Скажи мне, что ты меня любишь

      Кажется, первым Линдро Риццо напал на семью Лонго. Летти прокручивает в голове то, что раскопал и собрал Бельфегор. У Линдро был конфликт с Амадео Лонго, главой семьи. Кажется, какой-то пустяк, не стоящий внимания, но обиду Линдро затаил и отомстил.       Затем была семья Конте. Ему приглянулись плодородные земли, которыми обладали Тереза и Вергилий Конте. Как обладать тем, что хочешь? Забрать. Вот Линдро и забрал.       Бронза досталась семье Орландо. Глава семьи, Луи Орландо, был острым на язык мужчиной и не церемонился. Если ему что-то не нравилось, он тут же об этом говорил и не боялся, какой может быть реакция. Луи Орландо нанёс Линдро публичное оскорбление и поплатился за это.       И последними стали они, Амато. Сантино, Йоко и Летиция.       — Почему? — шепчет Летти. — Почему мы? Папа не оскорблял тебя, конфликта не было, плодородных земель — тоже. Почему?       Они стоят в центре гостиной его резиденции. Их окружают тела — ведь пришла Летти Конте с пистолетом — и звенящая тишина. Линдро стоит напротив. Злым не выглядит, недовольным — оно и понятно, своих людей терять неприятно.       — Мне приглянулась жена Сантино. Я готов был отдать ей всё, положить весь мир к её ногам, но… Она любила своего мужа, — Линдро вперивается взглядом в Летти. У той ни один мускул на лице не дрогнул. — Ты так на неё похожа.       — И ты убил её, потому что «так не доставайся же ты никому»? — мрачно осведомляется она.       — Да. Хотя надо было прикончить и тебя, и этого мальчишку Альфреда. Но ничего, я могу сделать это сейчас. И окончательно разобраться ещё и с Фелицией.       Летти не боится смерти. Летти готова. Летти её жаждет, если такова цена за отмщение. Её переполняют злость и ярость, и она понимает, что это — не лучшая подпитка для Пламени, ненадёжно, но других эмоций у неё нет. Голова должна быть холодной, а она идёт на поводу у эмоций, когда вскидывает пистолет и начинает стрелять. Боль отрезвляет — Линдро сильнее, его Пламя кусается, как клубок змей, и Летти чувствует, что проигрывает.       В их выяснение отношений, сменившее место с гостиной на сад, вмешивается Савада. На руках — перчатки, в глазах — решительность и тоже… злость.       — О, синьорина Савада. И вы к нам решили присоединиться?       — Я очень разочарована, синьор Риццо.       — Ничего, — он снисходительно улыбается, — это не первое в вашей жизни разочарование. Они закаляют.       У Линдро явно кишка не тонка — он хочет было броситься на Тсуну, но ему мешает это сделать появившийся Занзас. Теперь тишина сменяется грохотом, криками (скуаловское «Пиздец!» она всегда различает) и всполохами разного Пламени. Во всём этом она различает и появление Дино. Он мастерски орудует хлыстом и даже не заплетается в собственных ногах, и его вид придаёт Конте сил. Занзас оставляет Риццо ей, убедившись, что у Савады ситуация под контролем.       — Всё кончено, Риццо, — Летти наставляет на него пистолет, отбрасывая ногой в сторону его. Линдро поднимает руки. Начинается дождь, она смахивает капли с лица. Никто ей не мешает — это её личная вендетта, её звёздный час (должен был быть ещё и Альфред, но Летти мысленно просит у него прощения). — Тебе не надо было медлить много лет назад. Стоило отправить на тот свет и меня.       Он ухмыляется.       — Нас убивает то, что любит, синьорина Конте.       Она понятия не имеет, откуда Линдро достаёт второй пистолет и наводит его немного в сторону, туда, где стоит Дино. Дино, помогающий Вивиан. Она не раздумывает — бросается наперерез.       Грудь обжигает боль, и она медленно оседает в руках подхватившего её Дино. Каваллоне отнимает ладонь от её спины и смотрит на кровь.       — Как это благо…       Занзас стреляет из пистолета. Линдро Риццо больше не заговорит.       — Нет-нет-нет, — Дино вместе с ней опускается на землю. — Летти, ну что ты… Летти!       Она вцепляется ногтями ему в куртку и старается улыбнуться.       Это то, на что хватает сил.