Скажи мне, что ты меня любишь

      Ромарио всё же оказывается лучше, чем о нём думает Летти — в начавшийся ливень он не выгоняет её из резиденции Каваллоне и подготавливает гостевую комнату, выделяет чистое полотенце и сменную одежду. Может, делает это со скрипом зубов, но Летти рада, что не придётся возвращаться в Варию на байке, пытаясь справиться с управлением мотоцикла на скользкой дороге и не слететь с неё.       — Два часа ночи, а ты не спишь.       Дино поднимает голову, отрываясь от документов. В дверях его кабинета стоит Летти. Он против воли улыбается — Летти выглядит очаровательно (и нелепо) в нежно-розовой ночной рубашке с голубыми лентами.       — Не смейся, — говорит она, поправляя воротник. — Я понятия не имею, с какой женщины Ромарио снял эту ночнушку. Надеюсь, не с твоей бабушки.       — Нет, не с неё. И вещь даже не мамина, — Дино щёлкает ручкой и откладывает документы в сторону. — Ты тоже не спишь?       — Приснился кошмар, я пришла на кухню, и Ромарио сварил мне кашу. Сказал, что когда ты болел или неважно себя чувствовал, синьора Каваллоне всегда варила тебе кашу, невзирая на время, пять часов утра это или, например, девять.       — Да, варила, — подтверждает он, — и делала сладкий чай.       — Ромарио сделал для меня тоже самое.       — Вот видишь, ты ему нравишься.       — Сделал из-под палки, потому что знает, что ты можешь его поругать, — отзывается Летти, проходя вглубь кабинета. Всё знакомое, привычное, но она всё равно осматривается. По стеклу шумно стучит дождь.       — Летти.       — Да? — она садится на диван.       — Ты ведь знаешь, что можешь довериться мне? — Дино встаёт из-за стола и, размяв шею, садится рядом. — Ты можешь рассказать мне о том, что тебя беспокоит. Я никому ничего не скажу. Только если это, конечно, не угрожает твоей жизни.       Дино осторожно кладёт ладонь ей на плечо и, не получив сопротивления, притягивает её к себе, обнимая. Конте не возражает, устраивает голову на изгибе его шеи.       — Это неважно.       — Всем нам снятся кошмары. И всех нас что-то тревожит. Не слабость — признаться в этом. Наоборот, проявление силы — ты подтверждаешь, что проблема есть, и с ней нужно что-то делать, — шепчет Дино в её макушку. Летти замирает в его объятиях, ощущая исходящее от него тепло. Тепло, и на нём она решает сосредоточиться. Иногда она ловит себя на мысли, что ей этого не хватает, особенно тогда, когда холодно. — Это нормально — просить о помощи.       — Я не заслуживаю твоей любви, — шепчет Летти.       Я тебя недостойна, думает она, если бы ты только знал, какая чертовщина творится в моей жизни (и с моей жизнью).       — Летти, перестань.       — Дино, — она отстраняется, ладонями упираясь ему в плечи. Дино смотрит на неё, а затем целует её. Отчаянно и решительно, и Конте не может не винить его — сама дала ему карт-бланш, оказавшись в его объятиях. Летти отвечает, прижимается ближе, с шумом выдыхая и крепче сжимая плечо Дино.       Они отстраняются друг от друга. О большем, думает Летти, он, наверное, и мечтать не смел. Она встаёт с дивана.       — Летти…       — Каваллоне, сними с меня эту дурацкую бабушкину пижаму, — она протягивает ему руку. — Я с этими мелкими пуговками сама не справлюсь.       Дино ухмыляется. Он поднимается на ноги, и Летти отмечает, какой он высокий. Дино легко подхватывает её на руки, она обвивает ногами его талию, а через мгновение ощущает спиной и затылком деревянную поверхность стола (благоразумно было со стороны Каваллоне убрать всё лишнее. Как знал, думает Летти). Дино целует её в губы, в линию челюсти, прикусывает мочку уха, ловя прерывистый вдох, и расстёгивает обтянутые шёлком пуговички (и в самом деле, мелькает мысль, откуда Ромарио вытащил этот наряд), обнажая Конте до талии. Она поднимает руки, и он стягивает с неё ночнушку.       Их взгляды встречаются.       Летти чуть ниже сползает по столу, едва уловимо кивает, что Дино замечает, и оба они судорожно выдыхают, привыкая друг к другу.       — Теперь слухи… стали… явью, — выдыхает Летти и впивается ногтями в спину Каваллоне, когда он начинает двигаться.       — Переживём, — отзывается Дино, накрывая её губы своими и осторожно вжимая тонкие запястья Летти в стол.       Летти изгибается и прикрывает глаза.       Обо всём остальном она подумает утром.