, счастливо что-то выкрывающее. Это был никто иной, как Антон, который безостановочно повторял сам себе:       — Взяли! Меня взяли! — улыбка на лице преподавателя стала ещё шире.       Сев в автомобиль и поехав, мужчина нагнал подростка на перекрёстке, и чуть опустив стекло, спросил:       — Подвезти? — паренёк, засмущавшись, уже хотел было отказаться, но Арсений опередил его, — Я еду в книжный, выбирать, что будем читать следующим. Хочешь со мной? — Антон просиял и бегом запрыгнул в тёплую машину.       — Моё мнение учитывается?       — Несомненно!       — Тогда прибавьте газу! Мне уже не терпится что-нибудь выбрать!       Светофор зажегся зелёным, и черная иномарка двинулась вперёд, разрезая тусклые улицы города тёплым светом фар. Вечер обещал быть незабываемым.